Пропавшая

– Конечно, если это поможет следствию, я готов.

– Как давно Вера работает в вашей фирме? – задала Аннета первый вопрос из своего списка.

– Я сейчас вам точно не скажу, надо посмотреть по документам. Вера у нас проходила преддипломную практику, и мы предложили ей место.

– Вера хороший специалист?

– Я бы сказал, да. У неё хорошо развито логическое мышление. Она работает быстро и чётко.

– Какие отношения у Веры с коллегами?

– Прекрасные. Я не могу припомнить, чтобы Вера была замечена в каких-либо конфликтах. Не то чтобы у нас было много конфликтов… Я имел в виду…

– Я поняла, – остановила его Аннета. – Может быть она дружит с кем-то более близко?

Стиан ненадолго задумался, а затем, покачав головой, ответил:

– Не сказал бы. Вера никогда не отказывает в помощи, если к ней обращаются. Она дружелюбна. Я думаю, что многие могут сказать о ней только хорошее. Но близких отношений с коллегами она, насколько мне известно, не поддерживает. И на корпоративах Вера никогда не присутствует.

– Как она это объясняет?

Стиан пожал плечами:

– Семья на первом месте. Дочка маленькая.

– Кто-то из клиентов Веры мог быть ей не доволен?

– Если бы это было так, я бы знал об этом в первую очередь.

– Получала ли Вера какие-либо угрозы?

– От кого? – удивился Стиан. – Мне об этом ничего не известно.

– Вы замечали что-то странное в поведении Веры в последнее время?

– Нет. Всё как обычно.

– Чёрная бухгалтерия? – предположила Аннета.

– О чём вы говорите? – обиделся Стиан. – У нас солидная компания и безупречная репутация.

– Вы не будете возражать, если мы зададим несколько вопросов вашим сотрудникам?

– Нет, пожалуйста.

* * *

Рольф Мунстад подъехал к полицейскому участку и долго не решался войти внутрь. Он уже собирался развернуться и уехать домой, когда заметил, как из подъехавшей машины вышли двое полицейских. Один из них был тот самый молодой парень, который допрашивал его накануне.

Наконец, собравшись с духом, Рольф пошёл к нему навстречу:

– Здравствуйте. Вы меня помните? Я Рольф Мунстад. Мы с вами вчера по поводу ключей от шлагбаума говорили.

– Добрый день, – ответил Ларс.

Аннета протянула руку для приветствия.

– Добрый день. Меня зовут Аннета Эбельтофт. Вы хотели что-то добавить к своим показаниям?

Рольф замялся, переминаясь с ноги на ногу:

– Я не совсем уверен, имеет ли это значение...

– Давайте пройдём в наш кабинет, – предложила Аннета. – Нам там будет удобнее.

– Так вот, – начал Рольф, едва они расположились в кабинете. – Ключи от шлагбаума я никому постороннему не давал. Но вчера я не сразу вспомнил… И может быть, даже, скорее всего, это и не

важно. Да и наговаривать на человека совсем не хочется.

– Не волнуйтесь, Рольф, рассказывайте, – подбодрила его Аннета.

– Тут вот какое дело. У нас в конце июня несчастье случилось. Там, на участке за озером, нужно было площадку расчистить. Хозяин пригласил Терминатора…

– Кого, простите? – не поняла Аннета.

– Ой! – смутился Рольф. – Мужик у нас местный, Ронни Люрберг, фанат «Терминатора». У нас его поэтому все так и называют. Шутя, конечно. Ему до Шварценеггера, мягко говоря, далеко. Так вот, он экскаваторщиком работает. Там, на участке, подвзорвать кое-что надо было. И что-то там пошло не так. То ли Джон на кнопку нажал…

– А Джон, простите, это кто? – уточнила Аннета.

– Джон – это собака Терминатора. Я имел в виду Ронни, – пояснил Рольф.

– И что случилось?

– Так он сам подорвался. Хорошо, там мальчишки местные на озере рыбачили. Взрыв услышали, любопытно стало, побежали смотреть. Ну, и помощь вызвали. Ронни без сознания был. Думали помер. Вертолётом его вывозили.

– А к ключам это какое отношение имеет?

– Так, я ему ключи тогда давал. Он работать рано начинал, я ему ключи и дал, – пояснил Рольф. – Ронни в больнице недели две провалялся. Я у хозяина на это время запасной ключ брал.

– А Ронни вам потом ключ отдал? – уточнила Аннета.

– Отдал.

– Сразу?

– Я сейчас уже и не вспомню. Но отдал, это точно.

– Где живёт этот Ронни?

– В лесу у него дом.

– А собака у него какой породы?

Рольф развёл руками.

– Не разбираюсь я в этом. Вы уж не обессудьте.

* * *

«Её убили? Да? Нет другого объяснения», – эти слова Мартина никак не выходили у Кристины из головы. Это, конечно, всё очень печально, но в то же время открывало для неё новые возможности.

Эмме сейчас всего два с половиной года. Алекс работает в Осло, на дорогу уходит около двух часов. Чтобы вовремя забрать ребёнка из детского сада, ему придётся менять график или искать работу поближе к дому. Или… Кристина вдруг испугалась этой мысли… переехать в Осло.

Надо срочно дать понять бывшему мужу, что она готова помочь с Эммой. Она сможет забирать девочку из садика. И вообще, Эмма может пожить сейчас у Кристины, пока всё не утрясётся. Что ребёнку делать со стариками в Драммене? Эмме там скучно. А Кристина готова помочь. Не чужие же люди.

Она ещё раз набрала номер Алекса, но его телефон был по-прежнему отключён. Вот уже больше часа она не может до него дозвониться.

Из допроса Мартина Кристина сделала ещё один вывод: у полиции есть серьёзные подозрения в причастности Алекса к исчезновению Веры. Представить себе, что бывший муж мог пойти на преступление, Кристина не могла. Но ведь никто не застрахован от несчастного случая.

И если предположить, что Вера мертва, а Алекс всё-таки виновен, то что будет с маленькой Эммой? Родители Алекса уже на пенсии. Отдадут им на попечение совсем маленького ребёнка?

Кристина пролистала на телефоне список контактов и набрала номер приятельницы, работающей в социальной службе.

– Рита, здравствуй, это Кристина. Можешь уделить мне пару минут?

– Да, конечно.

– У меня к тебе вопрос, чисто гипотетический. Если ребёнок лишается родителей, могут ли передать опеку родственникам?

– Ну, это стандартная процедура, – ответила собеседница.

– А если бабушка и дедушка пенсионеры, которым за семьдесят?

– Проверка здоровья потенциальных опекунов ‒ это обязательное условие.

– А возможно получить опеку другому лицу?

– Если это родственник, то да.

Кристина замерла на мгновение, выбирая слова.

– А если это бывший родственник?

– Бывший родственник? Это как?

– Ну, допустим, бывший муж.

– Ты говоришь об Алексе? – оживилась Рита. Она всегда была любопытна. – А что с ним случилось?

Стало понятно – без объяснений не обойтись.

– Рита, ты читала в газете о пропавшей в лесу женщине?

– Да, конечно.

– Это его жена.

– Ой! А Алекс? Он тоже пропал?

– Нет.

– Его подозревают?

– Рита, никто никого не подозревает, – Кристина почувствовала нарастающее раздражение. – Я просто просчитываю возможные варианты.

– Извини, я не хотела соваться в чужое дело, – покаялась подруга. – Значит, смотри: тебе не обязательно быть близким родственником. Ребёнок, по каким-либо причинам оставшийся без родителей, может быть определён в приёмную семью. И в этом случае государство берёт на себя оплату расходов на его содержание.

– Материальная сторона дела меня мало волнует, – быстро перебила её Кристина. – Я хочу знать, что мне нужно сделать?

– Ну, в первую очередь тебе надо получить согласие Эрика.

* * *

Навигатор сообщил о прибытии в пункт назначения. Алекс посмотрел в окно. Аккуратный бледно-жёлтый домик с красной черепичной крышей не особо отличался по дизайну от соседских домов. Участок был огорожен металлической сеткой, сквозь которую было видно ровно подстриженный газон, скамейку под яблоней, небольшую теплицу и красный деревянный сарай. На почтовом ящике был выведен номер дома и фамилия: Дворжак. Алекс удивился. Вера говорила, что уже давно продала дом. Может быть, его купили дальние родственники?

Он подошёл к калитке и нажал на звонок. Почти сразу из дома показалась немолодая женщина в кухонном фартуке. Выйдя за порог, она приложила руку к лицу, прикрывая глаза от солнца, и, не отходя от двери, громко спросила:

– Kdo jsi? (Кто Вы? – чешский).

– Здравствуйте. Вы говорите на английском?

Женщина нахмурилась и внимательно осмотрела его: здоровенный мужчина с расцарапанным лицом и синяком на лбу не внушал доверия.

– На английском? – Она настороженно подошла поближе и, переходя на английский, спросила: – Что вам нужно?

– Я бы хотел поговорить с вами о Злате. О Злате Дворжак. Вы помните её?

Женщина сузила глаза, явно не понимая, к чему он клонит.

– Я? Помню? А вы кто?

– Я её муж.

– Что? – вытаращилась женщина.

– Я её муж, – повторил он, указывая на себя. – Manžel (муж – чешский).

Женщина резко выпрямилась, её глаза гневно вспыхнули.

– А я тогда мать Тереза! – фыркнула она и тут же развернулась, направляясь обратно в дом.

Алекс бросился следом:

– Подождите! Куда вы?

– Убирайтесь, пока я полицию не вызвала! – сердито крикнула она уже у самой двери.

– Да в чём дело? Подождите! Мне надо с вами поговорить! – умолял Алекс в отчаянии, но дверь с громким хлопком захлопнулась перед ним.

Алекс был в недоумении. Что такого он сказал? Почему эта дама так рассердилась на него? Отступать было некуда. Он нажал на звонок.

В одном из окон показалась женщина. Алекс видел, как она разговаривает по мобильному телефону. Полицию вызывает, догадался он. Ну и пусть! Наверное, так даже лучше.

Он вышел за калитку и, демонстративно усевшись на капот своей машины, сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что не испугался и никуда отсюда не уйдёт.

* * *

Дом Ронни Люрберга нашли достаточно быстро. К нему вела разбитая вдрызг просёлочная дорога, петляющая через густой лес. Небольшой двухэтажный дом на высоком фундаменте был когда-то выкрашен в зелёный цвет и покрыт серой черепицей.

Во дворе дома стоял большой сарай, служивший, по всей видимости, гаражом и мастерской одновременно. За распахнутой дверью виднелись старый трактор, ковши от экскаватора и различные инструменты. Прилегающая пристройка, обнесённая проволочной сеткой, явно использовалась когда-то для содержания кур, хотя никакой живности сейчас там не было. Возле дома стояли старенькая Volvo, выпущенная ещё в прошлом веке, а также большой экскаватор.

Аннета и Ларс подошли к двери. Звонка не было. Ларс громко постучал. За дверью послышалось какое-то движение, и вскоре она отворилась.

На пороге стоял невысокий коренастый мужик с белёсыми бровями и невыразительными чертами лица. Его маленькие глазки, посаженные близко друг к другу, придавали ему некое сходство с циклопом. Казалось, что мужчина был весь какой-то непропорциональный: голова большая, ноги короткие. Ларс успел отметить про себя, что мускулатура у мужчины была хорошо развита, впрочем, это не удивительно для его профессии.

– Добрый день, – дружелюбно улыбнулась Аннета, демонстрируя удостоверение. – Мы из полиции. Меня зовут Аннета Эбельтофт, а это мой коллега Ларс Стенерсен. Мы можем задать вам несколько вопросов?

– Да, конечно, проходите в дом.

Ронни пошире распахнул дверь, приглашая войти.

Предчувствуя неладное, Ларс с тоской оглянулся на полицейскую машину и покорно зашёл вслед за Аннетой. Тут же в нос ему ударил запах псины и какого-то варева.

Они прошли через небольшой захламлённый коридор и оказались на кухне, где мойка была заполнена горой грязной посуды, а на полу стояли миски с собачьим кормом. Пройдя дальше, они попали в гостиную, где их ждал сюрприз: питбуль и бультерьер. Было видно, что бультерьер беременна.

Собаки сидели, не спуская с гостей настороженных глаз. От неожиданности, а скорее всего от испуга, Аннета замерла на пороге, и Ронни, шедший сзади, слегка подтолкнул её в спину, заводя в комнату.

Ларс напрягся, его рука рефлекторно дёрнулась, но он сдержался.

Дверей в гостиной не было. Вместо них на косяках были установлены перегородки, используемые для ограничения передвижения маленьких детей. Зайдя в комнату, Ронни зачем-то поставил перегородку на место.

Мебель в доме была разношёрстной и напоминала комиссионный магазин, где за бесценок можно купить всякую рухлядь. Старый ковёр на полу и обивку ободранного углового дивана покрывал толстый слой собачьей шерсти.

Аннета попыталась сесть, где почище, но, поняв, что это невозможно, просто заняла указанное ей место. Ларсу пришлось последовать её примеру.

– Хотите кофе? – предложил Ронни.

– Нет, спасибо, – поспешно отказалась Аннета.

Ларс отрицательно покачал головой, стараясь не вдыхать запахи вокруг. Ему страшно было представить, что в таких антисанитарных условиях вообще можно принимать пищу.

– Мы бы хотели поговорить о пропавшей в лесу девушке, – начала Аннета. – Вы слышали об этом?

– Да, слышал, – осторожно ответил Ронни. Взгляд его блуждал между полицейскими.

Шустрый питбуль вдруг резко заскочил на диван и уткнулся в лицо Аннеты. Повеяло смрадом. Она застыла от ужаса.

– Да вы не бойтесь, – улыбнулся Ронни. – Джон добрый мальчик. Я думаю, вы ему понравились.

Она кивнула, стараясь не выдать своё напряжение.

Видя её состояние, Ларс решил взять инициативу в свои руки:

– У вас есть доступ к ключам от шлагбаума, перекрывающего дорогу к озеру?

Аннета бросила на него предостерегающий взгляд, но было уже поздно.

– Нет, – Ронни прищурился, его лицо потемнело.

– А вот сторож утверждает, что ключи у вас были, – не унимался Ларс.

Ронни облизал пересохшие губы и кивнул:

– Были. Давно. Я их вернул. Сейчас у меня ключей нет, – он оглянулся на другую комнату. – У меня там паяльник включённый. Я оставлю вас на пару минут?

– Конечно, – ответила Аннета, втайне надеясь, что он заберёт собак с собой или хотя бы выведет их из комнаты.

Ронни подошёл к проёму, ведущему в соседнюю комнату, поднял перегородку и аккуратно опустил её за собой. Аннета заметила, как бультерьер, не сводя с них своих свинячьих красных глаз, настороженно замерла. Питбуль, напротив, нервно заметался по дивану, перескакивая с одного гостя на другого и тыча свою мерзко пахнущую пасть прямо в лицо.

Аннета хотела встать, но стоило ей сдвинуться с места, как питбуль, стоявший на коленях у Ларса, вдруг оскалился и зарычал, обнажая свои острые белые клыки. Бультерьер тут же встала в стойку, её шерсть на спине поднялась дыбом.

– Хороший мальчик, – хрипло выдавил Ларс, стараясь успокоить пса и отвлечь его внимание. Он медленно протянул руку, пытаясь погладить его, но внутри всё сжалось от ужаса.

– Ронни! – позвала Аннета. – Вы не могли бы…

– Сейчас, сейчас, – донеслось откуда-то из глубины дома.

Аннета и Ларс сидели молча, напряжённо наблюдая за собаками. Бультерьер смотрела на гостей снизу вверх, как удав на жертву, и, казалось, не мигала. Неугомонный питбуль продолжал скакать между ними. Ларс постарался подружиться с псом, и, казалось, это удалось. Но стоило ему попытаться встать, как из собаки вырывалось чудовище.

Время шло, но ничего не происходило.

– Ронни! – позвала Аннета.

Ответа не последовало.

– Ронни! – уже громче крикнула она, её руки начали предательски дрожать.

Тишина.

Аннета быстро и осторожно достала из кармана мобильный телефон, стараясь не привлекать лишнего внимания.

– Хорошая собачка, хорошая, – приговаривала она, набирая номер полиции.

– Что за дурацкий закон – хранить оружие в машине, – прошептал Ларс, когда она закончила разговор. – Нас здесь сожрут до того, как они приедут.

– Потихоньку продвигаемся к двери, – тихо приказала Аннета и заелозила по угловому дивану в сторону выхода.

Ларс молча кивнул и последовал её примеру. Собаки насторожились. Бультерьер грозно зарычала, и им пришлось ненадолго замереть на месте.

Они старались двигаться плавно, почти незаметно. Аннета достала баллончик со слезоточивым газом и, не отводя взгляда от собак, передала его Ларсу.

– Как только приблизимся к двери, ты распыляешь газ, я открываю перегородку.

На последний участок ушло более десяти минут, которые казались бесконечными. Ещё какое-то время понадобилось, чтобы понять механизм открытия перегородки. Ошибиться было нельзя.

– Готов? – наконец спросила она.

Ларс кивнул, крепче сжимая баллончик.

– На счёт три: раз, два, три!

Мощная струя газа ударила в пасть питбуля. Тот с диким визгом отскочил в сторону, виляя хвостом и бешено тряся башкой. Бультерьер в прыжке получила свою порцию, отшатнулась и громко заскулила.

Аннета выскочила из комнаты первой. Ларс немного замешкался, с трудом поднимаясь с низкого проломленного дивана. Стараясь не дышать, зажмурив глаза, он на ощупь выбрался из комнаты.

Аннета рывком поставила перегородку на место, и они, не оглядываясь, наконец выскочили из дома, захлопнув за собой дверь.

Подкрепление прибыло достаточно быстро. К этому времени Аннета и Ларс успели отдышаться. Ларс достал из машины оружие – так было спокойнее.

Вместе с группой прибыл кинолог. Учитывая агрессивное поведение и потенциальную опасность, собак решили усыпить.

Дом оказался пустым. Окна были заперты изнутри, других выходов не обнаружили.

– Он где-то здесь, – хмуро сказала Аннета, осматриваясь. – Должен быть вход в подвал или на крышу. Ищите!

Дом был небольшой, но устроен так, что походил на лабиринт. Не к месту поставленные перегородки превращали комнаты в клетушки. На стенах висели пожелтевшие плакаты с изображением Арнольда Шварценеггера из первого «Терминатора». Вокруг беспорядочно громоздились коробки, мешки с мусором, пыльные остатки мебели, обглоданные кости и клочья собачьей шерсти.

Воздух был тяжёлым, затхлым, насквозь пропитанным сыростью и зловонием, отчего кружилась голова.

– Откройте окна, – приказала Аннета. – Дышать невозможно.

Первичный осмотр ничего не дал, казалось, Ронни просто испарился. Помещение разбили на сектора, и тут кто-то из полицейских открыл один из шкафов. Раздвинув вешалки, он наугад толкнул заднюю стенку. Она с тихим скрипом отворилась, открыв тёмный проход. Включив фонарик, полицейский обнаружил крутую лестницу в подвал.

– Сюда! – крикнул он.

Спустились вниз. Подвал располагался под всем домом. Картина была та же: всё завалено коробками, грязными банками и прочей рухлядью. Но и здесь Ронни не оказалось.

Окна отсутствовали. Деться некуда. Тупик.

Снова поднялись в дом. Тщательно осмотрели каждый сантиметр, но никаких потайных дверей больше обнаружено не было.

Ларс посмотрел на Аннету. Никогда прежде он не видел её такой растерянной. Она стояла посреди комнаты, рассеянно глядя по сторонам.

– Он где-то здесь, – её голос звучал непривычно тихо и глухо. – Он где-то здесь.

Ларс почувствовал, как холодный пот стёк по спине. Это была не та Аннета, которую он знал. Она всегда держала ситуацию под контролем, чётко и хладнокровно принимала решения. Но сейчас...

– Мы найдём его. Ты слышишь, Аннета? Мы найдём его.

Она подняла на него глаза и снова прошептала:

– Он где-то здесь.

– Мы что-то упускаем, ‒ задумчиво пробормотал Ларс.

Не дожидаясь ответа, он стремительно направился в подвал. «Он где-то здесь», – эхом отдавалось в его голове. Гнетущее чувство

нарастало.

В каждой комнате подвала Ларс двигался медленно, осторожно обходя всё снова и снова, анализируя увиденное. Что-то не так. Что-то явно не сходится. Но что?

Аннета спустилась вслед за ним.

– Мы обыскали всё. Чёрт… – она вдруг замолчала, сглотнув нервозность. – Ларс, если мы не найдём его...

– Найдём! – уверенно заверил он. – Здесь что-то не так. Я это чувствую.

И вдруг его озарило: дымоход. Он видел его в двух разных местах, но этого не могло быть, ведь в доме всего одна печь. Вот оно!

Ларс бросился к одной из стен. Дотронувшись до кирпичной кладки, он толкнул её... и в порыве чуть не свалился вниз, когда перед ним открылась скрытая дверь, ведущая в темноту.

– Нашёл! Нашёл! – закричал Ларс.

Спустившись в подземелье, полицейские оказались в узком длинном коридоре. Пройдя около пятнадцати метров, они наткнулись на дверь, которая была не заперта.

Отворив её, они отпрянули от накрывшей их вони, больше всего напоминающей запах необслуживаемого общественного туалета. Зажав ладонями рот и нос, полицейские вошли внутрь.

Ронни здесь не было. В крохотной комнате имелось небольшое вентиляционное отверстие, но оно не спасало от зловонья. Под низким потолком висела тусклая лампа. На полу валялся промятый матрас в застарелых пятнах крови и рвоты, драное одеяло и что-то наподобие подушки.

К одной из стен были прибиты полки, где лежали пачки с лапшой быстрого приготовления, супы в коробках, пакеты с едой для туристов, плоский сухой хлеб, чай, одноразовая пластиковая посуда. На полу стояли четыре десятилитровые канистры с водой, электрический чайник и большой пакет с мусором. У входа валялось ведро, которое, судя по всему, использовалось как унитаз. Пол и стена рядом с дверью были испачканы испражнениями.

Коридор, а скорее его можно было назвать тоннель, протянулся ещё около 60 метров и упирался в массивную дверь. Пришлось возвращаться в машину за необходимым инструментом.

Наконец взломав дверь, полицейские оказались внутри большого хлева. Ворота были распахнуты настежь. Приехавшие на место эксперты обнаружили отпечатки шин, идентичных следам, найденным у озера. Было установлено, что Ронни владеет красной Toyota HiAce.

Описание и номер минифургона были немедленно переданы всем полицейским патрулям и был объявлен план-перехват. Задержали его быстро. В полицейском раппорте было указано, что Ронни Люрберг сопротивление при аресте не оказал.

* * *

Ждать Алексу пришлось недолго. Рядом с ним затормозила машина, из которой вышла высокая девушка с пышными формами. Подойдя ближе, она нахмурила брови и недовольно спросила на английском:

– Это вы пристаёте к моей матери?

Алекс оглянулся на дом и немного растерянно кивнул:

– Если женщина, проживающая в этом доме, ваша мать, то это я.

– Что вам нужно? – девушка сложила руки на груди, её голос звучал раздражённо.

– Я хочу поговорить о Злате Дворжак.

– А вы кто? – уточнила девушка.

– Я её муж.

– Вы уверены? – её глаза сузились от подозрения.

– Конечно, я уверен. Я просто хочу поговорить о ней. Точнее, о её матери.

– О её матери? – переспросила девушка с нескрываемым недоумением.

– Да, о матери Златы. Я знаю, что они давно уже продали этот дом и здесь не живут. Мне просто надо узнать, в какой она клинике.

Девушка смотрела на него как на сумасшедшего:

– Продали дом? Кто в клинике? Я ничего не понимаю. Вы кто?

– Я Алекс Хансен. Я приехал из Норвегии. Мне просто надо задать несколько вопросов о моей жене Злате Дворжак, – начал терять терпение Алекс, говоря всё громче и громче. – Это вы кто? – почти выкрикнул он.

Не испугавшись его напора, девушка заявила:

– Я Злата Дворжак. И я не замужем. А это, – она указала на топтавшуюся от нетерпения у порога женщину, – моя мать. И я никак не пойму, что вам от нас надо?

Мир Алекса внезапно рухнул. Он уставился на девушку, пытаясь осмыслить услышанное.

– Этого не может быть, – прошептал он, отступая на шаг. – Этого просто не может быть... Мы женаты почти четыре года… У нас дочь... Этого не может быть…

Алекс сидел в самолёте, невидящим взглядом смотрел в иллюминатор. В голове звучал голос Златы: