Похотливая эльфийка ушкам не хозяйка

В трактире я встретила Лорена.

— Мне предложили работу с отличным жалованьем, — сказала я, бросая плащ на спинку стула. — Думаю, соглашаться ли.

— Кто?

— Велисса.

Он перестал перелистывать бумагу.

— Не делайте этого.

— Может, вы сначала спросите, что предлагают?

— Не имеет значения.

— Вы опять решаете за меня?

Лорен открыл рот, потом закрыл. В этот момент я увидела на его лице что-то, чего раньше не замечала: страх, слишком личный для профессионального спора.

— Мира там работает, — сказала я уже тише. — Она сказала, что фонд ей помог.

— Я знаю, — ответил он. — Поэтому и прошу быть осторожнее.

Он ушёл прежде, чем я успела придумать, как помириться после ссоры. На столе остался пирожок, который я принесла ему по дороге и забыла отдать.

Вечером доставили маленькую коробку. Внутри лежала серебряная серьга с камнем, точно подходящим к проданному в первый день кольцу. На записке красивым почерком было выведено: «Чтобы ваш слух никогда не оставался без защиты. В. А.»

Я долго держала её на ладони. Не надела. Но и не выбросила.

Глава 13. Как молчат чужие уши

Трёхдневное соглашение с Палатой уже закончилось. Я согласилась продолжить занятия за отдельную дневную плату и с тем же правом уйти без магической клятвы.

— Вы знаете разницу между ложью и ошибкой? — спросил Лорен.

— Лжецу хочется дать по голове, ошибившемуся — иногда тоже.

— Блестяще. Однако мало пригодно в суде.

Мы сидели в задней комнате Палаты. На столе лежали листки с печатями, у стен стояли шкафы. Я пришла с опозданием, потому что Корда попросила помочь перенести мешки муки, и теперь Лорен делал вид, что вовсе не смотрит на белое пятно у меня на плече.

— Первый случай, — сказал он. — Торговец утверждает, что его товар подорожал после шторма. На самом деле цены не менялись. Что вы услышите?

— Фальшь.

— Если он сам уверен в том, что цены изменились?

Я пожала плечами.

— Уверенность не делает товар дешевле.

— Но волевой подделки нет. Наш слух ловит расхождение между данным обещанием и тем, что человек намерен исполнить. Он не сообщает объективную истину.

В записанной клятве торговца не было главного — гарантии, что человек не ошибается. Мой вчерашний вывод «Велисса не врёт» вовсе не означал «Велисса безвредна». Она вполне могла считать свои планы прекрасными. Искренне.

— Ладно. Ещё пример, — попросила я.

Лорен достал бумагу о продаже маленькой лодки. В ноте слышалась чистота, но в описании отсутствовал пункт о дыре в днище.

— Он сказал, что лодка сделана из прочного дерева, — объяснил Лорен. — Правда. Не сказал, что после столкновения с причалом она течёт. Тоже его право, если вопроса не задавали. Моральная сомнительность не всегда совпадает с магическим подлогом.

— У вас опасная профессия. С таким количеством уточнений и поцеловаться нельзя.

— Для поцелуя достаточно более краткого согласия.

Я замерла. Он тоже, кажется, понял, что произнёс. Затем с невероятной поспешностью принялся раскладывать листы. Я улыбнулась и очень хотела подколоть его, но сдержалась: момент был слишком редкий.

Глушитель из купленных материалов Агата к этому времени уже собрала, но испытание вышло скромным: он мог на короткое время заглушить только один медальон и быстро нагревался. Для массового отключения не годился, зато доказал, что внешний сигнал можно временно отсечь.

В перерыве Агата принесла защитные кольца для ушей. Мягкие металлические ободки надевались у основания, приглушая резкие колебания. С виду украшение. На деле — спасение для перегруженной головы. Она предложила проверить их на городской площади.

Мы шли между прилавками. Сначала я слышала всё: ругань торговцев, топот лошадей, соседскую песню из окна. Потом повернула маленький винтик и вдруг смогла сосредоточиться на разговоре рядом, не отвлекаясь на гул колокола.

— Работает, — сказала я.

Агата на секунду закрыла глаза от облегчения.

— Только не крути до упора. Если перегрузишь, кольца начнут звенеть сами.