Рыцарский отпуск

Марго Ромашка

Рыцарский отпуск

Глава 1.

Далеко-далеко, в волшебном королевстве Аэлар, бродит слух о злом драконе. Чешуя его, словно громовое облако, – предвестник пропажи скота близлежащей деревни у места его обитания, особенно упорно пропадают пушистые овцы, на последок успевая протянуть жалобное «меее» в воздух, да курицы, которых не загнали домой.

Король Эрик был сильно обеспокоен такими вестями, что только не предлагали дракону за его милость: сундуки полные золота, самых красивых девушек вплоть до принцессы, шелка восточных мастеров и блюда лучших поваров. Всё равно дракон продолжал свои нападения.

– Так больше продолжаться не может. – Эрик, поглаживая длинную седую бороду, резко встал с трона, его короткорослая фигура пыталась вытянуться во всю осанку перед рыцарями. – Идите к замку в деревне Нижней, победите дракона и освободите жителей от его зла!

Приказ был получен, да только отряд попался… Совершенно не мотивированный. Работать за бесплатно уже вошло в привычку королевского полка, монеты задерживали с прошлой зимы, а выплаты хлебом не могут прокормить огромные семьи. Медленно, но уверенно по пути в деревню кто-то да отсеивался:

– Не могу. – Качал головой Алекс, рыцарь старой закалки и с шрамом на носу. – У меня жена, дети, родители, а я иду на дракона за какой-то хлеб? Передайте королю, что я ухожу.

– Я тоже… – Пробормотал более молодой парень. – У меня скоро свадьба.

– И я! – Кричала золотоволосая девушка.

Так до каменистого моста к замку дошла только Астра.

Настырный холодный ветер осени колыхал выбитые из хвоста чёрные волосы, вихри, напоминающие тёмные мотки водорослей, целовали щёки. Сухие голые кустарники со скрежетом гладили выступы камней. Замок этот был стар, изначально принадлежащий феодалу, когда королевство ещё не было единым. Среди местных жителей пролегла легенда о живущих там призраках, от чего никто не предпринимал попыток поселиться в нём. Кроме, пожалуй, большого дракона, что сейчас смотрел на неё.

Он был огромен, мощные когтистые лапы держались за высокую башню с тёмной крышей, длинная пепельная шея вытянулась, чтобы горящими фиолетовыми глазами получше рассмотреть вторгнувшуюся на его территорию незнакомку. Толстые рога более светлого цвета торчали из головы. Он фыркнул, выталкивая густой дым из пасти.

Астра моргнула, медленно, словно только осознавая где она находится. Перед ней был монстр, древние книги библиотек описывали драконов именно такими: жестоким, сильными, готовыми на всё ради защиты своей территории. Для них не было важно чья она изначально и всё же даже если это ничейный замок, люди собирались его прогнать. Ей вспомнились слова её коллег, тех, кто бросил меч по пути ко «злу». Даже если этот дракон сейчас съест её, зажарит огненным дыханием, это будет куда более милостиво, чем получить за свою работу чёрствый хлеб.

Дракон на крыше тихо рычал, переменувшись с лапы на лапу. Астра тяжело вздохнула.

– Кажется я должна тебя победить. – Ветер подхватил её голос. Донёс ли он его до ушей дракона? Совершенно не важно. – Хотя… Мне совсем не хочется этого делать.

Астра вытянула меч из ножен, лезвие холодно блеснуло в остатках туманного солнца, прежде чем со звоном упасть на мостовую. Под пристальным взглядом дракона, девушка решительно направилась к массивным дверям замка. Она толкнула их, те поддались с сопротивлением протяжного скрипа, впуская в свои тёмные паутинные коридоры. Дракон замешкался, он ожидал битвы, криков, но вместо этого какой-то человечишка просто нагло ворвался в его логово. Немного подумав, он нырнул вниз, в узкий двор замка, крылья сложились, хвост скрутился кольцом вокруг колодца, делая его похожим на прыгнувшего в маленькую коробку кота.

Дракон, казалось, скользнул в узкое окно в стене башни, хотя Астра поклялась бы, что туда не пролезла бы и кошка. Внутри послышался грохот, глухое ворчание и несколько приглушенных ругательств на непонятном языке, больше похожем на рычание и шипение. Сумрак коридора поглотил звуки, и Астра, затаив дыхание, ждала.

Из темноты перед ней возникла не драконья морда, а человек.

Высокий, почти касающийся головой низкой перекладины над дверью какой-то гостевой комнаты. Короткие волосы цвета пепла с угольно-черной чёлкой, падающей на острые, бледные скулы. Его фиолетовые глаза, такие же, как у зверя на крыше, пристально и с нескрываемым любопытством изучали её. В уголках его рта виднелись острые клыки.

– Это мой дом, – произнес он. Голос был низким, слегка шипящим, с легкой хрипотцой, будто он редко им пользовался. – Ты не победила меня. Ты даже не попыталась. Зачем ты вошла?

Астра, не отрываясь, смотрела на него. Её усталость была такой всепоглощающей, что даже появление дракона в человечьем облике не вызвало в ней страха, только глухое, апатичное удивление. Она указала пальцем куда-то за его спину, вглубь коридора.

– Там тепло? И есть где сесть? Мне все равно. Король не заплатил. Дракон не дракон… Я устала. Я остаюсь.

Оникс моргнул, ошеломлённый. Его длинный, раздвоенный на кончике язык мелькнул, облизал губу – жест, совершенно нечеловеческий.

«Она не боится? Она… устала? От чего? От меня? Но она даже не видела, что я делаю с овцами…»

– Здесь холодно, – ответил он, наконец, слегка нахмурившись. – И пыльно. И ты… вторглась. Я должен тебя съесть. Или испепелить. Так делают. В книгах.

– В книгах короли платят своим рыцарям, – парировала Астра, сняв с напряжением тяжелые латные перчатки и бросив их на каменный пол с глухим стуком. – А в жизни нет. Так что твои книги врут. И я никуда не уйду. Если хочешь испепелить – делай. Будет быстрее, чем от голода.

Она обошла его, двинулась дальше по коридору, нащупывая путь в полутьме. Оникс, растерянно покрутив головой, поплелся за ней, его драконья сущность была сбита с толку этой странной, апатичной агрессией.

Он привел её – вернее, она сама вышла, ведомая запахом сена и живой теплотой, – в огромный, некогда бальный зал. И Астра замерла.

Зал был превращен в огромный загон. Аккуратно сложенные тюки сена, поилки из старых каменных чаш, и… овцы. Десятки пушистых, ухоженных овец, мирно жующих сено. Среди них важно расхаживали куры, квохча. У дальней стены дремали две коровы. В углу была устроена груда из старых гобеленов и подушек – явно драконье логово в миниатюре. И ни следа крови, ни костей, ни характерного запаха.

– Ты… не ешь их, – констатировала Астра, и в её голосе впервые прозвучало что-то, кроме усталости. Изумление.

Оникс нахмурился еще сильнее, словно пойманный на месте преступления.

– Они… мягкие, – пробормотал он, отводя взгляд. Его фиолетовые глаза забегали по стенам. – И шумят смешно. Меее. Ко-ко-ко. Их жалко. Я просто… брал. Чтобы было не так тихо.

Одиночество в его голосе прозвучало громче любого рыка. Астра медленно обернулась и посмотрела на него – уже не как на чудовище, а как на странного, огромного подростка, укравшего зверей, чтобы те скрасили его одиночество в полуразрушенном замке с призраками.

– Значит, ты не злой, – тихо сказала она.

– Я не знаю, – честно ответил Оникс. – Я никогда никого не убивал. Но люди… они кричали, бросали копья. Говорили, что я злой. Поэтому я перестал показываться. Только брал овец. Тихо.

Астра подошла к груде подушек и без церемоний повалилась на неё. Латы загремели. Она закрыла глаза.

– Они и про меня скоро такое скажут. Что я злая. Потому что сбежала. И украла у дракона его загон с овцами, чтобы выспаться.

Оникс осторожно присел рядом, поджав длинные ноги. Он наблюдал, как её лицо, с пухлыми щеками, расслабляется, как дыхание становится ровнее.

– Ты… останешься? Надолго? – спросил он, и в его шипящем голосе прозвучала робкая, несмелая надежда.

– Не знаю. Пока не прогонишь. А прогонишь – мне всё равно некуда идти.

– Я не прогоню, – быстро сказал Оникс.

В зале было тихо, только хрумкание сена, квохтанье кур и ровное дыхание засыпающей девушки-рыцаря. Оникс сидел неподвижно, охраняя её сон и свой тихий, странный зверинец, чувствуя, как острое лезвие его одиночества даёт первую, маленькую трещину.

В полутьме зала, освещенного лишь редкими лучами солнца, пробивающимися сквозь забитые окна высоко под потолком, воцарилась тишина. Астра погрузилась в глубокий, беспробудный сон, который знавала лишь после самых изматывающих походов. Её тело, закованное в потрескавшиеся от времени латы, наконец-то расслабилось на грубой, но мягкой подстилке из старых тканей.

Оникс не двигался. Он сидел, скрестив длинные ноги, и смотрел. Его фиолетовые глаза, привыкшие различать мельчайшие детали в темноте пещер, изучали каждую черту её лица: тёмные ресницы, отбросившие тени на бледные щёки, расслабленные брови, тёмные волосы, растрепавшиеся по подушке. Он слышал размеренный стук её сердца – ровный, убаюкивающий, совсем не такой, как у тех, кто приходил с мечами и криками.

«Она не боится. Она спит. Здесь. Со мной».

Мысль казалась ему невероятной. Он тихо встал, движением бесшумным и плавным, и направился к одной из коров. Большое животное лениво подняло голову. Оникс протянул руку и почесал её между рогами. Корова благодарно мычала.

– Она осталась, – прошептал он на своём языке, больше похожем на тихое шипение и скрежет камней. – Что теперь делать?

Ответа не последовало. Ему не ответили не кружащие в воздухе пылинки, ни мыши, прячущиеся где-то в норах. Только курица, пробегая мимо, отвлеклась на блестящую пряжку на брошенных Астрой перчатках и попыталась её клюнуть.

Солнце за окнами сместилось, удлинив тени. В замке стало заметно холоднее. Оникс, нахмурившись, посмотрел на спящую Астру. Люди, как он заметил, были хрупкими и мерзли без шкур и перьев. Он подошёл к груде своих сокровищ – там не было золота, только вещи, которые он находил интересными: старый, полуистлевший гобелен с изображением звёзд, несколько прочных, хоть и потрёпанных шерстяных одеял, красивые, но битые кувшины. Он аккуратно выбрал самое толстое, наименее дырявое одеяло и, затаив дыхание, накрыл им девушку.

Астра что-то пробормотала во сне и укуталась в ткань, повернувшись на бок. Уголок её рта дрогнул – почти что улыбка. Оникс почувствовал странное тепло в груди, не имеющее ничего общего с внутренним пламенем.

Он решил заняться делами. В его новообретённом хозяйстве всегда находилась работа: пополнить поилки чистой водой из колодца во внутреннем дворе, разбросать свежее сено, собрать немногочисленные яйца. Он делал это в своей человеческой форме, хоть и неуклюже – пальцы, привыкшие к когтям, плохо слушались, зато можно было пройти в узкие двери. Куры доверчиво бегали у его ног.

Сумерки уже окончательно сгустились, когда Астра пошевелилась и открыла глаза. Она несколько секунд лежала неподвижно, серые глаза блуждали по высокому тёмному потолку, пока память не вернулась к ней. Она не на посту. Не в душной казарме. Она в логове дракона. Точнее, в его загоне для скота.

Она села. Тяжёлое, но тёплое одеяло сползло с её плеч. Запах сена, навоза и пыли был непривычным, но не отталкивающим. И было… спокойно. Никто не кричал приказов. Не требовал отчёта. Не напоминал о долге, который всё равно не оплатят.

– Ты не ушёл, – её голос был хриплым от сна.

Из темноты, от поилок, возникла высокая фигура. Оникс нёс старое деревянное ведро.

– Куда мне уходить? – он поставил ведро, и овцы тут же окружили его, тычась мягкими мордами. – Это мой дом. И… я принёс еды. Для тебя.

Он с некоторой неловкостью протянул ей грубую деревянную миску. Внутри лежало несколько варёных яиц, кусок твёрдого, но съедобного сыра, – явно не драконьего производства, а значит, либо куплен, либо тоже «позаимствован» из деревни, – и пара сморщенных, но сладких яблок.

– Это… с чего? – Астра медленно взяла миску. Её пальцы дрогнули. Последний раз кто-то подавал ей еду просто так, без долга и обязательств… она и не вспомнит когда.

– У меня есть вещи, – Оникс сел напротив, на корточках, как большая птица. – Иногда я меняюсь и летаю далеко. Нахожу… блестящие безделушки на заброшенных дорогах или в руинах. Иногда меняю их у странствующих торговцев на краю леса на еду. Для них. – Он кивнул на животных. – И для себя. В человеческом виде я тоже ем человеческую пищу. Она… интересная на вкус.

Астра молча очистила яйцо и откусила. Простая еда показалась ей пиром. Она ела медленно, чувствуя, как голод, ставший её привычным спутником, наконец отступает.

– Спасибо, – тихо сказала она, закончив. – И за одеяло тоже.

Оникс лишь кивнул, смотря на неё тем же неослабевающим, изучающим взглядом.

– Почему твой король не платит? – вдруг спросил он. – Разве рыцари не должны получать награду за риск?

Горькая усмешка тронула губы Астры.

– Должны. Но король Эрик стар, жаден и боится всего, что сильнее его. Он копит золото на случай войны или чумы. А мы… мы просто инструмент. Сломался – найдёт новый. Нас много.

– Это несправедливо, – просто констатировал Оникс. В его голосе не было человеческого морализаторства, только холодная констатация факта, как если бы он сказал «огонь горячий, а камень твёрдый».

– Да. Поэтому я здесь. – Астра отложила миску в сторону и посмотрела на него в упор. – А что ты будешь делать…

– Оникс. – Запоздало представился дракон.

– Астра. – Вдогонку бросила девушка. – Я осталась. Я не собираюсь сражаться с тобой. Но я и не собираюсь быть твоей пленницей или… питомцем.

Оникс наклонил голову, чёрная чёлка упала на глаз.

– Ты можешь быть… гостьей. – Он произнёс это слово осторожно, будто пробуя его на вкус. – Никто ещё не был моим гостем. Ты можешь приходить и уходить. Можешь помогать с… ними. – Он махнул рукой на своих питомцев. – Или не помогать. Можешь просто спать. Мне… не будет одиноко.

В его последних словах снова сквозила та же щемящая нота, что и раньше. Астра почувствовала, как в её усталой, очерствевшей душе что-то дрогнуло. Не жалость. Скорее, понимание.

– Ладно, – она вздохнула, но на этот раз в её вздохе было облегчение. – Я буду твоей гостьей. Но учти, я рыцарь. Даже разжалованный и брошенный. Если твои… методы добычи пропитания для этого зверинца навлекут на замок целую армию, я возьму свой меч. Но не против тебя. Против них.

Оникс внезапно улыбнулся. Улыбка получилась оскаленной из-за клыков, но искренней.

– Договорились. – Его раздвоенный язык мелькнул. – А сейчас… хочешь посмотреть, откуда здесь лучший вид на звёзды? Люди, кажется, любят на них смотреть.

Астра, пусть и слегка удивлённая неожиданным предложением, преодолевая ломоту в теле, поднялась.

– Да. Покажи.

Он повёл её по узкой, полуразрушенной лестнице на одну из уцелевших башен. Ветер уже не был таким ледяным, или она просто успела согреться. Круглое пространство было завалено пылью, в углах висела паутина; над головой зияла дыра, через которую на них выливалась чёрная ткань созвездий. Оникс ладонью стёр пыль с выступа каменного подоконника и пригласил рыцаря сесть первой. Астра устроилась боком, свесив ноги и подняв голову, дракон присоединился. Они сидели на холодном камне, плечом к плечу, глядя, как в небе, свободном от облаков, загораются одна за другой далёкие, холодные точки. Внизу, в деревне, зажглись огоньки. Мир казался тихим и бесконечно далёким.

Астра украдкой посмотрела на профиль своего нового знакомого. Его острые черты были смягчены лунным светом. Он смотрел вверх с безмятежным, детским любопытством.

«Может быть, – подумала она, прислоняясь спиной к прохладной створке окна, – сбежать от всего – не поражение. Может быть, это просто наконец-то найти место, где тебя не используют. Даже если это место – логово дракона, который крадёт овец, чтобы ему было не так одиноко».

Глава 2.

Утро началось с мощного взмаха чешуйчатых крыльев за окнами. Поднятый ветер пробежал по щелям замка, пугая и приподнимая вверх куриц, две из них, коричневого оттенка, шлёпнулись прямиком на спящую девушку. Она лежала на своей груде подушек, всё ещё отчаянно цепляясь за остатки сна, когда мирное пофыркивание овец и квохтанье сменилось внезапным хаосом. Сквозь сон она услышала мощный взмах крыльев, свист ветра в башенных арках – и вот уже две курицы, словно маленькие пушистые снаряды, приземлились на неё. Астра ахнула от неожиданности и тяжести.

– Что за… – она попыталась сесть, но одна из птиц, испуганная резким движением, забралась ей прямо на лицо, отчаянно хлопая крыльями.

Через мгновение тяжёлые шаги послышались на каменной лестнице. В проёме двери появился Оникс, запыхавшийся. Его пепельные волосы были растрёпаны ветром, а фиолетовые глаза широко раскрыты от беспокойства. Увидев сцену с курами, он замер, а затем странное, шипящее хихиканье вырвалось у него из груди.

– Они… боятся, когда я взлетаю с башни. Разбегаются. – Он подошёл и осторожно снял с лица Астры самую отчаянную курицу. Птица тут же успокоилась в его руках, устроившись, словно ручное животное. – Прости. Я не подумал.

Астра, наконец высвободившись, откинулась на подушки, смотря на потолок. Уголки её губ задрожали.

– Это… новый способ разбудить гостя? – спросила она, и в её голосе прозвучала лёгкость, которой не было ещё вчера.

– Нет. – Оникс посадил куриц на пол, и те, ворча, пошли к своим сородичам. – Я летал в дальнюю долину. Там растут особые ягоды, кислые и твёрдые. Но если их раздавить и смешать с водой… получается краска. Фиолетовая. – Он вытащил из складок своей простой одежды тряпичный мешочек, из которого сочился насыщенный лиловый сок. – Для… для гобелена. Я хочу дошить звёзды. Там выцвело.

Астра приподнялась на локте, рассматривая его. Вчерашний вечер, тихий и наполненный странным пониманием, стёр последние остатки страха. Теперь она видела перед собой не монстра, а огромного, неуклюжего, но искреннего… существа. Своими хобби.

– Ты вышиваешь? – не смогла она сдержать лёгкого изумления.

Оникс нахмурился, словно ожидая насмешки.

– Это… успокаивает. Когтями сложно, но в этой форме… пальцы слушаются лучше. И картинка получается. – Он отвернулся, пряча мешочек. – Я пойду.

– Подожди. – Астра наконец встала, её латы мягко звякнули. – Ты принёс еду, показал звёзды. Я твоя гостья. Должна же я как-то отрабатывать гостеприимство. Давай я помогу. Хотя бы принесу воды, чтобы развести эту… краску.

Оникс повернулся, и в его глазах мелькнуло то самое тепло, которое она заметила вчера.

– Хорошо, – просто сказал он.

Так начался их день. Астра, скинув неудобные латные поножи и наплечники, в простой рубахе и штанах, оказалась удивительно полезной. Она принесла воды из колодца, нашла в кладовой старую, но целую каменную ступу, чтобы растолочь ягоды. Оникс, тем временем, развернул большой, потрёпанный гобелен – тот самый, со звёздами. Часть небесного свода действительно выцвела до блекло-серого.

Они сидели на полу в лучах утреннего солнца, пробивавшегося в зал. Оникс, с невероятной для его крупных пальцев аккуратностью, обмакивал заострённую палочку в лиловую краску и подрисовывал выцветшие контуры созвездий. Астра наблюдала, поднося ему чашу с краской, и вдруг спросила:

– А откуда ты знаешь, как выглядят звёзды? Ты же, наверное, всегда смотришь на них сверху, когда летаешь.

Оникс на секунду задумался, его раздвоенный язык коснулся уголка губы в привычном жесте.

– Сверху они… такие же. Но дальше. Кажется, что можно дотянуться. А с земли они будто висят на чёрной ткани. И каждая на своём месте. Это… правильно. Всё имеет своё место. Солнце, луна, звёзды. Драконы. Люди. – Он взглянул на неё. – Рыцари.

– У меня своего места не было… я давно покинула дом, – тихо призналась Астра. – Было место в строю. Которое мог занять любой.

– Теперь есть, – так же тихо ответил Оникс, возвращаясь к гобелену. – Здесь.

Тишину снова нарушили животные, но на этот раз это был не испуг, а обычная утренняя суета. Астра, почувствовав прилив странной, почти забытой энергии, взялась за другие дела. Она разбросала свежее сено, помогла напоить коров, нашла ещё полдюжины яиц в укромных уголках. Работа была простой, физической, и она приносила странное удовлетворение. Здесь был виден результат. Насытившиеся животные. Чистый загон. Медленно оживающий под руками дракона гобелен.

К полудню, когда солнце стояло высоко и в зале стало по-настоящему тепло, они сделали перерыв. Оникс исчез и вернулся с парой свежих рыбин, пойманных, как он пояснил, в горной реке. Они развели маленький, аккуратный костёр во внутреннем дворике, – Оникс разжёг его одним точным выдохом искр, что заставило Астру непроизвольно вздрогнуть, но лишь на миг, – и зажарили рыбу на камнях.

Ели они молча, но это молчание уже не было неловким. Оно было спокойным, созвучным тихому жужжанию пчёл, прилетевших на запах цветов, пробивавшихся сквозь трещины в стене.

– Что будешь делать дальше? – наконец спросила Астра, обгладывая хребет. – После того как звёзды будут готовы.

Оникс пожал плечами.

– Не знаю. Ухаживать за ними. – Он кивнул в сторону зала. – Летать. Смотреть. Может, найти ещё один гобелен. – мужчина помолчал. – А ты?

Вопрос застал её врасплох. У неё не было планов. Вся её жизнь последних лет была цепью чужих приказов. Свобода, оказалось, была пугающе просторной.

– Не знаю, – честно ответила она. – Наверное… привыкать. К тому, что меня не ждёт ни патруль, ни выговор, ни чёрствый хлеб. К тому, что я могу просто сидеть и смотреть, как дракон вышивает.

Оникс хихикнул.

– Это звучит смешно.

– Это и есть смешно. И… хорошо.

После еды Оникс, сославшись на то, что нужно проверить дальние стены замка на предмет новых трещин, снова принял драконью форму и улетел, на этот раз постаравшись взлететь с самой дальней башни, чтобы не пугать живность. Астра осталась одна. Она обошла замок, изучая его уже не как потенциальное поле боя, а как… дом. Пусть и чужой, разрушающийся, населённый призраками и украденными овцами.

В одной из полуразрушенных комнат она нашла остатки старой библиотеки. Книги почти все истлели, но несколько потрёпанных фолиантов уцелели. Среди них – трактат о садоводстве и что-то похожее на летопись первых лет королевства. Она взяла книги и вернулась в свой угол в загоне. Устроившись поудобнее, начала читать. Тишину нарушало только мирное пофыркивание животных. Она читала, и чувствовала, как напряжение последних лет медленно, словно ржавчина, отшелушивается от её души.

Оникс вернулся на закате. Он принёс с собой охапку дикого лука и несколько незнакомых Астре кореньев. Увидев её с книгой, он снова замер в дверях, его глаза загорелись интересом.

– Ты читаешь?

– Да. Здесь есть кое-что интересное. – Она показала на трактат о садоводстве. – Здесь пишут, что на северном склоне можно выращивать морозостойкие ягоды. А у тебя как раз северная стена почти цела и там много солнца утром. Мы могли бы… – она запнулась, осознавая, что сказала «мы». – …Ты мог бы попробовать разбить там маленький сад. Чтобы не летать так далеко за ягодами для краски.

Оникс подошёл и присел рядом, заглядывая через её плечо в книгу. Его дыхание было тёплым на её щеке.

– «Мы» – хорошее слово, – прошептал он, и его голос прозвучал почти как рычание от удовольствия. – Я не умею сажать. Мои когти… они для копания земли, но не для такого.

– А я, возможно, смогу научиться, – ответила Астра, и в её голосе прозвучала новая, твёрдая нота. Нота не приказа, а предложения. – По книгам.

Оникс посмотрел на неё, и в его фиолетовых глазах отразился последний луч заходящего солнца, превратив их в жидкое золото.

– Значит, ты останешься. Надолго.

Это был не вопрос, а утверждение, полное тихой, почти невероятной надежды.

Астра посмотрела на него, затем на своих новых соседей – овец, кур, дремлющих коров, на гобелен со свежими фиолетовыми звёздами, на книги у своих ног. Она почувствовала не груз ответственности, а лёгкость выбора. Свой выбор.

– Да, – просто сказала она. – Кажется, что так.

И когда ночь снова опустилась на замок, и Оникс повёл её на башню смотреть на уже знакомые, но от этого не менее прекрасные звёзды, Астра поняла, что нашла не просто убежище. Она нашла что-то гораздо более редкое и ценное, чем золото короля Эрика. Она нашла место, где её «место» было не в строю, а здесь, рядом с драконьим крылом, отбрасывающим тень на древние камни.