Кровью связана с жестоким Королём. Книга 3

Элара шагнула ближе, её глаза горели безумием. — Я хочу, чтобы она сгнила в могиле. Хочу, чтобы в ней копошились черви. Хочу, чтобы её кости обратились в прах и развеялись по ветру. Вот чего я хочу.

Джоселин пристально и немигающе смотрела на неё и, наконец, кивнула, словно нашла то, что искала. — Если это принесёт тебе покой. Сделай это.

Элара улыбнулась. Не то чтобы она искала разрешения Джоселин, но ей стало спокойнее… от осознания, что та полностью на её стороне.

__________

— Так что мы делаем теперь? — спросил Каэлум, наблюдая, как Тессара собирает всё необходимое для ритуала. Они всё ещё не рассказали Адине. Тессара пока не хотела… она не хотела, чтобы кто-то что-то заподозрил.

— Приведи Адину сегодня ночью. Об остальном я позабочусь, — сказала она, закончив собирать всё необходимое.

— Я снова позабочусь, чтобы все воины и стражники уснули. Вы с ней сможете легко уйти. Всё, что тебе нужно сделать, — это привести её, — сказала Тессара, и Каэлум кивнул.

План был надёжным. Опасным, но он надеялся, что всё пройдёт гладко…

— Как нам достать То… — Каэлум не успел договорить, как дверь распахнулась и в комнату ворвался Мэйсон с широко раскрытыми от паники глазами.

Гамма почти никогда не паниковал, но это…

— Что случилось? — спросил Каэлум.

Взгляд Мэйсона метнулся от Тессары к Каэлуму.

— Дело в Адине. Её отвели на городскую площадь для казни.

Глава 110

Глава 110

Двери камеры с грохотом распахнулись, снова.

На этот раз Адина даже не вздрогнула. Она даже не подняла головы. Какой в этом был смысл?

Грубые руки рванули её за плечи. Она споткнулась, ноги едва слушались её после нескольких дней пыток и боли. Её голова безвольно поникла, подбородок был испачкан засохшей кровью и слезами.

— Давай, наконец-то настал твой судный день, — усмехнулся воин, таща её.

— У тебя свидание с богами, — сказал другой.

Свидание с богами? Что это значит?

Она застонала от боли, когда её нога протащилась по грубому цементному полу.

— Что происходит? — ей удалось выговорить, собрав последние остатки сил.

Стражники переглянулись, а затем разразились хохотом, будто она сказала что-то безумно смешное.

— Происходит твоя казнь, — ответил один из стражников с широкой ухмылкой. Это был другой стражник, не тот, к которому Адина привыкла.

— Регентша решила покончить с тобой окончательно. Она поняла, что потратила на тебя слишком много времени, и теперь… тебе конец.

Адина моргнула раз, пока их слова укладывались у неё в голове. Затем второй, и от этих слов у неё подкосились ноги. Её казнь. Неужели это и вправду конец? Неужели так она покинет этот мир? Покинет Торна?

Ей хотелось плакать, кричать, смеяться… и проклинать. Как это могло случиться? Что она погибнет от рук Элары? Что она так усердно трудилась, так отчаянно боролась за жизнь с самого рождения, только чтобы всё закончилось вот так?

Что они скажут после её смерти? Бедняжка Адина? Жалкая девчонка? Или скажут, что она это заслужила? Лучше бы она вообще не рождалась.

Она крепко зажмурилась, пытаясь вспомнить свой последний миг с Торном. Это была та ночь после её победы. О, она была так счастлива. Даже в экстазе. Он занимался с ней любовью всю ту ночь, и хоть он и не произносил слов любви, она знала, что он любит её, так же, как и она его.

Адина улыбнулась, и тепло в груди попыталось пересилить унизительный страх, который она чувствовала.

Её глаза были крепко зажмурены, даже когда её вытащили из коридоров, даже когда она впервые за несколько дней почувствовала солнце на своей коже. Даже когда она услышала, как открываются ворота дворца.

Адина открыла глаза, когда могучие ворота со скрипом распахнулись. Толпа была огромной. Каждый хотел взглянуть на ту, что осмелилась отравить их короля. Ту, что имела наглость отравить короля ликанов.

Толпа собралась прямо у ворот дворца и тянулась до самой городской площади.

— Чудовище!

— Ведьма!

— Убийца!

Адина зажмурилась, отчаянно пытаясь заглушить их голоса, но всё было бесполезно. Она слегка вздрогнула, когда в неё попал первый помидор, и её шаги пошатнулись.

— Шевелись, рабыня, — прорычал ведущий её воин, грубо схватив её за волосы и поставив на ноги. Этот, была уверена Адина, принадлежал Эларе. Чёрт, все, кто вёл её в этот раз, были не те, что раньше.

Адина споткнулась, когда её снова толкнули вперёд, а толпа смыкалась вокруг, словно стервятники. Люди кричали на неё, плевали в неё.

Ей так хотелось рассмеяться, но губы не слушались. Почему они так злы? Если она и вправду отравила Торна, разве они не должны быть счастливы? В конце концов, они его не любили.

О! Учитывая, что демоническое правление Элары всё разрушило… они соскучились по нему.

Разве не забавно?

Она с трудом сглотнула, боль уже отступила. Она едва почувствовала верёвку, которую сунули ей в руки, когда её затащили на деревянный помост в центре площади.

Она смирилась со своей судьбой. Если так ей суждено было уйти. Её взгляд заметался по толпе в поисках знакомых лиц. Тессара? Каэлум? Мэйсон? Даже Леви, но никого из них не было… она слабо улыбнулась, и последний лучик надежды угас в её груди.

Она увидела, как на помост взошла Элара, облачённая в регалии королевы, с короной на голове. Элара взглянула на свою тётю, стоявшую в нескольких шагах от неё с другими дворянами, и улыбнулась.

Даже Лорд Картер с дочерьми пришли посмотреть.

Какой позор.

— Народ Обсидиана! — начала она, и толпа затихла, а её голос прогремел над площадью.

— Безвременная кончина нашего короля, Торна Варгана Рукора, повергла Обсидиан и всё царство в хаос.

По толпе пронёсся шёпот и вздохи. Адина медленно моргнула, едва осознавая слова. Он не мёртв. Он не может быть мёртв.

Элара продолжала, её лицо было напряжённым. — Трагедия, которую никто не мог предвидеть… сотворённая той, что стоит здесь. Она проникла в этот дворец под видом скромной служанки. Но она никогда не была скромной. У неё были другие планы. Она втёрлась к нам в доверие и вонзила нож в спину. Она отравила нашего короля и убила его.

Теперь она повернулась лицом к толпе, её голос возвысился. — Это было нападение не просто на нашего короля. Это было нападение на корону. На наше будущее. На всех вас.

Элара подошла ближе к краю помоста. — Но мы не позволим предателям поднимать голову среди нас. Мы не позволим грязи осквернить нашу кровь. Сегодня свершится правосудие. Сегодня эта предательница понесёт заслуженное наказание.

Теперь она повернулась к Адине, её глаза сияли от восторга. — Последние слова, убийца?

Адина медленно подняла голову. Её губы приоткрылись, но не произнесли ни звука. Что ещё оставалось сказать? Она с трудом сглотнула и медленно покачала головой.

Элара с улыбкой кивнула: — Убить предательницу.

Тело Адины задрожало, когда её потащили в центр и медленно накинули петлю на шею. Она снова огляделась, надеясь увидеть хоть одно знакомое лицо, прежде чем её убьют… но ничего. По её щеке скатилась слеза.

Палач шагнул вперёд, потянувшись к верёвке. Адина крепко зажмурилась, вся в холодном поту.

Толпа затаила дыхание, когда петля затянулась на её шее…

— Отпустите её!

Эти слова пронеслись по толпе, его голос в тот миг был громче всего. Его взгляд был прикован к помосту, к женщине, ожидавшей своего последнего вздоха.

Толпа расступилась, ахнув от изумления.

— Он жив!

— Король жив?

Глаза Адины распахнулись, тело дрожало. Её глаза расширились от шока, когда она увидела мужчину, идущего сквозь море людей.

Он шёл медленно, его кожа была бледной, лоб покрывала испарина. Он выглядел полумёртвым, но его глаза горели. Горели яростью… и решимостью.

И они были прикованы к ней.

У Адины подкосились колени… До неё дошло осознание. Торн был жив.

Он был жив.

— Отпустите её! — снова процедил он.

Элара задрожала всем телом, её глаза расширились от шока. Как? Как это было возможно?

Ноги среагировали раньше, чем мозг успел сообразить. Она бросилась с помоста ему навстречу. — М-м-мой король, — лихорадочно выпалила она. — В-вам не следовало вставать с постели. Вы не…

Торн оттолкнул её рукой, даже не удостоив взглядом. Он прошёл мимо, будто она была пустым местом. Будто её и не существовало.

Он видел только Адину.

Каждый его шаг по деревянному помосту отдавался ударом сердца в груди Адины. Её глаза наполнились слезами, но она не могла дышать. Не могла пошевелиться. Не могла даже заплакать.

— Т-Торн, — прошептала она, её тело трясло, будто её окатили ледяной водой.

Наконец он дошёл до неё…

Не говоря ни слова, не разрывая зрительного контакта, он схватил меч ближайшего воина и перерубил верёвку на её шее.

Она упала на землю, и толпа снова ахнула от изумления.

Ещё одна слеза скатилась по щеке Адины. Она не умрёт… ещё нет. Не если Торн сможет этому помешать.

Он схватил её за руку, переплетая свои пальцы с её, и повернулся к толпе. Его глаза были тёмными и полными гнева.

— Сегодня. Произошла мерзость. Случилось то, что никогда, никогда, никогда не должно было случиться, — начал он, его голос охрип от долгого молчания.

Он сделал ещё один шаг вперёд, и толпа, в полной тишине, подалась вперёд. Даже птицы перестали щебетать. — Пока я лежал в проклятом сне, моя пара… женщина, которую сама богиня предназначила мне в судьбу… была заключена в темницу. Избита. Унижена. А сегодня — едва не убита.

Толпа взвыла от ужаса, шока и неверия. Элара пошатнулась, её лицо потеряло всякий цвет…

— Вы обзываете её. Ведьма! Чудовище! Убийца. Я здесь, чтобы сказать вам, как король Обсидиана и всего южного царства. Адина не убийца, — прорычал Торн. — Она не предательница. Она моя.

Прежде чем Адина успела моргнуть, он рванул ворот её платья, обнажив метку пары на её шее.

— Вот доказательство нашего союза. Отношений, которые связывают меня с ней. Адина не просто служанка. Я безумно и бесповоротно влюблён в эту женщину. Боги даровали её мне, и будь я проклят, если позволю кому-нибудь отнять её у меня. Она мой второй шанс. — его взгляд скользнул по потрясённым лицам в толпе.

— И она — ваша будущая королева.

Глава 111

Глава 111

Сердце Адины колотилось так сильно, что она испугалась сердечного приступа. Она не проронила ни слова: ни когда ее снимали с помоста, ни когда Торн крепко сжимал ее руку, ни когда он уводил ее прочь под аплодисменты толпы.

Она молчала, лишь смотрела на мужчину, который ее спас. На свою пару.

Едва они вошли в его комнату, как у него подкосились ноги, и он с глухим стуком рухнул на пол.

— Торн! — вскрикнула Адина, бросаясь к нему.

Его тело тяжело обмякло в ее руках, кожа пылала жаром и была мокрой от пота. Она обхватила его лицо, ее руки дрожали, когда она убирала влажные пряди волос с его лба.

— Эй… эй, посмотри на меня, — прошептала она, легонько похлопывая его по щекам. — Торн, открой глаза.

Они на секунду дрогнули и открылись, и эти темные глаза взглянули на нее так, словно она была единственным, что удерживало его в мире живых. Он попытался заговорить, но из горла вырвалось лишь низкое мычание, прежде чем его глаза снова закатились.

— Нет, нет, нет, нет, — выдохнула она, качая головой. — Не смей, Торн. Ты пробился назад не для того, чтобы снова меня оставить.

Она подняла взгляд, ее глаза были дикими и отчаянными. — Помогите кто-нибудь! — закричала она стражникам снаружи. — Зовите Тессару! Живо!

Несколько дворцовых слуг, встревоженные ее тоном, тут же бросились прочь. Она крепче обняла Торна; его тело было таким холодным. — Ты в порядке. С тобой все будет в порядке, клянусь. — Ее голос сорвался. — Ты должен быть в порядке.

Спустя несколько секунд дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Тессара — с расширенными от шока глазами, запыхавшаяся, в испачканной одежде. Каэлум следовал прямо за ней, его лицо было бледным.

— Ч-что? — ее взгляд упал на Торна. — О боги. — Она бросилась к ним.

— Что случилось?

— Я не знаю, не знаю. Минуту назад он стоял, а потом вдруг упал, сразу как мы вошли, — торопливо проговорила Адина, пока Каэлум и Мэйсон помогали перенести его на кровать.

Адина провела руками по лицу, ее тело дрожало. — Пожалуйста, скажите, что с ним, — произнесла она, крепко сжимая его руку.

Тессара немедленно принялась за дело. Когда она услышала, что Торн очнулся, то споткнулась, упала на какие-то травы и в процессе поранилась… как он мог вот так просто проснуться? Заклятие, которое Тессара на него наложила, было очень сильным…

Каэлум и Мэйсон с тревогой стояли рядом, наблюдая за ее действиями.

— Да говорите же! Что происходит? — практически прокричала Адина со своего места.

Тессара посмотрела на нее: — Заклятие. Боюсь, оно снова вернулось.

Адина взглянула на нее расширенными покрасневшими глазами. — Н-но как? Он пришел спасти меня. О-он говорил, он ходил… так как? Как оно вернулось?

Тессара сочувственно покачала головой: — Я… Он исцелился на минуту. Это было из-за слез.

Адина нахмурила брови. — Каких слез?

Тессара взглянула на Каэлума, который выглядел таким же смятенным.

— Тессара!

Она вздохнула: — Послушай, у меня есть теория, что твои слезы и твое присутствие рядом с ним усилили вашу связь. Это позвало его, и я даже не думала, что он сможет проснуться только от этого, но очевидно, это помогло…

— Вот только теперь он снова на исходной. Заклятие вернулось, будто никуда и не исчезало.

Адина упала на колени, теперь уже громко рыдая. Этого не может быть. Что это за судьба такая? Дать ей надежду и тут же ее отнять?

— Н-но у меня есть решение, — сказала Тессара, переглянувшись с Каэлумом.

— Решение? Какое? Что это? — выпалила Адина.

Тессара вздохнула, помогая Адине подняться. — Это нечто под названием Связывание душ, — начала она, глядя на Адину так, будто та уже понимала, что это значит.

— Связывание душ? Что это? Мы можем сделать это для Торна? — спросила она.

— Связывание душ можно провести только между парой. Должна сказать, Адина, это невероятно опасный ритуал. Вы разделите одну жизненную силу на двоих. Если умрешь ты, умрет и он. Ваши судьбы будут связаны воедино.

Адина поспешно кивнула, вытирая слезы. — Делайте.

Тессара моргнула. — Что?

— Проведите ритуал, — повторила она, ее голос стал тверже. — Проведите Связывание душ. Свяжите меня с ним. Его со мной, неважно. Если это единственный способ ему выжить — значит, так мы и поступим.

Тессара крепче сжала ее руку. — Адина, это не… ты что, не понимаешь меня? Если он умрет, ты тоже умрешь. Ваши души будут связаны навсегда. Пути назад не будет.

Адина посмотрела ей прямо в глаза, не мигая. — Делайте. Спасите ему жизнь.

Губы Тессары приоткрылись, ошеломленной тем, как быстро Адина приняла решение. — Адина… Торн — моя кровь, но ты… ты уверена? Такие решения не принимают так легко… а что, если что-то случится…

— Уже случилось! — огрызнулась Адина, ее глаза блестели от свежих слез. — Он чуть не умер. Он вернулся за мной, а потом чуть не умер снова. Я не могу больше сидеть сложа руки, пока проклятия, заклятия и другие люди решают, жить ему или нет. Я не отпущу его. Больше никогда. Если это все, что нужно, чтобы его вернуть, — делайте.

Она повернулась к кровати, ее голос стал мягче. — Он — все, что у меня есть.

Тессара посмотрела на нее и на Торна, а затем кивнула. — Принеси мне мои вещи, — сказала она Мэйсону, который коротко кивнул и вышел.

Сердце Адины бешено колотилось в груди, пока она смотрела на Торна… события последнего часа все еще не укладывались у нее в голове. В этот момент ею двигал чистый адреналин.

— Адина… позволь мне осмотреть твои раны. Тебе… тебе нужна помощь, — сказала Тессара, положив руку на плечо Адины.

Адина стряхнула ее руку и покачала головой. — Я в полном порядке. Просто… просто верните Торна.

Тессара вздохнула, и в этот момент дверь открылась. Вошел Мэйсон с тремя сумками. Тессара взяла их у него и сразу же приступила к приготовлениям, но остановилась и повернулась к Каэлуму.

— Пусть комнату охраняют. Никто не должен знать, что здесь происходит, пока мы не закончим.

Каэлум уже был на полпути к двери, когда та распахнулась.

— Элара, — выплюнула Тессара, в ее голосе слышалось отвращение.

Элара стояла в дверях, вся в поту от тяжелых регалий, что были на ней, ее глаза пылали гневом. За ее спиной Джоселин пыталась не отставать, но даже она выглядела ошеломленной.

Дикий взгляд Элары упал на Адину, сидевшую рядом с Торном, и перед ее глазами все застлала красная пелена ярости.

Она подскочила к ней. — Какого черта ты наделала, мерзкая сука! — закричала она, рывком поднимая Адину на ноги.

— Ты отравила его, а теперь еще и околдовала, не так ли? Он снова без сознания! Что ты сделала с его величеством? Ты, ведьма!

Адина вырвала руку из хватки Элары. Ее грудь тяжело вздымалась. — Вон, — процедила она.

— Что? — усмехнулась она, ее взгляд метнулся к бесчувственному телу Торна. — Ты снова его приворожила. Это… это черная магия! Ты снова наложила на него заклятие, а теперь эти предатели помогают тебе замести следы, да? Что ж, я не позволю…

Остаток фразы застрял у нее в горле, когда Адина подняла руку и со всей силы влепила ей пощечину. Звук громким эхом разнесся по комнате.

От удара Элара упала на колени, на ее щеке алел отпечаток ладони Адины. Ее тело дрожало от гнева, она подняла взгляд, широко раскрыв глаза и свирепо глядя на Адину.

— КАК ТЫ СМЕЕШЬ! Как ты смеешь поднимать на меня руку! Ты всего лишь грязная низкородная служанка, которая…

— …которая теперь будущая Королева Обсидиана, — отрезала Адина, ее голос был ясным и твердым. — И пара Торна.

Адина шагнула к ней. — Вон.

Элара дрожала от ярости, позора и унижения. Она схватилась за щеку, ее глаза покраснели. — Ты за это заплатишь. Я никогда… — ее слова снова оборвались, когда Мэйсон рывком поднял ее на ноги и потащил вон, не обращая внимания на ее жалкие крики.

— Не впускайте ее. Никому не разрешено входить в крыло его величества, — приказал Каэлум стражникам, и те поклонились.

Адина села и снова взяла Торна за руку. Ни одна живая душа не смогла бы отнять ее у него. Не после того, как он спас ее, пожертвовал своей жизнью, чтобы уберечь ее от смерти, и публично заявил на нее права.

Глава 112

Дверь с силой захлопнулась, и стены затряслись от удара.

Элара схватила вазу, мирно стоявшую на столе, и швырнула ее в стену, издав самый пронзительный визг, какой только можно было вообразить.

Вены на ее голове и шее чуть не лопались от крика.

Как это возможно? Как? Как? Как? Она схватила флакон и бросила его в зеркало своего туалетного столика, вцепившись в волосы так сильно, что едва не вырвала их с корнем.

Это было безумие… Торн не должен был очнуться. Не раньше, чем она заберет все. Не раньше, чем она сведет Адину в могилу.

Неужели боги так любили над ней насмехаться?

— Это бессмыслица! — закричала она, швырнув кубок через всю комнату. — Он должен был спать неделями! Как… как он ходит?! Говорит?!

Ее тетя Джоселин вбежала в комнату — вспотевшая, бледная и тоже в панике. Она замерла как вкопанная, широко раскрыв глаза при виде того, во что превратилась комната.

Сказать, что здесь был беспорядок, — значит ничего не сказать.

Джоселин покачала головой и бросилась к Эларе, у которой случился срыв. «Элара, говори тише! Повсюду стража. Кто-нибудь тебя услышит!»

Элара повернулась к ней с безумным взглядом. «Как он очнулся, тетушка? Разве ты не говорила, что план надежен? Что он будет без сознания, пока я не пожелаю обратного?» — закричала она, не в силах сдержать эмоции.

— Тише! — рявкнула Джоселин. Во дворце и так царил хаос из-за выздоровления короля. Ее мог услышать кто угодно.

— Как это произошло? — спросила Элара, не слушая Джоселин, ее мысли были в беспорядке. Ей нужно было время. Она должна была сделать так, чтобы Адина больше никогда не увидела света. Она должна была убрать Тессару и Каэлума за сговор с целью убить короля.

— Я не знаю, — резко, но шепотом ответила Джоселин. — Но это неважно. Мы должны действовать сейчас. Ты должна как можно скорее ввести оставшуюся часть заклинания. Торн снова без сознания, но он уже приходит в себя, а это не то, чего мы хотим. Ты должна найти способ вернуться в ту комнату и ввести остаток заклинания.

Элара застыла, затем медленно облизнула губы, слегка дрожа. — Он у тебя… у тебя с собой?

Джоселин кивнула и достала из кармана маленький серебряный флакон.

— Дай его мне. — Элара выхватила его дрожащими пальцами. — Если я смогу ввести это ему в вены, то смогу просто закончить начатое…

Она закрыла глаза, готовая сорвать крышку, когда дверь в третий раз распахнулась, на этот раз слетев с петель.

В комнату ворвался Каэлум, за ним — Тессара и Мэйсон, а следом — десять воинов, которые тут же окружили помещение.

Глаза Элары расширились, и прежде чем она успела сунуть флакон в платье, Тессара шагнула вперед и выхватила его у нее из рук.

— Как ты смеешь? Какого черта ты творишь? — взревела Элара, как дикий вепрь.

— Я же говорила, твое падение близко, и вот оно настало, — сказала Тессара, взглянув на флакон. Все было именно так, как она и думала. Черная магия. Достаточно сильная, чтобы отправить Ликана на смертный одр.

Она повернулась к Каэлуму и кивнула, подтверждая их подозрения.

— Вы заколдовали его величество, Элара, — сказал Каэлум, шагнув вперед.