Не принадлежать королю

Каэль стоял у одной из колонн, небрежно прислонившись к ней плечом, и смотрел на него с откровенной насмешкой.

— Тебе такая девчонка не по зубам?

Маркус прищурился.

— А какое тебе вообще дело до этой девочки?

— А что ты так напрягся? — Каэль приподнял бровь. — Боишься, что я ей понравлюсь?

Он оттолкнулся от колонны и неспешно подошёл ближе.

— Ты пришёл во дворец требовать женщину, для которой официально ты никто. При этом ещё умудряешься обижаться, когда тебе напоминают о границах.

— Следи за словами.

— А что? Задел?

Каэль улыбнулся.

— Может, ты просто недостаточно хорош для неё?

Каэль сделал ещё шаг.

В глазах Маркуса на мгновение мелькнул звериный золотой отблеск. Он смотрел на оппонента всего несколько секунд, а затем резко бросился вперёд.

Каэль успел перехватить удар, развернул его и прижал к холодной каменной стене, одной рукой сжав горло.

Зрачки Маркуса расширились, зверь внутри него рванулся наружу, но давление Каэля оказалось слишком сильным.

— Не забывай, где находишься, — тихо произнёс Каэль. — И с кем разговариваешь.

Маркус попытался освободиться, но хватка стала только крепче.

— Ты находишься в королевской резиденции. Если я решу, что ты представляешь угрозу, ты можешь отсюда вообще не выйти.

Каэль чуть приблизился.

— А потом королевские бойцы могут решить, что проблема не только в тебе. И тогда весь ваш Морвейн может очень быстро узнать, чем заканчивается война с королём.

Маркус замер.

— Хочешь войны с Дамианом?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

Затем Каэль отпустил его.

Маркус тяжело вдохнул и поправил ворот рубашки.

— Это ещё не конец.

— Это точно.

Каэль снова улыбнулся.

Маркус ничего не ответил. Он развернулся и покинул территорию резиденции, унося с собой злость, унижение и четкое понимание того, что привычные правила больше не работают.

---

Каэль вернулся в кабинет Дамиана спустя несколько минут.

Король стоял у окна, глядя в сад, когда за его спиной открылась дверь.

— Надеюсь, ты выбросил эти прекрасные розы не потому, что ревнуешь? — Каэль усмехнулся. — Это было бы слишком мило для тебя.

— Закончил?

— Более-менее.

Дамиан повернул голову и внимательно посмотрел на брата.

— Что значит «более-менее»?

Каэль уселся в кресло и закинул ногу на подлокотник.

— Маркус всё ещё жив.

Дамиан медленно посмотрел на него.

— Каэль!

— Что? Я его даже почти не душил.

— Почти?

— Совсем немного.

Дамиан прикрыл глаза, явно пытаясь сохранить терпение.

— Ты должен был просто проводить его.

— Я проводил.

Каэль широко улыбнулся.

— Просто пришлось слегка объяснить правила дворца.

Несколько секунд Дамиан молчал, после чего спокойно спросил:

— Он угрожал?

— Пока нет.

— А ты?

— Я? — Каэль сделал самое невинное лицо, на какое только был способен. — Я был сама любезность.

Дамиан посмотрел на него так, что улыбка Каэля стала только шире.

— Хорошо, — наконец произнёс король. — Но больше не трогай его без необходимости.

— Значит, необходимость всё-таки допускается?

— Каэль!

— Я понял!

Он поднял руки в примирительном жесте.

— Не трогаю.

Дамиан снова отвернулся к окну. Несколько мгновений он молча смотрел на силуэты деревьев за стеклом, прежде чем произнести:

— Он ещё вернется.

На этот раз Каэль перестал улыбаться.

— Безусловно.

Несколько секунд братья молчали, каждый погружённый в собственные мысли.

— И что ты собираешься делать? — спросил Каэль.

Дамиан посмотрел на своё отражение в стекле.

— Ждать.

Каэль слегка нахмурился.

— Чего именно?

— Пока Маркус совершит ошибку.

---

Валерия проснулась медленно.

Первым вернулось ощущение собственного тела — слабость, тяжесть в руках и ногах, лёгкая тянущая боль где-то глубоко внутри и необычное тепло, разлившееся по коже. Она несколько секунд лежала неподвижно, привыкая к этим ощущениям, а затем открыла глаза.

Потолок был незнакомым.

Валерия медленно огляделась. Высокие окна, тяжёлые шторы, тёмное дерево на стенах, мягкий свет, приглушённый запах трав — это определённо была не её комната и не больничная палата.

Она попыталась приподняться, но слабость тут же заставила её снова опуститься на подушки. Несколько минут она просто лежала, пытаясь вспомнить, что произошло.

Последним, что она помнила, был Маркус.

А потом — боль. От воспоминания сердце болезненно сжалось. Маркус. Его руки. Его голос. Его взгляд. И вдруг в памяти вспыхнуло самое страшное — метка. Валерия резко подняла руку к шее и провела пальцами по коже, словно пытаясь нащупать её.

— Метка… — прошептала она.

Пальцы судорожно прошлись по шее ещё раз.

— Метка… он оставил на мне метку…

Дыхание сбилось. Валерия начала тереть кожу ладонью, всё сильнее, будто могла стереть чужой след, который всё ещё чувствовала на себе.

— Нет… нет, нет…

Она снова и снова проводила пальцами по шее, почти царапая кожу.

— Он оставил её на мне… Он оставил на мне свою метку…

Дверь открылась. В комнату вошла женщина, неся поднос с водой, небольшими чашами с травами и несколькими свечами. Увидев Валерию, сидящую на кровати и лихорадочно растирающую шею, она сразу поставила поднос на столик и подошла ближе.

— Валерия, остановись.

Но девушка будто не слышала.

— Она здесь… я чувствую её… — голос дрогнул. — Он оставил её на мне…

Лиора осторожно перехватила её руки.

— Посмотри на меня.

Валерия подняла на неё испуганные глаза.

— Он оставил на мне метку…

— Нет, — спокойно сказала Лиора. — Метки больше нет.

Валерия замерла.

— Что?..

— Её нет, Валерия. Успокойся.

Лиора мягко отвела её ладонь от шеи.

— Здесь ничего нет, абсолютно чистая кожа.

Валерия сама провела пальцами по шее. Раз, другой, третий. Чистая кожа. Ни следа, ни боли, ни привычного жара.

— Но… я помню…

— Я знаю.

Лиора говорила тихо и уверенно, не отпуская её рук.

— Метка исчезла, пока ты приходила в себя. Твоё тело отвергло её, отвергло эту связь. Сейчас на твоей коже ничего не осталось.

Валерия продолжала осторожно касаться шеи, будто не могла поверить собственным пальцам.

— Она правда исчезла?

— Правда. Совсем.

Только после этого напряжение немного отступило, и Валерия тяжело выдохнула, прикрыв глаза.

Лиора ещё несколько секунд держала её за руки, позволяя успокоиться.

— Ты в безопасности, — тихо сказала она. — Здесь он не сможет причинить тебе вреда.

Валерия открыла глаза.

— Кто вы?

— Меня зовут Лиора. Я придворная ведьма короля.

Валерия нахмурилась.

— А где я? Как я сюда попала?

— Ты в королевской резиденции.

Лиора поставила рядом с кроватью стакан воды.

— После того как ты потеряла сознание в поместье Арден, король лично привёз тебя сюда.

— Король?..

— Да, Дамиан.

Валерия на мгновение замолчала.

— Он сам меня привёз?

— Да.

В её голосе не было ни тени сомнения.

Валерия медленно опустила взгляд.

— Почему?

— Потому что хотел, чтобы ты была в безопасности.

Она снова посмотрела на Лиору.

— Здесь тебе никто не причинит вреда. Пока ты находишься в резиденции короля, никто не сможет забрать тебя отсюда против воли.

Но тревога ещё не успела окончательно отпустить её.

— Маркус придёт за мной.

Лиора ничего не ответила сразу, позволяя ей договорить.

— Он не оставит меня в покое, — продолжила Валерия тише. — Если узнает, что я здесь, он придёт. Он всегда добивается того, чего хочет. Он ужасный человек.

— Маркус уже был здесь сегодня.

Валерия напряглась.

— Что?

— Он хотел увидеть тебя. Но король не позволил ему войти.

Валерия снова коснулась шеи, уже машинально, словно проверяя, действительно ли метки больше нет.

— И если он снова придёт?

— Это ничего не изменит.

Лиора присела на край кровати и осторожно взяла Валерию за руки.

Её ладони были тёплыми, а прикосновение — спокойным и уверенным.

— Никто не будет заставлять тебя встречаться с Маркусом против твоей воли, — сказала она тихо. — Ни сейчас, ни позже.

Валерия подняла на неё взгляд.

Лиора слегка сжала её пальцы.

— И я, и король хотим помочь тебе понять, что с тобой происходит. Мы пока не знаем всех ответов, но ты не должна разбираться с этим одна.

Валерия долго смотрела на неё, будто пыталась понять, можно ли действительно поверить этим словам.

— Я очень устала.

— Поэтому сейчас тебе нужно только отдыхать и восстанавливаться.

Лиора отпустила её руки и поднялась.

Она поставила свечи на небольшой столик возле кровати, зажгла их одну за другой, а затем добавила в чашу подготовленные травы. Комнату постепенно наполнил мягкий, терпкий аромат, смешиваясь с тонким запахом воска и успокаивая напряжение, которое всё ещё держалось в воздухе.

— Отдыхай, Валерия. Твоему телу сейчас нужно восстановиться.

Она ещё раз посмотрела на девушку.

— А мне нужно доложить королю, что ты пришла в себя.

Валерия кивнула и мягко улыбнулась, снова устроившись на подушках.

— Спасибо вам!

Когда Лиора вышла из комнаты, за её спиной тихо закрылась дверь.

Валерия прикрыла глаза, позволяя усталости снова утянуть её в мягкую дремоту. Впервые за долгое время ей не нужно было ждать чужих шагов за дверью и думать о том, как защититься.

А в другом крыле резиденции Дамиан в тот же момент поднял голову от документов, почувствовав едва заметную перемену в пространстве.

Валерия пришла в себя.

По телу прошла тёплая волна, дыхание стало глубже, а сердце забилось быстрее. Его зверь мгновенно отреагировал, и вместе с этим в памяти всплыл её запах — свежая летняя ночь, лёгкая нота жасмина, тепло кожи и ощущение тонких пальцев в его ладони.

Дамиан медленно выпрямился.

Он ждал её пробуждения сильнее, чем хотел себе признаться, но теперь, когда этот момент наступил, вместе с облегчением пришло напряжение. Пока Валерия спала, он мог прятаться за долгом и обязанностями короля. Теперь она могла посмотреть ему в глаза, заговорить, подпустить или отстраниться.

И именно это пугало его больше всего.

Дамиан поднялся из-за стола и подошёл к двери. Ладонь легла на холодную ручку, мышцы невольно напряглись, а зверь внутри настойчиво тянул его к ней. Он замер.

Всего несколько секунд он стоял неподвижно, чувствуя, как желание открыть дверь становится почти физическим. Ему хотелось просто увидеть её — убедиться, что она действительно просунулась, что она впрядке.

Дамиан медленно выдохнул.

— Не сейчас.

Он убрал руку с двери и вернулся к столу, понимая, что сосредоточиться на документах уже не сможет.

Он боялся, но не как король, а как мужчина, впервые столкнувшийся с силой собственного желания.