Заполярье. Мир двух солнц

Узкая улица, ведущая с космодрома, внезапно развернулась в огромную, заставленную лотками площадь – местный рынок под открытым небом. Давка стояла невероятная; Гримму приходилось расталкивать локтями пеструю толпу из грузчиков, торговцев и просто зевак, чтобы проложить путь. Узкая улица была заставлена лотками и тряпочными навесами, под которыми скуластые и длинноухие торговцы с Сильвана, Земли, Заполярья и многих других планет орали наперебой, расхваливая свой товар, а в воздухе висела густая смесь запахов жареного мяса, пряностей и выхлопов древних грузовиков.

– Наверно мы могли у него дорогу спросить – сказал Феликс, догнав более расторопного спутника, – Я что-то не вижу здесь никаких обозов. Всё уже давно разгружено.

–Твоя правда, – на мгновение остановился Гримм, – Но что теперь поделать? Назад не пойдем – возвращаться плохая примета, да и не красиво как-то. Ладно, думаю нам кто-нибудь еще сможет подсказать.

Оглядев улицу, он улыбнулся и выставив перед собой руку схватил какое-то тонко взвизгнувшее существо.

– Стой красавица! – сказал он, остановив куда-то спешащую девочку лет шести тащащую какие-то разноцветные свертки и опустившись перед ней на одно колено спросил:

– Не подскажет ли нам добрая госпожа как попасть в торговое поселение?

– Ой, а что вы дядя такой черный? – маленькая жительница города остановилась, неловко перехватив две тяжёлые сумки и удивленно посмотрела на Гримма.

– Работал много, – улыбнулся он, – Так что, покажешь?

– Попасть в поселок легко, меня папа много раз водил! – разулыбалась девчушка: – Вы идите по улице никуда не сворачивая. Пройдете весь базар, секторный квартал, затем главные ворота и выйдете на перекресток, он дальше по дороге и поверните вон туда, – девочка показала рукой в левую сторону, – И попадаете в поселение. Там склады, гостиницы и даже ресторан, представляете! Только не перепутайте. С другой стороны, военный городок. Там людям ходить нельзя. Только солдатам можно. А они злые…

– Спасибо тебе красавица, – поблагодарил ее Гримм и протянув девочке где-то по дороге добытый леденец отпустил тут же исчезнувшего ребенка по ее важным детским делам.

– Вот и всего делов! – нирин обернулся к Феликсу залихватски тряханув челкой. – Сейчас найдем это секторный квартал и… – увидев что-то за спиной Феликса он прервался на полу фразе и схватив хакера за отвороты жилета метнулся за ближайший угол здания.

– Вот же падлы! – Прижавшись к стене он осторожно выглянул на улицу – А они-то что тут делают?!

Проследив за взглядом своего сопровождающего, Феликс увидел группу из нескольких инопланетян – таких же как его спутник ниринов, стоявших недалеко от них на площади и нервно оглядывающихся. Похоже они тоже заметили Гримма и сейчас пытались его найти.

– Планы меняются, хакер – Гримм мышкой юркнул назад и заговорил быстрым шепотом, – Серары ищут меня и не дадут нам спокойно пройти. Поэтому дальше ты пойдешь один. Видишь вон ту вышку связи? – он указал на сооружение на противоположенной стороне рынка. – Встречаемся там. Иди по улице и старайся не привлекать внимания. Я буду рядом и прослежу чтобы родичи от нас отстали. Примерное время – пол часа. Если что— подождешь меня.

– И зачем ты им нужен? – спросил удивленный таким поворотом Феликс.

– Э… Пока не важно, – Гримм замотал головой, – Потом расскажу, а пока делай что должен. Понял?

– А если мы не встретимся? – уточнил Феликс, но Гримма уже не было. Нирин словно призрак растворился в тенях переулка. Землянин остался один.

– «Вот вам тетя, Новый год…» – пробормотал он себе под нос нерешительно делая шаг из-за угла. Идти одному было страшно, а стоять и тупить на одном месте вредно. Если Гримм был прав, то сейчас он, Феликс самая разыскиваемая фигура в секторе. Еще и эти неизвестные серары. Слово это Феликс слышал раньше. Так на Крипсо, родной планете цивилизации его спутника называли земляков. В довольно варварском понимании. Поэтому видеть нирина бегущего от своих родичей было по крайней мере странно. Особенно когда этот нирин твой сопровождающий. И этот факт вообще не грел душу. – «С другой стороны кому мне доверять как не этому Гримму. Похоже во мне он заинтересован шкурно и подставлять не намерен. И чем быстрее я доберусь до него, тем мне будет лучше». Поправив одежду и попытавшись скрыть лицо воротником тюремной рубахи, Феликс скользнул в толчею, стараясь при этом выглядеть гордо и естественно.

На Земле Феликсу приходилось бывать во всевозможных «человейниках» и других скоплениях homo sapiens, поэтому толпы в торговых центрах или на площадях планетных столиц были ему хорошо знакомы. Но месяц приватного сидения в закрытой камере на борту крейсера, плохо сказались на его ловкости и прыткости шага.

– Марсианское оружие! Лучшие клинки и стволы во всем секторе! – Зазывал посмотреть на свой опасный товар пожилой ветеран, выглядевший так, будто поучаствовал во всех конфликтах космической истории.

– Лучшие яблоки! Заполярная пшеница! – кричал на вид не голодавший торговец. Кажется, Феликс видел его где-то раньше.

– Умные планшеты! Телетрансляторы! Механика…

Феликс пробирался сквозь толпу, стараясь не смотреть по сторонам.

– Эй, парень! Землянин! – У лотка с разномастным железом стоял седой инопланетянин неизвестного Феликсу вида одетый в потертую земную фуфайку. Феликс машинально подошел.

– Настоящий марсианский тестер портов, – понизил голос старик. – Последний. Бери, пока не разобрали.

– Сколько? – Феликс повертел устройство в руке. Внутри что-то звенело.

–Для своих за сотку отдам. Как говорится лучше тестер в руке, чем вирус в проге!

– Ух ты! Дорого берешь. Да и не тянет он на марсианский, – усомнился Феликс, и в этот момент краем глаза уловил движение. Нирины, прочёсывающие базар разделились. Двое пошли вдоль стены, еще один смешался с толпой. Основная группа из трех инопланетян подошла к соседнему ларьку с техникой. Один из них что-то сказал продавцу, тот покосился на них и скривившись достал из-под прилавка матовый пластиковый блок – в нем Феликс узнал голографон – рацию старой не имеющей видеосвязи модели. Преследователи быстро отсчитали кредиты, забрали аппарат и так же бесшумно отошли. Кажется, хвоста за ним не было.

– Да как не тянет? А тогда может нейромодуль интерфейса интересует? – продавец достал из какой-то коробочки бионический глаз, точно такой же как был у Феликса. – Вижу ты человек разбирающийся. А это не простая вещь – хакерская!

– Да зачем он мне? Я и сам хакер! – Феликс отвернулся от лотка, даже не попытавшись торговаться. Сомнительные приборы интересовали его мало, да и денег у него не было, но до осознания этого ему еще предстояло дойти.

Он пошел дальше, к выходу с базара. Возле здорового грузовика с открытым бортом копошились люди в меховых безрукавках. Они грузили ящики. Они загружали в машину большой ящик, метр на метр, обитый стальными полосами. Ящик был тяжелый, его тащили втроем. Феликс замедлил шаг. Понять, что внутри было невозможно, но красочный логотип на одной из боковин коробки, стилизованная стрелка-вектор, пронзающая овал планеты, указывало на продукцию компании «Вектор-Старлайнер».

– «Серийная техника для кораблестроения… Вот даже что тут продают.» – еще раз удивился хакер, проходя мимо грузчиков.

Чуть в стороне, под навесом, стоял богато одетый торговец. Перед ним на бархатных подушечках лежали странные предметы, мерцавшие изнутри тусклым светом – эйдолоны. Феликс удивленно хмыкнул. Раньше он думал, что это лишь игрушки богачей, но и здесь на Заполярье они есть. Кажется, люди знали их везде.

Он ускорил шаг, наконец вырвавшись с базара на относительно свободное пространство перед Телевышкой и длинным туннелем. Сделал вдох, почувствовав, как сжимаются мышцы спины. Почти на месте.

Сначала Феликсу показалось что дошел до выхода за стены, но это было не совсем так. За открытой внутренней дверью скрывался длинный туннель уходящий куда-то в затянутую паром, проводами и трубами даль. В стенах туннеля располагались десятки витрин, квартир, складов и магазинов, между ними сновали люди и инопланетяне разных видов, ездили пользуясь необычайной широтой лаза машины. Осматривая невиданный ранее урбанистичный пейзаж, Феликс не заметил, как сильная когтистая рука вновь схватила его за отворот жилета втянув в ближайший переулок. Он был заставлен какими-то стройматериалами и выглядел больше, как помойка.

– Долго ты. – сказал Гримм потирая пальцы. Феликс заметил, что руки нирина перепачканы кровью, а за его спиной лежит чье-то тело. – Не обращай внимания. Казачек догулялся. Зато теперь нас точно не найдут в ближайшие часы.

– Я так не думаю…– Протянул Феликс, с интересом разглядывая мёртвого нирина, посланного на поиски, – А если он успел по связи сообщить?

– Тогда нам точно тут оставаться не стоит. Сейчас кое-что сделаем, и его даже военные быстро не найдут. – пожал плечами Гримм. – Надеюсь больше встреч с родственниками мне не предвидится. Пойдем.

Толкнув криво стоящую палету с досками и завалив тем самым неудобное тело, Гримм направился на выход. Феликс пошел следом. Мертвого, а может еще живого нирина с тяжелым грохотом окончательно похоронило под завалом. Они вернулись на главную улицу.

– И что человек, тебе совсем не страшно? – гротескно улыбнулся, чувствуя безопасность и свою власть Гримм. – Ты же столичный житель и так спокоен. Поджилки не трясутся? Не страшно ходить за ручку с несущим смерть?

– Да нет, – Феликс оценил своё внутреннее состояние. Все было как обычно, – Но не воспринимай на свой счет. Я лишён возможности испытывать эмпатию. Особенно к опасным для меня личностям. С ними ты можешь делать что угодно – я тебе не осужу.

– Хрена-се, – Гримм удивленно взглянул на землянина – Это с чего бы?

– Специфика профессии. – пожал плечами Феликс, – Будет тебе известно, что мне без наркоза имплантировали глаз. И это было даже не самое «интересное» событие в моей жизни.

Такое откровение, казалось, выбило наемника из колеи, и следующие несколько минут они шли в тишине. Только у самого входа в туннель нирин решил продолжить курс погружения в местные реалии.

– Ну наконец дошли. Смотри – это Секторный квартал, – сказал, остановившись у стены Гримм, – Довольно любопытное место. Первая серая зона вольных людей и Легиона. Изначально создавался для защиты и энергосбережения космопорта, но после раздела планеты, обрел новую жизнь и пришедших с ней обитателей. Видишь щели на стенах через каждые пять метров? Если легионеры захотят они тут всё решетками перекроют, так что мышь не проскочит. Иногда они так даже забавляются: выдвинут одну-две решетки, перегородят проход и смотрят как люди этот лабиринт обходят. Так что ты далеко от меня не отходи, а то потеряешься еще. Без меня такого как ты фраера быстро облапошат, обокрадут или, чего доброго, съедят! – еще раз напомнил привыкший бывать в сомнительной культурности уголках галактики Гримм. Но как оказалось он немного слукавил. Дальнейший путь даже рядом с ним не был безопасным. Несколько раз дорогу Гримма и Феликса перегораживали выезжающие машины и катящиеся без спросу телеги, пару раз перепутав их с грузчиками на них пытались сгрузить тяжелые ящики с какими-то фруктами, а один раз Феликса чуть не прихлопнуло пролетавшим мешком с сахаром. Всё это не прибавило доброты и терпения Гримму, наверно лишь чудом успевшему в прыжке перехватить двадцать килограмм белой смерти. Не выдержавшая такого обращения ткань мешка лопнула, обдав всех находящихся в зоне поражения рафинированным, но уже безвредным песком.

Спокойно выслушав извинения остроухого менеджера пекарни насчет нелепой случайности происшествия, нирин матерно пояснил побледневшему сильваниду, что он думает о нелепой случайности его рождения и отвесив ему пинка под зад направился вперёд по улице, отряхиваясь от налипшей на него сахарной пудры.

Тем не менее на этом секторный квартал кончился. Наших героев вновь осветило бледное солнце, затмевавшее тусклый свет фонарей трущоб. Перед ними раскрылись гигантские ворота из города.

– Видишь, как все просто! – сказал он, вставая и отряхиваясь: – Главное знать подход и всегда иметь при себе аргумент. Сейчас только разберемся, где тут этот перекресток и считай уже в Олимпии!

***

Первая центральная военная база Легиона Республики родилась на тогда ещё пустых землях Заполярья, более полувека назад, из скромной лагеря колонистов-исследователей, разбивших среди лугов свои биваки и безуспешно пытавшихся принести плоды цивилизации этим диким землям. Назвав свой лагерь «Nexus Prime», собрав образцы почв, флоры и фауны они вступили в контакт и меновую торговлю с редкими племенами местных жителей, в те времена еще повсеместно обитавших на планете, главными научными достижениями которых были примитивные каменные орудия труда, и настолько же примитивный язык, позволявший с трудом отличить друга от врага, а яблоко от коровы. Завершив научные исследования, с культурным внедрением учёные мужи уже не справились, не только зря потратив и променяв выделенные им кредиты, книги и оборудование, но и потеряв многих своих членов, часто променивающих научный труд в кабинетах и годы бумажной работы на дым костров и зубастых аборигенок. Поэтому вскоре, не вполне довольная республика отправила им на замену армию, взявшую всё под свой железный контроль, разогнавшая аборигенов с насиженных мест и начавшая укреплять место высадки, возводить стены и охранные башни, а затем запустившая завоз в образованную тюремную колонию первого недобропорядочного населения. С течением времени база расширялась: строились новые склады, оружейные, хранилища. На лугах разбивались поля и фермы, в горах ставились рудники. И всё это богатство охранял свой военный городок. Когда же бандиты под руководством своих лидеров отбили планету от межзвездной сети республики то первая база стала, пожалуй, единственным оплотом республиканской власти в секторе, взяв на себя функции охраны и торговли и контроля над отдельными частями планеты.

(Первыйсправочник Заполярца)

***

Обозначенный перекресток нашли довольно быстро. Следуя указаниям маленькой торговки, они прошли, насквозь никуда не сворачивая все оставшиеся сектора, по удачному случаю открытые, подойдя к последним главным воротам портовой части Нексус Прайма. Две неподъемные металлические плиты такой толщины, которую не пробила бы наверно, и корабельная лазерная пушка надежно перекрывали проход в свой сектор и на отправочную площадь во времена потрясений. Но сейчас в мирное время стояли они раздвинутые, вросшие в землю и забытые по причине ненадобности, даже караула на них не было.

– Эй Феликс, а ты такие двери смог бы открыть? – лукаво поинтересовался Гримм.

– Выглядят несложными… – подойдя ближе к одной из стальных плит Феликс постучал по сталепластику, заглянув в паз между створкой и стеной. Даже сквозь толщу брони аппаратура отозвалась на его касание:

[Ворота Нексус Прайм. Открыто по распоряжению генерал-губернатора И. Ф. Отступающего.]

Мельком заглянув вглубь, Феликс рассмеялся:

– Да тут код двадцатилетней давности. Вирусов и ошибок – хоть лопатой ешь. Лучше в такое без надобности не лазить. Впрочем, стоит ли тема обсуждения, когда они и так открыты?

За воротами панельный проход разделялся на две грунтовые дороги, расходящиеся в разные стороны практически симметрично. Одна шла налево, другая направо. Ещё был камень стоящий точно посередине развилки и носивший на своем бугристом от вмятин теле следы не одного неудачливого водителя. У него человек с нирином и остановились, задумчиво изучая перекресток.

– Ты помнишь куда сказала повернуть маленькая стрекоза? – спросил Гримм у вставшего рядом с ним Феликса, – Сдается мне направо!

– Мне кажется налево, – возразил Феликс, – Ты когда спрашивал ко мне лицом стоял.

– Я точно помню, что направо! – уперся Гримм, – Давай думать логически: вряд ли тут много солдат ездит. Осмотрим дороги. Которая больше проторена та и наша!

– Может вернемся и еще раз спросим?

– Я же говорю: плохая примета это! Давай лезь на камень и смотри по сторонам.

Пока Феликс, неловко поднявшись на гранитный указатель безуспешно вглядывался в безлюдную даль дорог Гримм задумчиво побродил от одной обочины до другой, что-то считая про себя, осматривая другой путь. Солнце Заполярья, бледное и негреющее, скрылось за пеленой высоких облаков. Подул резкий, пронизывающий ветер, гоняя по дорогам пыльные вихри и швыряя в лицо мелкие камешки. От этого места, зажатого между гигантскими воротами и уходящими в никуда дорогами, веяло тоской и безнадегой. Феликс с неохотой сощурившись смотрел в даль. Отсюда, с высоты, пустынные дороги казались еще более безрадостными. «Куда мы вообще попали? – пронеслось в его голове. – И почему вокруг ни души?» Чувство тревоги, которое он заглушал разговором, снова сдавило грудь. В это время нирин, закончив обнюхивать дорогу подошел к росшему справа у обочины здоровенному лопуху и откинув в сторону длинный лист поднял с земли закатившуюся туда разбитую бутылку, выброшенную видимо каким-то парнокопытным:

– Виски Шотландский десятилетней выдержки «Одинокий охотник» – прочитал он на сохранившейся этикетке: – Разбита и выброшена. Видишь, что Заполярье с твоими земляками делает! А ему было целых десять лет. – Принюхавшись к едкому запаху, Гримм сморщился словно съел тухлое яйцо и протирая заслезившиеся глаза сказал:

– Но часто первое впечатление бывает обманчивое. Сдается мне что этот «охотник» лишь притворяется интуристом и вряд ли видел что-то кроме подвала местного алкомаркета. Да и с возрастом он что-то напутал. Этой гадостью только краску счищать. APS, а не напиток!

– И зачем нам эта сивуха? – не понял Феликс интерес спутника к осколкам тары.

– А затем, мой дорогой хакер, – проговорил Гримм одним быстрым движением закинув бутылку далеко в кусты, – Что эта бутыль гораздо лучший советчик чем любой житель этого посада. Легионеры, которых я знал были людьми, разбирающимися в достойных напитках и такое в себя влили бы только после недельного запоя и то с неразберихи. Хвала Исе и моему зоркому глазу. Идем направо!

Он отправился по выбранной им дороге и Феликсу ничего не осталось как пойти следом за ним.

Стараясь не оступиться и не упасть в глубокие колеи, оставленные сотнями проезжавших из города и в город машин и экипажей бронетехники они шли вдоль оставленных без хозяев в пору пика рабочего дня фургонов, поникших домов на колесах и жидких, готовых развалится при первом порыве ветра брезентовых палаток, теснящихся под высоким куполом, который накрывал и порт, и этот «посад». Купол отсекал наружную грязь, но внутри царил свой порядок. Это был не лагерь беженцев, а скорее спальный район для тех, кому не хватило места или связей в каменных коробках города.

В пригороде, в отличие от городских, затянутых смогом улиц было куда как тише и спокойнее, и безлюднее. Лишь лаяла где-то вдалеке собака, из ближайшего трейлера тянуло дымом и жареной курицей. В перестроенном из военного форта городе, как и у его средневековых собратьев население мельчало при удалении от центра. За стенами в палаточных лагерях жили не купцы или торговцы, а беженцы и разнорабочие, не способные покинуть свои тканевые или пластиковые убежища и мечтавшие лишь дожить до истечения их срока пребывания на Заполярье.

Из-за двери одного трейлера, с приваренным генератором и антенной, на них уставился хмурый тип, со значением перебиравший в руках четки. У следующего фургона, заляпанного грязью и неизвестными трубами на крыши, механик в подтеках масла сноровисто лудил какую-то деталь, бросая на прохожих оценивающие взгляды. Даже собака, что лаяла вдалеке, была не бездомной шавкой, а здоровенной овчаркой на цепи.

– Смотри-ка, цивилизация, – кивнул Гримм на трейлер, откуда тянуло дымом и жареной курицей. – Жрать охота…, – протянул он, принюхавшись к доносящемуся запаху, – Давно я не видел хорошей пищи.

– Нас же перед высадкой покормили, – заметил Феликс, – Я не слышал, чтобы кто-то до этого не жаловался.

– Ну сравнил, понимаешь, – деланно возмутился нирин, – Жареную курицу с давленным пюре в тюбике. Хлебный мякиш с лазерной винтовкой. Да это же даже едой назвать нельзя, не то, что, понимаешь, есть.

– Обычная синтетика, – пожал плечами Феликс, – Так сказать «ноухау» быстрого питания Земли. Уже пару лет как.

– Что значит синтетика? Погоди, оно ещё и не настоящее? – закатил глаза побледневший Гримм, – Иса помоги своему слуге, чем же я пытался этот месяц?

– Мы же только что покинули город. – Феликс удивленно посмотрел на наемника, – что нам мешало купить еды? Или у благородного охотника не хватит денег на чашку супа?

– В другое время такие слова тебе дорого бы стоили— ухмыльнулся Гримм, – Но делая скидку на твою несостоятельность объясняю: наши земные счета заморожены. Проверки переводов, незарегистрированные поступления…Легально обнулить наши счета они не могут, но на пару лет сбережений вполне в силе Корпораций.

– Не знал. – Феликс попытался активировать внутренний интерфейс чипа, вшитого каждому гражданину с рождения и носивший в себе все данные о его личности, но не смог. Даже его хакерские навороты молчали, показывая лишь имя, год рождения и красную надпись «преступник».

– Вот-вот – подтвердил Гримм, понявший вся по вытянувшемуся лицу Феликса, и сострадательно похлопав его по плечу пошел дальше.

Так обсуждая всякую ерунду и иногда беззлобно переругиваясь, они и шли.

Дорога петляла между унылыми домиками и палатками, которые цеплялись за самые стены Нексус Прайма, как репей. Ноги Феликса гудели от усталости. Непривычная тяжесть ботинок, натиравшая пятку мозоль, и вечная пыль, забивавшаяся в горло, делали этот путь настоящей пыткой. Он с завистью смотрел на Гримма, который, казалось, не обращал на это никакого внимания.

– Я вот не понимаю. Ладно, в городе вам тесно, – задал мучавший его сразу после выхода за ворота Секторного квартала вопрос Феликс, сплевывая уже задолбавшую пыль. – Но почему бы не встать табором прямо у ворот? Вон оно, свободное место. И торговля сразу на входе. Все под рукой.

Гримм коротко хмыкнул.

– А ты думаешь, не пробовали? Говорят, раньше так и ютились. Пока не начались будни. То у легионеров во дворе всё белье с веревок пропадет, то у наших в котел крысу подбросят. То кто-то технику испортит, то в бочку с самогоном соли насыплют. Драки каждый день, поножовщина по субботам. Надоело всем. Вот и развели фракции подальше друг от друга. Чтобы для пакости нужно было специально идти, а не плюнуть из окна в соседний двор. Если ты помнишь слова девчушки, и легионеры в городе не живут. Нечего вооруженным людям делать за стенами в мироне время. От этого одни беды.

Он снова посмотрел вдаль, на пустую дорогу, и лицо его потемнело. – Никого. Ни каравана, ни Вергилия. Где этот подлец?

За это время они не встретили ни одной машины или жителя Заполярья и этот факт как заметил Феликс немного напрягал Гримма, уже не так сильно уверенного в своем решении. Но землянина больше интересовали возможные опасности от прошлого Гримма.

– Пока идем может расскажешь за что родственники тебя преследовали? Кто ты вообще такой, Гримм?

– Думаешь сейчас самое время предаваться воспоминаниям? – нирин вопросительно поднял бровь.

– Ты обещал рассказать.

– Ладно-ладно. Слушай. С чего бы начать… – Гримм задумался. – Я охотник. И охочусь я… на разную добычу. На последней охоте мне не повезло. Я убил серара – торговца драгоценностями, экзотическими товарами… Может контрабандой. Не буду оправдываться, у комерса были деньги, а мне они были нужны. Прокормить и приодеть покрасивши жену да себя не забыть и не обидеть в наше время дело довольно тяжёлое. Но, к сожалению, я не учел коммерсантскую крышу. Он был дружен с не последними людьми моего уль-тара, как это по-вашему… – селения. Год я скрывался по разным городам, странам и планетам… Но как видишь меня нашли. И повезло еще что это были власти республики. Но кажется теперь, и собратья знают о моем местоположении. Как-то так.

– Тяжелая жизнь, – сочувственно заметил Феликс, – А что с твоей женой?

– А что с ней? – переспросил Гримм, – живет себе уль-таре и надеюсь не жалуется. Зная о заначке Арнуа может безбедно жить в течении нескольких лет. А за это время я попытаюсь выбраться с этой неприветливой планетки.

– А ты знаешь как? – удивился Феликс

– Конечно знаю. Надо найти правильных людей. – А теперь ты землянин делись. Откуда ты Феликс? Где делают таких киборгов?

– Земля. Пять лет института сети… и в дополнение отец офицер Легиона в отставке.

– Вот оно как… – Гримм замолчал, потом рассмеялся, – а говоришь, что у меня жизнь тяжёлая. Но я хотя бы могу чувствовать. Ладно не боись хакер, прорвёмся!

Они шли еще с полчаса, и пейзаж вокруг начал меняться. Жалкие лачуги и брошенные трейлеры сменились аккуратными, хоть и потрепанными временем, двухэтажными зданиями из серого строительного блока. Грунт под ногами стал ровнее, словно его недавно укатывали, а по обочинам, словно часовые, замерли покосившиеся, но все еще грозные столбы с обрывками колючей проволоки. Чуть поодаль ржавел на постаменте каркас старого бронетранспортера, с которого давно сняли всё ценное. Он был немым напоминанием того, что эта территория кому-то принадлежит и охраняется. По обочинам, скрестив лапы, спали несколько тощих псов. Но главное – появились признаки жизни: в одном из окон виделась занавеска, а перед другим стояла пустая цветочная кадка.