Читать книгу Измена. Не твой сын (Лиссбет Котцова) онлайн бесплатно на Bookz (5-ая страница книги)
Измена. Не твой сын
Измена. Не твой сын
Оценить:

3

Полная версия:

Измена. Не твой сын

Соня резко вдохнула.

— В смысле?

Зоя посмотрела на нее с усталой жалостью.

— В прямом, девочка. Только богатые люди редко говорят прямо. Они говорят “подумайте о будущем ребенка”, “не разрушайте чужую жизнь”, “вам же будет лучше уехать”. А если не понимаешь — находятся те, кто объясняет грубее.

Анна снова посмотрела на экран.

Пальцы сами набрали ответ Кире:

“Что значит была девочка? Кто она?”

Сообщение ушло.

Три секунды. Пять. Десять.

Ответа не было.

Анна позвонила.

Гудки шли долго.

Один. Второй. Третий.

На пятом вызов сбросили.

Соня взяла телефон из ее рук и написала быстрее, чем Анна успела остановить:

“Это Соня, дочь Марка. Ответьте. Моя мама ничего не понимает. Мы в квартире Лины.”

— Соня!

— Что? — Дочь посмотрела зло. — Думаешь, если писать вежливо, она расскажет тайну про мертвого ребенка мягче?

Анна хотела осадить ее, но не смогла.

Потому что Соня была права.

Вежливость закончилась в тот момент, когда Лина вошла в зал с Тимуром за руку.

Телефон завибрировал.

Кира:

“Уходите из квартиры. Сейчас.”

Следом:

“Я не могу говорить. Мне звонили с номера В.П. Они знают, что телефон у вас.”

Анна почувствовала, как холодная волна поднялась к горлу.

— Нам нужно уходить, — сказала она.

Зоя Степановна уже метнулась в прихожую, несмотря на возраст и тяжелую походку.

— Я же говорила, без хвоста надо было! Может, у подъезда кто стоит.

— Мы приехали на такси.

— Такси тоже люди вызывают. Люди видят. Люди звонят.

Соня крепче сжала рюкзак.

— Мам, а ключ?

Анна машинально коснулась сумки.

Ключ был при ней. Переложенный утром из вечерней сумочки в обычную кожаную, где между влажными салфетками, помадой и старым чеком из аптеки теперь лежала вещь, из-за которой исчезла женщина.

Возможно, не одна.

— У меня.

— Тогда идем.

В коридоре квартиры Лины Анна остановилась.

Она не знала почему. Может быть, потому что воздух здесь был слишком живой: на полке стояла кружка с недопитым чаем, на спинке стула висела детская кофта, в раковине лежала ложка с засохшей кашей. Все говорило: человек вышел ненадолго.

Человек собирался вернуться.

Анна посмотрела на фотографию Тимура на холодильнике. На детский рисунок, где мужчина стоял рядом, но отдельно. На магнит в виде моря.

“У Лины была девочка.”

Где ее фотография?

Если девочка существовала, если родилась и умерла, почему в квартире не было ни одного видимого следа? Ни рамки, ни игрушки, ни свечи, ни имени. Только тишина вокруг пустого места.

Или следы были спрятаны.

Так же, как телефон.

Так же, как ключ.

— Анна! — позвала Зоя из прихожей. — Живее!

Анна вышла.

Они спустились по лестнице, не вызывая лифт. На втором этаже хлопнула дверь, из-за которой выглянула старушка в халате, но Зоя шикнула:

— Нина Петровна, потом!

У подъезда было пусто.

Слишком пусто.

Двор днем выглядел почти мирно. Дворник сгребал мокрые листья, женщина в пуховике тянула за собой собаку, у песочницы спорили две мамы с колясками. Обычная жизнь не имела понятия, что в трех шагах от нее у людей рушатся судьбы.

— Такси сюда не вызывайте, — сказала Зоя. — Идите через арку, там магазин. Оттуда.

— Вы с нами? — спросила Анна.

— Я? — Зоя усмехнулась. — Я у себя дома. Пусть попробуют. А вот вы с девочкой — уходите. И Тимурку берегите.

Она вдруг схватила Анну за руку.

Крепко.

— Слышите? Линка глупая была насчет мужиков, но мать хорошая. Если сказала не отдавать, значит, знала почему.

Анна кивнула.

Соня уже тянула ее к арке.

Они почти дошли до прохода между домами, когда у обочины медленно остановилась черная машина.

Не резко. Не с визгом тормозов. Именно медленно, спокойно, как останавливаются люди, которые не боятся быть замеченными.

Соня увидела первой.

— Мам.

Анна не повернула голову сразу. Только краем глаза заметила темный кузов, закрытые окна, блеск хрома. Машина была незнакомая. Но в ней было что-то такое, что заставило ее тело среагировать раньше разума.

— Не беги, — тихо сказала она.

— А я и не собиралась, — прошептала Соня.

Они пошли быстрее.

Дверь машины открылась.

Из нее вышел мужчина в темном пальто. Не тот, что был вчера в ресторане. Этот был старше, ниже, с гладко выбритым лицом и выражением служебной вежливости.

— Анна Сергеевна, — позвал он.

Соня выругалась шепотом.

Анна остановилась.

Не потому, что хотела. Потому что если человек знает твое имя, спина сама каменеет.

— Мы знакомы? — спросила она.

Мужчина улыбнулся.

— Не лично. Вера Павловна просила передать, что вам лучше не совершать ошибок.

Соня схватила мать за рукав.

— Пойдем.

Анна смотрела на мужчину.

— Передайте Вере Павловне, что советы я больше принимаю только от адвоката.

Улыбка мужчины не изменилась.

— Это не совет.

— Тогда тем более.

Она сделала шаг, но он произнес:

— В машине дети.

Анна замерла.

Соня тоже.

— Что?

Мужчина кивнул в сторону машины.

— Ваш младший сын и мальчик. Тимур.

Мир на секунду стал белым.

Анна не услышала ни двора, ни машин, ни собственного дыхания.

— Это ложь, — сказала Соня.

Но голос у нее сорвался.

Анна уже доставала телефон. Пальцы не попадали по экрану. Она набрала мать.

Один гудок.

Второй.

Третий.

Ответ.

— Аня? — голос матери был напряженным.

— Где дети?

— Дома. Лев смотрит мультики, Тимур сидит у окна. Почему ты…

Анна закрыла глаза, и ноги едва не подогнулись.

Соня выдохнула так громко, будто ее ударили.

Мужчина продолжал улыбаться.

— Проверили? Хорошо. Значит, вы понимаете, как быстро это может измениться.

Анна медленно опустила телефон.

Страх внутри нее стал холодной злостью.

— Угрожаете детям?

— Предупреждаю, что вы забрали не своего ребенка и вмешались в обстоятельства, которые не понимаете.

— А вы понимаете?

— Достаточно.

— Тогда объясните Вере Павловне, что если хоть кто-то подойдет к моим детям, я пойду в полицию, в прессу, в интернет, к адвокатам, куда угодно. И первым делом расскажу, что мать моего мужа присылает мужчин угрожать женщине и детям после исчезновения любовницы ее сына.

Мужчина чуть прищурился.

Видимо, такой реакции он не ожидал.

Соня смотрела на мать широко раскрытыми глазами.

— Вы думаете, вам поверят? — спросил он.

Анна сделала шаг ближе.

— После вчерашнего вечера? Поверьте, у меня достаточно свидетелей, которые с радостью расскажут любую грязь. Ваша хозяйка сама превратила нас в спектакль. Теперь пусть боится зрителей.

Улыбка мужчины исчезла.

— Вы пожалеете.

— Я уже жалею, — сказала Анна. — Что пятнадцать лет была вежливой.

Она взяла Соню за руку и пошла к арке.

На этот раз мужчина не остановил.

Только когда они уже сворачивали за угол, Анна услышала, как хлопнула дверь машины.

Соня вцепилась в нее так, будто снова стала маленькой.

— Мам, я думала…

— Я тоже.

— Он сказал про детей.

— Знаю.

— Надо возвращаться домой.

— Сначала отойдем отсюда. Потом вызовем такси.

— А если они поедут за нами?

— Тогда будем думать.

— Ты не боишься?

Анна хотела сказать: “Нет”.

Но ложь детям закончилась вчера.

— Боюсь, — сказала она. — Очень.

Соня кивнула.

— Я тоже.

И почему-то именно это признание связало их крепче, чем любые объятия.

Такси они вызвали от аптеки через два квартала. Пока ждали, Анна снова набрала Киру. На этот раз та ответила.

— Вы ушли? — спросила она сразу.

Голос был молодой, хриплый, задыхающийся.

— Да. Кто вы?

— Подруга Лины. Бывшая коллега. Неважно. Телефон у вас?

— Да.

— Ключ?

Анна посмотрела на Соню.

— Да.

— Не ходите к ячейке сегодня.

— Почему?

— Потому что они будут ждать. Лина так и думала.

— Кто “они”?

Кира нервно рассмеялась.

— Вы правда хотите список? Марк, его мать, юрист их семейный, люди, которым платят, чтобы не оставалось следов.

— Кира, что случилось с Линой?

Пауза.

— Я не знаю.

— Но вы знаете про девочку.

На том конце стало тихо.

Анна услышала, как Кира то ли закрыла окно, то ли вышла из шумного места в более тихое.

— Это не телефонный разговор.

— У меня в доме ее сын. Его мать пропала. Мне угрожают люди Веры Павловны. Так что выбирайте: либо вы говорите сейчас, либо я еду в полицию и отдаю им телефон.

— Не отдавайте! — почти крикнула Кира.

Соня напряглась.

— Почему?

— Потому что у Веры Павловны там свои люди. Не везде, но достаточно, чтобы документы исчезали раньше заявлений.

Анна закрыла глаза.

Конспирология, подумала бы она еще два дня назад.

Бред. Преувеличение напуганной женщины.

Но два дня назад ее муж не имел семилетнего сына от другой женщины.

— Говорите, — сказала Анна.

Кира выдохнула.

— Девочку звали Маша. Она родилась почти за два года до Тимура. Лина тогда уже была с Марком.

Анна почувствовала, как Соня резко повернулась к ней.

Почти за два года до Тимура.

Значит, не семь лет.

Девять.

— Марк знал? — спросила Анна.

— Да.

Анна прижала руку к груди.

— Он… признал ее?

— Нет. Тогда всё было хуже. Лина была молодая, глупая, без денег. Марк сказал, что поможет, но официально ничего нельзя. Потом появилась Вера Павловна. Она убедила Лину уехать рожать в частную клинику за городом. Обещала оплатить. Обещала, что после родов Марк “всё решит”.

— И?

— Девочка родилась слабой. Но жила.

— Что значит “жила”?

Кира молчала.

— Кира.

— Лине сказали, что ребенок умер ночью. Не пустили проститься. Документы дали позже. Марк тогда был “в командировке”. Вера Павловна всё оформляла.

Анна почувствовала тошноту.

Соня прошептала:

— Господи.

— Лина долго верила, что это была трагедия, — продолжила Кира. — Потом забеременела Тимуром. И когда Вера Павловна снова начала настаивать на “правильной клинике”, Лина испугалась. Родила в другом месте. Сама. Почти без денег. Марк приехал уже после.

— Почему она думала, что Маша умерла не сама?

— Потому что три месяца назад ей пришло письмо.

— От кого?

— Без имени. Там была фотография девочки. Живой. Лет восьми.

Анна перестала дышать.

— Что?

— Девочка была похожа на Лину. И на Марка. На обратной стороне было написано: “Не все дети умирают, Лина. Некоторые просто становятся удобными чужим людям”.

Соня закрыла рот ладонью.

Мимо аптеки прошла женщина с пакетом хлеба, разговаривая по телефону о картошке и скидках. Мир продолжал существовать в своем обычном, невозможном виде.

— Где эта фотография? — спросила Анна.

— В ячейке. Вместе с документами, копиями переводов, переписками и записью разговора с Верой Павловной.

— Какой записью?

— Где она говорит Лине, что если та полезет к семье Марка, Тимур может “повторить судьбу сестры”.

Анна пошатнулась.

Соня успела подхватить ее за локоть.

— Мама…

Анна кивнула: стою, жива, слышу.

Но внутри что-то менялось.

Еще утром она думала о разводе, унижении, предательстве. О том, как пережить, как объяснить детям, как не сломаться.

Теперь все это казалось только входной дверью в темный дом.

За ней было нечто другое.

Не измена.

Преступление.

— Лина поехала к ячейке вчера? — спросила Анна.

— Не знаю. Она написала мне: “Если я не выйду на связь, у Анны будет ключ. Она должна узнать про Машу”. Потом пропала.

— Почему я? — Анна сказала это почти шепотом.

— Что?

— Почему она решила отдать ключ мне? Я для нее никто.

Кира ответила не сразу.

— Она говорила: “Анна имеет право ненавидеть меня. Но она мать. Она поймет, что детей нельзя отдавать Вере Павловне”.

Соня отвернулась.

Анна смотрела на серое стекло аптеки и видела в отражении себя: бледную женщину в пальто, с растрепанными волосами, с чужим телефоном в руке. Вчера она была женой, которую предали. Сегодня стала человеком, которому доверили страшную правду только потому, что она мать.

Такое доверие не согревает.

Оно кладет на плечи груз.

— Где ячейка? — спросила Анна.

— Я не скажу по телефону.

— Кира.

— Нет. Я встречусь с вами. Но не сегодня вечером. Завтра утром. В людном месте. И, Анна…

— Что?

— Не говорите Марку про Машу.

Анна закрыла глаза.

Марк.

Отец Сони. Отец Льва. Отец Тимура.

И, возможно, отец девочки, которую у матери забрали под видом смерти.

— Почему?

— Потому что Лина до последнего не знала, он соучастник или трус.

Связь оборвалась.

Анна стояла с телефоном в руке, а Соня смотрела на нее так, будто ждала, что мать сейчас скажет: “Это ошибка. Так не бывает.”

Но Анна молчала.

Потому что уже поняла: бывает.

Все бывает, если годами позволять лжи называться семьей.

Такси подъехало через три минуты.

Всю дорогу домой Соня молчала. Только у самого подъезда сказала:

— Мам.

— Да?

— Если эта девочка жива… она ему тоже дочь?

Анна посмотрела на дом.

Где наверху ее ждали Лев и Тимур.

Где под дверью мог стоять Марк.

Где в любой момент могла появиться Вера Павловна.

— Да, — сказала она. — Если она жива, она тоже ребенок.

— А если Марк знал?

Анна не ответила.

Потому что ответ был слишком страшным.

У подъезда никого не было.

Они поднялись на лифте. Анна открыла дверь своим ключом.

В квартире было тихо.

Слишком тихо.

— Мам? — позвала Соня.

Из кухни вышла мать Анны. Лицо у нее было странное — растерянное, виноватое.

— Аня, только не волнуйся.

Эти слова всегда означали, что уже поздно.

Анна почувствовала, как сердце падает.

— Где дети?

Мать заплакала.

— Марк приходил. Он сказал, что ты разрешила. Сказал, что надо срочно отвезти Тимура к следователю… Лев сам побежал за ним, не хотел отпускать одного…

Соня вскрикнула:

— Что?!

Анна уже бежала в гостиную.

Пустой диван. Скомканный плед. Чашка воды на столе. Детская футболка на полу.

Тимура не было.

Льва тоже.

На подушке лежал листок, вырванный из Сониного старого блокнота.

Почерк Марка.

“Не бойся. Они со мной. Я их отец.”

Анна смотрела на эти слова, и страх наконец превратился во что-то другое.

В ярость.

Она достала телефон и набрала Марка.

Гудок.

Второй.

Третий.

— Аня, — ответил он устало. — Не кричи. Я все объясню.

Анна сжала листок так, что бумага порвалась.

— Если через десять минут дети не будут дома, — сказала она тихо, — я перестану быть твоей женой окончательно. И стану человеком, который уничтожит тебя.

На том конце Марк замолчал.

А потом сказал фразу, после которой у Анны похолодели руки:

— Тимур сам попросил отвезти его к матери. Мы почти на месте.

— На каком месте?

Пауза.

— У аварии.

Глава 8. Нет

Анна не помнила, как выбежала из квартиры.

Потом, когда мать будет плакать в трубку, оправдываться, говорить: “Я же не знала, Анечка, он так спокойно сказал, он же отец”, Анна не сможет ее утешить. Не сможет даже разозлиться по-настоящему. Потому что злость требует места внутри, а внутри у нее будет только одна мысль:

Лев у Марка. Тимур у Марка. Они у места аварии.

Она неслась по лестнице, не дожидаясь лифта. Соня бежала следом. На третьем этаже дочь споткнулась, ударилась плечом о стену, но тут же выпрямилась.

— Мам, стой! Ты куда?!

— За ними.

— Мы не знаем адрес!

Анна остановилась так резко, что чуть не упала.

Адрес.

Она действительно не знала, где именно нашли машину Лины. Марк сказал “у аварии” так, будто это место было очевидным. Как будто у трагедии всегда есть координаты, которые автоматически появляются у всех причастных.

Телефон в руке задрожал. Анна снова набрала Марка.

Гудки.

Один. Второй.

Он сбросил.

Она набрала еще раз.

Сбросил.

Соня дышала часто, почти со свистом.

— Он не берет?

Анна не ответила. Открыла сообщения и написала:

“Где вы?”

Ответ пришел не сразу.

Три точки появились, исчезли, снова появились.

“Не устраивай истерику. Я сам привезу их.”

Анна смотрела на экран, и в ней что-то очень тихо ломалось окончательно.

Истерика.

Дети исчезли из дома, один из них — мальчик пропавшей женщины, другой — ее младший сын, а муж, который вчера семь лет лжи вывел на сцену их годовщины, называл ее страх истерикой.

Соня прочитала через плечо.

— Я его ненавижу, — сказала она.

Не громко. Не срываясь. Так, будто просто сообщила факт.

Анна подняла глаза.

— Сейчас ненависть потом. Сейчас надо найти детей.

Она открыла чат с Кирой. Пальцы дрожали, но слова получились четкими:

“Марк забрал Тимура и моего сына. Говорит, повез их к месту аварии Лины. Где это?”

Ответа не было.

— Мам, звони в полицию, — сказала Соня.

Анна застыла.

Пол

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

1...345
bannerbanner