Таракан без ног не слышит – 3. Волшебный пендель

Таракан без ног не слышит — 3

Волшебный пендель

Лора Каф

© Лора Каф, 2026

ISBN 978-5-0069-8571-1 (т. 3)

ISBN 978-5-0062-4295-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВОЛШЕБНЫЙ ПЕНДЕЛЬ

«А чтобы тебе веселее было бежать, вот тебе волшебный пендель!»

КВН Команда Питера

Не глава. Гедлы

Тьма сгущалась над узкими улочками города, будто черный плащ, наброшенный на израненные спины.

В хижине, обмазанной глиной, воздух был густ от страха и злости, как бульон, который слишком долго варился.

Свет единственного крохотного шарика дрожал, отбрасывая тени, похожие на скрюченные пальцы, готовые схватить, удушить.

«Мы уйдем. Все уйдем. Когда растает снег,» — прошептал Роан, его голос был как шелест сухих листьев под ветром.

Его глаза, мутные, словно затянутые льдом пруды, смотрели в пустоту. Рука его непроизвольно сжалась в кулак, кожа на костяшках побелела.

— А если она не даст? Аль… она ведь не позволит, — прозвучал голос Лиры.

Её слова висели в воздухе, как ядовитый туман. Она сидела, скрестив ноги, ее пальцы нервно перебирали край платья, вытертого до дыр.

Дар Лиры — видеть сквозь время — был проклятием и благословением.

— Она не враг, но… она не понимает.

— Не понимает? — резко оборвал Мирро, его голос сорвался, как струна, натянутая до предела. Его лицо, покрытое шрамами, похожими на карту забытых битв, исказилось в гримасе.

— Она сидит в своем Центре, как паук в паутине, и наблюдает. Она знает всё. И если захочет, раздавит нас, как мошек. Нельзя надеяться на того, кто так близок с урами. В любой момент её отношение к нам может измениться, как и у них. Наши погибшие не сделали ничего плохого ни урам, ни Городу, но они пришли чтобы убивать.

В углу зашевелилась Силла. Ее руки, тонкие, как ветки ивы, дрожали. Её присутствие было как тихий шепот ветра. Дар Силлы — лечить прикосновением — давал некоторую власть и силу её голосу, но сейчас она молчала, не зная, чью сторону принять. Она казалась тенью, призраком, который боится раствориться.

А если мы ошибаемся? — вдруг вырвалось у Роана. Его голос был как трещина в стекле, тонкая, но способная разрушить всё. — Если она действительно на нашей стороне? Она уже спасала нас. От смерти. От холода. Все её действия говорят о том, что она хочет примирить нас с урами, а мы убежим, как трусы.

— Мы не трусы, — резко ответила Лира и её глаза вспыхнули, как угли. — Мы выжившие. И выживание требует действий, а не слепой веры.

Шар мигнул в последний раз и угас. Тьма поглотила их, словно гигантская пасть. Никто не зажег огонь. В темноте их дыхание сплелось в единый ритм, как сердцебиение зверя, готового к прыжку. Весна была близко. И с ней — неизвестность.

Глава 1 Короткая

Он стоял передо мной. Живой, настоящий. Из плоти и крови. Молодой и прекрасный. Волосы цвета спелой ржи заплетены в косу. Взгляд темно-синих глаз затягивал так, что дышать было трудно.

— Ты?! — Ахнула я.

— Даже при всем моем желании я не смог бы ответить отрицательно. — Кивнул он и растянул губы в своей невероятной и головокружительной, улыбке. — Это я.

На какой-то миг я поверила, что это Урлиг. Они были так похожи. Глаза, рот. Но глаза Урлига были всего лишь виртуальным изображением и меняли выражение по команде программы, моделирующей выражение лица и интонацию голоса человека, который лежал в забытом гроте, залитый биораствором, и не мог говорить в принципе. А глаза Мария были живыми и в них таилась усталость. Да и не мог это быть Урлиг, потому что и в гроте его уже не было. Улетел он.

— Что с твоими волосами?

— Я заметил, что тебе нравятся светловолосые. Вот, решил попробовать так обратить на себя твое внимание.

Я усмехнулась.

— Надо же. Ты лучше знаешь о моих предпочтениях чем я сама.

А сама подумала, что ведь и правда, все мои мужчины были светловолосы.

Только я ведь влюбляюсь не в волосы, а в человека на чьей голове они растут. А то что волосы светлые, это просто совпадение.

— Тебе не понравилось?

Марий растерянно коснулся рукой головы.

— Да нет. Тебе идет. Но зачем такие жертвы? Отбеливание очень плохо на волосы действует. Еще облысеешь.

В глазах Мария промелькнула легкая паника.

— Ты серьезно?

— Боишься остаться лысым? Девушки любить перестанут.

— А ты?

— А мне ты в любом виде дорог.

Я подошла к Марию, обняла его за талию, уткнулась лицом в его широкую грудь и заревела.

Марий терпеливо дал мне проплакаться потом усадил на кресло и налил воды в высокий стакан.

— Спасибо тебе.

— За что, дивная?

— За то что остался.

— Как я мог улететь. У меня здесь столько работы незавершенной. Ну, и ты тоже.

Марий слегка толкнул меня плечом.

— Что-то я последнее время совсем слезливой стала. Пора с этим завязывать.

— Ничего. Иногда не мешает немного поплакать. Какие у нас планы?

Я последний раз шмыгнула носом и ответила.

— Грандиозные.

Отчет 1. 3 октября

Прибыли на заданную точку в третий день десятой луны.

(Точное местоположение в зашифрованной части отчета.)

Состав экспедиции: Двадцать человек, включая руководителя группы.

(Полный список в зашифрованной части отчета)

Дорога до базового лагеря заняла четырнадцать земных суток.

(Отчет о каждом дне следования составлен отдельно)

Человек в белом утепленном комбинезоне внимательно перечитал написанное, удовлетворенно хмыкнул и продолжил.

«Транспорт и охрана были обеспечены аборигенами. Со своей задачей они справились отлично.»

Человек снова перечитал написанное и вздохнул. Столько таких документов уже накропал за свою жизнь, но так и не научился писать их нормальным сухим языком. Всегда хотелось написать подробнее. Детальнее. Расписать как отважно бились дикари с большой стаей псов. Как сам едва не лишился руки понадеявшись на свое оружие. И если бы не вожак, который воткнул рожон прямо в пасть зверюге, не писать бы ему сейчас ничего.

Он не успел пересчитать всех хищников. Было как-то не до того. Но два матерых пса и четверка переярков которых убили дикари, составляли почти треть от напавшей на них стаи.

Человек тряхнул головой и продолжил запись.

«Первичная оценка местности. База расположена на поляне примерно в двести квадратов. На север от поляны возвышенности. К югу уровень понижается. В трехстах метрах от базы вход в тоннель.

Он недовольно нахмурился, стер написанное и начал писать заново.

База расположена в трехстах метрах от объекта изучения. Территория вокруг базы характеризуется пересеченным рельефом с чередованием возвышенностей и пониженных участков. Преобладающие высоты составляют 600—900 метров над уровнем моря. Ниже базы на расстоянии пятисот метров находится ручей. (Подробный гидрологический отчет будет составлен позже и предоставлен отдельно).

— Первый.

Человек поднял голову и устало посмотрел на молодого паренька в таком же белом утеплённом комбезе.

— Давай ты потом отчетами займешься. Надо лагерь обустраивать, пока светло.

Первый положил ладони на затылок и потянул, хрустнув шейными позвонками.

— Никакой субординации. Но ты прав. Надо дров собрать. И формы достать. Будем делать камору. Нам тут долго жить придется.

Глава 2 Игра — это очень серьезно

Я положила на место розоватый шарик и достала следующий. Уставилась на него, пытаясь сообразить, что это, и зачем оно мне надо. Голова гудела.

— Аль.

Гар осторожно дотронулся до моей руки.

— Нельзя так долго смотреть кристаллы. Тебе надо отдохнуть.

Я потерла лоб. Да, что-то я засиделась.

Не то чтобы тема была настолько интересной, что прям не оторваться. Даже наоборот. Она была нудной и скучной, но изучить её было необходимо.

Статистика такая вещь что в любом месте нужна. Ни одно государство не может без нее нормально функционировать. Войны без статистики не ведут. Ни один бизнес не может работать и развиваться без учета всего что в этом бизнесе есть. Домохозяйка считает доходы-расходы. Сколько продуктов надо купить, чтобы ничего не пропало, потому что несвежее мы не едим и борщ вчерашний тоже не будем.

Так. Стоп. Не надо вспоминать о прошлом. И в настоящем проблем хватает.

Вот и сидела я уже которые сутки. Просматривала кристаллы памяти, составляла таблицы и графики, сводила данные чтобы точно знать сколько семян нам понадобится на посевную и как растянуть остаток до следующего урожая. И это только по одному пункту.

А как все замечательно начиналось.

Я летала вольной птицей над лесами и горами. Гоняла орлов в небесах и рыбов в реках.

Была свободной как ветер, пока не залетела в этот грешный город, который прикарманил меня себе.

Влюбил в себя.

Забрал мою душу и дал взамен это тощее тельце.

Я получила много даров от Города. Заботливого отца. Собственный дом и благодарное народонаселение.

Еще я нашла тут любовь.

Нашла и потеряла.

И друга, которого потеряла тоже.

И еще много друзей, которые были рядом и поддерживали меня во всем. Даже в самых идиотских предприятиях, вроде зимнего закаливания.

Когда наши звёздные путешественники покинули эту прекраснейшую из планет, я думала, что умру. Слишком большой кусок моего сердца был тогда вырван и превращён в пепел.

Жизнь в меня вливали по капелькам.

Я не сразу смогла поверить, что ещё могу дышать, радоваться чему-то. Что мне еще есть кого любить. Что жизнь продолжается.

Но рядом всегда был Вамана, с его ненавязчивой болтовней ни о чем. Толстый Щен, которого уры выходили просто чудом, срастив ему позвоночник. Мохнатый и умилительный Ананси, который умел хмуриться и улыбаться, несмотря на паучью морду лица.

Со мной был мой Город, без которого я уже не представляла своей жизни.

Шарик выкатился из моих усталых рученек. Гар ловко его поймал и отправил обратно в нишку, а мне протянул чашку с горячим чаем.

— О, тема. — Простонала я, отхлебнув глоток. Допив вкусный и согревающий напиток, я потянулась, разминая затёкшую спинку. Клетчатый пушистый пледик упал с моих плеч.

— А ты чего домой не идёшь? Жена, наверное, заждалась.

Гар улыбнулся мягкой улыбкой и слегка покраснел. Я знала как нежно, и трогательно наш директор рынка любит свою жену. Красавицу Лану. Какой он заботливый отец для своих очаровательных дочурок. Да и как управляющий себя отменно показал.

Данные на шариках были подробными, без лишней воды и я была уверена, что и полными. Поэтому и пришла за информацией на рынок, а не в Центр.

Уры тоже вели свои учеты. Но чтобы разобраться в их записях, мне пришлось бы обзавестись ещё парой-тройкой голов. Та единственная, что имелась в моем распоряжении, не справлялась с их сложными трёхмерными таблицами. Тут с двухмерной бы справиться.

А у Гара все было по полочкам. Дням. Годам. Мало того, у него на каждый продукт были отдельные записи. Так что, если меня интересовало только количество мяса, съеденного в триста девяносто пятый год от основания Города, то мне следовало взять нежно-розовый шарик с тремя полосками. А ещё лучше спросить у самого Гара, где эта информация храниться. И он, с закрытыми глазами мог найти все, что требовалось.

Я не лезла в далекую древность. Мне вполне хватало последних двадцати лет, которые вел Гар. Но по этим годам надо было выяснить все. И сколько чего сажали-собирали. И сколько съелось и сколько осталось, если вообще оставалось что-то.

Погоду за каждый год надо было записать и что в том году при той погоде выросло, а что засохло.

Гар, помимо других своих достоинств, был прекрасным помощником. Успевал и свою работу делать и мне помогать. Как ему удавалось бегать по рынку и быть под рукой в любой момент, я не представляла.

— Лана знает, что я задержусь. Она скоро подойдет. Принесет нам ужин. Сегодня девочкам удалось поймать рыбу, а Лана умеет её готовить, как никто другой.

Управляющий снова улыбнулся, предвкушая встречу с любимой. А я погладила урчащий живот и сглотнула голодную слюну.

— Рыбка — это хорошо. Белок и фосфор, вкус чудесный. Повезло тебе с женой, Гар. Красивая она у тебя и хорошая. И вообще, вы красивая пара.

Гар хихикнул.

— Ты шутишь.

— Чойта шучу?

— Какой же я красивый. Маленький, неуклюжий.

— А я и не сказала, что ты красавец. Я сказала, что вы красивая пара. Когда вы рядом, от вас прямо свет исходит.

— Ты снова шутишь.

Гар зарделся как девушка и даже потупился от смущения.

— Я такой толстый и смешной. Надо мной весь рынок потешается.

— И ты продолжаешь тут работать? Не хочется обидеться и уйти? В пастухи, например?

— Как можно. — Всполошился человечек. — Мне такое задание ответственное дали, как же я могу бросить то? Другой человек придет, ничего не знает. Где что продают, кто когда работает. Что и как записывать надо. Это ведь только кажется, что тут все просто. А я пока понял, как всё лучше сделать, полоборота прошло. Хорошо, что тогда рынок маленький был. А сейчас то здесь весь Город торгует. Да еще и дикари приходят.

— Ты, что-ли, сам всю эту систему разработал?

Я кивнула на нишу, в которой, одна к одной, стояли высокие рамки. Ширина рамок не превышала полпальца. И каждая была окрашена в свой цвет. В рамках были вставлены горизонтальные рейки с двенадцатью ямочками в каждой. Рейки окрашены градиентом от темного к светлому в цвет рамки, и каждый инфокристалл по цвету соответствовал своей ямочке. Года были помечены разными символами. И если бы кому-то пришла в голову дурная мысль высыпать шарики на пол и перемешать их, то вернуть каждый шарик на его законное место не составило бы никакого труда.

— Сам, конечно.

— Молодец. Гений просто.

— Ты снова шутишь. — Заулыбался Гар, полностью уверенный что я именно шучу. — У меня всего три знака в имени. Какой же я гений?

— А это уже наш недосмотр.

Я сцепила пальцы и вытянула руки вперед, хрустнув суставчиками.

— Я просто в шоке, что наши умники тебя прозевали. По моему правильному мнению, тебе пора уже не только четвертый знак дать, но и пятый. Я бы от себя даже шестой добавила.

— А теперь ты точно шутишь. — Человечек захохотал, хлопая себя по пухленьким ляжкам.

— И как ты вообще смог жениться на Лане с такой самооценкой? — покачала я головой.

— Мне куклы помогли.

— Куклы Улин?

Я иронично улыбнулась.

— Зря ты смеёшься. Эти куклы помогли многим. Я знаю, о чем говорю. Когда Улин начала их продавать, в Городе начали рождаться дети. Здоровые и красивые.

— И как этому помогли куклы?

— Так же, как и мне. Прошло уже много времени и сейчас я могу признаться. Но при одном условии. Если мой проступок слишком тяжёл, то не говори ничего урам. Пусть это останется между нами, хорошо? Корм тогда ничего никому не рассказал.

— Ну, если уж папа не сказал, то я тем более болтать не собираюсь. Даже если твой проступок является преступлением по местным законам. Ты ведь никого не убил?

— Нет, что ты.

В карих глазах управляющего плеснулся ужас.

— Как можно такое вообще… Ты что!

— Ну тогда я внимательно слушаю.

Гар потупился, ковырнул пальцем столешницу, покосился на меня и наконец решился.

— Я украл кукол.

— У кого?

— Ни у кого.

Гар спрятал стиснутые ладони между коленями и сгорбился виновато, глядя в пол.

— Просто украл. Улин принесла мне свои куклы. Я должен был их урам отдать, но не отдал. Себе оставил. Назвал их Гар и Лиа. Часто носил с собой, а по вечерам мечтал, будто эти куклы и есть мы с Лией. Представлял, как я подхожу к ней, заговариваю, а она… Первое время даже кукла смеялась надо мной. Я не мог даже представить, что Лиа обратит на меня внимание. Но потом подумал, если в настоящей жизни она меня никогда не полюбит, то хотя бы куклы пусть будут счастливы.

Гар усмехнулся.

— Ты говоришь я гений. А я тогда себя вёл как безымянный. Рвал под стенами крохотные голубые цветы и дарил кукле. Делал ей красивую одежду из листиков. А однажды меня угостили кусочком аввы. Я даже не попробовал. Кукле принес. И она начала мне отвечать. То есть, говорил, разумеется, я сам, но почти верил, что говорит Лиа. Не кукла, а настоящая Лиа.

Мне было легко и свободно беседовать с ней. И однажды я встретил Лию на рынке и смог поздороваться и даже спросить, как у неё дела и не нужно ли чего-нибудь. И она мне ответила. Попросила помочь донести до дома покупки. Мы шли по рынку и разговаривали. Точно так, как я разговаривал с куклой. Легко и свободно. Я шутил, и она смеялась моим шуткам. Не надо мной, а со мной, понимаешь?

Гар говорил тихо, но волнение прорывалось сквозь его тихий голос.

— И что было дальше?

— На следующее утро я встал до зари. Пошёл за город, нарвал там самых красивых цветов и положил на её прилавок, пока Лии ещё не было. И в следующее утро. И следующее за ним. Я делал так каждое утро, а днем помогал ей носить товар и покупки. По вечерам колол ей дрова и приносил воду. А через полоборота накопил денег, купил самую большую авву и принёс Лие. И тогда она спросила, почему я не предлагаю ей стать моей супругой. Сама спросила. Я ничего не смог ответить. Я расплакался. Как ребенок. А она меня поцеловала. И с тех пор мы вместе. Уже двадцать оборотов. До сих пор не могу до конца поверить, что мы супруги.

Гар шмыгнул носом и украдкой стёр слезинку со своей щеки.

Я тоже расчувствовалась. Быстренько запила это безобразие чаем, чтобы не расплакаться вслед за рассказчиком.

— Я была неправа, когда сказала, что ты не красавец. Ты очень красивый, Гар. И история у вас с Ланой красивая.

— Этой истории не было бы, если б не куклы. Ты по-прежнему не веришь в колдовство?

Я по-прежнему не верила. Потому что знала, и откуда берутся здоровые дети, и как именно куклы помогли Гару.

Назовите это как угодно. Куклотерапия, аутотренинг, вуду, шаманство, чародейство. Не суть.

— Знаешь Гар, никакое это не колдовство. Это самое настоящее волшебство. Волшебство твоей собственной веры и убежденности. Это волшебство твоей любви. А куклы… Что ж, я готова согласится что куклы помогли тебе. Они помогли тебе поверить в себя. А все остальное ты сделал сам. И Лана полюбила тебя не потому, что куклы её заставили. Она просто увидела, какой ты красивый.

Отчет 2 10 октября

Отчет.

База «Визиг»

Пятый день одиннадцатой луны.

Построены жилые и технические помещения. Проводится калибровка измерительных приборов. Сборка мобильной буровой установки.

— А ничего база получилась. Стильненько. Прямо домик нашей Аль.

Первый вздрогнул.

База действительно была построена по принципу разделенного пространства. То есть, полностью разделенного.

Отдельные каморы-кубики стояли на скальных выступах, друг на друге, крепились к отвесным стенам. Было бы удобнее поставить их на поляне, но для монтажа оборудования требовалось много места, а с этим в горах туго.

Хорошо, что перед тоннелем гора была будто кем-то срезана. Хватило места для распаковки и сборки приборов. Три кибитки и пять телег поставили вдоль дороги, а каморы для жилья и хранения высокоточного оборудования удачно разместились прямо над поляной.

Первый окинул взглядом новостройку и на миг ему почудился открытый балкон с искусственно состаренной балюстрадой и робкие плети молодого плюща.

Боль едва не согнула его пополам.

— Да когда же это кончится. — Сквозь зубы прошипел мужчина, прижав кулак к груди.

— Ты что-то сказал?

Помощник с легкой тревогой заглянул Первому в глаза.

— Я сказал, что мы неплохо потрудились.

Глава 3 Вот моя деревня

Город, засыпанный свежим снегом, дремал. Редкие прохожие не мешали его дрёме. Горожане сидели по домам, сберегая тепло и энергию. Впрочем, и дома дел хватало. Делали циновки, кроили козьи шкуры на обувь, пряли тонкую шерсть. Обычный быт любой деревни.

Климат, за последние пять тысяч лет сильно изменился. По крайней мере эта зима была очень мягкой. Боюсь представить, что бы стало с жителями в плохо утеплённых домах при настоящей сибирской зиме. Градусов в сорок.

К сатане эту водорослевую архитектуру. Она хороша только для летних дач. А дом должен быть настоящим домом. Большим, уютным и теплым. Чтобы хватало места не только для поспать, тесно прижавшись друг к другу.

Хорошо, что эльфы не противились вырубке делового леса. До зимы мы успели построить пятнадцать прекрасных изб, которые разыграли между семьями с двумя и более детьми.

Улица с типовыми домами и большими участками под огороды смотрелась шикарно.

Еще была построена школа. Моя заслуженная гордость. Я на папином дворце так не выкладывалась, как на этой школе. Двухэтажная, с большим спортивным залом, уютной столовой и собственной котельной на дровах.

За котельную пришлось повоевать с урами. Они наотрез отказались давать железо для труб. Я ныла и клянчила целую неделю и так достала наших умников, что они перерыли свои закрома, перепрофилировали целую линию и выдали мне готовую к сборке систему отопления из полиэтилена.

Честно скажу, поначалу я даже обиделась.

— Вы что, издеваетесь? — Возмущалась я, царапая ногтем почти черную трубу. — Да там температура девяносто пять. Ваши пакеты для картошки расплавятся на раз!

Уры довольно заржали.

— Эти пакеты и двести выдержат.

Один из уров с чудными локонами и глазами мудрого вола, поднял трубу и закрутил её над головой с такой скоростью, что его локоны взвились в воздушном потоке.

— Смотри, какие они легкие.

— Вот как раз вес меня никак не волнует. Я их на себе таскать не собираюсь. Ты мне лучше про прочность расскажи. Как часто систему менять придется?

— Оборотов на семьдесят точно хватит. Там уже всю школу менять надо будет.

Уры опять захихикали.

— Ладно. Монтируйте. Будем испытывать.

Испытания, длившиеся почти две недели, прошли на ура. И теперь наши детки учились чтению и письму в теплых классах. Кроме основной обучающей программы детки изучали все ремесла. Шитье, прядение, табуреткоколочение. Девочки Лунны обучали деток кулинарии и траволечению. Горожанин по имени Фил, один из тех, кто строил мой дом, и кто вторым, после Макса, взял разрешение на строительство собственного дома, проводил основы ОБЖ и учил заколачивать гвоздики. Мальчики и девочки обучались всему. Мало ли что в жизни пригодится.

Дети находились в школе почти весь день. А многие оставались и ночевать, потому что в школе было по-домашнему уютно. И родители знали, что их чада под присмотром, накормлены и одеты.

Кутаясь в шубку из искусственного, но достаточно теплого меха, я пробиралась по узким тропкам, поскальзываясь на подмороженных лужицах. Между домиками, которые из-за снежных шапок стали похожи на молодые боровички,

Оттепели начались с середины февраля.

Еще немного и придет настоящая весна. Пора думать о посевной и посадочной.

Поскользнувшись на очередной коварной лужице, засыпанной снегом, я растянулась во всю длину и чуть не выронила корзиночку с угощением.