Напарники поневоле

Николай Липницкий

Напарники поневоле

Справочник.

Айба - низкорослые, коренастые, широкие в теле, на плоском, как блин, лице, больше всего места занимает приплюснутый нос с вывернутыми наружу ноздрями, маленький рот с частыми мелкими зубками и большие, как в аниме, совершенно чёрные глаза.

Арганцы – высокие, с бледной кожей и белыми волосамси.

Воонс - особь человеческого роста тёмно-серого цвета с вытянутой яйцеобразной головой и длинными, ниже колен, руками. Из выдвинутой вперёд челюсти торчат по два клыка попарно справа и слева. Верхняя челюсть представляет собой изогнутую роговую пластину на манер короткого закруглённого клюва.

Грубвин – головоногий моллюск, имеющий костяной гребень сверху на головогруди и две клешни.

Гостет – моллюск. Огромная рыхлая масса. Пассивный охотник. Сидит и ждёт, когда кто-то сам к нему в рот попадёт. Принцип охоты схож с земными мухоловками.

Жумбал – летающая рептилия. Большое змеиное тело зелёного цвета, поджатые под брюхо когтистые лапы, ярко-красные кожистые крылья и две головы на длинных шеях, растущие из одного туловища.

Иду – хищный ящер. Чешуйчатое гибкое тело, мощные ноги, хорошо развитые передние конечности с длинными серповидными когтями и толстая шея, защищённая острыми шипами и голова крокодила с пастью, усеянной кривыми зубами.

Зуар - сутулый, двух метров ростом, прямоходящий ящер, закованный в шипастую броню.

Курм – особь с головой ящера, шипастым ошейником вокруг шеи, кошачьим телом и чешуйчатой кожей. Ночной хищник. Днём предпочитает спать. В лоб он никогда не атакует. Только со спины из засады.

Мохол – неразумный вид ящеров, генетический близнец зуаров, носитель ремонтного гена, способного устранить генетические дефекты в генах разумных ящеров.

Сорг – прямоходящий хищный ящер фиолетового цвета, высотой от пятнадцати до двадцатип яти метров. Внешне напоминает тираннозавра.

Сарп – змея жёлтого цвета длиной около тридцати метров и толщиной в шесть метров. Очень плохое зрение. Реагирует на движение и вибрацию почвы.

Турмы – Абсолютный мозг, заключённый в желеобразную оболочку. Турмы гордятся своей абсолютностью. Ничего лишнего. Только мозг. А остальное отращивается по мере необходимости.

Трум - норное животное, представляющее собой веретенообразную тушку, снабжённую маленькой головой с вытянутой, как у муравьеда пастью. Насекомых он всасывает в себя не хуже пылесоса, а мелких животных хватает выдвигающимися из пасти челюстями. Обладает шестью парами ног: две пары снизу, две – по бокам, и две на спине. Таким образом он идеально чувствует себя в любых тоннелях. Эту его способность, а также его рацион приспособили для очистки коммуникаций, и он живёт, обычно, почти во всех сооружениях. Тем более, что животное тихое и никому не мешает.

Утранчекль - монстр с яйцевидной головой, вытянутой вперёд мордой с зубастой пастью, и четырьмя худыми лапами, больше похожими на лапы насекомого, суставчатым туловищем, оканчивающимся мускулистыми длинными ногами.

Фенчи - звероподобные существа, больше похожие на сибирских котов двухметрового роста, Прирождённые солдаты.

Хмуры - бесплотные существа, населяющие подземный мир планеты Гведа. Это полуразумная форма жизни, достаточно развитая, чтобы строить сообщества, сосуществовать с другими и заключать договоры. Но, недостаточно разумны, чтобы быть честными и порядочными.

Чилуны – разумные аморфные существа, крайне воинственные и агрессивные.

Шимтилы - покачивающиеся на паутине красные гусеницы на десяти ножках, сплошь покрытые щетиной. Выполняют роль земных пауков.

Штондарцы - существа ростом с человека, внешне похожие на людей, если бы не полупрозрачные капиллярные сосуды, сетью покрывающие их кожу по всей поверхности тела.

Шоск - похожий на восставшего мертвеца из голливудских фильмов. Та же жёлто серая кожа, пергаментная кожа, тускло обтягивающая лысый череп и тонкие костлявые конечности, свободно болтающаяся туника при движении распахивалась, обнажая впалый живот и выпирающие рёбра.

Юшика - тёмно-зелёная, со сморщенным бородавчатым лицом и непрерывно шевелящимися живыми волосами, глаза выпученные, белые.

Попадос

Всё началось как-то буднично и совсем не романтично. У меня сломался увлажнитель воздуха. Июль в этом году выдался необычайно жарким. Солнце палило, как сумасшедшее, и даже тень не спасала от жары. Немного выручал кондиционер, но сухость воздуха стояла высокая. Конечно, можно было обойтись и без увлажнителя. Наши предки, ведь, обходились как-то. Простыни мокрые, например, развешивали. Но, с высоты своего нынешнего межпланетного опыта, могу смело заявить, что разумное существо тем и отличается от прочего животного мира, что не просто выбирает себе комфорт, а старается по мере сил его себе обеспечить.

Ну и, по примеру наших предков, настраивающих телевизор ударом кулака с боку или сверху, и читающих инструкцию после того, как всё уже сломано, я открутил винты и снял кожух увлажнителя. Не то, чтобы я понимал что-то в бытовых приборах. Но принцип: «Просто посмотрю. Вдруг там проводок отошёл» - ещё никто не отменял. Я сдул пыль с внутренностей прибора, посмотрел сверху, сбоку, наискосок и ткнул отвёрткой. Вспышка ослепила меня, что-то толкнуло в грудь, и я полетел на пол. Телевизор, бодро вещавший новости, замолк на фразе: «Иран выступил с…». Почему-то, эта фраза особенно врезалась мне в память. Сознания, судя по ощущениям, не терял ни на секунду. Просто, почувствовал, что падаю на что-то мягкое, а затылком ударяюсь об упругую поверхность.

Круги перед глазами прошли, и я увидел человека, склонившегося надо мной. Странного, скажу я, человека. Ослепительно белая кожа, такие же ослепительно белые волосы и пронзительно синие большие глаза, смотрящие на меня с удивлением, если не сказать больше. «Альбинос» - пронеслось у меня в голове. – «А, почему глаза не красные? У альбиносов ведь глаза должны быть с красноватым оттенком. Или, это у вампиров? А, может, и у вампиров, и у альбиносов? Кстати, если верить фильмам, то вампиры тоже очень бледные». Я вскочил на ноги, машинально отметив, что незнакомец слишком высок. Я макушкой едва доставал ему до плеч.

Только потом в мозгу вспыхнуло удивление. Кто этот человек и что он делает в моей квартире? В полной решимости выставить непрошенного гостя вон, я протянул к нему руку и застыл от удивления. От моего жилища не осталось и следа, а вместо него была прямоугольная комната, освещённая мягким светом. По стенам бегали какие-то светящиеся символы, у одной из стен стояла молочно-белая кушетка, а в центре помещения перемигивалась огоньками невысокая широкая тумба, над которой завис кусочек звёздного неба. Вот, по-другому не скажешь. Словно кто-то, действительно, взял, и вырезал из космоса часть, увеличил её и разместил над тумбой. А рядом – кресло, слегка смахивающая на ложемент пилота.

- Ты кто? – пришёл на ум гениальный вопрос. – И где я?

- Тот же самый вопрос я хотел задать тебе, - раздалось прямо у меня в голове.

- Ну, всё ясно, - я неожиданно успокоился. – Я сошёл с ума, и ты мой глюк. Что же, это многое объясняет. Осталось дождаться скорой помощ и крепких санитаров.

- Я не понимаю, что такое глюк и зачем дожидаться скорости. Мы и так движемся с максимальной скоростью, возможной во вселенной.

- Движемся? Ты гонишь!

- Я никуда не гоню. Это нормальная практика для торсионного прыжка.

- Бред! Кто ты такой? Где я вообще нахожусь?

- Ты находишься на корабле расы Арганцев. А я – пилот этого корабля. А, вот, кто ты такой и как оказался здесь – я не понимаю.

- Думаешь, я в курсе? Последнее, что я помню, это то, что пытался ремонтировать увлажнитель воздуха. А, потом, короткое замыкание, разряд, и я здесь. А, кстати, куда ты летишь?

- Мы летим.

- Мы?! – похоже, для моей головы разряд не прошёл бесследно. – То есть, и я тоже?

Получилось, как в анекдоте: «Это кресло в Египет не летит». Было бы смешно, если бы не было так шокирующе. А, может, это глюк, всё-таки? Лежу себе посреди комнаты, а всё это мне кажется.

- Ну а как же, если мы с тобой находимся в одной кабине?

- А меня никак нельзя обратно? Мне завтра с утра на работу, как бы, надо.

- Обратно, это куда?

- На Землю.

- А это где?

- Солнечная система.

- Впервые слышу.

Во, попал! В интернете я встречал подробный адрес нашей планеты. Типа, созвездие, галактика, рукав и так далее, но, кроме Млечного пути ничего вспомнить не мог. Даже не скажу, Млечный путь — это созвездие, рукав или галактика. Если бы знать, я бы этот адрес наизусть выучил. А так, посмотрел, посмеялся и закрыл. Хотя, если передо мной не розыгрыш, не глюк, а самый настоящий инопланетянин, то наши названия ему ничего не дадут. Те же звёзды у них по-другому должны называться.

- Хотя бы мы можем сориентироваться по месту, когда я к тебе попал? Думаю, мы недалеко улетели.

- Шутишь? Тут скорость такая, что за это время мы проскочили расстояние в десяток, как минимум, средних звёздных систем! Из какой из них тебя ко мне забросило?

- Со скоростью света летим?

- Нет. Больше. Гораздо больше.

- Такого не бывает. Ничто не может двигаться быстрее света.

- Так-то оно так, но есть нюанс.

- Какой, интересно?

- Торсионные поля. Они перемещаются в пространстве почти мгновенно.

- Телепортация, что ли?

- Не совсем. Что-то среднее между телепортацией и передвижением в пространстве. По крайней мере, в пределах десятков световых лет разница в секунды очень несущественна. Начиная от сотни, время перемещения составляет минуты, а свыше тысячи – часы, а миллионы - дни. Кстати, это свойство применяется и в качестве связи.

- Вот, почему мы не можем вас услышать!

- Услышать?

- Именно! Есть такой парадокс Ферми. Во вселенной должно быть множество развитых цивилизаций и, раз они развитые, они должны друг с другом быть на связи. Например, если посмотреть на мою планету в радиодиапазоне, то она будет просто сверкать. Поэтому, наши радиотелескопы круглосуточно сканируют космос в поисках следов вашей жизнедеятельности. И ничего не находят.

- Вы используете для связи радиоволны?! Это же каменный век!

- Не стоит преувеличивать. Так, что там с полями?

- Мы формируем визуализированное виртуальное тело, в нём определяем точку неопределённого пространства, в котором размещаем капсулу жизнеобеспечения. Примерно такую, как эта. В виртуальном теле при помощи генератора создаётся торсионное поле. И остаётся только задать точку контакта в любом месте галактики, и вся эта конструкция отправляется по адресу. Причем, человек совершенно не испытывает никаких воздействий на свой организм, потому что присутствует не в полёте, а в неопределённом пространстве, только выход из которого привязан к виртуальному телу, в каком бы месте оно ни находилось.

- А как быть с так называемым «Эффектом близнецов»? – я уловил непонимающий взгляд собеседника и поспешил пояснить. - Это, когда человек, остающийся на планете стареет быстрее, чем человек, отправляющийся к звёздам. И, чем дольше длится путешествие, тем больше будет разница. Своеобразная машина времени в один конец.

- Нет никакого эффекта. Ведь, физически ты не двигаешься в пространстве. Двигается только точка входа.

- Всё это, конечно, познавательно, но основной вопрос остаётся открытым, - я огляделся по сторонам, ещё раз убеждая себя, что это всё неумолимая реальность.

- Какой?

- Что мне делать? Мне домой надо.

- Короче, - принял решение мой собеседник. – Летишь со мной. А потом мы подумаем, как тебя вернуть.

- А куда ты летишь?

- У меня срочное дело в системе Курона.

- А это где?

- Правый рукав сектора Гора.

Если бы ещё знать, где этот сектор! Нет, это всё больше похоже на бред. И как мне теперь из него выныривать?

Такое даже в кошмарном сне не приснится. Да и представить сложно. Я - где-то в космосе, в одном корабле с инопланетянином. Может, всё-таки, у меня бред, и я лежу привязанный к койке в психбольнице?

- Я вижу, что ты находишься в состоянии, близком к панике, - проговорил в моей голове мой собеседник. – Что тебя удивляет?

- А то, что я здесь, и лечу неизвестно куда, неудивительно?

- Почему неизвестно? Я же сказал, что лечу в систему Курона.

- Мне это ни о чём не говорит.

- Ты впервые в космосе?

- Нет, блин, каждый день через созвездие Персея на работу мотаюсь!

- Не понял.

- Да у нас на всю планету по пальцам можно пересчитать, кто на орбите побывал! Ну, пусть не по пальцам, но, всё равно, единицы по сравнению с населением Земли.

- Что же это за планета такая отсталая? Ты, вроде, на дикаря не похож. Одежда, правда, у тебя, так себе. Но вполне цивилизованная. Не шкуры животных.

- А ты вправду считаешь, что, как только человек слез с дерева, он сразу ракету выстрогал из ближайшей пальмы и в космос полетел?

- Ну, не сразу, конечно, но срок по меркам цивилизации должен быть небольшим.

- Как сказать. Слушай, а откуда ты наш язык знаешь?

- Я не знаю вашего языка.

- Как? Ты же со мной болтаешь?

- Я общаюсь с тобой при помощи мыслеформ. А твой мозг переводит эти мыслеформы в понятный тебе язык. Мы всегда так общаемся.

- Вы, что, совсем не умеете разговаривать?

- Почему не умеем? Голосовые связки у нас, как атавизм, присутствуют. И при необходимости ими пользоваться можно. Просто, это неудобно.

- А как тебя зовут?

- Никак.

- Не может быть. Все должны иметь имя. Я, например, Саша. Александр Васильевич Дорохов.

- Я понял, что ты имеешь в виду. Александр — это имя, своего рода идентификационный код, Васильевич — это происхождение от отца, а Дорохов – родовая ветвь, к которой ты принадлежишь. Нам этого не надо. Я ясно представляю перед собой того, с кем хочу общаться. Или того, о ком хочу что-то сказать. И мне не надо его как-то идентифицировать.

- А документы? Не можете же вы вообще обходиться без документов! Или можете?

- Не можем. Но, там другая система. Слушай, может, ты, всё-таки, дикарь и вы там у себя живёте при родоплеменном строе?

- Мы вполне себе цивилизованные люди! – обиделся я. – И, как видишь, шкуры не носим.

Я, неожиданно для себя, понял, что тоже не говорю, а просто думаю. Даже чуть не сплюнул от досады. Хотя, это действительно удобнее. Особенно, если у тебя ангина. Или голос сорвал. И языки не надо учить. Ты думаешь, а собеседник ловит твои мысли и прекрасно понимает их. Это, что, я, теперь, тоже так умею?

- Нет, - покачал головой мой визави. – Не умеешь. Мы общаемся благодаря моим возможностям.

А жаль. Я бы не отказался от такой возможности. Правда, область применения, кроме ангины, или турпоездки куда-нибудь за кордон, я ей не нашёл, но всегда приятно обладать суперспособностями. Типа – сверх человек.

- И, всё-таки, я не понимаю, как можно прожить без, хотя бы, имени. А, тем более, без отчества и фамилии. Например, Александров много и, если идентифицировать только по имени, то можно запутаться. Если добавить отчество Васильевич, то путаница уменьшится в разы, а фамилия Дорохов вообще снижает возможность путаницы кратно. Тем более на ограниченном участке местности вероятность того, что окажутся рядом два Александра Васильевича Дорохова стремится к нолю.

- Это всё от несовершенства вашей коммуникации. Наверное, такая идентификация единственно возможна при использовании речевого аппарата. Но нам достаточно представить конкретного индивидуума, чтобы установить с ним индивидуальную связь.

- Круто. А я научиться могу так?

- Не знаю. Теоретически, любое мыслящее существо во вселенной может научиться этому. А практически – не знаю.

- Но, пока я не могу разговаривать мысленно, мне ведь надо как-то тебя называть.

- Зачем?

- Чтобы как-то к тебе обращаться.

- Не думаю, что в этом есть необходимость. Здесь я один и не нужно гадать, к кому ты обращаешься.

- Но, мы же летим куда-то. Уверен, там будет много людей. Или, как там вы называетесь.

- Люди, это представители вашей расы. Вы – люди, мы – арганцы. Есть воонсы, утранчекли, фенчи и многие другие. А в общем, мы называем друг друга особями, чтобы не путаться. Но, в принципе, ты прав. Через полчаса мы прибудем к месту назначения, и тебе придётся находиться среди особей различных рас. И это проблема.

- Какая?

- Во-первых, ты не сможешь общаться самостоятельно. Но это не самая большая проблема. В конце концов, ты и не обязан ни с кем кроме меня общаться. Проблема в другом. Тебя официально не существует в галактическом сообществе. Ты – никто.

- Ты хочешь сказать, что я не имею документов? Ну да. Паспорт мой в квартире остался.

- Паспорт?

- Да. Это такой официальный документ, в котором есть сведения обо мне. Практически, он подтверждает мою личность.

- Даже, если бы он был, в галактическом сообществе он ничего не значит.

- А что значит?

- Слепок твоего разума.

- А ты его не можешь сделать?

- Нет.

И чего мне понадобился этот увлажнитель воздуха? Ну, потерпел бы. А, теперь, неизвестно где, неизвестно куда попаду и вообще БОМЖ без документов.

- Интересно, насколько это плохо?

- Настолько, что там, куда мы прибудем совсем скоро, на выходе из капсулы жизнеобеспечения обязательно будет идентификация личности. И, если вскроется, что ты неизвестно кто, тебя изымут и закроют.

- В тюрьму?

- Нет. Это не совсем тюрьма. Скорее, это питомник для бесхозных животных.

- Как меня, человека, могут закрыть в питомник для бесхозных животных?

- Что такое человек? Это один из множества биологических видов на определённой планете. Как, и арганцы, и другие расы, а также великое множество полуразумных и неразумных животных и насекомых, обитающих на различных планетах. Только разумные биологические виды имеют слепок разума и занесены в реестры своих государств и, соответственно, в межгалактический реестр. Тебя изначально определят как животное, пока ты не докажешь обратное. А животные, принадлежащие определённой особи, имеют ментальную хозяйскую метку и ДНК, занесённое так же в соответствующие реестры. Если этой метки не будет, то животное изымается. Это делается для того, чтобы не допустить бесконтрольного распространения биологических видов.

Вот это номер! Выходит, я не только БОМЖ, а ещё и просто дикое животное, которое можно поместить в питомник. Как бродячую собаку на передержку. Весёленькая перспектива.

- А если я докажу, что разумный вид, а не какое-нибудь животное?

- Как? Ты, даже, не умеешь разговаривать ментально, как любой представитель межгалактического сообщества.

- Но я могу говорить голосом!

- Это не доказательство. Говорить голосом могут многие животные. Те же полуразумные хонорки, например. Но они не перестают при этом оставаться животными и прекрасно приручаются. Для того, чтобы тебя признать представителем разумной расы, тебя необходимо обследовать и протестировать. И, если ты соответствуешь критериям, признать тебя разумным существом и после этого сделать слепок разума. Но тут возникает ещё одна проблема.

- Какая?

- Откуда ты взялся? Твоей планеты нет не только в межгалактическом сообществе, а вообще в атласе обитаемых планет. И как мне объяснить, как ты оказался в моей капсуле. В бред, что ты чинил допотопный электрический прибор, и от электрического разряда перенёсся сюда, мне не поверят. Скорее обвинят в несанкционированной посадке на какую-то планету. А за это наказывают. И штрафы, скажу тебе, огромные.

- Что же делать?

- А ведь у меня есть идея!

- Говори, - честно говоря, ничего хорошего я не ожидал.

- В багажном отсеке капсулы я везу самку чверкута. Это заказ одного богатого штондарца. Я заявлю, что она оказалась беременной, когда её грузили в капсулу и разродилась во время полёта.

- А я причём?

- Ты и будешь заявлен, как приплод чверкута.

- Я?!

- Да. Ты. Только так мы можем объяснить и твоё присутствие на борту, и отсутствие твоей идентификации.

- И я стану домашней зверушкой какого-то штондарца?

- Нет. Он заказывал чверкута – одну штуку, и получит одну штуку. А тебя я оформлю там же, как моё домашнее животное.

- Ну, спасибо тебе! Я ещё домашним животным не был.

- А что тебя смущает? В межгалактическом сообществе ты задерживаться не собираешься, так что, пока мы не определим координаты твоей планеты, можно и зверюшкой побыть.

- Как-то это унизительно.

- Брось. Надеюсь, это будет не слишком долго. Пошли, я тебя провожу в багажный отсек.

- А…

- Так надо. Новорожденный должен быть рядом с матерью. Понимаю, что это немного неприятно, но так надо.

Немного неприятно, это мягко сказано. Чверкутом оказалось что-то непонятное, похожее на докторскую колбасу, только величиной с бочку из-под кваса и вонючее настолько, что глаза сразу начали слезиться.

- Да я же задохнусь здесь! – вырвалось у меня сквозь тошноту.

- Потерпи. Минут пять всего осталось.

- Ты уверен, что я сойду за детёныша этой колбасы?

- Таможенным службам всё равно. Если заявлен, как детёныш, так и будет. Они не станут разбираться. Тем более что детёныши не похожи на взрослых особей у многих видов.

Хозяин капсулы ушёл, а я остался в обществе инопланетного монстра, от одного вида которого становилось плохо. Ещё бы знать, насколько он опасен. А то, как сейчас набросится на меня. А мне и обороняться нечем. Абсолютно пустое помещение. Я пнул упругий глянцевый бок чверкута, вызвав откуда-то из его недр недовольное ворчание, и, махнув рукой на свои опасения, уселся прямо на пол.

В голове была настоящая каша. Мысли метались, отскакивая от стенок черепной коробки и, сталкиваясь друг с другом, перемешивались, создавая гротескные образы. Я видел себя, то идущем на поводке следом за инопланетянином, то, сидящим на цепи возле будки, то выставленным в клетке на всеобщее обозрение. Кстати, нужно придумать какое-то имя этому альбиносу. Это они у себя привыкли без имён обходиться, а мне с именами привычнее, как-то. Ну, пусть будет Блондином.

Одна из стенок дрогнула и поползла вверх, открывая взору коридор с цепочкой светящихся панелей на уходящем куда-то вдаль потолке. В помещение влетел маленький серебристый шарик, облетел по кругу и вылетел прочь. Я вскочил, испуганно прижавшись к вонючей туше и осторожно выглянул из-за неё. В коридоре стояли и разглядывали нас с чверкутом Блондин и два существа ростом с меня, внешне похожие на людей, если бы не полупрозрачные капиллярные сосуды, сетью покрывающие их кожу по всей поверхности тела. По крайней мере, шея, лицо, руки выглядели именно так.

И, если бы они не смотрелись так рельефно, словно трубки, приклеенные к коже, в которой пульсировала слабо светящаяся голубая жидкость, можно было подумать, что это такой рисунок. Похоже, это и есть штондарцы. Честно говоря, смотреть на них было неприятно. Блондин, с высоты своего роста смотрел на своих спутников и вяло жестикулировал, а один из штондарцев, видимо старший, постоянно переводил взгляд с нас на Блондина и обратно.

Похоже, у них сейчас идёт оживлённая дискуссия. И, как бы не я являюсь предметом обсуждения. Опять перед глазами встала картинка, на которой я сижу в клетке, на полу постелена солома, за спиной сухое дерево для антуража, на стене нарисованы горы и лес, а рядом миска с едой и миска с водичкой. Я такую клетку в зоопарке видел. Кажется, это был вольер для обезьян. Весёленькая перспектива. Эх, знать бы, о чём они спорят! Наконец, переговоры закончились, Блондин кивнул мне, приглашая на выход, а штондарец махнул рукой, и туша чверкута поднялась над полом и мягко поплыла в коридор.

- Ого! – воскликнул я, подходя к Блондину. – Этот монстр умеет летать!

- Это не он. Это антигравитационная подстилка. Не на себе же его таскать.

- Мне показалось, или вы тут спорили?

- Спорили.

- И могу я узнать, о чём?

- О тебе.

- Я догадался. А подробнее?

- Как только долетели, я сразу заявил о тебе, как о родившемся в полёте детёныше. Заказчик это узнал и попытался наложить на тебя лапу. Типа, он имеет на тебя право. А я не согласился. Вот и поспорили.

- И как? Ты доказал свою правоту?

- Нет. Этот вопрос будет решаться в арбитраже, поэтому, нам придётся здесь задержаться.