Заполярье. Мир двух солнц

– Мастер Ладин, – опять не выдержал Афелий, – А вы человека взломать сможете? Прям наглухо?

– Что Афелий, девушки за рога задразнили? – рассмеялся нирин, – Страшную месть им готовишь?

– Скажете тоже, – отмахнулся гракониец, – Свои фантазии на меня не проецируйте. Так что мастер Ладин?

– Нет, – покачал головой Феликс, – Взлом гражданских чипов запрещен законом. Но … – продолжил он после некоторой заминки, – … В теории смог бы. Было бы у меня специальное оборудование. – А сам то ты тут за какие преступления, Афелий? – спросил он у задумавшегося над его ответом водителя.

– А не за какие, – отмахнулся гракониец, – я тут по собственной воле.

– Как так? – не понял Феликс

– Я здесь родился – рассмеялся Афелий: – Вот за что сослали моего дорогого папашу, это уже разговор отдельный. Но я свободный человек, вернее гракониец. Могу заниматься чем хочу, ходить куда хочу. Жаль только с планеты улететь мне нельзя.

– Эдикт о врагах республики? – понимающе спросил Феликс.

– Он самый, – скривился Афелий, повторив по памяти не раз слышанныйтекст: – «Гражданин, оба родителя которого признаны врагами республики, признается неблагонадежным, не может находиться на землях торговой республики, участвовать в голосовании на выборах глав государства и служить на общих правах в корпусах Легиона.» Так и живу, девятнадцать лет на птичьих правах.

– Ещё может что изменится – сочувственно сказал Феликс: – Месяц назад Центральная директория сменилась, так может и вам что поправят?

– Хотелось бы, – ответил помрачневший водитель, – Но как -то не верится…

Из-за поворота дороги показался какой-то силуэт. Приглядевшись, Феликс понял, что это не человек или животное, а дорожный знак. Тонкая стальная крестовина, к которой был прикручен жестяной круг, с незнакомым Феликсу схематичным рисунком: золотисто-желтый с цветом индиго силуэт горы с вырезанным профилем красивого мужчины на вершине. Внутри горы неизвестный художник нарисовал стилизованные виноградные гроздья, а у подножия маленький обломок космического корабля, явно Легионерского типа.

– А вот и Олимпия – обрадовался, также увидевший знак Гримм: – Их герб! Дальше по этой дороге начнутся земли Аполлона. Скоро границу пересечём, а там уже и до Олимпа недалеко.

Но, к их удивлению, Афелий не продолжил движение по центральному пути, а свернул на ближайшем перекрестке налево, уводя машину между вновь выросшими из земли развалинами.

– Что происходит? – Гримм с подозрением посмотрел на водителя: – Ты куда свернул?

– Там главная дорога, – начал встревоженно объяснять Афелий: – А на ней пропускной пункт Легиона. Проверяют приезжих и покидающих город. Товары, людей, документы. Эта дорога чуть длиннее, но позволит нам с ними разминутся. Мне показалось что вы бы не хотели встречаться с легионерами. Или я не прав?

– Прав, прав – рассмеялся Гримм. Повернувшись насколько, позволяла темнота машины в сторону Афелия, он мягко положил руку на его кресло и сказал:

– А теперь тормози-ка машину!

– Это зачем, – не понял Афелий испуганно посмотрев на нирина.

– Я сказал тормози! – жёстко приказал Гримм и дёрнув одной рукой рычаг тормоза, а второй схватив за плечо Афелия одним рывком вытащил его из остановившейся машины, потащив куда-то назад. Феликс, радуясь неожиданной остановке приоткрыл окно и прислонившись к нему прислушался к происходящему снаружи. Пусть он и не до конца понимал почему насторожиться Гримм и что пытался скрыть Афелий, но больше он не собирался быть простым грузом. Надо было хотя бы разобраться в происходящем вокруг, чтобы потом делать какие-то более далёкие выводы. Сзади автомобиля раздался щелчок, и дверца багажника откинулась назад, открывая Гриммму свое содержимое. Стоящий рядом Афелий только недовольно кривился.

– Слишком уж ты нервный для просто отбившегося от друзей караванщика. Да и редко встретишь одинокого граконийца. Синеглазый всегда славился заботой о своем племени. Посмотрим, что у нас тут ножи, топоры, патроны… – нирин углубился в изучение багажа, что-то неслышно подсчитывая, – Тряпки…Два пистолета – уже неплохо. Но ты же испугался не того, что у тебя пистолетик отберут. Было бы так, у Аполлона давно бы оружия не было. Ага!

Он извлёк из-под старых тряпок запертый на кодовый замок футляр.

– одно тысячи девятисот восемьдесят пятыйгод, красное дерево, клен, ручная работа. Если я не ошибаюсь, такая гитара принадлежала Ван Халену. Сомневаюсь, что она за двести лет сохранилась бы в таком состоянии, но вещь очень и очень ценная. – Гримм хищно улыбнулся: – А если вспомнить что нынешний генерал-губернатор Заполярья высокий ценитель музыки и меценат множества концертов, то тема рисуется занятная. Что скажешь на это Афелий? Откуда такая красота?

Афелий молчал. Он ловко умел наплести небылиц незнакомцам в баре, отмахнуться дурацкой шуткой от нападок отца или вызвать обожание у девушки-простушки. Но в не слишком приятные моменты, когда у него спрашивали понятную всем правду он только и мог что молчать.

– Давай уж рассказывай! – оскалился довольный победой Гримм.

***

– Хорошее у вас виски делают! – сказал Саенал, выбросив очередную пустую бутылку в окно: – надо было больше этого «Охотника» взять.

Отделившись от каравана Афелий, встал на перекрестке вопросительно посмотрев на своего напарника.:

– Что дальше?

– Выпусти меня, а сам езжай через ваши бандитские ворота. Координаты я тебе дам – ответил Саенал. Положив руку на руль, он зажмурился, загружая в память машины маршрут и 3D-модель места. Открыв глаза, он выпрыгнул из машины и помчался к солдатскому входу. «Felicia negotia!» – крикнул он, на прощанье и скрылся за поворотом. Секунду посмотрев ему вслед Афелий нажал на газ и развернувшись поехал назад к каравану. Теперь если кто и заметил их вместе, то решил бы что он лишь подвез его до Нексус Прайма и распрощавшись уехал по своим делам.

Догнав уже преступивший к таможенному контролю караван, он пристроился за последней машиной, приготовившись к другому ожиданию. Как он помнил из предыдущих поездок, осмотр всех машин занимал у стражи Легиона не меньше часа, а если возникнут какие-то проблемы, то и ещё дольше. Он надеялся, что остроухий проводник все же дождётся его в условленном месте, не наплевав на их уговор.

Очередь тянулась неспешно, будто престарелый пустынный полоз. Машина за машиной, словно усталые стальные звери, подползали к таможенным воротам, скрытым за клубами пыли, где начальник каравана до крови бился за каждый мешок зерна, каждую банку тушёнки с ушлыми солдатами, так и норовившими открыто или тайно присвоить себе часть привезённого груза.

К середине дня очередь наконец дошла и до Афелия. Усевшись в водительское кресло, он взял автомобиль под ручное управление и направив его в глубь железных ворот ловко остановил его перед ожидавшимиего Вениамином и неизвестным ему проверяющим.

– Что у вас тут? – спросил, сверившись со списком легионер

– Пока ничего, готовим под загрузку… – глава каравана оторвался от планшета и мельком заглянув в машину удивленно воззрился на одинокого Афелия.

– Пока легионеры проверяли документы и скудное содержимое машины, Веня отвел граконийца в сторону тихо спросив:

– Ты где своего спутника потерял?

– На перекрестке высадил, дальше он сам дойдет. – честно ответил Афелий

– Как высадил? – ошарашенно прошептал Веня: – да мне же его… Без него же… Да я тебя!

– Что у вас случилось, друг мой Вениамин? – заинтересованно спросил проверяющий, услышавший, возбужденно повысившего голос, Веню.

Без тени улыбки глава каравана повернулся к легионеру. Вениамин Павлович Контрабанда, был человеком солидным и уважаемым, не зря заработавшим свою кличку на ниве “оператора по теневой релокации заграничных ценностей”. И даже отойдя от дел из-за притяжения HR 8976С он сохранил присущее его годам и опыту достоинство. Говорил Веня мягко, но уверенно и вкрадчиво.

– Вениамин Павлович! Соблюдайте этикет, начальник. Всё у нас в порядке, небольшое недопонимание с водителем. Давай проезжай уже. Потом поговорим, – сказал он, обращаясь к граконийцу.

Вернувшись за руль и проехав сквозь внутренний караул Афелий попал на знакомые ему улицы Нексус Прайма. От торговых ворот, выходивших прямо на рыночную площадь, где каждая крупная банда держала свое казённое место для разгрузки и встречи с покупателями, представителями соседних банд и торговцами редкими на Заполярье товарами, отходили несколько дорог. Проехав мимо кучкующихся на площади олимпийцев, викингов, людей дракона и ещё не пойми кого он свернул на улицу ведущую к охране стене, разделяющей город на две неравные части и оберегающей жителей поста от бандитского вторжения. Подъехав к единственному пропускному пункту, он, чуть сбавив скорость завернул под металлическую арку-сканер, вмонтированную в камень стены и преграждающую путь к воротам для любой техники. Ещё вчера, на перевалочной станции, Саенал связался со штабом охраны, отправив им технические данные машины, документы и голограмму внешности Афелия. По накладным он вез купленные офицером снабжения ониксидские алмазы. Конечно же никаких алмазов у него не было.

– А если Легион узнает, что груза нет, разве это не вызовет подозрения у твоего начальства? – удаленно спросил он объясняющего тонкости легионера.

– А почему ты думаешь, что у меня нет алмазов? – спросил Саенал. Засунув руку в карман, он вытащил на свет маленький блестящий камешек и показав его удивленному Афелию спрятал алмаз назад.

– У меня их много. Я же тут не просто так, я деньги зарабатываю. А твое появление на нашей базе позволит мне честно легализовать часть из них – он хитро улыбнулся: – Надо уметь находить возможности. Так что спокойно проходи контроль и езжай прямо до склада, там я тебя встречу. Только не канителься – время счёт любит!

Саенал не обманул. Встроенные в арку датчики просканировав машину и водителя дали добро, пропуская его через металлические створки. Он подумал о том, как хорошо, что на охране не стояли люди. Легионеры могли бы остановить и проверить его хотя бы от скуки и отвертеться он бы уже не смог. Внутри военного городка так же никого живого видно не было. Было абсолютно пусто, но Афелий сразу почувствовал, что за ним наблюдают сотни камер и регистраторов, снимая и записывая каждый его шаг. Поежившись, он крутанул руль скатившись от электронных взглядов охраны стены вниз по улице, ведущей прямо к нужному ему зданию. Из тени рядом с дверью возникла знакомая фигура в такой же плащ-куртке. Это был Саенал.

– Опаздываешь, дорогой мой соучастничек – усмехнулся он, пока Афелий парковался. – Целый час тут свечусь по чем зря.

Саенал жестом указал на закрытую на ключ-карту бронированную дверь, ведущую на местный глав-склад. Покопавшись в карманах своей куртки-плаща, он достал из них искомую карту и приложил её к замку.

–Милости просим. Ты заходи пока, а я ща сингалку отключу и следом за тобой.

Афелий протиснулся в приоткрытую дверь и встал, привыкая к некоторому полумраку неосвещенного помещения. Где-то вверху раздался щелчок и быстрая вспышка света. Но в остальном всё было тихо. Ни сирены, ни мигающей сигнализации, ни вбегающей в залы охраны. Даже странно. Как будто он проник не в охраняемый частной государственной армией объект, а в свой личный холодильник. Зашедший через несколько секунд чем-то несказанно довольный сильванид залез рукой в черной перчатке в карман, достал карточку и указав на массивную дверь слева от входа сказал:

– Вот, открывай и забирай какая нравится.

Афелий взял ключ и открыв дверь задохнулся от восторга. Среди комплектов наградной офицерской формы и вооружения, нескольких драгоценных шкатулок и сундучков, под двумя шкафами раритетной посуды, на мягком ковре лежали три гитары в лакированных футлярах. Их красота была подобна красоте Елены и принадлежали они наверно, что богам. Афелий взял тёмно-красную цвета антикварного красного дерева на чехле которой было выбита надпись – «Queen».

–«Так я тебя и назову», – подумал он и повесив футляр на плечо, осмотрелся в поисках легионера. Но, как ни странно, на складе он остался один. Саенал успел куда-то уйти. – «Деловой какой, хоть бы попрощался!». Пожав плечами, музыкант вышел со склада, аккуратно прикрыв магнитную дверь. Но она не закрылась…

***

Афелий, закончивший рассказа, замолчал. Гримм, до этого прислонившийся к машине, отстранено слушая, шагнул к нему, замахнувшись рукой. Феликс, также слышавший историю прошедшего дня из салона машины, испуганно взглянул на своего попутчика. Он хорошо помнил, как нирин таким же ударом ранил налетчика, но видно у Гримма не было в планах калечить или убивать граконийца:

– Ну и идиот же ты! – сказал он, отвесив Афелию подзатыльник: – Полный дурак! Влезть в дела Легиона, в дела с крупной контрабандой, украсть вещь генерала-губернатора, да ещё и рассказывать об этом хоть кому-то! Ты не понимаешь, что тебя просто подставили? Подвели под резервные камеры? Раздался, блин, щелчок… Тьфу! Признаться я был о твоих сородичам лучшего мнения. Если вы все такие как ты, то я не удивлен, тому, как легко вас подчинила республика!

– Ты мой народ не трогай, – Афелий недовольно посмотрел на нирина: – Мы сейчас в одной машине и проблемы у нас общие. Лучше скажи, что делать?

– Иса, помоги с какими же кретинами приходится иметь дело! – Гримм закатил глаза: – посмотри сюда! – он указал на дверь автомобиля, за которой скрывался Феликс: – Этого человека ищет половина Заполярья и мне нужно как можно быстрее доставить его в Олимп и желательно без особых проблем в дороге. Ты понимаешь, что самое сейчас выгодное для меня это бросить тебя здесь и уехать отсюда как можно скорее, прихватив, кстати твою гитару. Ее наличие тебя не спасет от погони, а мне лишние деньги не помешают.

– Я тебе не позволю! – Афелий нахмурился, сжимая кулаки, грозно посмотрев на Гримма: – Пусть она и ворованная, но я столько за нее отдал!

Гримм устало потёр глаза. Общение с дураками его порядком утомляло. “Если бы я ещё знал дорогу…” подумал он и выдохнув посмотрел на Афелия:

–Ладно, не маши лапищами. Я бы не стал драться граконийцем, даже с таким как ты. Поехали. И молись всем своим богам, чтобы за нами не было погони.

Афелий заулыбался и хотел что-то сказать, но Гримм прервал его жестом продолжив:

– Мне от тебя понадобится одна услуга. Выполнишь мою просьбу, и никто не узнает о твоём проколе. По рукам?

– Что тебе надо? – недовольно спросил Афелий, вновь насторожились

– Познакомь меня с Ираэлем. – улыбнулся Гримм. – много о нем слышал, но лично не знаком. Будет разговор и о твоей тайне никто не узнает. В том числе и Ираэль.

– Сделаю что смогу, – согласился Афелий, тихо радуясь казавшейся лёгкости просьбы. – А тебе зачем?

– Не твоего небольшого ума дело, – улыбнулся Гримм и с опаской посмотрев на небо сказал: – поехали, поехали. Сам же знаешь время не резиновое.

Вернувшись в машину договаривающиеся гракониец и нирин как ни в чем не бывало продолжили путь, не обращая внимания на заинтересованного из соглашением Феликса.

Глава 7

Бар «Аквариум» был одним из тех мест, что существуют на всех планетах вселенной. Подвал с запотевшими от конденсата стенами, пропахший дешёвым перегаром, синтетическим дымом и отчаянием. Именно здесь он и находился, забившись в самый дальний угол, где свет неоновой вывески едва достигал стола, окрашивая его лицо в болезненно-синие тона.

Он сидел неподвижно. Перед ним стоял полный стакан виски – старый добрый «Одинокий охотник». Каких-нибудь двадцать лет назад он считался бы на Заполярье роскошью, а теперь скатился до унылого стандарта всех баров категории Б. Он не пил, просто смотрел на желтоватую жидкость, словно ожидая, что в ней проступит ответ на вопрос, который не мог сформулировать его собственный разум. В мутной, едва колыхавшейся жидкости отражалось его уставшая перекошенная физиономия. Его новое лицо.

Где-то над головой шумел телекоммуникатор. По пыльному экрану передавали новости. Кажется, кто-то попытался взломать банк Эмизиам. Наверно сейчас это самая животрепещущая тема – вон как жадно ее слушают местные забулдыги, чуть ли не вцепившись в монитор. Однако его поза была спокойной, почти ленивой. Спина ссутулена, рука полусогнута, будто бы в полудрёме и никто бы не догадался что ему потребуются какие-то доли секунды чтобы дотянуться до спрятанного под плащом шокера. Это было неосознанно, словно дыхание. Он так привык.

Всё было нормально, привычно. Он был на своём месте. Он был капитаном. С утра до вечера он вёл учёт, решал споры, докладывал о передвижениях караванов по выделенному каналу. Вечером пошел в бар, «пропустить кружечку». Обычные дела служащего. Как он привык. Всё было нормально, и лишь длинный черный синяк на шее, аккуратно прикрытый шарфом, иногда саднил, неприятно напоминая о себе – кажется он перестарался.

Дверь в бар скрипнула, впуская снаружи клубы холодного воздуха и багровый отсвет Алого. Кажется, скоро начнет холодать. Надо бы отправляться домой. Вместе с лучами заката в бар вошёл человек. Кажется, он его знал. Память, как всегда мгновенно, подсказала: «Георгий Зайцев, капитан четвертого отдела тайных дел, коллега.»

Гоша на мгновение замер, давая глазам привыкнуть к полумраку, а потом неспешным, но уверенным шагом направился прямиком к его столу. Его появление осталось незамеченным. Ни завсегдатаи «Аквариума», ни трактирщик Дионисий, ни даже случайные торговцы не проявили интереса к зашедшему вечером в кабак ещё одному капитану.

Он не двинулся с места, ничем не выдал волнения, только его пальцы на столе чуть заметно напряглись.

– Майор Вергилий! – голос знакомого был радостным и в тоже время удивленным. Он напрягся, неужели он что-то пропустил?

Он медленно поднял голову. Его собственный голос прозвучал низко и сипло без единой ноты удивления или интереса.

– Я. Кто спрашивает?

– Ты Вера, пьяный что ли? Или обдолбанный чем? – капитан втянул носом воздух словно собираясь в чем-то уличить его. – Мы тебя весь день ищем, Пол Олимпа обегали. А ты тут сидишь, балду гоняешь. Да ещё и сам не в комильфо. Тебя почему в караване Вениамина не было? Тебе что поручили, а?

Караван Вениамина… Он что-то помнил о нем. Но зачем ему там быть? Дело. У него было какое-то дело. Или не у него? Олимп… Голова заболела, по позвоночнику забегали болезненные разряды тока.

– Я заболел – прохрипел он, не особо думая, что говорит. Пусть это тело поверит его маленькой лжи и свалит куда-нибудь в закат! Виски гудели, голова стала тяжёлой, а мир закружился перед глазами. Только не сейчас, он же справился, техника никогда до этого не подводила…

– Заболел!? – человек не выдержал и шагнув к столу схватил его за отвороты куртки. – Да тебя за такое убить мало. Тебе Эло доверился, а ты!

Какой настырный человек. Толкнув не ожидавшего агрессии Зайцева изо всех сил, так что капитан отшатнулся и повалившись сильно приложился затылком об стол, он вывалился из кабака, кутаясь в поношенный плащ, не дожидаясь завязки драки или попыток ареста. У него было дело, там вдалеке, в водовороте улиц внутри местной ратуши.

Он шел, не замечая ни багрового отсвета Алого в небе, ни ледяного, пробиравшегося даже через купол, ветра, холодившего лицо. Ноги несли его сами, ведомые мышечной памятью мертвеца. Карта Олимпа, чужая и детальная, всплывала перед внутренним взором, накладываясь на реальность. Повернуть налево, мимо фонтана изображавшего девушку с кувшином, пройти насквозь пустой сквер, срезать через «русский» квартал, где в окнах горел желтый, обманчиво теплый свет.

Его собственное дыхание казалось ему чужим – прерывистым и громким. Каждый шаг отдавался в висках пульсирующей болью. Его состояние было странным, не привычным. Раньше он никогда не встречал такого сопротивления, но отступать было поздно.

Патрульный караул, совершавший ночной обход, замер, пропуская его. Бойцы в синих плащах поверх бронежилетов узнали знакомую форму и властную походку майора. Один из них, молодой сержант, резко отдал честь, его голос прозвучал особенно громко в ночной тишине:

– Господин Майор!

Он не удостоил их ни взгляда, ни кивка, проскользнув мимо с таким видом, будто опаздывал на совещание самого Архонта.

Его ноги несли его сами, ведомые мышечной памятью. Но они привели его не к парадному порталу с его позолоченной стражей. В тени массивного контрфорса, там, где стыковались старая кладка и новые полимерные панели, зияла решетка вентиляционного канала. Замок на ней был сложным, механическим, сталепластиковое наследие прошлой эпохи, не подключенное к общей сети. Пальцы, чужие и все еще немеющие, сами нашли в кармане плоский магнитный ключ-отмычку, чью форму он помнил, но почему-то не мог вспомнить, где получил. Тихий щелчок, и решетка отъехала в сторону, впуская его внутрь здания. Гул систем жизнеобеспечения был оглушительным. Он двигался на ощупь, его улучшенные техникой глаза переключались в режим теплового видения, выхватывая из тьмы раскаленные трубы и пучки оптоволокна. Карта, наложенная на реальность, вела его вверх по узким, почти вертикальным шахтам, где его форма цеплялась за выступы.

Люк на пятом этаже был замаскирован под панель фальшпола в нише, где стояли неиспользуемые серверные стойки. Он прислушался. Снаружи – мертвая тишина, нарушаемая лишь гулом. Ночь, рабочий день давно закончился. Выбравшись, он на секунду прислонился к холодной стене, отдышаться. До кабинета Эло оставалось двадцать метров пустого, освещенного коридора. Он шел по этажу будто ходил здесь каждый день. Для части его личности это даже было правдой. Тишина в коридорах пятого этажа была гробовой, нарушаемая лишь гулом систем жизнеобеспечения. Воздух пах дорогой полировкой и властью. Его повело. Ладонь, скользнувшая по холодной стене, чтобы удержать равновесие, оставила влажный след.

Дверь кабинета Эло была заперта. Это не стало проблемой. —«Откройся!» – Он прижал руку к замку посылая ему команду. Панель замигала, и ручка повернулась – замок был открыт. Удобный навык, который он получил от лучших перехватчиков республики и которым очень гордился.

Он вошел и захлопнул дверь за спиной, прислонившись к ней. Кабинет. Логово зверя. Атмосфера здесь была густой, как сироп, пропитанная десятилетиями интриг, приказов, бандитской «славы».

Сев в кресло пододвинул настольный компьютер и приоткрыв защитный корпус подсоединил внутрь «Крота» – незаметное для неопытного глаза и системы устройство, позволяющее удаленно просматривать и скачивать чужие файлы и данные. Любое дело следует начинать со сбора информации и сейчас он не собирался изменять этому правилу. Собрав системный блок как было и вернув его на место он включил систему завершая подключение прослушки. Но что-то его настораживало. Он начал замечать, как в боковом поле зрения зарябили и забегали мурашки. Странно… раньше он такого за собой не помнил. Он зажмурился, но это не помогло. В нос ударил призрачный запах дорогого кофе и пороха. В ушах зазвучали обрывки чужих воспоминаний, как нашептывания на заброшенной частоте:

Громкий смех, звон бокалов. Победа. Общее дело.«…Архонт прав, Вера. Это наш шанс. Мы будем не бандитами, а строителями…» – голос Эло, довольный от будущих перспектив. «…зачистка в секторе «Дельта» прошла без шума. Шпион дракона ликвидирован. Твоя информация была нам крайне полезна. Чисто сделано.»

Что-то тёплое и яростное, чуждое и древнее, рванулось из самых глубин мышечной памяти, из затуманенных нейронных срезов памяти и личности, которые он считал мёртвыми. Это не было чувство. Это был порядок, высеченный в нейронах. Защищать Олимп. Служить Эло.

Рука, лежавшая на терминале, дрогнула. Он удивленно поднял руку и осмотрел ее. Дрожало тело, чужая рука перестала подчинятся его приказам. В висках застучало:

[Измена. Предательство.]

Это был не голос, а соматический импульс, призрачный рефлекс. Он чувствовал, как челюсть сама сжимается, зубы скрипят в немом протесте. Это тело, это орудие, отказывалось повиноваться, узнав в его действиях вражескую работу против своего города.

Он с силой нажал на интерфейс, заставляя чужую ладонь подтвердить запуск установки «Крота». Каждое движение давалось с боем, будто мышцы наливались свинцом. Перед глазами поплыли кровавые пятна, а голова раскалывалась от вспышки чужой ярости, ярости защитника, чьё место занял вор.

Ничего не соображая, он провел рукой по клавиатуре, случайно попал на не закрытую почту и тогда он увидел его. На экране висело старое, забытое сообщение Эло написанное Вергилию. Всего пара строк. Похвала за операцию против «Зелёного Дракона». Невольно его пробежал глазами первые строчки: