ПикничОк за туманом Эйдоса

— Через люк, — коротко бросил Слеш, он поддерживал молодую девушку, прижимающей к груди закутанного в тряпье ребенка. Ребенок тихо всхлипывал и смотрел на него широко раскрытыми глазёнками, потихоньку успокаиваясь.

— Он же закопан и замаскирован. Как? — пораженный Кэл подхватил под руку еще одного мужчину, который чуть не упал.

— Ну говорим же, что собака с нами волшебная, — пошутил Слеш и подумал, что Надирэ и вправду реально волшебный.

Коридор наполнился топотом десятков ног. Кто-то упал, споткнувшись о порог — его тут же подхватили соседи по несчастью. Люди, ещё час назад бывшие лишь тенями за стальными дверями, теперь действовали как единый организм, помогали друг другу.

Он невольно задумался о том, как же отличаются люди в этом мире. В нашем мире наверное затоптали бы друг друга. Хотя это не точно.

— Быстрее, быстрее! — Сергей с Алексом напоминали всем о том, что время ограничено.

Даниэль заметил Иларио, который сгибался под тяжестью пожилого мужчины с седой бородой, мальчик практически тащил его на себе. Старик ему показался очень знакомым, похожим на того, из деревни.

— Йоран? — выдохнул Даниэль, думая, дед просто похож, но почему-то назвал его имя.

Старик вздрогнул, услышав своё имя из уст чужака. Он поднял взгляд, и в его глазах, ещё секунду назад пустых и отрешённых, промелькнула искра узнавания. Он вгляделся и в синем свете увидел того самого странного юношу, которого пусти переночевать в амбар и, которого он велел гнать прочь, опасаясь гнева Синдиката. И этот малец с огненной шевелюрой, которого он сначала не узнал. Теперь эти дети протягивали ему руку помощи. Даниэль тут же подхватил его с другой стороны. Он и Иларио были не меньше удивлены тому, что старик Йоран оказался в подземелье.

— Се вы?... — прохрипел Йоран пересохшим горлом. Он не мог поверить, что эти «бестолковые пришельцы», которых он боялся и от которых хотел избавиться, рискнули жизнью ради него и его народа. Стыд и благодарность одновременно отразились на его морщинистом лице. — Ворози посох мой отняли! — сетовал он.