Нулевая точка

Тереза наклонилась ближе к краю.

— Они же наверх пошли, — сказала девушка.

— Звонил?

— Не отвечают.

Несколько секунд никто ничего не говорил. Затем один из юношей произнёс:

— А если они ещё там?

Девушка повернулась к пожарным и начала звать их. Тереза снова посмотрела на здание.

Из открытой двери выходил дым. За ним не было видно даже дальнего конца вестибюля. Она сняла рюкзак, поставила за парапетом и задержала ладонь на лямке. До этой минуты можно было стоять здесь и смотреть. Теперь нужно было решить, спускаться ли. Тереза отступила от края, выдохнула и снова подошла к нему. Опустилась на площадку перед галереей, обогнула лежавший на земле рукав и побежала к входу.

— Стойте! Куда вы?! — крикнул пожарный.

Она слышала его, но не остановилась.

Внутри сразу стало трудно дышать. Тереза согнулась, прикрыла рот рукой поверх маски. Первый вдох вызвал кашель. Пришлось опуститься ещё ниже и переждать, упершись ладонью в колено. У пола дым был реже, но горечь всё равно оставалась во рту.

— Есть кто-нибудь? — крикнула она.

Голос сорвался. В ближайшем зале никого не было. На полу лежали опрокинутая стойка и разбитое стекло. Тереза обошла их, заглянула за перегородку, окликнула ещё раз. Никто не ответил. Она двигалась пригнувшись, временами опускаясь почти на четвереньки, когда дым становился гуще. Проверила открытые залы первого этажа и вернулась к лестнице. В тех помещениях, куда смогла заглянуть, никого не было. Тереза поднялась по ступеням. На втором этаже было жарче. Огонь уже добрался до стены в конце зала; обугленные края большого полотна осыпались на пол. Тереза отшатнулась, когда её обдало горячим воздухом, и пошла вдоль противоположной стены. Жар чувствовался даже на расстоянии. Через ткань припекало предплечье, потом щёку. Она повернулась другим боком, пригнулась и миновала горящий участок. За открытой дверью стояли пустые стулья. В следующем помещении валялась сумка, рядом — один ботинок. Тереза позвала, прислушалась. Ответа не было. Ей хотелось вернуться к лестнице и вниз, к свету у входа. Она уже знала дорогу и от этой мысли стало только страшнее: ещё можно было выйти, а она собиралась подняться выше. Тереза ухватилась за перила и пошла на третий этаж. Здесь дым почти скрывал потолок. Она кашляла через каждые несколько шагов. Слёзы текли так сильно, что пришлось остановиться и протереть глаза тыльной стороной перчатки. Лучше не стало. Лицо и руки жгло; казалось, жар добрался под одежду. Слева послышался голос. Тереза повернулась к открытому проходу.

— …туда не пойдём!

— А куда тогда?

Следующую реплику заглушил кашель. Она прошла на звук и различила людей на полу. Пятеро — три юноши и две девушки. Кто-то прижимал к лицу поднятый край футболки, кто-то лежал на боку, опираясь на локоть. Над ними висел дым. Внизу было немного легче, но они всё равно задыхались и говорили коротко, с большими паузами. Тереза подбежала к ним и опустилась на колени, затем почти легла рядом.

— Ещё кого-нибудь здесь видели?

Юноша в синей футболке покачал головой.

— Вроде нет. Мы… мы только своей группой.

Тереза повернула голову к коридору.

— Есть кто здесь?!

Она подождала. Слышались треск и шум воды где-то внизу. Никто не ответил.

— Я вытащу вас отсюда.

Последнее слово почти утонуло в грохоте: метрах в двадцати позади неё что-то треснуло. Часть крыши рухнула на лестничный пролёт. Через проход пронеслось облако пыли, посыпались обломки. Одна из девушек вскрикнула и закрыла голову руками. Тереза прижалась к полу. Когда грохот стих, она подняла голову. Там, где недавно была лестница, лежали балки и куски перекрытия. Из завала поднимался дым. Она посмотрела на него ещё секунду.

— Хорошо, значит пойдём напрямик.

Юноша рядом приподнялся на локтях.

— Куда? Куда нам теперь?

Тереза огляделась. Другие лестницы наверняка были, но она не знала, где их искать. Люди рядом едва могли говорить. Из соседней комнаты через приоткрытую дверь пробивалась полоса солнечного света. В дыму она была видна особенно ясно.

— За мной. В ту комнату. Ползите.

Она первой двинулась к двери. Остальные последовали за ней почти сразу. Юноша в синей футболке пропустил вперёд обеих девушек и подтолкнул под локоть парня, который замешкался. Тереза придержала дверь, пересчитала вошедших и, когда последний переполз порог, закрыла её. Здесь было светлее. У наружной стены дым ещё не успел опуститься до пола. Тереза добралась до окна и поднялась, держась за подоконник. Большое стекло занимало почти весь проём. Сверху была только узкая форточка. Она поискала ручку у боковой части рамы, потом у другой. Ничего. Нижняя часть не открывалась. Тереза сжала кулаки.

— Чёртово окно. Сделано прямо по всем стандартам безопасности.

Голос прозвучал хрипло. Она закашлялась и отвернулась. Несколько секунд смотрела на закрытую дверь. Потом снова на раму. Тереза шагнула ближе к стеклу и посмотрела вниз. Под окном никого не было. В стороне, на боковой улице, стояла одна пожарная машина; остальные работали у главного фасада. Она оглянулась на пятерых у стены и постаралась говорить бодрее:

— Думаю, выйдем здесь.

Одна из девушек подняла на неё глаза. Юноша в синей футболке посмотрел на окно, потом обратно на Терезу.

— С третьего этажа?

— Отодвиньтесь от стены.

Она дождалась, пока они отползут, и направила руки к раме. Сначала послышался хруст. По краю проёма осыпалась штукатурка. Тереза потянула сильнее, и вслед за коротким треском вся рама сдвинулась наружу. Она удержала её перед фасадом. Повернула боком, осторожно внесла обратно в комнату и поставила у свободной стены, подальше от людей. Все пятеро смотрели на неё. Юноша, до этого державший футболку у рта, даже забыл поднять её обратно.

— Всё равно страховка покроет, — сказала Тереза.

Потом снова закашлялась и наклонилась к открытому проёму. Снаружи дышалось легче. Она посмотрела на асфальт, выбрала свободное место у тротуара. Из соседних окон тянуло дымом, но прямо под ними путь был открыт.

— По одному. Я буду спускать вас вниз.

Ближе всех сидел парень в светлой футболке. Тереза опустилась перед ним.

— Начнём с тебя.

Он посмотрел ей в глаза, затем на окно. Кивнул не сразу. Тереза протянула руку, помогая ему подняться. Потом осторожно подхватила силой. Его ноги оторвались от пола, и он судорожно схватился за её запястье.

— Держу. Не торопись.

Она дала ему несколько секунд, прежде чем он разжал пальцы. Подвела к проёму, помогла миновать подоконник и медленно вынесла наружу. Юноша зажмурился. Тереза наклонилась вперёд, следя за ним. Она чувствовала, как он пытается подогнуть ноги, и удерживала его ровно, не давая повернуться к стене. В пожарной машине шевельнулся человек. Он посмотрел вверх, распахнул дверцу, выскочил наружу и взялся за рацию. Первого Тереза опустила на тротуар, подождала, пока он встанет на обе ноги и отойдёт к пожарному, затем повернулась в комнату.

— Следующий.

Девушка с короткими волосами уже подползла ближе. Тереза помогла ей встать и повторила всё сначала. На этот раз у окна задержалась лишь ненадолго: девушка сама кивнула, показывая, что готова. Когда её ноги коснулись земли, внизу уже ждали несколько пожарных и медики. Кто-то показывал Терезе, что место свободно, другой повёл спасённую подальше от стены. Третьим спустился второй юноша. Едва его приняли, к перекрёстку подъехала скорая помощь. Пожарный махнул водителю, указывая, где остановиться. За ограждением появлялось всё больше людей. Тереза замечала их краем глаза, пока возвращалась к оставшимся двоим. Из под закрытой двери уже тянуло дымом.

— Теперь ты, — сказала она девушке в красной футболке.

Та с трудом поднялась. Юноша в синем помог ей дойти до окна, затем отступил и снова сел на пол. Тереза подхватила девушку, провела через проём и начала опускать. Руки хотелось согнуть и прижать к себе. Она не заметила, как давно держит их на весу. Опустила локти чуть ниже и продолжила, следя за расстоянием до стены. Внизу девушку приняли за плечи и сразу отвели к медикам. Последним остался юноша в синей футболке.

— А вы? — спросил он, когда Тереза подошла.

— Следом. Давай.

Он встал и задержался у подоконника, дожидаясь её движения. Тереза подняла его, вынесла за стену и медленно опустила. У самой земли он вытянул ноги. Пожарный подхватил его под локоть; юноша обернулся и посмотрел вверх. На всех пятерых ушло около четырёх минут. Тереза наконец расслабила руки. Снизу закричали. Она не сразу разобрала слова и испуганно посмотрела на тротуар: не упал ли кто-нибудь?

— Спасибо!

Крик повторили ещё раз. Кто-то за ограждением поднял обе руки. Двое пожарных, передав последнего спасённого медикам, захлопали. К ним присоединились люди на другой стороне улицы. Тереза стояла у открытого проёма и смотрела вниз. Хотела что-нибудь ответить, но не нашлась. Напротив, через узкую улицу, была крыша соседнего здания. Ниже её окна. Тереза посмотрела на край парапета, потом снова на людей. Она не успела как следует решить, что делает, когда шагнула на подоконник и прыгнула. В первый миг в животе всё оборвалось. Стена мелькнула сбоку. Тереза подхватила себя силой, выровнялась над улицей и направила движение к соседней крыше. Ноги коснулись покрытия слишком резко. Она шагнула ещё раз, остановилась и опустилась на корточки за парапетом. Снизу ещё доносились голоса. Тереза посмотрела на свои руки - они дрожали. Только теперь до неё дошло, что она только что выпрыгнула из окна третьего этажа.

* * *

Некоторое время она сидела за парапетом, кашляя в ладонь. Потом поднялась и короткими переходами вернулась к крыше, на которой оставила рюкзак. Он стоял на прежнем месте. Тереза забрала его, спустилась с противоположной от галереи стороны и нашла закрытый от улицы проход. Снимая костюм, торопилась и никак не могла вытащить руку из рукава. Пришлось остановиться, сесть на низкий выступ и закончить переодевание сидя. От ткани пахло дымом. Лицо саднило, глаза всё ещё слезились. Она осторожно промокнула их чистым краем салфетки и убрала костюм в рюкзак.

К Pontiac вернулась медленно. Села, поставила рюкзак на пол перед пассажирским сиденьем и некоторое время смотрела на руль. Потом достала телефон и написала Дейву, что сегодня уже не вернётся. Извинилась за незавершённую проверку.

«Хорошо. Завтра продолжите», — ответил он.

Она положила телефон. Дрожь в руках понемногу утихала, но кашель ещё несколько раз заставил согнуться над рулём. Тереза не стала сразу выезжать. Опустила стекло и посидела, пока не смогла спокойно удержать руки на руле. По дороге домой снова вспомнила прыжок. В комнате за её спиной оставался дым, внизу стояли пожарные, а она просто шагнула наружу. Без разбега, без привычной остановки у края крыши. Сейчас повторить это ей совсем не хотелось.

Дома первым делом пошла в душ. Вода смыла сажу и пыль, но горло продолжало саднить. Тереза надела свободную футболку, отнесла костюм в ванную и оставила рядом с машинкой. Стирать решила позже. В новостях уже появилась запись с боковой улицы. Она открыла её, увидела девушку в красной футболке, опускающуюся вдоль стены, и провела пальцем дальше. Все пятеро были внизу. Их вели к медикам, один из юношей сидел на бордюре. Затем камера поднялась к окну, и Тереза увидела собственный прыжок. На записи он выглядел быстрым и уверенным. Она перемотала назад, посмотрела ещё раз и покачала головой.

— Что это вообще было…

Затем она поставила телефон экраном вниз. На кухонном столе оставалась пробка после вчерашних упражнений. Тереза убрала её вместе с листом бумаги в ящик, налила воды и села. К стакану тянулась обеими руками, хотя давно уже могла взять его иначе. Из приоткрытого окна доносился обычный уличный шум. Тереза слушала его, время от времени кашляя, и больше в тот вечер к упражнениям не возвращалась.

Глава 14. Последствия

20–24 мая 2026 года

Утром Тереза проснулась раньше будильника и некоторое время лежала, не открывая глаз. Когда попыталась глубоко вдохнуть, снова закашлялась. Вода стояла на тумбочке. Она села, сделала несколько глотков и потянулась за телефоном. Дейв ответил почти сразу.

«Тогда сегодня оставайся дома, с проверкой разберёмся».

Тереза поблагодарила его. Затем открыла рабочую переписку, нашла вчерашнюю таблицу и начала набирать объяснение про строку, которую не успела проверить. На середине поняла, что уже описывала это в комментарии к файлу. Стерла сообщение и положила телефон. Ночью ей казалось, что достаточно будет выспаться. Теперь даже короткий разговор вслух выходил хриплым, а кашель никак не проходил. Она записалась на осмотр. В ванной возле машинки лежал костюм. Тереза подняла его за край рукава и тут же отодвинула от лица: запах дыма всё ещё был сильным. Она сложила костюм в машинку, запустила стирку и открыла окно. Перед выходом к врачу развесила выстиранные вещи на сушилке. Окно оставила приоткрытым.

После осмотра её направили в больницу на обследование. Там пришлось провести несколько часов. Она сказала, что накануне надышалась дымом возле галереи. На вопрос, заходила ли в здание, после короткой паузы ответила, что заходила. Объяснять про окно и пятерых людей не потребовалось: врача интересовало, как долго она находилась внутри и что чувствовала после. Когда её наконец отпустили домой, Тереза сложила бумаги с рекомендациями в сумку. Она уже жалела, что не осталась вчера у пожарной машины. Прыгать на крышу было совершенно необязательно.

Андрей позвонил, когда она вернулась домой.

— Привет. Ты в субботу свободна?

— Вроде да.

— А с голосом что?

— Сел. Только от врача вернулась.

Он помолчал.

— Я хотел тебя в кино позвать. Давай тогда пока отложим. Что врач сказал?

— Несколько дней отдохнуть.

— Что-нибудь нужно?

— Пока нет.

Тереза открыла холодильник. На полке стоял пакет молока, который следовало выбросить ещё вчера, и почти пустая банка горчицы. Остальное требовало хотя бы немного готовки.

— Хотя… Если будешь заходить в магазин, возьми мне что-нибудь на ужин.

— Что именно?

— Что не придётся долго делать.

— Понял. После работы зайду.

Она хотела сказать, что может сама, но посмотрела на холодильник и закрыла дверцу.

— Спасибо.

Тереза закрыла дверь в ванную, где сох костюм. Запаха дыма в квартире уже не было. Она легла на диван и уснула с телефоном возле локтя.

Разбудил её звонок в дверь. Андрей стоял на площадке с магазинным пакетом.

— Ты спала?

— Немного.

— Могла написать, я бы позже пришёл.

Тереза отступила, пропуская его.

— Ты бы уже всё съел.

— Не всё – только часть.

Он поставил пакет на кухне и начал выкладывать покупки. Принёс готовый суп, хлеб, сыр, яблоки.

— Чек оставил? — спросила Тереза.

— Кажется. Сейчас.

Он проверил один карман, потом другой, выложил ключи и несколько сложенных бумажек.

— Вот. Нет, это вчерашний.

— Может, заплатить тебе за весь магазин? Чтобы не искать.

— Погоди. Тут ещё инструменты где-то были.

Тереза усмехнулась, но сразу закашлялась и отвернулась к окну.

Он достал стакан из шкафа, налил воды и поставил рядом.

— Ладно, потом найдём.

Пока суп разогревался, Тереза села за стол. Андрей прислонился к кухонной тумбе и проверил телефон.

— Про галерею опять пишут, — сказал он. — Один из тех парней нашёл человека, который снимал с улицы.

Тереза подняла голову.

— Что с ним?

— Уже дома. Пишет, остальных пока оставили в больнице.

— Дай посмотреть.

Он протянул телефон.

На фотографии был юноша в синей футболке. Лицо теперь было чистым, волосы влажными. Тереза узнала его не сразу: вчера в дыму он казался старше. Под фотографией было несколько строк. Он благодарил пожарных, медиков и девушку, имени которой никто из них так и не узнал. Просил передать ей, что все пятеро живы. Тереза прочитала это ещё раз.

— Хорошо, — сказала она и вернула телефон.

Андрей открыл прикреплённую запись. Без звука люди медленно опускались вдоль стены. Внизу двигались маленькие фигурки спасателей; камера то приближала окно, то снова уходила в сторону.

— Вот только зачем она потом прыгнула? — спросил он. — Можно же было так же вниз спуститься.

— Можно.

— Там ей хотя бы помогли. После такого дыма.

Тереза провела пальцем по ручке чашки, которую так и не убрала со стола с утра.

— Может, растерялась.

— Может. Хотя на записи не скажешь.

Он убрал телефон, услышав сигнал микроволновки. Тереза смотрела, как он ищет прихватку. Она лежала возле плиты; Андрей заметил её сам, достал горячую ёмкость и осторожно снял крышку.

— Тарелку большую?

— Да. Слева, наверху.

Он поставил перед ней суп и сел напротив. Она не стала возвращаться к записи. Андрей рассказал, что Кристофер наконец убрал из прохода коробки, о которые они оба спотыкались. Теперь в проходе стоял стул: Кристофер переставил его, чтобы добраться до коробок, и забыл вернуть. Тереза слушала, понемногу ела и почти не отвечала. Андрей, кажется, этого от неё и не ждал.

Уходя, он спросил, зайти ли завтра.

— Позвони, — сказала она. — Посмотрим, буду ли я уже приличным собеседником.

— Сегодня ты ни разу меня не перебила. Мне понравилось.

Она показала ему на дверь. Андрей засмеялся и вышел на площадку.

* * *

В четверг Тереза осталась дома. Проснулась поздно, ещё немного полежала, потом позавтракала. Телефон почти всё утро был на беззвучном режиме. Костюм высох. Она сняла его с сушилки и разложила на кровати. Возле локтя ткань потемнела. Тереза провела по ней пальцами: край небольшого пятна стал жёстким. Вчера в ванной она этого не заметила. Она вспомнила, как проходила мимо огня на втором этаже. Тогда только повернула плечо, прикрывая лицо, и поспешила дальше. Теперь поднесла рукав ближе к свету. Пятно было небольшим, но ткань в этом месте ей не понравилась. Тереза отложила верх костюма отдельно: придётся заменить повреждённый участок. Маска после стирки выглядела почти как новая. Она подержала её в руках, потом положила рядом. Там, внутри, через неё всё равно было нечем дышать. Она достала чистую футболку, переоделась и устроилась с книгой у открытого окна.

* * *

В пятницу на работе выяснилось, что проверку таблицы Дейв закончил сам. В спорной строке стояли данные от предыдущего образца.

— Я собиралась это сверить, — сказала Тереза.

— Видел Ваш комментарий. Исправленная версия уже в папке.

Она кивнула.

— Извините, пожалуйста, что это свалилось на Вас.

Дейв отодвинул от клавиатуры чашку.

— Вы заболели, фрау Андерссон. Бывает. Сегодня посмотрите, не тянется ли эта ошибка в следующие расчёты.

Тереза вернулась к своему столу и открыла файлы. За время её отсутствия коллеги добавили несколько листов, поменяли подписи и оставили новые замечания. Пришлось сначала разобраться в чужих правках. Через час она нашла ещё одну ссылку на старые данные. Исправила её и написала Дейву. Ответ пришёл короткий: «Спасибо». К обеду Тереза заметила, что уже давно не вспоминала про окно галереи.

* * *

В воскресенье она приехала к гаражам под вечер. Кашель почти прошёл. Небольшой участок на рукаве она заменила накануне; шов получился заметнее, чем хотелось, но держался хорошо. Тереза переоделась за стеной, убрала волосы и некоторое время стояла, прислушиваясь. За дальними гаражами стучали чем-то металлическим, потом звук прекратился. Она поднялась на привычную низкую крышу. На покрытии лежали сухие веточки и смятая бумажка. Тереза отодвинула бумажку ногой, прошла к краю и посмотрела вниз. До земли было намного ближе, чем от окна третьего этажа. И всё-таки шагать дальше не хотелось. Она постояла, держась за парапет. Вспомнила, как стена галереи мелькнула сбоку, а ноги на короткий миг совсем перестали чувствовать опору. Тогда Тереза успела подхватить себя. Но почему сначала прыгнула, так и не могла объяснить. Подражать себе на той записи она не собиралась. Тереза отступила на два шага, медленно приподнялась над крышей и остановилась. Подождала, пока тело перестанет слегка покачиваться, затем подвела себя к краю. Парапет остался под ногами. Она двинулась ещё немного вперёд и замерла. Теперь внизу была площадка. Тереза невольно вытянула руку назад, к крыше, хотя дотянуться уже не могла. Несколько секунд смотрела вниз, затем осторожно подалась обратно. Подошвы аккуратно коснулись покрытия. Она выдохнула и опустила руки. Вторая попытка вышла медленнее. Она слишком долго смотрела на землю и начала разворачиваться плечом к стене. Пришлось вернуться, опуститься и начать заново. На третьей Тереза смогла остановиться за краем, немного снизиться, снова набрать высоту и вернуться на то же место. Ноги мягко встали на крышу. Ни шага вперёд для равновесия, ни необходимости хвататься за парапет. Она улыбнулась под маской. Потом опустилась на площадку и закончила занятие. Переодевшись, Тереза проверила телефон. Андрей предлагал сходить в кино завтра. Он нашёл сеанс пораньше: после него ещё оставалось время где-нибудь поесть. Она ответила, что идёт, и попросила прислать название фильма. Пока укладывала рюкзак в Pontiac, пришла ссылка. Тереза посмотрела название, открыла расписание и выбрала два места рядом.

«Билеты у меня. Только теперь уже не опаздывай».

«Я когда-нибудь опаздывал в кино?»

Тереза забралась в машину, закрыла дверь и начала набирать ответ. Один случай она помнила очень хорошо.

Глава 15. И ещё одна деталь…

25 мая — 1 июня 2026 года

Андрей ждал у кинотеатра. Когда Тереза подошла, он демонстративно посмотрел на часы.

— Ещё двенадцать минут, — сказала она.

— Я ничего не говорю.

— У тебя очень выразительное молчание.

Он улыбнулся и открыл перед ней дверь. Внутри было людно. Они встали в очередь за напитками, и Тереза достала телефон с билетами. Андрей наклонился к экрану.

— Хорошие места.

— Я старалась.

— Тогда с меня еда.

— После фильма. И ты обещал нормальный ужин.

Он кивнул в сторону витрины.

— То есть это не считается?

Тереза посмотрела на подсвеченные сосиски и повернулась к нему.

— Ты сейчас серьёзно?

— Просто уточняю условия.

В зал они вошли вовремя. Андрей пропустил её к месту, устроился рядом и почти сразу убрал телефон в карман. Тереза выключила звук на своём и положила его в сумку. Пока на экране шла реклама Андрей наклонился к Терезе.

— Кстати, в тот раз мы тоже успели.

— На начало фильма. Рекламу ты пропустил целиком.

— Вот видишь. Идеально рассчитали.

Она хотела ответить, но свет погас. Фильм оказался комедией про неудачное ограбление. Тереза несколько раз смеялась громче, чем собиралась, а в одной сцене Андрей зажал рот ладонью и отвернулся к ней. Она посмотрела на него и тоже не удержалась. Под конец главный герой долго бежал за уезжающим автобусом. Андрей вдруг покачал головой. Тереза заметила это, но спрашивать не стала. Когда вышли из зала, он сам заговорил:

— Ты видела, как у него туфля с пятки слетала?

— Он только что пытался украсть два миллиона. А ты переживал за туфлю?

— За его ногу. Ему бы полразмера меньше.

— Может, туфли он тоже украл.

Андрей остановился возле дверей, посмотрел на неё и засмеялся.

— Тогда вопросов нет.

Они поужинали в небольшом заведении за углом. Пока ждали заказ, спорили о том, кто из героев первым испортил весь план. Тереза считала, что водитель, а Андрей напомнил про человека, который оставил ключи в сейфе, и она признала, что это был сильный ход. В середине разговора он спросил: