Таракан без ног не слышит – 3. Волшебный пендель

Пусть приснится сад

Полный дивных роз

Пенье ручейка

И полет стрекоз

Веселые стрекозки не заставили себя ждать. Девочка улыбнулась и протянула к ним руки.

— Спи моя родная

Сладко засыпай

Ангел твой крылом

Охраняет дом.

— Мама.

— Иди ко мне, малышка.

Я уселась на кровать, сгребла девочку вместе с одеялом и усадила себе на колени.

— Ты не моя мама. — прошептала она и по стенам вновь поползли трещины.

— Нет. Но я люблю тебя. Я пришла помочь. — тихо ответила я, покачивая Оленьку. — Я заберу тебя отсюда в чудесный сад, где светит солнышко и цветут настоящие цветы.

— Я боюсь. Там злая тетенька.

— Я её прогоню. Вот увидишь, никто тебя больше не обидит и не напугает.

«Ну Нянька, доберусь я до тебя. Ты у меня сама будешь сидеть в чулане и плакать» — подумала я.

Девочка доверчиво посмотрела на меня, и комната обрела свой прежний вид. Исчезли трещины, на полках стояли целые книжки и сидели в ряд все мои любимые куклы во главе с Мишуткой.

— Идем, родная.

Комната слегка дрогнула.

— Не бойся. Я с тобой.

Мы вышли из чуланчика в серое пространство, заполненное хаосом из наших воспоминаний.

Недоработала я в прошлый раз.

Я присела перед малышкой.

— Давай поиграем. Смотри, как должно быть.

Я провела рукой и в сером пространстве выстроилась призрачная трехмерная сеть.

— Тебе надо всего лишь расставить всё по местам.

Оленька протянула ручку и взяла плывущий мимо ярко-красный шарик, задумалась, хмуря бровки и пытаясь вспомнить, откуда он. А потом улыбнулась и серость подсветилась одним розовым светлячком, где-то вдали. Шарик в руках девочки растаял.

— Так? — Она посмотрела на меня огромными зелеными, в мелкую желтую крапинку, глазами.

— Умничка. Продолжай. — Похвалила я Оленьку, и она тут же схватила огромное яблоко, едва удержав его в ладошках.

Это яблоко было одним из самых первых моих детский воспоминаний.

Была уже ночь. Горели редкие фонари. Дорога была покрыта первым снегом и никого не было на пустынной улице. Ничей след еще не нарушил чистоту белого покрова. Мы шли вдвоем с мамой. Я ленилась и хотела на ручки, но мама заставляла идти самой. И тут я увидела это яблоко. Бросив мамину руку, я побежала за своей добычей, не слушая мамины крики. Я не помню вкуса того яблока. Я не помню откуда и куда мы тогда шли, но вот само яблоко на заснеженной дороге я вижу до сих пор. Каждый раз, когда думаю о маме.2

Оленька засмеялась, подкинула плод вверх и там засветилось еще одно пятнышко.

А девочка уже тянулась к следующему воспоминанию.

Ручки Оленьки мелькали все быстрее и быстрее, и я уже не успевала увидеть их движение. Пространство расцвечивалось все плотнее. А сеть обретала плоть. Нити-нейроны тянулись друг к другу, срастались и становились всё более прочными. Я, раскрыв рот, смотрела на это чудо.

Большинство фрагментов ещё плавало в пустых пространствах, когда я услышала голос Ольги.

— Пока достаточно.

Я вздрогнула от неожиданности и повернулась.

Рядом со мной стояла взрослая я. Точнее, уже не я, а Ольга.

— Неплохо поработала, — сказала она, отряхивая ладонь о ладонь. — Остальное само устаканится. Теперь с тобой. — Она уперла руку в бочок. — Спасибо за помощь, но кто ты такая и что здесь делаешь?

Её нижние веки слегка подтянулись наверх. При виде этого взгляда мой муж шептал себе под нос «У-у, змеищща бешеная» и уходил. Но я, с таким трудом попавшая сюда, уходить не собиралась.

— Ты можешь мне не верить, но я это ты.

— Ну как тут не поверить. Мы же с тобой прямо близнецы. Однояйцевые. — Не поверила мне Ольга.

— Я могу рассказать абсолютно всё, что ты знаешь, и даже то, чего пока еще не помнишь. Смотри, вон тот шарик мне купил папа на ярмарке. И это было всё, что он мне тогда купил. А потом напился и уснул прямо в пивнушке, и я сидела там под столом, потому что боялась пьяных дяденек. Яблоко мы нашли с мамой на дороге, а в книге про Белоснежку я хранила записку от мальчика с первым признанием в любви. В третьем классе нас разделили, и мальчик влюбился в другую. А вот это…

Я схватила проплывающее мимо пластиковое ведро, в котором лежал, точнее, стоял, единственный белый гриб. Шляпка этого гриба закрывала ведро как крышка.

— Этот гриб мы нашли с мужем. А потом я подарила его подруге, которая тогда работала в интерлагере. И весь лагерь почел долгом сфотографироваться с этим грибочком, а потом они разделили его на всех, поджарили на костре и съели. Подружка показала мне снимок, на котором была она, красивая мулаточка и пара мексиканцев в огромных сомбреро. И снимок был поляроидный.3

Я всунула ей в руки ведро.

— Проверь сама.

— Ольга осторожно взяла ведро одними пальцами, подозрительно на меня покосилась и посмотрела наверх, выискивая нужную ячейку и когда воспоминание заняло свое законное место, она немного посопела и спросила.

— А что я хранила под шкафом?

Я расхохоталась, наклонилась к её уху и, несмотря на то что здесь никто не мог нас подслушать, шепотом сказала ответ.

— Так вот ты какое, раздвоение личности. — Пробормотала Ольга. — Привет шиза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Реальный эпизод из жизни автора.

2

Это действительно одно из первых детских воспоминаний автора.

3

Реальный факт из жизни автора.