Иерархия: наследники

– Быстрее! – боцман сохранял спокойствие, но ситуация была, мягко говоря, не стандартная, и напряжение постепенно росло.

Члены команды один за другим осторожно ступали на тонкую прозрачную преграду, отделяющую от бушующей ледяной воды. Постепенно матросы ускоряли шаг, ощущая неимоверную прочность и устойчивость полотна.

– Проверьте все ли здесь? – сказал боцман, обращаясь к оставшимся на корабле и одновременно, следя за тем, чтобы остальные спускались по трапу.

Два молоденьких матроса быстро метнулись на пароход, обежав все места, проверяя, не остались ли раненные или потерявшие сознание люди.

– Все здесь! – быстро сказал один из матросов, ступая на блестящую поверхность и быстро догоняя остальных.

Картина идущих по переливающейся титановыми всполохами дороге, шириной полтора метра и длиной около километра, сильно выбивалась из привычного восприятия реальности. В такое невозможно поверить. Испуганные и измученные штормом, поднявшемся из глубин преисподней, члены команды ускоряли шаг, стараясь как можно быстрее ступить на твердую землю.

Никто не оборачивался. Идущие старались всеми силами не слышать агонизирующий вой за спиной. Матросы не видели, как маслянистая зловонная жидкость, обжигаемая серебристым потоком, отделялась от обычной воды океана и быстро стекала в морские недра, возвращаясь обратно в бездну.

Достигая берега, обессиленные люди падали на холодный снег, не ощущая холода и благодарили Всевышнего за чудесное спасение.

На океан смотрел только молодой боцман, и не из любопытства.

Он прекрасно запомнил все, чему учили в детстве, хотя всю жизнь считал, что в семье просто сохранились старые увлекательные сказки.

Оставшись один на берегу, боцман снял с шеи шнурок, сжал стагон, внутри котором плескался жидкий жемчуг и резко поднял вверх левую руку.

– Einay Agon Edion! – заклинание Креслав запомнил навсегда.

– Да пребудет Свет вечно! – прошептал боцман, с улыбкой смотря наверх, кристальными глазами, заполненными серебристым светом.

В ответ тихий шелест, спускающийся из космических глубин, прошел по воде. Высокая стена и кристальная дорога рассыпались на мелкие искры поднялись в закручивающемся столпе наверх, туда, откуда и пришли.

Всех матросов нашли утром на берегу, замерзших, но живых. Конечно, официальной версией был страшный шторм и утонувший пароход. Рассказам нескольких моряков никто не поверил. И явление вечного Света было запрятано в старой потрепанной газете в короткой заметке о кораблекрушении, чудесное спасение всех моряков осталось в виде очередной морской байки.

Северный ледовитый океан, недалеко от Кандалакши,

Мурманская область, Россия, сентябрь, 1852 год

– Бабушка, куда ты уходишь? – красивый мальчик с кристальными, почти прозрачными, глазами и рассыпавшимися жемчужными кудрями выбежал вслед за высокой женщиной, отходящей от дома в плотную пелену снега.

– Креслав, милый, ты замерзнешь, – улыбнулась мягко женщина, и сквозь плотную стену снега ярко сияли серебряным светом глаза.

– Мне не холодно, – быстро сказал мальчик, старясь справится с печалью, заполняющей детское сердце. – Зачем ты идешь ночью прямо в ураган?

Он пристально смотрел на самого любимого человека, с которым провел все короткое детство. Недавно Креславу исполнилось шесть лет, но он как будто понимал все, что должно произойти. И все равно было грустно.

– Только один раз в двенадцать лет можно уйти обратно, – проговорила женщина. – На месте первых полионов открывается проход и те, кто выполнил свою миссию здесь, могут вернуться и присоединиться к остальным.

Странные слова для шестилетнего ребенка, но Креслав быстро кивнул жемчужными кудрями, словно бабушка читала детскую сказу.

– Тебе будет там хорошо? – задал ребенок совершенно не детский вопрос.

– Конечно! – женщина улыбнулась, продолжая отступать все дальше в плотную стену снега. – Наследники Иерархии с радостью встречают своих.

– Я же увижу тебя? – серьезно смотрел мальчик на бабушку светлыми кристальными глазами. – Мы встретимся там, в полионе?

– О да! Когда ты пройдешь весь путь и выполнишь свою миссию, ты придешь к вратам и войдешь в полион, – голос женщины таял в завываниях ледяного ветра. – Конечно мы встретимся. Только перед тем, как уйти ты должен передать стагон и рассказать наследникам о плане Иерархии. Все закончится только тогда, когда на планету придет двенадцатый Хранитель!

– Конечно, бабушка, – он все понимал, но не смог сдержать текущие по щекам слезы, моментально застывающие в кристальные льдинки.

– Einay Agon Edion! – прозвучал в последний раз знакомый голос.

– Да пребудет Свет вечно! – прошептал ребенок, сжимая на груди кристальный восьмигранник, заполненную жидким жемчужным светом.

Глава 9. Начало поисков

Исландия, Рейкьявик, настоящее время

Клеон собрал в плотный пакет все документы, которые по непонятным причинам взял с собой в поездку. Манускрипт с поблескивающими серебром квадратичными символами положил в плотную льняную сумку.

Только сейчас он обратил внимание на вышитый серебряными нитками символ в углу сумки. Много раз Клеон задавал себе вопрос – кто и зачем прислал манускрипт, в котором вместо букв были квадраты? Еще и вместе с сумкой?

Клеон вздохнул, поняв, что день и правда был насыщенным и решил прогуляться перед сном. Взял куртку, оделся и вышел из отеля.

– Позвольте вызывать вам такси, – услужливо предложила девушка на стойке регистрации.

– Нет, спасибо, просто решил прогуляться перед сном, – сказал Клеон, застегнул куртку и вышел на улицу.

Город, в котором была лаборатория академика Гринлоу, находился почти на побережье. Туристов правда было уже мало, холодная и дождливая погода в сентябре не располагала к пляжному отдыху. Клеон медленно шел по дороге, не обращая особо внимания на окружение, пытаясь привести мысли в порядок.

С удивлением остановился напротив большого здания интересной конструкции. Полукруглое основание переходило в прямоугольный фасад.

Подойдя поближе, он понял, что дошел до национального музея Исландии. Делать особо было нечего, думать о сигналах, карте и манускриптах Клеон уже физически не мог. Мозг требовал отдыха, и он решил зайти. На табличке было написано, что в музее собраны артефакты, рассказывающие об истории страны.

Клеон считался общепризнанным мировым ученым в области генетики, хотя очень много времени посвящал исследованиям в сфере культурной антропологии. Он с интересом ходил между экспонатами, рассматривая различные рукописи, оружие, ювелирные изделия, собранные с разных эпох.

Долго рассматривал артефакты времен викингов, с интересом изучал бронзовые фигурки национальных богов. Удивлял и первый перевод важных религиозных книг, датируемых шестнадцатым веком.

Он не заметил, как пролетело пару часов, все было безумно интересным. Клеон собрался выходить, понимая, что поздно, но неожиданно остановился.

Под стеклом лежала небольшая сумка из плотной ткани. Подобных артефактов полно в любом музее, в каждой стране мира, но Клеон встал, как вкопанный. Дело было не только в том, что сумка по виду сильно напоминала ту, в которую он пару часов назад положил редкий манускрипт. Вверху в левом углу сумки был вышит квадратичный символ. Серебряными нитками.

– Простите, вы не могли бы рассказать, что это за сумка? – Клеон повернулся и спросил проходящего мимо молодого человека.

– Честно, толком никто и не знает, – пожал плечами работник музея примерно двадцати пяти лет. – Очень давно кто-то принес и оставил у дверей. Решили положить к общим экспонатам девятнадцатого века.

– Материал изучали, из которого изготовлена сумка? – спросил Клеон.

– Интересно, что вы спросили, – оживился парень. – Собственно из-за материала и положили предмет в музей. Вначале изучали в собственной лаборатории музея, чтобы указать вид ткани на музейной этикетке, но не смогли. Отправляли в две или три лаборатории, состав ткани так и не определили.

– На музейной этикетке написано, что это «Сумка путешественников», конец девятнадцатого века, – сказал задумчиво Клеон. – Больше ничего. Известно хоть, кто носил подобные сумки, какие народы?

– Знаете что? – сказал молодой сотрудник музея. – Вам нужно поговорить с мистером Гилсоном, Он работает с самого основания музея, должен знать подробности по данному экспонату. Пойдемте, я вас провожу.

Мистеру Гилсону по виду было лет девяносто, но держался он достаточно бодро. Клеона вначале вздрогнул под пронзительным взглядом голубых, почти прозрачных глаз мужчины. Однако быстро взял себя в руки.

– Простите, не хотел вас отвлекать, – аккуратно начал Клеон. – Меня интересует экспонат, называется «Сумка путешественника». Вы случайно не знаете историю объекта? Кто носил такие? Когда? Какое назначение сумки?

– Ну если вы ищете официальные данные, тогда сказать особо нечего, – голос пожилого мужчины был невероятно мелодичным. – Сумку принесли лет пятьдесят назад и просто оставили под дверью музея. Материал похож на плотный лен, но на самом деле состав ткани остался неизвестным.

– Почему на этикетке написано, что это конец девятнадцатого века? – спросил заинтересовано Клеон.

– На основании легенд, молодой человек, – сказал мистер Гилсон.

Клеон вначале хотел повернуться, посмотреть, кто стоит сзади, пока не понял, что «молодым человеком» назвали именно его. Невольно усмехнулся.

– Каких легенд? – спросил Клеон.

– Говорят, в девятнадцатом веке в городе было страшное землетрясение, – покачал седой головой мистер Гилсон. – Не просто природная стихия, земля разламывалась под ногами и оттуда вырывался яркий красный огонь. По словам очевидцев, страшная опасность исходила именно от необычного огня, который просто сжигал все на своем пути. За пламенем шла желто-золотая лава, и удушливый серо-грязный дым. От города бы ничего не осталось.

– Вот тогда, согласно легенде, и заметили необычных путешественников, – продолжал пожилой работник музея. – Два юноши и девушка очень высокого роста спокойно шли мимо огня, и не горели. Подходили к пострадавшим и исцеляли всех от ожогов, переломов ушибов. Чужестранцы спокойно подошли к надвигающейся лаве, скрылись в пелене дыма и больше их никто не видел.

– Подобные легенды есть у каждого народа, – улыбнулся Клеон.

– Конечно, – закивал мистер Гилсон. – Как говорили очевидцы, на путешественниках были длинные белые одеяния, отливающие серебряным светом, и белые платяные сумки, с блестящим квадратным символом. Поэтому на сумке и написали девятнадцатый век, по словам свидетелей.

Клеон, конечно, мог продолжить мысль том, что каждый народ создает разные мифы, но не смог. Что-то в рассказе мужчины задело за живое.

– Так материал почему не смогли определить? – медленно спросил Клеон.

– Интересная история, – ответил мистер Гилсон. – Отправляли даже в столицу, в главную лабораторию. Говорят, никогда с таким не сталкивались. Материал имеет необычную структуру, цельную. Ну как я понял, простым языком, ткань не сплетена из нитей. Просто сплошное полотно. Неизвестно при помощи чего подобное можно сделать. Смогли определить, что в составе много серебра. Вынесли вердикт, что технология изготовления сумки неизвестная.

Клеон поблагодарил пожилого сотрудника музея за подробный рассказ, вышел и пошел по направлению к отелю. Он на знал почему, но всю дорогу улыбался. Как будто услышал в рассказе старика что-то забытое, но родное.

***

Продолжал Клеон улыбаться и во сне, не зная, что снаружи из черного автомобиля с тонированными стеклами в окно отеля пристально кто-то смотрит. Сидящий не пользовался биноклем, и никакой другой навороченной аппаратуры для слежки рядом не было. Да и не нужно было ничего тому, кто, не отрываясь смотрел в окно номера Клеона растянувшимися вдоль лица раскосыми полостями вместо глаз, заполненных маслянистой серо-болотной жижей. Заснувшего счастливым сном Клеона спасало то, что наблюдающий и ему подобные не могли приблизиться к ученому, даже в спящем состоянии.

Большинство обычных людей часто выражает недовольство работой специальных служб. Не всегда справедливо.

Агенты, принявшие решение посвятить жизнь обеспечению безопасности общества, обычные люди, и многие честно и добросовестно выполняют свою работу. Часто, правда, результаты остаются скрытыми для широкой публики, особенно при угрозе потери общественного спокойствия.

При нечеловеческой интуиции и диких способностях материального тела, сидящий в машине и следящий маслянистыми болотными глазами за отелем, где спал Клеон, не заметил, что за ним тоже ведется тотальная слежка.

Далеко не первый год лучшие агенты специального отдела национальной разведки под руководством Эдварда вели тщательное наблюдение за адептами самой скрытой и могущественной организации. Не зря между собой сотрудники разных служб безопасности называли организацию «номером один».

– Есть что доложить? Что происходит с объектом? – голос начальника в трубке звучал серьезно, как и положено в подобных ситуациях.

– Все спокойно, – агент несколько лет работал в специальном подразделении национальной разведки, и доверял Эдварду. – Объект не выходит из машины, напротив отеля, судя по всему, ведет наблюдение

– Где ученый? – Эдвард прекрасно умел контролировать эмоции.

– Не выходил из отеля после прибытия, окна темные, – агент докладывал стандартными фразами, хотя и он, и начальник прекрасно понимали, что ситуация с известным ученым давно перестала вписываться в обычные рамки.

Примерно двадцать агентов под руководством Эдварда в прошлом году уже следили за адептами таинственной организации, перемещаясь по отдаленным точкам планеты и постоянно встречая Клеона. Сидящий в машине агент, да и остальные бойцы отдела быстрого реагирования многое видели в поездках, о чем негласно договорились никогда не говорить.

– Понятно, – голос начальника не выражал эмоций. – Меняйтесь каждые три часа. Защищать ученого! Не забывайте про высокий уровень опасности, вы прекрасно знаете о нестандартных способностях объекта слежки. При малейшем намеке на угрозу сразу сообщить остальным и мне лично. Все понятно?

– Да, начальник, – агент отвечал спокойно, хотя и сам прекрасно знал, что делать. С объектами слежки, демонстрирующими растекающимися маслянистые глаза цвета болотной гнили, подразделение сталкивалось. Агенты между собой старались избегать разговоров о том, кто и что видел во время прямых столкновений. Чтобы не получить пожизненный ярлык сумасшедшего.

В специальное подразделение национальной разведки собирались лучшие из лучших, бойцы регулярно тренировались и обеспечивались самым современным в стране оружием. Агент наблюдал за водителем черной машины, который не отрывал взгляд от темного окна отеля. Агент был спокоен потому, что в тщательном укрытии в полной готовности сидели до зубов вооруженные соратники. Готовые реагировать на любые внештатные ситуации.

«Нестандартные способности, – усмехнулся про себя Эдвард. – Да, самому смешно. Не могу понять, что все-таки происходит. Ты снова куда-то вляпался, Клеон, и я не знаю, получится ли у тебя выкарабкаться в этот раз…».

Он знал, что прямой контакт с ученым сейчас может нанести больше вреда, чем пользы, поэтому старался собрать как можно больше информации, не выдавая собственного участия. Проклятое дело СП-116 Эдвард не хотел открывать, прекрасно зная, что находится внутри. Опытный разведчик иногда долго не мог заснуть, пытаясь не думать о том, какие доказательства были собраны в прошлой экспедиции Клеона. Нельзя такое никому показывать.

Как и положено, он отравил лучших своих агентов для слежки за адептами организации «номер один», будь она проклята. Он понял еще с первого раза, что по неизвестным причинам мощнейшая преступная сеть тщательно следит за Клеоном, что существенно облегчило работу агентам. Не надо метаться по всему миру, отслеживая тех, кто очень хорошо умел заметать следы.

Эдвард поступил, как и год назад. Тотальная слежка за известным на весь мир генетиком давала агентам возможность наблюдать и за действиями адептов.

Звук служебного телефона Эдвард не любил, по таким телефонам не сообщают ничего хорошего. Очередные угрозы, с которыми нужно бороться.

Он поморщился, и взял трубку:

– Слушаю!

– По каким-то причинам мои сотрудники не смогли получить доступ к делу СП-116, – хриплый голос в трубке заставил сильнее сжать трубку.

Высокопоставленные лица не могут по правилам служебного положения звонить начальникам отделов. Звонил директор Центрального агентства расследований, сидевший на прошлой встрече в кресле слева.

Человек, на которого Эдвард всеми силами старался не смотреть.

– Официального запроса не было, поэтому и не получили, – на автомате ответил Эдвард, надеясь, что Алекс не открыл доступ. – Зачем вашему агентству дело? Все изучается согласно установленной процедуре.

– Хорошо, мы просто хотели ознакомиться с имеющимися материалами, – говорящий прекрасно знал, что Эдвард прав, без специального разрешения нельзя было изучать дела других специальных служб.

– Национальная разведка вплотную изучает собранные данные, – трубка казалась горячей. – Дело под грифом «совершенно секретно».

– Я в курсе. Всего хорошего, – короткий ответ, отбой связи.

Эдвард резко вышел из кабинета, ругая себя за то, что не успел перепрятать дело. Долго он не продержится. Слишком неравные силы.

– Зарина, кто-то просил дело СП-116? – с порога быстро спросил руководитель специального подразделения, заходя в кабинет секретаря.

– Просили, – молодая женщина подняла на начальника светлые глаза. – Несколько раз. Приходили из Центрального агентства расследований. Как в кино, в длинных черных плащах и темных очках. Прямо люди в черном.

Резкий стук сердца отдавался в позвоночнике.

– Разрешения на доступ не было, поэтому документы я не отдала, – пожала плечами девушка.

– Хорошо, – выдохнул Эдвард, успокаиваясь и поворачиваясь, чтобы уйти.

– Проблема не в официальном запросе, – спокойно сказала секретарь.

– Что вы имеете в виду? – резко развернулся Эдвард, не ожидая подвоха.

– Два дня назад, когда я пришла на работу, дверь в ваш кабинет была вскрыта, и нижний ящик стола открыт, – Зарина посмотрела на руководителя и в слабом солнечном свете, пробивающемся сквозь жалюзи, Эдварду на минуту показалось, что глаза девушки отливают серебристым блеском.

Стоп. Нужно просто успокоиться, безвыходных ситуаций не бывает. Неудобно вот так перед подчиненными резко разворачиваться и бежать в кабинет. Просил же Алекс вынести документы. Сам виноват!

Эдвард сцепил руки сзади, чтобы не выдать внутреннего напряжения.

– Документы я перепрятала, – на удивление ровным голосом сказала Зарина, и опытный руководитель все же не смог сдержаться и вздрогнул.

– Какие документы? – стараясь скрыть дрожь в голосе, спросил Эдвард.

Секретарь подразделения по хранению архивных документов молча встала, подошла к большой сумке, лежащей на стуле у окна.

«Кто носит сейчас светлые сумки, расшитые серебряными узорами? – пронеслось непроизвольно в голове. – Хотя орнамент очень сложный».

Девушка достала из сумки папку, аккуратно завязанную тесемочками. Напряжение достигло максимального предела.

– Простите, но я забрала документы, – в голосе девушки не было сожаления или страха. – Нельзя оставлять такое в рабочем столе. Те, кто хочет получить доступ к такой информации, гораздо опаснее, чем вы думаете.

Эдвард промолчал только потому, что сильно удивился. На автомате он протянул руку, чтобы взять папку, и взгляд остановился на странном рисунке в верхнем левом углу. Витиеватый квадратичный орнамент поблескивал серебром. Как узор здесь появился? Он точно ничего не рисовал на паке.

– Теперь, они точно не смогут взять в руки документы, – в спокойном голосе Зарины проскользнули торжествующие нотки.

Что может знать секретарь архивного подразделения? Откуда?

– Спасибо, – Эдвард не задал ни одного вопроса, сам не понимая почему.

– Не за что, – девушка вернулась и села за свой стол.

Дома поздно вечером он долго пытался понять, что такого было в голосе девушки, что заставило опытного агента промолчать. Серебристый блеск в глазах можно списать на отблески солнечного света. И только засыпая он вспомнил ровные, словно выточенные пальцы девушки, с четырьмя фалангами.

Глава 10. Клятва света

Исландия, Тингведлир, настоящее время

Клеон проснулся отдохнувшим, что радовало. Последние месяцы засыпать получалось только под действием сильных снотворных. В экспедиции же с момента приезда Клеон почувствовал необычное облегчение, как будто огромный груз упал с плеч. Он заказал в номер кофе и позвонил Гринлоу.

– Привет, как там дела с подготовкой? – спросил Клеон, отпивая кофе.

– На удивление все вообще замечательно, – сказал Гринлоу. – Деньги, как я и сказал, решают все. Научно-технический центр, где изготавливают детектор, согласился все сделать в срочном порядке. Станислав, оказывается, начал подготовку раньше, так что оборудование должны уже скоро отправить.

– Здорово, – кивнул Клеон. – Остальное как? Другое оборудование, транспорт, все есть. Удалось собрать команду ученых?

– Ну с командой проблем не было, – усмехнулся Гринлоу. – Все буквально стоят в очереди, умоляют взять в экспедицию. Сам подумай, кто из астрофизиков откажется от такого шанса? Отбираю самых лучших, разумеется, едет старший астрофизик Ставинский, конечно, Валентин, так как он многое успел сделать.

– Отлично, значит, скоро можно будет выдвигаться? – спросил Клеон.

– Да, с учетом того, что первое место находится здесь, в Исландии, – подтвердил академик. – От лаборатории всего-то километров пятьдесят. Честно говоря, ума не приложу, что может давать такой аномальный уровень излучения? Ничего же рядом вообще нет. Почему именно это место, Клеон?

Клеон поставил пустую чашку с кофе и вздохнул. Он и сам очень хотел бы понять, откуда узнал про места, куда предположительно приплыли гигантские плавучие средства с обитателями первого Города. Да и это откуда он взял то?

– Не знаю, Гринлоу, – вслух сказал Клеон. – Версия с путешествием первой цивилизации, так скажем, далека от научных данных. В студенчестве, сам же знаешь, все выглядит по-другому. Я просто был уверен, что прав и после разрушения острова обитатели отплыли в четыре разные стороны.

– Может наоборот, Клеон? – серьезно спросил Гринлоу. – Что, если молодой мозг еще не был забит всякой ерундой, которую предлагает традиционная наука вместо реальных доказательств? Что, если ты тогда оценивал явления гораздо адекватнее, так как не был предвзятым?

Клеон невольно вздрогнул, в глубине души прекрасно понимая, что Гринлоу прав. Каким-то образом, восставая против давления Лабиринта общественной системы, он не заметил, как оказался в самом центре.

– Ладно, побегу дальше собирать все необходимое, – спохватился Гринлоу. – Кучу вещей еще нужно решить. Ты там не скучаешь?

– Да нет, все отлично, – искренне сказал Клеон. – Вчера даже в музее был.

– Ну скоро увидимся, и на месте посмотрим, что там может находиться на местах, откуда поступают сигналы, – сказал Гринлоу и отключился.

Клеон посидел немного и пошел к себе в номер. Он не планировал участвовать в новых исследованиях, даже внутренне сопротивлялся, но знал, что не устоит. Он безумно хотел снова открыть таинственный манускрипт и перенестись в волшебный мир, где все было совершенно другим. Прекрасным.

По дороге в номер он прокручивал в голове вчерашнюю встречу в отеле. Дополнительных доказательств не требовалось, он прекрасно знал, что сумка, в которой лежал древний манускрипт, идентична той, что лежала в музее.

«Что за принцип такой странный, подбрасывать сумки неизвестным людям, – думал Клеон. – С учетом того, что материал невозможно определить, в составе ткани обнаружен высокий процент серебра. Кстати, надо хотя бы сумку отдать на исследование, у меня же много знакомых нужного профиля».

Конечно, зайдя в комнату отеля, он первым делом достал плотную платяную сумку, и достал книгу с серебристыми квадратами внизу.

Странно, но каждый раз Клеону казалось, что не он открывает манускрипт на нужной странице, но сама книга показывает определенные картины. Он долго смотрел на квадратичный текст, не заметив, как снова оказался в другом мире.

Он видел, как высокие фигуры в белых одеяниях, расшитых серебристыми квадратами, стояли в круге наверху плывущего Аргона.

Аргон атаковали. Внутри все сжалось от ужаса, потому что Клеон не только видел горы грязной маслянистой субстанции, но знал, что это такое.