Измена генерала. Ты так меня не целовал

Мы начали снова.

На этот раз я не пыталась скрыть раздражение Ольги.

— Ты меня вообще слышишь?

— Я же пытаюсь помочь.

— А я не прошу тебя решать за меня.

Он выдержал короткую паузу.

— Тогда скажи, что тебе нужно.

Я посмотрела на него.

— Чтобы ты хотя бы раз спросил, прежде чем что-то делать.

Марта не остановила.

Мы дошли до конца сцены.

Когда последние реплики стихли, несколько человек за столом молчали.

Потом Марта сказала:

— Вот теперь оба разговаривают по-настоящему. Запомните этот темп.

Ренат посмотрел на меня и едва заметно кивнул.

Я опустила глаза.

Не хотелось, чтобы кто-нибудь заметил, насколько близко я приняла этот разговор.

На столе лежал обычный сценарий.

Вокруг сидели коллеги.

Никто не знал, что неделю назад я собирала вещи, потому что мой муж признался в измене.

Никто не видел меня ночью на полу с коробкой старых книг.

А сейчас я сидела за столом и произносила слова женщины, которая наконец решилась сказать, чего хочет.

Все это было странным.

И немного пугающим.

***

Читка закончилась около половины пятого.

Марта попросила всех задержаться на несколько минут, чтобы уточнить график.

Она назвала даты основных смен. Сцены распределили по дням с учетом занятости актеров.

Я проверила свое расписание.

Первая большая смена выпадала на понедельник. В этот день у меня было два занятия, которые можно перенести на утро.

— Таисия, вам подойдет? — спросила координатор.

— Да, если начало после двенадцати.

— В час.

— Отлично.

Ренат стоял рядом, просматривая собственный график.

— У нас с тобой три часа подряд, — заметил он.

Я посмотрела на лист.

— Вижу.

— Не пугайся. Марта обычно отпускает вовремя.

— А если нет?

— Тогда Игорь начинает смотреть на часы. Это действует лучше любых просьб.

Из-за стола раздался голос звукорежиссера:

— Я все слышу.

Ренат даже не обернулся.

— На это и рассчитывал.

Игорь засмеялся.

Марта подняла голову.

— Сомов, если у тебя осталось столько сил на разговоры, могу добавить сцену.

— Все. Молчу.

Я спрятала улыбку.

Когда мы вышли в коридор, рядом с Ренатом остановился мужчина из актерского состава.

Они заговорили о другой записи.

Я не стала мешать и отошла к окну.

Проверила телефон.

Три сообщения от учеников, одно от Кати и два от Лиды.

Катя написала, что руководитель учебного центра готова обсудить мой курс завтра в десять.

Я ответила согласием.

Лида интересовалась, как прошла читка.

Я набрала:

«Жива. Даже спорила с режиссером».

Потом стерла.

Нет, с режиссером я не спорила.

С актером.

Причем довольно уверенно.

Я написала:

«Все хорошо. Очень интересно. Расскажу вечером».

Отправила и убрала телефон.

— Ты всегда так серьезно относишься к сообщениям?

Я обернулась.

Ренат стоял рядом.

— В каком смысле?

— Ты минуту смотрела в экран с таким лицом, будто решала, кому достанется наследство.

— Я пыталась ответить подруге.

— И кто победил?

— Подруга. Я ей все-таки написала.

Он улыбнулся.

— Уже неплохо.

Мы вместе направились к лестнице.

— Ты сегодня хорошо разобрала Ольгу, — сказал Ренат.

Я удивилась.

— Правда?

— Да. Я сначала видел ее совсем другой.

— Более злой?

— Более закрытой. Мне казалось, что она не хочет иметь с Павлом ничего общего.

— А теперь?

Он подумал.

— Теперь кажется, что она очень хочет с ним поговорить, только боится, что ничего хорошего из этого не выйдет.

— Вот.

— Что «вот»?

— Именно это я и пыталась объяснить.

Он посмотрел на меня и засмеялся.

— Ты радуешься победе?

— Немного.

— И правильно.

Мы спустились на первый этаж.

У двери Ренат остановился.

— Слушай, а у тебя есть какие-нибудь материалы по работе с волнением?

Я подняла брови.

— Для кого?

— Для меня.

— Ты серьезно?

— Вполне.

Я посмотрела на него.

— Ты же профессиональный актер.

— И что?

— Обычно у вас с волнением все довольно неплохо.

— На сцене — да. А вот перед некоторыми встречами я иногда веду себя как школьник.

Он сказал это без особого выражения, будто просто сообщил факт.

Мне стало интересно.

— Какими встречами?

Ренат чуть улыбнулся.

— Вот видишь. Стоило признаться, и сразу начался допрос.

Я рассмеялась.

— Извини. Профессиональная привычка.

— Значит, материалами не поделишься?

— Поделюсь. Только сначала нужно понять, в чем именно проблема.

— Вот это уже звучит опасно.

— Зато эффективно.

Он посмотрел на часы.

— Ладно, мне пора. Но я запомню.

— А я могу прислать пару упражнений. Они простые.

— Хорошо.

Мы вышли во двор.

Ветер поднял с асфальта несколько сухих листьев. Возле ворот курил мужчина в рабочей куртке, рядом с ним стояла девушка с бумажным стаканом чая.

Ренат остановился у ступеней.

— Ты куда сейчас?

— В метро. Мне еще домой нужно и кое-что по работе подготовить.

— Далеко живешь?

Я назвала район.

Он кивнул.

— Удобно.

— До работы да.

— А до студии?

— Чуть больше сорока минут.

— Терпимо.

Мы еще несколько секунд стояли рядом.

Я уже собиралась попрощаться, когда он сказал:

— Давай обменяемся номерами. На случай, если перед записью понадобится обсудить сцену.

Я посмотрела на него.

Предложение было совершенно разумным.

Мы действительно играли общие сцены. Нужно было согласовывать рабочие моменты, при необходимости обмениваться замечаниями.

Но почему-то я почувствовала себя немного неловко.

— Давай, — ответила я.

Ренат достал телефон.

Я продиктовала номер.

Через секунду мой аппарат завибрировал.

На экране высветилось незнакомое сообщение.

«Ренат. Это проверка связи».

Я улыбнулась.

— Связь работает.

— Отлично. Теперь можно не беспокоиться за техническую часть спектакля.

Я сохранила контакт.

Ренат Сомов.

Без должности и пояснений.

Просто имя и фамилия.

— Тогда до встречи, Таисия.

— До встречи.

Он ушел в сторону парковки.

Я еще несколько секунд стояла у дверей студии.

Потом направилась к метро.

По дороге достала телефон и открыла новое сообщение.

Ничего особенного.

Два коротких предложения.

Я почему-то улыбнулась еще раз.

***

На следующий день я пришла в учебный центр раньше обычного.

Катя встретила меня возле стойки администратора.

— Таисия Андреевна, руководитель будет через десять минут. Хотите кофе?

— С удовольствием.

Она налила мне из кофемашины маленький капучино и положила рядом печенье.

— Я посмотрела вашу программу, — сказала Катя. — Мне понравилось.

— Спасибо.

— Особенно про сложные вопросы после выступления. Я бы сама на такое пошла.

— Приходи.

— А сотрудников со скидкой берете?

Я улыбнулась.

— Если договоримся с руководством, обязательно обсудим.

Катя засмеялась.

Через несколько минут нас пригласили в кабинет.

Руководителя учебного центра звали Светлана Павловна. Ей было около пятидесяти, она носила короткую стрижку и почти всегда разговаривала быстро, словно мысленно уже переходила к следующему делу.

Мы знали друг друга семь лет.

Она принимала меня на работу, когда я только переехала в Москву, и не раз помогала согласовать расписание.

— Таисия, садись, — сказала она. — Катя мне показала программу. Идея хорошая. Давай сразу посмотрим, что нам нужно.

Я достала распечатку.

Мы обсудили аудиторию, продолжительность занятий, количество участников и оплату.

Светлана Павловна предложила субботнее утро.

— В октябре у нас пока свободно помещение на одиннадцать часов. Два часа для взрослой группы тебе хватит?

— Да, если восемь человек. Больше брать не хочу.

— Почему?

— Мне нужно, чтобы каждый успевал говорить. Иначе получится лекция, а не практикум.

Она кивнула.

— Разумно. Шесть занятий?

— Шесть.

— Тогда ставим предварительно. Но мне нужно понимать, наберется ли группа.

— У меня уже есть несколько заинтересованных.

— Сколько?

— Четверо.

— Подтвержденных?

Я замялась.

— Пока только спрашивали.

— Значит, ни одного.

Я не выдержала и улыбнулась.

— Если строго считать — да.

— Вот. Поэтому сначала анонс, потом заявки, потом оплата. Не наоборот.

Мы договорились, что учебный центр разместит информацию о курсе на своем сайте и среди постоянных клиентов. Я подготовлю окончательное описание, программу и несколько упражнений для открытого занятия.

Если соберется восемь человек, курс начнется в первой половине октября.

Центр предоставит аудиторию, поможет с регистрацией и оплатой. За это удержит согласованную часть выручки.

Я быстро посчитала возможный доход.

При полном наборе сумма получалась вполне приличной.

Не огромной.

Но для шести суббот и самостоятельного проекта — хорошей.

— Ты только не набирай больше, чем сможешь провести, — сказала Светлана Павловна.

— Я понимаю.

— И не обещай людям, что через месяц они станут великими ораторами.

— Даже не собиралась.

— Прекрасно. У нас и без того хватает чудесных рекламных объявлений.

Я рассмеялась.

Когда мы вышли, Катя уже открывала таблицу для будущих заявок.

— Значит, делаем? — спросила она.

Я посмотрела на нее.

— Попробуем.

— Я бы сказала, что вы наконец решились.

— Почему наконец?

— Вы об этом курсе третий год говорите.

Я удивилась.

— Третий?

— Ну да. Помните, вы еще хотели сделать группу для преподавателей, потом для руководителей, потом вообще для всех желающих?

Я вспомнила.

Точно.

Идея появлялась, исчезала, возвращалась.

Каждый раз я находила причину отложить ее на потом.

То Леониду предстояла командировка, и я обещала поехать вместе с ним.

То мы планировали отпуск.

То у него было важное мероприятие, на котором мне нужно было присутствовать.

Иногда причины были действительно серьезными.

Но чаще мне просто казалось, что мое новое дело может подождать.

— Помню, — ответила я.

Катя улыбнулась.

— Ну вот. Теперь пусть не ждет.

Я забрала бумаги и пошла в аудиторию.

До следующего занятия оставалось двадцать минут.

Я села за стол, открыла ноутбук и начала править описание курса.

За окном проехал автобус. На соседней улице кто-то громко сигналил.

Обычный рабочий день.

Но мне вдруг стало очень хорошо.

***

Вечером позвонила Лида.

— Ну, рассказывай.

Я устроилась на диване с чашкой чая.

— Что именно?

— Все. Как читка? Как Марта? Ты говорила, что спорила с кем-то.

— Не спорила. Обсуждала сцену.

— С кем?

Я сделала глоток.

— С Ренатом Сомовым.

На другом конце линии возникла пауза.

— С кем?

— С Ренатом Сомовым.

— Я услышала. Ты с ним работала?

— Он играет Павла. У нас общие сцены.

— А-а.

Я насторожилась.

— Что значит это твое «а-а»?

— Ничего.

— Лида.

— Таська, мне просто интересно. Я знаю его по работе. Хороший актер.

— Я заметила.

— И мужчина симпатичный.

Я посмотрела на телефон.

— При чем здесь это?

Лида рассмеялась.

— Пока ни при чем. Я просто сообщаю общеизвестный факт.

— Мы разбирали сцену.

— Верю.

— И он нормально воспринял мое замечание. Не стал изображать обиженную звезду.

— Молодец какой.

— Лид.

— Все, молчу.

Но через несколько секунд она не выдержала:

— А ты вообще как? С людьми нормально общаешься?

Я задумалась.

— В каком смысле?

— В обычном. После всей этой истории с Леней.

— Конечно. Я же работаю.

— Я не про работу.

Я посмотрела на свои ноги, вытянутые на диване.

— Не знаю.

Лида помолчала.

— Ты ведь не обязана сейчас ни с кем знакомиться. Я просто спросила.

— Понимаю.

— И не обязана сидеть одна годами, если вдруг тебе кто-нибудь понравится.

Я не ответила сразу.

Понравится.

Такое простое слово.

Раньше я могла сказать, что мне понравился актер в фильме или красивый мужчина в кафе. Просто отметить внешность и забыть через минуту.

Но когда Лида произнесла это сейчас, я вдруг почувствовала неловкость.

Словно речь шла о чем-то недозволенном.

— Я пока даже не представляю себя с другим мужчиной, — призналась я.

— Это нормально.

— Иногда мне кажется, что я до сих пор замужем. Ну, не юридически. В голове.

— Ты и юридически пока замужем.

— Спасибо, очень утешила.

Она засмеялась.

— Я к тому, что времени прошло мало. Не требуй от себя невозможного.

Я откинулась на спинку дивана.

— Знаешь, что странно?

— Что?

— Сегодня я обсуждала свой курс. И мне было так интересно, что я вообще не вспоминала о Леониде почти до вечера.

— А потом вспомнила и почувствовала себя виноватой?

Я промолчала.

— Тась, ты очень предсказуема.

— Спасибо.

— Не за что.

Мы еще немного поговорили о работе, общих знакомых и новом спектакле.

Перед тем как отключиться, Лида спросила:

— А Ренат-то какой в жизни?

Я закатила глаза.

— Нормальный.

— Очень подробное описание.

— Высокий. Седина у висков. Уставший. Шутит.

— Красивый?

Я вспомнила его лицо.

Крупные черты, немного тяжелый взгляд, морщинки возле глаз, которые становились заметнее, когда он улыбался.

— Да, — ответила я.

Лида тихо присвистнула.

— Вот теперь интересно.

— Лидка!

— Все, все. Спокойной ночи.

Она отключилась, не дав мне возразить.

Я некоторое время смотрела на телефон.

Потом рассмеялась.

Нет, конечно, ничего особенного не происходило.

Ренат был коллегой. Мы встретились два раза, поговорили о работе и обменялись номерами по вполне понятной причине.

Но когда я закрыла глаза, мне почему-то вспомнилась не его внешность.

А то, как он сидел рядом во дворе студии и спросил:

«Тяжело?»

И не стал требовать подробностей.

***

В среду я получила окончательный вариант программы курса с замечаниями Светланы Павловны.

Она предложила немного сократить вступительную часть и подробнее описать практическую пользу занятий.

Я согласилась почти со всем.

Кроме одного пункта.

В рекламном тексте появилось обещание, что после шести встреч каждый участник сможет уверенно выступать перед любой аудиторией.

Я позвонила Кате.

— Это кто написал?

— Светлана Павловна предложила. Говорит, так понятнее.

— Но это неправда.

— Почему?

— Потому что у людей разные сложности. Кто-то через шесть занятий сможет выступить перед десятью коллегами, а кому-то понадобится больше времени. Я не могу обещать одинаковый результат всем.

Катя вздохнула.

— Я ей передам.

— Давай лучше напишем, что участники получат практику и обратную связь, научатся готовить выступление и работать с волнением.

— Это менее красиво.

— Зато честно.

— Хорошо. Попробуем.

После разговора я открыла документ и сама переписала спорный абзац.

Раньше я могла бы уступить.

Светлана Павловна руководила центром, разбиралась в рекламе лучше меня и наверняка хотела, чтобы курс набрался.

Но теперь я знала, что буду сама стоять перед людьми, которые заплатят деньги и придут заниматься.

И отвечать за обещания придется мне.