Сорвись

— Я прекрасно понимаю. Её стажировкой занимается Миранда, не я.

— Вот и отлично. Тогда оставь первую вечеринку там, где она была.

Деклан посмотрел на него.

— Я и собирался.

Во время тренировки Деклан вспомнил не насмешки друзей, а голос Сиенны на совещании и её невозмутимое «мистер Ривз».

Он прибавил скорость на дорожке.

Завтра они снова встретятся на работе, и разговор, судя по всему, не будет скучным.

Глава 6. Правила игры

Во вторник Сиенна впервые приехала к офису не за полчаса, а за десять минут до начала рабочего дня.

Это показалось ей небольшой победой. На парковке нашлось место, турникет узнал пропуск с первой попытки, а в лифте никто не задавал вопросов о том, как проходит её стажировка. Вчера каждый новый коридор казался испытанием. Сегодня она хотя бы знала, на какой этаж ехать.

У дверей отдела маркетинга её встретила Нина с двумя бумажными стаканами.

— Ты пьёшь кофе без сахара? — спросила она.

— Зависит от того, что мне предстоит.

— Тогда бери большой. Аарон объявил, что у нас сегодня «короткое введение в рабочие процессы». По его лицу я поняла: коротким оно не будет.

— Ты уже успела поговорить с Аароном?

— Он застал меня за попыткой отправить файл самой себе. Корпоративная система решила, что я опасный человек.

Накануне Сиенна не стала переносить внутренние файлы на личный ноутбук. Вместо этого выписала несколько вопросов в блокнот. Сегодня она собиралась получить ответы.

К девяти Миранда собрала команду на короткую планёрку.

— Мы готовим предварительную концепцию продвижения нового курорта, — сказала она. — Сейчас нам важно не выбрать идеальный слоган, а понять, кому и зачем мы предлагаем это место. Даниэль, расскажи о сегментах. Джессика, после тебя сверим ограничения по размещениям. Стажёры работают вместе с Аароном над обзором открытых материалов и предложений конкурентов. Никаких итоговых выводов без проверки источников.

Сиенна записала задачу. Она ожидала, что первые дни придётся только слушать, и была рада получить работу, за которую можно отвечать хотя бы в пределах нескольких страниц.

Через час Аарон развернул к ней и Нине экран.

— Смотрите. Здесь не нужно доказывать, что у конкурентов всё плохо, а у нас всё прекрасно. Выберите по три предложения разных отелей, поймите, к кому они обращаются и чем подтверждают обещания. Если данных нет, так и пишите.

— А если один отель вообще не указывает, для кого он? — спросила Нина.

— Тогда это тоже наблюдение. Только не объявляйте его ошибкой, пока не разберётесь, какую задачу решает сайт.

Сиенне нравилось, что от неё ждут не готового опыта, а точных вопросов.

К обеду они сравнили три курорта: тихий отдых, семейные поездки и ночные развлечения. Общие обещания на сайтах звучали убедительнее, чем доступные подробности.

— Смотри, — сказала она Нине. — Если написать «идеальное место для перезагрузки», это ведь ничего не значит. Для кого-то перезагрузка — сон до полудня, а для кого-то прогулка с детьми в шесть утра.

— А для меня — отключённые уведомления, — призналась Нина. — Желательно на неделю.

— Внесём в исследование как отдельный сегмент: уставшие стажёры.

— Очень платёжеспособная аудитория, — хмыкнула Нина.

Они засмеялись, и Аарон попросил не забыть сохранить файл прежде, чем спорить о будущих отпусках.

* * *

Деклан узнал, что маркетинговая команда пересматривает позиционирование курорта, в тот момент, когда ему принесли обновлённую смету на наружное освещение.

— Кто решил изменить основную идею? — спросил он у Джессики по телефону.

— Никто не меняет идею. Миранда проверяет, насколько нынешние материалы соответствуют реальному предложению. Во второй половине дня будет промежуточный просмотр.

— Во сколько?

— В три. Ты тоже в приглашении.

Деклан отложил смету. Он устал слышать о «новых концепциях», будто от перемены слогана быстрее появятся стройматериалы и подрядчики уложатся в сроки.

За несколько минут до трёх он встретил у кофемашины Ричарда.

— Ты идёшь на обсуждение кампании? — спросил отец.

— Да.

— Сначала выслушай остальных, прежде чем объявлять идею невозможной.

— Я никогда так не начинаю.

— Ты обычно начинаешь со слов «кто это согласовал?». Для людей разницы почти нет.

Деклан поморщился.

— Если согласовывать нечего, я так и говорю.

— Я знаю. Но иногда стоит сначала дослушать до конца.

Отец забрал кофе, легко хлопнул сына по плечу и ушёл в свой кабинет.

«Дослушать до конца», — мысленно повторил Деклан. Прекрасный совет от человека, который ещё на прошлой неделе перебивал его на каждой второй цифре.

Он направился в переговорную.

* * *

Сиенна не ожидала увидеть Деклана на промежуточном обсуждении. Вчерашняя презентация собирала руководителей, а сегодня Миранда говорила о рабочем просмотре внутри команды. И всё же, когда дверь открылась, он вошёл с ноутбуком и сел ближе к экрану.

— Добрый день, — сказал Деклан всем сразу.

— Добрый, — ответила Миранда. — Мы только начинаем.

Сиенна открыла блокнот. Если Деклан здесь по работе, ей тоже стоило думать о работе.

Даниэль показал предварительные результаты исследования. Джессика рассказала о тех материалах, которые уже находились у подрядчиков. Потом Аарон вывел несколько сравнительных карточек, подготовленных им вместе со стажёрами.

— Вот три типичных обещания, — пояснил он. — Приватность, семейный комфорт и событийный отдых. Мы смотрели, что за этими словами стоит на сайтах разных отелей.

— А где источники по долям аудитории? — спросил Деклан, когда на экране появилась таблица.

Аарон приблизил слайд.

— Здесь ссылки на открытые предложения, а доли — из внутреннего отчёта Даниэля.

— Внутренний отчёт за какой период?

— За прошлый сезон, — ответил Даниэль.

— Тогда почему они выглядят как прогноз на следующий год?

На несколько секунд стало тихо. Сиенна видела, как Аарон быстро просматривает подписи под диаграммой. Вчера они обсуждали, что эти числа нельзя выдавать за будущий спрос, но в сборной презентации поясняющая строка оказалась слишком мелкой.

— Нужна более точная подпись, — сказал Аарон. — Исправим.

— Не просто подпись. Если человек с другой стороны стола поймёт эти цифры как прогноз, все последующие выводы будут звучать увереннее, чем мы можем себе позволить.

Деклан был прав насчёт подписи. Но они показывали черновик, а он уже говорил так, словно ошибочный прогноз отправили инвесторам.

— Мы и не предлагаем использовать это как прогноз, — сказала она, прежде чем успела решить, стоит ли вмешиваться.

Деклан повернулся к ней.

— Но слайд именно это и делает, мисс Беннет.

— Тогда слайд нужно исправить. А не делать вывод, что вся работа построена на неподтверждённых обещаниях.

Он выдержал паузу.

— Если у читателя возникает неверное впечатление, значение имеет не то, что автор хотел сказать, а то, что написано. Разве не так?

— Так, — согласилась Сиенна. — Поэтому мы и принесли черновик на обсуждение.

Нина перестала печатать. Миранда спокойно вмешалась:

— Оба замечания справедливы. Слайд исправляем; всё исследование из-за этого не выбрасываем. Вернёмся к основной задаче.

Сиенна обвела замечание в блокноте так сильно, что карандаш чуть не прорвал страницу. Деклан тем временем вернулся к обсуждению, как будто ничего не произошло.

После обсуждения команда разошлась по местам. Аарон подошёл к стажёрам.

— Хорошо, что вы заметили проблему, — сказал он. — Но на встречах полезно выбирать момент. Можно не соглашаться и не превращать это в спор при всей комнате.

— Я не спорила ради спора, — возразила Сиенна.

— Знаю. Только руководители часто не видят, какие части документа мы называем рабочими. Поэтому делаем пометки крупно. И сами говорим о границах данных до того, как кто-то задаст неприятный вопрос.

Нина подняла руку, как в университете.

— Вопрос от второго участника обсуждения. Мы сейчас исправляем только диаграмму или весь раздел?

Аарон наконец улыбнулся.

— Только диаграмму. И подписи на двух соседних карточках. Не переживайте, презентация ещё поживёт.

Сиенна облегчённо выдохнула. Ей хотелось получить замечание по делу, а не впечатление, что любое её слово заранее считают ошибкой.

* * *

На тренировке Деклан снова вспомнил спор. Его задело вовсе не возражение Сиенны, а то, как быстро она заметила слабость его аргумента.

Он всегда требовал от сотрудников самостоятельности. Но когда стажёрка ею воспользовалась, сам повёл себя так, будто потерял контроль над встречей.

Деклан усмехнулся собственным мыслям. Великолепная последовательность, Ривз.

После тренировки он задержался у шкафчиков, проверяя сообщения. От Оливии пришла фотография стенда для университетской выставки — на снимке стояло три одинаковых стола под резким светом.

«Скажи честно: это ужасно?»

Он увеличил фотографию.

«Не ужасно. Но таблички с названиями никто не увидит. Подними их выше и поверни свет».

«Я говорила им то же самое! Можешь приехать в четверг и посмотреть?»

«После шести. На полчаса».

«Ты лучший брат на свете. Временами».

Деклан убрал телефон. Ему нравилось, когда Оливия обращалась к нему за помощью, хотя он каждый раз делал вид, что это величайшая нагрузка в его расписании. С сестрой было проще, чем в офисе: она никогда не боялась назвать его занудой, а он никогда не пытался доказать ей, что прав только потому, что старше.

Он взял ключи и поехал домой. За рулём, стоя на парковке перед выездом, отправил Миранде напоминание о необходимости проверить источник цифр. Без замечаний о том, кто именно допустил ошибку.

Вечером Хлоя вытащила Сиенну прогуляться вдоль воды. Они купили холодный чай в маленьком кафе и уселись на скамью, где было слышно, как хлопают о причал небольшие лодки.

— Ты сегодня молчишь, — заметила Хлоя. — И, кажется, продолжаешь с кем-то спорить мысленно.

— Я устала.

— Люди иногда устают без того, чтобы мысленно спорить с кем-нибудь ещё три часа.

Сиенна посмотрела на неё.

— Я настолько предсказуема?

— Ты моя лучшая подруга. К тому же после знакомства с королём рекламы у тебя появилось новое выражение лица.

— Хлоя, речь была о презентации.

— Ладно. Рассказывай.

Сиенна пересказала рабочую встречу, стараясь не превращать Деклана в главного злодея вечера. Это оказалось сложнее, чем она ожидала. Он действительно указал на неточность. Более того, он был прав. Но его манера разговаривать словно предполагала, что остальные должны извиняться уже за попытку предложить что-то несовершенное.

— То есть он сделал замечание к черновику, а ты ему ответила? — уточнила Хлоя.

— Я объяснила, что это черновик.

— Весьма опасный поступок. Сотрудник объясняет руководителю, что документы иногда меняются.

— Хлоя.

— Я на твоей стороне. Просто думаю, что завтра твой начальник и ты будете вспоминать совершенно разные встречи.

— Он не мой начальник. Стажировкой руководит Миранда.

— Тем более. Ты пришла учиться, не трать все силы на один спор. Ты же сама этого хотела.

Сиенна сделала глоток чая.

— Я знаю. И именно поэтому меня это бесит. Я хочу, чтобы меня слушали, а не считали, что я пытаюсь кому-то доказать свою смелость.

Хлоя на секунду задумалась.

— Тогда пусть тебе будет что показать. Когда у тебя появятся хорошие результаты, говорить станет легче.

Сиенна посмотрела на неё и рассмеялась.

— Кто ты и что сделала с Хлоей Паркер? Обычно в этот момент ты предлагаешь устроить вечеринку.

— Я могу предложить сразу две вещи. Хорошие результаты и вечеринку.

— Вот теперь узнаю тебя.

Хлоя перевела разговор на работу в своём агентстве. Оказалось, один из клиентов хочет устроить благотворительный вечер без длинных речей и официальной рассадки, но при этом требует подробный сценарий каждой минуты.

— Он хочет, чтобы всё выглядело спонтанно, — сказала она, — и уже трижды попросил прислать график спонтанности.

Сиенна смеялась так долго, что в конце даже забыла о презентации. Вечер закончился прогулкой по тихим улицам и договорённостью на выходных наконец выбраться к океану — просто так, без мероприятий и чужих списков гостей.

* * *

В среду утром Сиенна обнаружила у себя на столе маленькую записку от Нины: «Твой слайд выжил. Его выпустили из реанимации».

Рядом лежал распечатанный вариант диаграммы с новой подписью. Аарон действительно исправил пояснения и добавил отдельный блок о том, какие цифры описывают прошлые бронирования, а какие показатели ещё предстоит оценить.

— Выглядит гораздо понятнее, — признала Сиенна.

— Это потому, что вчера мы все немного понервничали, — ответила Нина. — Ты особенно.

— Я совсем не нервничала.

— Конечно. Поэтому ручка у тебя треснула в руке.

Сиенна посмотрела на чёрную полоску чернил у большого пальца. Нина заметила это и прыснула со смеху.

Позже Миранда попросила Сиенну зайти к ней на несколько минут.

— Это не выговор, — сказала Миранда. — Я хотела обсудить вчерашнее совещание.

Сиенна села напротив.

— Вчера вы правильно защитили границы исследования, — сказала Миранда. — Но в следующий раз сначала коротко подтвердите замечание, потом объясните контекст. Чем спокойнее и точнее вы говорите, тем меньше поводов разговору стать личным.

— Я поняла. Простите, если поставила вас в неудобное положение.

— Меня вы не поставили. И запомните: я отвечаю за вашу стажировку. Если задача или замечание непонятны, приходите ко мне. Вы не обязаны угадывать, что думает Деклан Ривз или любой другой руководитель.

Сиенна разжала пальцы, которыми всё это время держала край блокнота.

— Спасибо. Мне действительно важно делать работу хорошо.

— Это заметно. К пятнице подготовьте вместе с Ниной короткий обзор по двум типам гостей: кто приезжает за спокойным отдыхом, а кто выбирает поездку ради событий. Не предложения по цене и не рекламные лозунги. Только реальные потребности, вопросы и подтверждённые данные.

— Хорошо. Мы успеем.

— Если не успеете, скажете. Ночная работа для стажёров не входит в наш план.

Сиенна улыбнулась.

— Это тоже полезная информация.

* * *

Деклан провёл день на звонках и только к четырём добрался до обсуждения строительных сроков с отцом. Ричард пролистал таблицу и неожиданно спросил:

— Миранда сказала, у вас вчера было жарко.

Деклан поднял глаза.

— Обычный рабочий спор.

— Она не жаловалась. Сказала, что после обсуждения материалы стали лучше.

— Стали. Мы обнаружили неточность.

— Тогда зачем ты так настаивал на ней, будто её кто-то специально скрыл?

Деклан усмехнулся без особой радости.

— Ты теперь собираешь свидетельские показания по каждому моему совещанию?

— Нет. Просто знаю тебя. Когда сроки поджимают, ты начинаешь говорить так, будто весь мир обязан держать в голове твои таблицы.

— Это неприятно слышать от тебя.

Ричард приподнял бровь.

— Потому что я сам так делаю?

— Иногда.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом Ричард тихо рассмеялся.

— Видишь? Ты уже умеешь сказать мне неприятную вещь спокойно. Осталось научиться принимать ответ.

Деклан опустил взгляд. Отец поймал его на старой привычке, которую сам же когда-то в нём воспитал.

— Возможно, я слишком резко отреагировал, — признал он.

— Тогда исправь это. Не ради меня. Ради команды.

После ухода Ричарда Деклан открыл обновлённую презентацию. Команда исправила то, на что он указал. И он слишком хорошо помнил, каким тоном потребовал этих изменений.

Он написал Миранде: «Посмотрел исправления. Материал стал точнее. Спасибо команде». Всё остальное решил сказать при следующей встрече.

Отправив сообщение, он вернулся к делу. Чувство раздражения постепенно сменялось другим, менее привычным: досадой на собственную поспешность.

* * *

В среду ближе к шести Сиенна решила спуститься по лестнице. После нескольких часов перед монитором ей хотелось тишины — и хотя бы пяти минут без чужих замечаний к работе.

На площадке между этажами тишина закончилась.

— Беннет, — раздалось снизу. — Ты теперь избегаешь лифтов или конкретных людей?

Деклан поднимался ей навстречу, держа пиджак через плечо. На нём была белая рубашка с закатанными рукавами, а вид такой невозмутимый, словно вчера он вовсе не превратил обсуждение обычного черновика в публичный экзамен.

— Определённо второе, — ответила она. — Но, похоже, у этого здания слишком мало лестниц.

— А я думал, ты не из тех, кто отступает.

— Я и не отступаю. Просто предпочитаю не тратить вечер на ещё одну лекцию директора по развитию.

Деклан остановился на ступень ниже. Теперь их глаза были почти на одном уровне. Проход оставался свободным, но Сиенна почему-то не спешила идти дальше.

— У тебя остались вопросы к замечаниям по презентации? — спросил он.

— К замечаниям — нет. К человеку, который их делал, — целая папка.

— Тогда начни с первого.

— Ты правда считаешь, что люди лучше работают, когда ты разговариваешь с ними так, будто заранее уверен в их глупости?

Улыбка на его лице исчезла.

— Я считаю, что на встрече нужно быть готовым защищать свои предложения.

— Отлично. А я считаю, что руководитель должен отличать проверку идеи от желания показать, кто здесь главный.

— Ты всегда так смело споришь с руководством?

Сиенна сощурилась.

— А ты всегда вспоминаешь свою должность, когда заканчиваются аргументы?

Деклан сжал челюсть. Сиенна даже не скрывала, что ждёт ответа.

— У тебя удивительный талант делать из любого замечания личную войну, — сказал он наконец.

— А у тебя — путать уважение с молчанием.

Где-то выше хлопнула дверь. По лестничной клетке прокатилось эхо, и снова стало тихо.

Деклан опёрся ладонью о перила. Сиенна невольно заметила маленькую татуировку на его кисти. Она тут же подняла глаза — и обнаружила, что он заметил её взгляд.

— Что-то интересное? — спросил Деклан.

— Проверяю, не написано ли у тебя на руке «всегда прав».

Он усмехнулся, но на этот раз улыбка вышла резкой.

— И что, разочарована?

— Пока изучаю шрифт.

Деклан подался вперёд и остановился так близко, что Сиенна различила знакомый аромат его парфюма. Она удержалась на месте — из чистого упрямства, сказала себе.

— Ты каждый раз так пристально смотришь на человека, который тебе не нравится? — негромко спросил он.

Она подняла подбородок.

— А ты каждый раз подходишь ближе, когда не можешь придумать достойный ответ?

На этот раз Деклан замолчал первым.

Он первым отошёл на ступень в сторону. Сиенна прошла бы и без этого, но уступка почему-то задела её сильнее.

— Тебя, Беннет, невозможно переспорить.

— Неправда. Просто сегодня у тебя плохо получается.

Она прошла мимо. На следующем пролёте остановилась и обернулась.

Деклан по-прежнему стоял у перил.

— И ещё, Ривз, — сказала она. — В следующий раз, когда захочешь проверить мою работу, проверяй её. Не мой характер.

— С этим у тебя проблем нет. Особенно когда последний ответ уже прозвучал.

— Значит, у нас одинаковый недостаток.

Она спустилась прежде, чем он успел ответить.

На улице Сиенна задержалась у дверей, чтобы поправить ремешок сумки. Руки не сразу подчинились. Спор закончился, а близость Деклана на лестнице никак не забывалась.

Она повторила про себя его последнее замечание и сердито ускорила шаг.

Деклан ещё минуту простоял на лестнице. Он пришёл сюда по делу, но так и не вспомнил, по какому.

* * *

В четверг Миранда снова собрала команду. На этот раз на экране было всего несколько исправленных карточек — без длинной презентации и споров о терминах.

Деклан пришёл вовремя, положил телефон экраном вниз и сначала дослушал Даниэля до конца. Сиенна заметила эту мелочь почти против воли.

— Во вторник я слишком резко высказался о рабочем варианте, — сказал Деклан. — Исправления вижу. Двигаемся дальше.

Миранда перешла к следующему пункту. Сиенна удивилась не его словам, а тому, что Деклан не попытался немедленно их смягчить шуткой.

Дальше сверили подтверждённые услуги и сроки будущего курорта. Деклан задавал вопросы уже после того, как коллеги заканчивали отвечать. Сиенна заметила, что так обсуждение идёт быстрее.

Когда встреча закончилась, Сиенна задержалась у стола, собирая заметки. Нина ушла вместе с Аароном за распечатками. Деклан подошёл к краю стола, но остановился на расстоянии.

— Беннет, на минуту?

Она подняла голову.

— Только если у тебя есть новая претензия к диаграмме.

— Не понадобится.

Он выглядел не раздражённым, а сосредоточенным. От этого Сиенна насторожилась ещё сильнее.

— Ты правильно напомнила, зачем команде показывают черновики, — сказал он. — Не стоило превращать рабочий вопрос в показательное выступление.

— А подпись действительно вводила в заблуждение. Мы её исправили.

— Заметил.

— Значит, на сегодня у нас редкое достижение: оба довольны результатом.

— Не увлекайся, Беннет. Это может войти в привычку.

Она удержала улыбку.

— Тебе такая привычка точно не повредит.

Деклан тихо усмехнулся.

— Ты всегда заставляешь людей так дорого платить за признание очевидного?

— Только тех, кто сначала пытается меня переубедить.

Из коридора донёсся стук тележки. Сиенна захлопнула блокнот, не спеша сразу уходить.

— Мне нужно к Миранде, — сказала она.

— Конечно. Хорошего дня.

— И тебе, мистер Ривз.

Деклан проводил её взглядом, но на этот раз вернулся к делам без раздражения.

* * *

В четверг вечером Деклан сдержал обещание и заехал к Оливии в университет. Она встретила его у входа в выставочный зал в просторной рубашке, с карандашом за ухом и телефоном в руке.

— Ты опоздал на четыре минуты, — заявила сестра.

— Приехал ровно в шесть четыре. На дорогах пробки.

— Значит, я теперь могу потребовать компенсацию.

— Можешь попросить мороженое. Компенсацию рассматривают юристы.

Оливия засмеялась и провела его внутрь. В зале готовили студенческую выставку: кто-то поправлял плакаты, кто-то спорил о расположении света. Деклан честно обошёл все стенды, выслушал задумку сестры и предложил поменять местами две лампы. Оливия внимательно посмотрела на результат.

— Вот! Я целую неделю пытаюсь им объяснить, что здесь всё бликует.

— Иногда проще показать.

— Это ты мне сейчас как старший брат советуешь или как человек, который привык распоряжаться подрядчиками?

— Как человек, которому обещали мороженое за помощь.

— Ничего подобного. Это я требовала компенсацию.

После они действительно зашли в небольшое кафе рядом с кампусом. Оливия рассказывала о преподавателях и подругах, Деклан — о смешном разговоре с Логаном, но ни разу не заговорил о стройке. Уже прощаясь, сестра вдруг обняла его крепче обычного.

— Спасибо, что приехал. Я знаю, что у тебя сейчас полно дел.

— Твою выставку я бы не пропустил.

— Запомню. И воспользуюсь этим ещё раз.