Кровью связана с жестоким Королём. Книга 3

Кровью связана с жестоким Королём

Глава 101

Торна будто окатили ледяной водой. Его сапоги гулко отдавались в коридоре, бета не отставал ни на шаг, пытаясь поспеть за ним.

— Повтори, — резко, тихим голосом произнёс он. — Какого чёрта это произошло?

Желваки на скулах Каэлума напряглись, его голос звучал сдавленно. — Служанки говорят, последний месяц ей было очень плохо, она тяжело переносила изгнание. Говорят, почти не выходила из комнаты, отказывалась от еды. Они думали, это пройдёт и с ней всё будет в порядке. — Он сделал паузу. — Но сегодня утром одна из них пошла её проведать и нашла без сознания, а рядом — пузырёк с ядом.

Торн стиснул челюсти, его кулаки сжались. — Какой яд?

— Деларус, мой король. — Он на мгновение замолчал. — Мы немедленно послали за целителем, — продолжил Каэлум. — Сейчас её состояние стабильно. Всё ещё без сознания… но поправляется.

Торн сначала ничего не ответил. Просто продолжал идти. Мимо стражников, мимо слуг, уже заступавших на утреннюю смену. В груди у него горело от гнева, смятения и чего-то, что он ненавидел ещё больше, — чувства вины.

— Элара… она послала десятки писем, сообщений, пытаясь связаться с тобой и умоляя приехать, — тихо сказал Каэлум.

Торн хмыкнул. Он знал об этом, ведь это он приказал выбрасывать все её письма.

Но… он не думал, что она и вправду… на что-то решится.

Как бы он ни ненавидел её за то, что она сделала с Адиной, она всё же когда-то была частью его двора. Когда-то она была важной частью его жизни. Изгнать её на окраинные земли было тяжело, но он не мог простить то, что она сделала с его парой.

Он вышел во внутренний двор, где его уже ждала карета.

Торн шагнул вперёд, но Каэлум схватил его за руку.

— А как же Адина? Она будет спрашивать о тебе. Сказать ей, что ты поехал повидаться с… — он оборвал фразу.

Торн замер. Он ушёл так рано утром, когда она ещё спала, не сказав ни слова.

— Скажи ей, я скоро вернусь. — Затем, не говоря больше ни слова, он сел в карету и закрыл за собой дверь.

У дверей дома его встретила служанка, склонившая голову, как только он подъехал. — Где она? — спросил он.

— Наверху, в своей комнате, Ваше Величество, — ответила она.

Он кивнул и стал подниматься по скрипучей лестнице. С каждой секундой на сердце становилось всё тяжелее. В последний раз он видел её, когда её выволакивали из его кабинета, а она кричала во всё горло. Это было месяц назад, и это воспоминание въелось ему в память.

Дверь в спальню была приоткрыта, сквозь шторы пробивался тусклый свет. Он толкнул её и вошёл, и его челюсти крепко сжались, когда его взгляд упал на неё.

Чувство вины накатывало волнами. Она лежала на кровати, свернувшись калачиком, словно забытая на чердаке кукла. Бледная. Худее, чем он помнил. Её некогда блестящие чёрные волосы спутались и потускнели, щёки впали, а губы потрескались. Глаза были закрыты, на щеках виднелись засохшие дорожки слёз.

Сердце Торна сжалось, а для него это многого стоило. Он так высоко ценил Элару, пока она не совершила то, что совершила. Он и представить не мог, что настанет день, когда Элара перестанет быть генералом Обсидиана или окажется в изгнании.

Торн неподвижно стоял у края кровати, не сводя глаз с лежавшей на ней женщины. Она выглядела истощённой и сломленной.

Неужели ему не стоило её игнорировать?

Это была та самая женщина, что наложила на Адину гнусное заклятие. Та самая, что наслала на неё изгоев, чтобы те её осквернили. Та самая, что снова и снова лгала ему в лицо. Та самая, что кричала, будто Адина ничего не значит.

Он подошёл к ней ближе, всё так же стиснув челюсти. Он поднял руку, чтобы коснуться её, но остановился, его ладонь замерла у её щеки.

Он покачал головой и повернулся, чтобы уйти, но его остановили.

— Торн… прошу, не оставляй меня. Не надо…

Он резко перевёл на неё взгляд: её брови сошлись на переносице, словно от боли, а пальцы слегка подрагивали на простыне. Она всё ещё была без сознания и лишь бормотала эти слова.

— Прости, — бормотала она, вздрагивая. — Я не хотела… прошу, прости меня…

Торн не двигался — он не мог.

— Элара… — позвал он.

И тогда она медленно зашевелилась, её веки дрогнули и приоткрылись — ровно настолько, чтобы увидеть, что он стоит рядом.

— Торн… — прошептала она, и её глаза заблестели от подступивших слёз. — Ты пришёл…

Торн стоял у края кровати, наблюдая, как целитель осматривает Элару, которая теперь сидела, оперевшись спиной на изголовье.

— Ваше Величество, — начал целитель. — Леди Элара сейчас в стабильном состоянии. Яд выведен из её организма. Ей повезло. Ещё час, и спасти бы её не удалось.

Торн ничего не сказал. Элара не выглядела везучей. Она выглядела совершенно разбитой.

— Я оставил настойку, чтобы помочь ей уснуть и восстановиться, — добавил целитель, собирая свою сумку. — Она слаба, и я думаю, ей пойдёт на пользу побыть среди людей. Жизнь на окраинных землях очень изолирует, и я знаю…

— Достаточно. Можете идти, — прохрипела со своего места Элара.

Целитель опустил взгляд. — Простите, мой король. Прошу меня извинить.

Дверь плотно закрылась за вышедшим целителем, оставив Торна и Элару одних.

Элара откашлялась. — Я… Прошу, не обращайте внимания на его слова. Мне здесь хорошо, и я…

— Но он прав. Ты быстрее поправишься, если будешь среди людей, — сказал Торн, подходя к ней ближе.

Элара умолкла, её глаза уже блестели от непролитых слёз. Она покачала головой. — Нет. То, что я сделала… этому нет прощения, и я не могу так поступить ни с Адиной, ни с тобой. — Слёзы покатились по её щекам.

— Мне правда здесь хорошо, и я…

— Если тебе здесь так хорошо, то почему ты попыталась покончить с собой, Элара?

При этих словах из её груди вырвалось рыдание. — Прости… мне так жаль… Просто… мне было так больно, и я лишь хотела освободиться, хотя бы на несколько секунд. Я… это не твоя вина, мой король. Я сама это с собой сделала.

Рыдания Элары заполнили комнату, она плакала, крепко сжав руки на коленях. — Я сделала это не для того, чтобы вызвать жалость или привлечь внимание. Клянусь, нет. — Её голос сорвался. — Я просто… больше не видела выхода. Все забыли меня. Теперь я ничто. Ничто без двора… и без тебя.

Торн стоял неподвижно, внимательно наблюдая за ней. — Элара… — тихо произнёс он.

— Я ни о чём не прошу, — прошептала она. — Я не прошу вернуть меня. Не прошу забыть о том, что я сделала. Я просто… — её голос дрогнул. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что я сожалею. — Её рука дрожаще потянулась к нему, и Торн подошёл ближе.

— Если бы я могла вернуться в прошлое, я бы всё изменила, — выдавила она. — Я была… я была глупа. Я позволила гордыне и ревности всё разрушить. Но я знаю, что не могу исправить содеянное. — Она сделала паузу, вытирая слёзы. — Я встану на колени, если потребуется. Я буду умолять Адину о прощении. Я проведу остаток своей жизни здесь, в уединении, если это принесёт ей покой. Если это принесёт покой тебе.

Прежде чем он успел ответить, она внезапно бросилась вперёд и крепко обняла его, громко рыдая.

Он напрягся, застигнутый врасплох, но не отстранился сразу. Её слёзы пропитывали ткань на его груди, а тело дрожало, прижавшись к нему.

— Эла… — Он слегка поморщился, почувствовав, как что-то укололо его в шею. Укол был почти незаметным, но достаточно резким, чтобы заставить его вздрогнуть.

Он отстранился, проводя пальцами по уколотому месту. — Что это…

— Ох, — Элара быстро отпрянула, вытирая глаза. — Прости. Я, должно быть, оцарапала тебя ногтем… боги, я не хотела…

Он кивнул, выпрямляясь. — Всё в порядке. Просто… целитель ведь сказал, что тебе нужно быть среди людей, так что, пусть и на несколько дней, возвращайся во дворец. Я отменю твоё изгнание на неделю, — сказал он.

Слёзы Элары хлынули ручьём. — С-спасибо. Огромное спасибо, — выдавила она. — Я больше тебя не разочарую. Спасибо.

Торн кивнул. — Мне пора. — Он подозвал служанку за дверью, и та тут же вбежала. — Ваше величество. — Она поклонилась.

— Собери вещи Элары на неделю. Она вернётся во дворец для надлежащего лечения.

— Да, Ваше величество.

Он подошёл к двери и остановился, бросив взгляд на дрожащую фигуру Элары. — Увидимся.

Элара медленно кивнула. — Спасибо… что пришёл.

Как только за ним закрылась дверь, Элара выпрямилась и глубоко вздохнула. Её пальцы скользнули в рукав, вытаскивая блеснувшую булавку, чья энергия теперь полностью иссякла.

И она улыбнулась.

Глава 102

Торн сидел в своём кабинете, его глаза скользили по документам, но он не мог уловить ни единого слова — таким расфокусированным был его взгляд. Он дважды моргнул и резко тряхнул головой. Он ссутулился, прижав руку к виску.

Прошёл день с тех пор, как он навещал Элару, и из-за этой отлучки работы у него прибавилось вдвое. На его столе царил беспорядок: повсюду лежали несвёрнутые пергаменты, а сбоку валялось сломанное перо. Он трижды перечитал одно и то же предложение, но так и не смог понять ни слова.

Его кожу то бросало в жар, то в холод. Рубашка прилипла к спине от пота, и всё же его била дрожь.

Тем утром он не смог ничего съесть. Он проснулся со странным привкусом во рту, словно от металла и пепла. И всё же он отмахнулся от этого. Он — король. Короли не болеют. Это просто невозможно. Кроме того, у него были дела поважнее.

Например, сегодняшнее заседание совета.

— Ваше Величество.

Торн поднял голову, как раз когда Каэлум вошёл в кабинет, и нахмурился, взглянув на Торна.

— Вы выглядите… — Каэлум осёкся, стараясь придать лицу невозмутимое выражение. — Вы хорошо себя чувствуете?

— Я в порядке, — глухо ответил Торн, хотя голос его был хриплым. — Это просто небольшая усталость. — Должно быть, путешествие к внешним берегам и обратно отняло у него больше сил, чем он думал.

Каэлум ни на секунду ему не поверил.

— Простите мои слова, мой король, но вы плохо выглядите. Если хотите, я могу отменить заседание и перенести его на другой день, — сказал он, делая шаг вперёд. — Вы весь горите. И бледны. Вам нужен отдых, мой король.

Торн покачал головой. Он не болеет. В конце концов, он ликан. Он не может болеть. Это невозможно. Вероятно, это реакция на стресс.

— Ничего подобного ты делать не будешь. Знать уже здесь, и члены совета тоже. Я исполню свои обязанности, как и положено, — сказал он так твёрдо, как только мог. — Элара? — спросил он.

— Она прибыла вчера поздно ночью. Дворцовый целитель осмотрел её и говорит, что ей нужен только отдых. С ней всё будет в порядке, — ответил он.

Торн кивнул и глубоко вздохнул, чувствуя сильную усталость.

— Скажи Адине… — начал он, его голос стал грубее, ниже. — Пусть принесёт мне чаю перед заседанием. Она знает, какой.

Каэлум кивнул: — Как пожелаете, мой король. Думаю, вам лучше идти. Вас уже ждут, — сказал он.

Когда Торн вошёл, зал уже был полон. Голоса умолкли, как только он появился. Знать встала, склонив головы, члены совета тоже поклонились в знак приветствия. Взгляд Торна пронёсся по всем присутствующим и остановился на главном советнике, Картере.

Картер поднял на него взгляд, словно почувствовав, что Торн смотрит именно на него. — Ваше Величество, — произнёс он, кланяясь ниже.

Торн хмыкнул и направился к своему креслу.

Стоя в стороне, Каэлум внимательно наблюдал за Торном. Сейчас король выглядел не просто уставшим. Это сбивало Каэлума с толку. Торн не болел. Было неслыханно, чтобы король заболел.

Обычно твёрдая походка Торна стала медленнее, скованнее, на лбу выступил пот, несмотря на прохладу в зале. И всё же он высоко держал подбородок, игнорируя дрожь в конечностях и пульсирующую боль за глазами.

Торн откашлялся, усаживаясь в кресло. — Уверен, вы все слышали, что произошло с бывшим генералом Эларой, — начал он.

Все согласно загудели и закивали. — Бывший генерал совершила несколько ошибок, и мы это понимаем, но, должны сказать, мой король, так ли необходимо было её изгонять? — вставил один из дворян.

Торн прикрыл глаза. Он был раздражён и устал от того, что эти люди ставят под сомнение его приказы.

— Ты сомневаешься в моём решении, Даниэль? — спросил он, и мужчина напрягся.

— Ни в коем случае! Мой король. Прошу прощения за мои неосторожные слова, — ответил он, склонив голову.

Торн хмыкнул: — В любом случае, перейдём к более насущным вопросам.

Начались обсуждения. Земельные споры. Дефицит товаров. Предложения по изменению пограничных патрулей. Он пытался сосредоточиться, правда пытался, но слова сливались воедино. Перед глазами всё плыло, а в животе резко что-то перевернулось.

С каждой секундой становилось всё труднее.

— …и в связи с недавним нападением на южной границе, — говорил кто-то, — мы должны пересмотреть дислокацию…

Звук приглушился, словно он оказался под водой.

Каэлум, стоявший в стороне, заметил это первым. Рука Торна, лежавшая на столе, дрожала. Его дыхание стало поверхностным. Губы потеряли цвет.

Он подошёл ближе: — Мой король, вам нужен перерыв? Я могу…

Не успел он договорить, как двери открылись, и вошла Адина с фарфоровой чашкой на небольшом подносе. Она поклонилась членам совета и знати и грациозно прошла через зал, мягко улыбнувшись, когда их взгляды на секунду встретились.

Торн слегка махнул рукой, чтобы собравшиеся продолжали разговор.

— Ваш чай, мой король, — тихо сказала Адина. Он слабо кивнул и дрожащими пальцами потянулся к чашке. Она подошла ближе, чтобы передать её, но он схватил её за запястье — его рука была обжигающе горячей.

«Останься, — передал он через мысленную связь. — Всего на секунду».

Торн ещё на секунду зажмурился, поднося чашку к губам и делая глоток.

— Что скажете, ваше величество? Только что озвученная идея кажется наилучшим решением, или вы…

Внезапно Торн дёрнулся вперёд, его глаза расширились, а рот открылся в беззвучном вздохе. Чайная чашка выскользнула из его руки и с дребезгом разбилась о пол.

Он пошатнулся назад, одной рукой схватившись за грудь, а другой всё ещё сжимая запястье Адины, словно пытаясь удержаться на ногах. Но затем…

Его ноги подкосились, и он упал.

— Мой король!

— Ваше Величество!

— Торн!

Адина застыла на месте, не в силах пошевелиться. Её взгляд приковался к телу короля, лежавшему без сознания, которое окружили бета и члены совета.

— Немедленно позовите Тессару! — рявкнул Каэлум.

— Освободите место!

— Поднимите его!

— Как такое могло случиться?

— О, боги обсидиана!

Адина не могла пошевелиться. Она застыла, даже когда в зал вбежали люди, даже когда Каэлум выносил короля из зала. Она не могла сдвинуться с места.

Внезапно её схватили за руку, вырывая из оцепенения. Она моргнула и увидела, что главный советник смотрит прямо на неё, его лицо исказила злейшая гримаса.

— Ты! Что ты сделала с его величеством?

Глава 103

— Ты! Что ты сделала с его величеством! — рявкнул советник, и брызги слюны полетели Адине в лицо.

Адина моргнула, в ушах у неё звенело. Осколки разбитой чашки сверкали у её ног… а Торн исчез. Его унесли. Без сознания.

— Что? — прохрипела она, её сознание только начинало догонять произошедшее.

— Что с королём? — пролепетала она, и слёзы тут же застлали ей глаза, а в голове снова и снова прокручивалась картина его падения.

— Отвечай, девчонка! Что ты сделала с его величеством! — гневно рявкнул лорд Картер, крепко сжимая руку Адины.

— Я не… — прохрипела она. В горле у неё пересохло, а сердце колотилось в рёбрах, будто хотело вырваться наружу.

— Не делала? Ты подала ему чай, и после того, как он отпил глоток этого проклятого чая, он потерял сознание. Ты, должно быть, что-то с ним сделала, — прорычал лорд Картер, поворачиваясь к остальным. — Видите! Вот что происходит, когда вы даёте шанс отбросам. Видите? Она личная служанка его величества, и мы все видели, как он выпил её чай и упал. Что это значит, а? — рявкнул Картер.

— Я же говорил вам всем, что эта девчонка проклята! Она приносит несчастья. Она встала между мной и королём, принеся с собой неудачу, и теперь… посмотрите, что она с ним сделала.

— Говори немедленно! Что ты сделала с его величеством! — прорычал другой советник.

У Адины пошла кругом голова. Что она ему сделала? Ничего. Она ничего не делала! Торн — её пара. Зачем ей причинять боль своей паре?

Адина замотала головой, слёзы теперь свободно катились по её щекам. Торн упал. Он был без сознания. С ним что-то случилось. — Нет, нет, нет, нет. Я ничего не делала, — твёрдо произнесла она, тяжело сглотнув.

— Мне нужно быть с ним. Мне нужно его увидеть, — выпалила она, собираясь уйти, но рука Картера на её запястье сжалась сильнее, и он резко дёрнул её назад.

— Ты с ума сошла? — прорычал он. — Кто ты такая, чтобы видеться с королём? — выплюнул он, потащив её назад с такой силой, что она споткнулась.

— Я… — её голос сорвался. — Я его…

Она осеклась. Что это изменит? Кто ей вообще поверит?

— Мне нужно быть с ним, — прошептала она дрожащим голосом. — Я ему нужна. Он мой…

— Нет! — рявкнул Картер, и его голос эхом разнёсся по залу. — Ты и близко не подойдёшь к королю, пока мы не выясним, что именно ты ему дала.

Адина в отчаянии и панике огляделась по сторонам. — Я дала ему чай! — вскрикнула она, вырывая запястье из его хватки. — Тот же самый, что он пьёт каждое утро, клянусь!

— А теперь он лежит на полу с пеной у рта! — огрызнулась другая знатная дама. — Король никогда прежде не падал в обморок. Что ты добавила? А? Своими ручонками ты заварила ему смерть?

Женщина фыркнула: — Я знала, что она слишком хороша, чтобы это было правдой. Его величество никогда не доверял служанкам, а этой доверился. Наверняка её подослали наши враги. — Она выплюнула: — Вот что бывает, когда пускаешь во дворец чужачку.

Ноги Адины ослабли. В ушах громко звенело от звука, который издал Торн перед тем, как рухнуть. В горле жгло. Она впилась ногтями в ладони, из последних сил стараясь устоять на ногах.

— Я люблю его, — отчаянно произнесла она, глядя на них всех. — Я бы никогда… никогда не причинила ему вреда.

— А кто ты такая, чтобы любить короля? Ты, должно быть, и впрямь безумна.

— Стража! — холодно прорычал Картер.

— Задержать её. Не подпускать её к его величеству.

Двое стражников шагнули вперёд.

— Нет… пожалуйста… подождите… — голос Адины окончательно сорвался. Она попыталась дёрнуться, проскочить мимо них, но они грубо схватили её за руки.

— Торн! — закричала она, чувствуя, как её сердце разрывается на части. — Отпустите меня! Мне нужно его увидеть!

Никто её не слушал. Вместо этого они насмехались над ней, пока её выволакивали из зала. Последнее, что она увидела, прежде чем её утащили, была кровь на полу там, где он упал.

_________

Воздух был пропитан страхом, паникой и, самое главное, молитвенными напевами.

Торн неподвижно лежал, распластавшись на кровати. Его кожа была мертвенно-бледной, рубашка пропиталась потом. Губы приобрели сероватый оттенок, а кожа вокруг закрытых глаз постепенно чернела.

— Пульс есть, но он слабый, — пробормотал один целитель.

— Кровотечения нет. Ни внешних ран, ни внутренних повреждений, — пробормотал другой.

Тессара молчала. Её руки слегка дрожали, а брови сошлись на переносице.

— Леди Тессара?

Она долго не отвечала, а затем шагнула вперёд. Лоб Тессары был нахмурен, ладони замерли над грудью Торна. Она закрыла глаза и сосредоточила свою энергию на ладонях, пытаясь достучаться до сущности его души.

Она резко ахнула и отшатнулась. Глаза её были широко раскрыты. — Я не могу до него достучаться, — прошептала она.

Все в комнате замерли, словно их окутала ледяная, мертвенная тишина.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Каэлум низким и твёрдым голосом.

Тессара резко перевела на него взгляд. — Что-то ужасно не так, бета. Его душа… её там нет. Я не чувствую его, как бы сильно ни взывала к нему.

Каэлум тяжело сглотнул, его кулаки сжались. — Что это значит? Говори яснее, Тессара.

Тессара покачала головой: — Я… Такое случается только… только при вмешательстве чёрной магии.

Кто-то резко вдохнул.

— Чёрная магия? Ты уверена, Тессара? — спросил Каэлум, нахмурив брови.

Тессара ещё раз взглянула на короля и кивнула. — Я более чем уверена. Чернота вокруг его глаз, серость губ, его кожа холодная, но с него градом льётся пот. Это не просто болезнь или яд. На его величество наложили заклятие чёрной магии.

Она отступила от лежащего без сознания Торна, вытирая пот со лба. — Я никогда не видела ничего подобного. Даже в древних записях.

Кадык Каэлума дёрнулся. Он отвернулся от кровати, проведя рукой по волосам. — Боги.

— Мы должны… — Тессару прервал скрип открывающейся двери. В комнату вошёл главный советник. Его взгляд сперва упал на короля, а затем на бету.

— Что с его величеством? — спросил он.

— Его величество болен, — тихо сказала Тессара, крепко сцепив руки, словно не желая раскрывать этому человеку, что происходит.

Картер нахмурился ещё сильнее: — Не морочьте мне голову, женщина! Что с королём царства?

Каэлум шагнул вперёд, хмурясь. — Вы будете говорить с уважением с тётей его величества, да ещё и в его присутствии, — твёрдо выплюнул он.

Глаза Картера сузились: — Бета…

— Главный советник Картер.

Картер смотрел на него ещё пару секунд, а потом фыркнул. — У нас нет на это времени. Здоровье его величества важнее. Думаю, вам лучше сообщить мне диагноз его величества.

— На его величество наложили заклятие, причём чёрной магии. Целители делают всё, что в их силах, чтобы помочь его величеству и снять это заклятие.

Картер покачал головой: — Если бы только его величество послушал меня, он бы не оказался в таком положении. — Он цокнул языком.

Каэлум вскипел от гнева. — Мы ещё не знаем, кто это сделал с его величеством. Строить догадки — это просто…

— Что значит “не знаем”? Кто ещё мог наложить такое гнусное заклятие на его величество? Мы все были там и видели всё собственными глазами. Мы видели это.

Каэлум нахмурился: — На что вы намекаете?

Картер посмотрел Каэлуму прямо в глаза. — Заклятие на него наложила личная служанка его величества, — заявил он.

— Что? — на этот раз воскликнула Тессара. — Адина бы никогда!

— А она взяла и сделала! — гневно рявкнул Картер. — Эта мелкая паршивка так обвела вас всех вокруг пальца, что вы ослепли и не видите правды. — Он снова цокнул языком. — Откройте глаза и посмотрите на то, что прямо перед вами. Девчонка принесла ему чай, и, сделав глоток, он рухнул. Что вам ещё нужно? Она заколдовала его величество.

Тессара шагнула вперёд, плотно сжав губы. — И как именно она бы это сделала, лорд Картер? У вас есть какие-нибудь доказательства, кроме вашей собственной паранойи?

На челюсти Картера дёрнулся желвак. — Мне не нужны заклинания, чтобы разглядеть змею. От этой девчонки одни неприятности.

— Адина преданно служила его величеству… — начал Каэлум.

— Хватит! — рявкнул Картер. — Верность ничего не значит, если она работает против его величества. Мы впустили её в этот дворец, в покои короля. У неё был доступ, которого не было ни у кого другого!

— И в этом-то и заключается ваша проблема, не так ли? — прошипела Тессара, и её голос впервые дрогнул. — В том, что у неё был доступ к королю.

Картер презрительно усмехнулся: — О, да бросьте. Король подпустил её слишком близко, и теперь она сделала то, за чем пришла.

— Не сделала, — прорычала Тессара, её глаза теперь горели огнём. — Я знаю, каково это, когда в чьей-то энергии есть злоба. Я знаю Адину с тех пор, как она впервые появилась в этом дворце. Она ни разу не питала дурных намерений по отношению к Торну. Она неспособна причинить ему боль…

— Она это уже сделала, — перебил Картер. — Откройте глаза и посмотрите. Наш король лежит без сознания. Королевству нужен его король, а царству — его лидер. И пока король не придёт в себя и не будет в безопасности, её следует запереть.