И стынет кровь

- Я подумаю, ничего не могу обещать, - подмигнула я, вылезая уже из машины. После таких новостей прятать улыбку было тяжело и, топая в сторону дома, я улыбалась каждому прохожему. Буквально через час я написала ему о своем согласие, а еще через час была на своем старом месте, укрытая пледом.

Фильм был ни о чем. Хотя, может быть, он бы мне и понравился, если бы я вдумывалась в его смысл. Мой мозг анализировал обстановку и предполагал дальнейшее развитие событий. Краем глаза я видела его нервное состояние, но списывала это к чему угодно, но только не к себе.

«Из-за меня он никогда не нервничал, из-за друзей же не нервничают, когда они рядом?» - сомнения в его поведении периодически одолевали меня.

- На самом деле я еще кое о чем хотел поговорить с тобой, - дождавшись окончания фильма, начал говорить Ник, закрыв ноутбук, и повернулся ко мне.

- Правда? О чём же? – предчувствие что-то мне кричало, как в тот первый раз, когда наши тела стали непростительно близки.

- О нас… - он замолчал и решился посмотреть на меня. Те самые голубые глаза, в которые я влюбилась, как только заглянула в них впервые, зажигали во мне огонь.

- Я не очень понимаю, о чем ты, - миллион мыслей неслись в голове, все клеточки организма предчувствовали развязку: сердце отбивало бешеный ритм, тремор был не от недоедания, а внизу живота крутило приятной болью, и точно не от слабительных. После такого бесконечного ожидания от него первого шага, я не могла поверить, к какому завершению клонится этот разговор. Больше года я наблюдала, как он периодически строил краткосрочные отношения с другими девушками, а теперь, когда наконец-то настала моя очередь, я не понимала происходящего в упор.

Но никаких разъяснений я больше не получила. Он резко наклонился ко мне и, обхватив, как тогда, мою талию, притянул к себе и прижал свои губы к моим. Неожиданное действие поразило меня, как удар молнии, и первым порывом было оттолкнуть желанное тело, но когда теплый язык скользнул по холодным искусанным губам, осознание происходящего осенило меня, и я растворилась в порыве нахлынувшей страсти. Его руки блуждали от моего затылка до талии и обратно, крепкая хватка жилистых рук не давала сделать лишнее движение, и только сейчас я заметила, что он волнуется не меньше меня. Разорвав поцелуй, он немного отстранился и, часто выдыхая носом, склонив голову немного набок, взглянул на меня.

- Давно хотел это сделать. Надеюсь, ты не против?

- Не против… - еле выдавив из себя эти слова, вновь замолкла, ибо после моих слов он опять завлек меня поцелуем, на это раз уже не так смущенно и осторожно. Высвободив меня из одеяла, в котором я больше не нуждалась, страсть грела изнутри лучше любого предназначенного для этого средства, Ник схватил меня за бедра и усадил поверх своих. Тело, следуя каким-то инстинктам, продолжило его порыв и, качаясь, создавало трение между нашими телами.

Я никогда не любила зиму, особенно в последнее время. Холод преследовал меня постоянно, и неважно, сколько на мне было слоёв одежды, он охватывал каждый сантиметр кожного покрова, пробирал до костей и сводил мышцы. Я полюбила февраль. Полюбила каждую падающую снежинку в этот день. Полюбила, потому что полюбили меня.

Глава 22

Теперь официально я была в отношениях с парнем, который старше меня на 8 лет. Возможно, когда такие союзы возникают во взрослом возрасте, это не так критично. У моих родителей разница была 12 лет, поэтому я в этом не видела ничего страшного, а мнение одногруппниц пропускала мимо ушей, так как добилась того, чего желала больше всего на свете. Что на самом деле пугало, так это секс. Как и большинство сверстниц, я не пыталась побыстрее расстаться с девственностью, хотя не возносила ее на пьедестал, как некоторые (никакого секса до свадьбы – это не про меня). Каждая ночевка у Ника сопровождалась чувством вины. Я была к этому не готова, а осознание, что парню двадцать пять лет это необходимо, терзало совесть.

- … да ты и представить не можешь каким взглядом она на меня смотрела. Как другие болтают во время пары – это ничего, но стоит мне открыть рот, так сразу «Повельчук, еще одно слово и вылетишь из кабинета». Неужели мою фамилию нельзя произнести хотя бы один раз правильно? – оживленно рассказывала я Нику привезенные новости с учёбы, не сводя глаз с собеседника. Он встретил меня у станции, и мы пешком возвращались домой. На улице проступило весеннее солнышко, поэтому было принято решение прогуляться, принимая солнечные ванны.

- Она так и придирается только к тебе? – проявлял он искренний интерес.

- Как видишь, почти за два года другую игрушку для выплеска злости она не нашла.

- Идёт, а родную мать в упор не видит, - всего одна фраза заставила остановиться и судорожно разъединить сплетенные пальцы влюбленных.

- М-мам, привет, - переводила я взгляд с матери на Роберта и обратно.

- Может, познакомишь с твоим другом? – мама заметила наши руки, но не стала акцентировать внимание на этом.

- Здравствуйте, меня зовут Ник, - молниеносно сориентировался парень, кивнул в знак уважения моей маме и пожал руку Робу.

- Очень приятно наконец-то познакомиться с человеком, у которого почти каждую ночь пропадает моя дочь, - все-таки решила ввести нас в смущение эта женщина.

- Мам, не надо, - строго и сухо отражала я атаку.

- Ну ладно, нам идти надо. Мы в театр едем, будем поздно. Тебя ждать сегодня дома? – с веселыми нотками в голосе, сказала мама, уже проходя мимо нас, как бы между слов.

- Пока еще не знаю, - с тем же весельем бросила ответ и ускорила шаг, обратно взяв Ника за руку и волоча прочь подальше от курьезных вопросов.

- У тебя веселая мама, - была принята попытка разрядить обстановку.

- Тебе смешно? – переборов стыд, решила всё же взглянуть на него, хотя щёки еще горели от прилившей к ним крови.

- Нисколечко, но ситуация забавная. Я не так представлял знакомство с родителями, - Ник улыбался, подбадривая меня. С его же матерью я познакомилась уже во второй раз нахождения в квартире, хотя и в статусе друга.

- С родителем, - не удержалась я от поправки. Роберт не был мне отцом и даже отчимом. Я не хотела повышать его в статусе, для меня он оставался маминым ухажёром.

- Прости, прости, не хотел обидеть.

- Забей и не бери в голову. Мои заморочки.

- Так на чем мы остановились? Что-то про игрушку и злость. Я весь во внимание, - перевел он разговор в другое русло и крепче сжал мою руку.

Глава 23

Апрель выдался на удивление теплым. Все вокруг уже сняли с себя зимние пуховики и с нетерпением ждали лето. Легкие тренчи, кожаные куртки, ветровки, анараки, и только я еще в тёплой куртке. Одногруппницы стали заливаться смехом и представлять меня в этом же одеянии через несколько месяцев, в жару +20 ˚С. Под давлением окружающих я все же сменила свой «полушубок» на подходящий вариант для погоды, но для сохранения тепла все равно облачалась в несколько слоев футболок и кофт, а пальцы на ногах грели три пары носков.

- «Сохранение тепла в экстренных условиях» - тема сегодняшней пары, - веселый дядечка вывел слайд с этим же названием на доску.

- Павельчук, записывай, тебе пригодится. Ой, извини, неправильно произнесла фамилию. «Павлак» - теперь правильно? – пронесся легкий смешок, а автор данного высказывания скалилась мне в лицо. Алиса Кравчик – главная задира, хорошая спортсменка и моя одногруппница, с которой в обычное время мы общались нормально и прятались во время перекуров на улице. Периодически у нас случались стычки, но все спускалось на тормозах. Но сегодня мне было особенно тяжело себя сдерживать. То ли от очередной беседы с директором, то ли от бессонной ночи из-за шумных посиделок матери и Роберта.

- Очень смешно, Кравчик. Давно не получала? – уже шипела я сквозь зубы. Я ненавидела свою фамилию – фамилию отца, а когда ее начинали коверкать специально, то меня начинало трясти и я теряла контроль. Обострившиеся чувства от постоянного голода брали верх над эмоциями.

- Павелкак, не нервничай. Ой, опять неправильно? – в голове треснуло, это была тонкая нить моего терпения.

- Девочки, успокойтесь и сядьте на место, - голос преподавателя жалобно удалялся от нас.

Алиса успела выбежать из кабинета прежде, чем я приблизилась к ее парте. Гулкий топот наших кроссовок разносился по всем четырем этажам учебного заведения. Ее смех отскакивал от стен и раздражал меня еще больше. Спустившись уже на первый этаж, в холл, где переодевались вновь прибывшие будущие медработники, девчонка расслабилась, в надежде, что я отстала или не нападу при свидетелях. Это была ее главная ошибка – понадеется на мое благоразумие. Я видела только ее спину, все остальные люди не представляли никакой важности, поэтому мой мозг не счёл важным проанализировать обстановку. Настигнув ее в два прыжка, моя рука схватила ее за волосы, а другая ударила по ребрам. От неожиданности Алиса вскрикнула, но уловив мои дальнейшие намерения, вступила в схватку.

- Ты охренела? - ее рука также вцепилась в мои волосы, а другая уже хотела нанести удар. Хлынувший адреналин по телу, придал мне скорости. Моё колено пронзило ее живот, заставив согнуться, и выпустить мою шевелюру. Возможно, это продолжалась бы еще какое-то время, если бы не появившийся рядом старшекурсник, который пресек мои дальнейшие действия и начал оттаскивать в сторону.

- Успокойся! – он смотрел мне в глаза, твердо, но негромко цедил слова, - директор уже бежит сюда. Вас не видели, так что быстро возвращайся на пару.

Он тряханул меня за плечи, чтобы убедиться, что слова достигли мои разума, так как глаза непрерывно буравили Алису, которую также держали за плечи и диктовали тот же план действий. Подняв голову и оценив происходящее, в самом деле увидела копну белых уложенных волос, которая протискивалась через толпу подростков. Неприятностей в учебе мне хватало из-за моих частых прогулов, и в планах не было вызова мамы в колледж за драку, а заодно за пропуски. Возвращались мы в тишине тем же путем, который преодолели пару минут назад, но уже не было никакого веселья в ее взгляде, а только нескрываемая ненависть и желание продолжить раунд. Мы расселились по местам, не проронив ни слова. Преподаватель сделал вид, что все в порядке, хотя мы обе выглядели потрепанными. Двадцать пар глаз обратили на нас внимание, но никто не решился спросить что случилось.

Вернувшись домой, я только могла думать о накопившейся злости. Хотелось крушить и бить все вокруг себя, но не сдержав обещание, данное Нику (да, он знал о моем соблазне причинить боль самой себе), взяла новое лезвие и заперлась в ванной. «Если сделаю пару порезов над подвздошными косточками, то под резинкой трусов их будет не заметно. Я же не собираюсь их снимать при ком-то в ближайшее время, не так ли?» - кивнув самой себе, по ноге уже играли наперегонки несколько красных струек, но не дав стечь им на пол, я намочила ватный диск обеззараживающим средством, собрала сочащуюся жидкость и залепила зияющие раны пластырем, пока на мгновенье из них перестала вытекать кровь. Нет больше злости и боли. Остался только стыд за несдержанное обещание, но его куда легче вынести, чем то, от чего пытаюсь убежать.

«Ты дома? Через сколько тебя ждать?» - телефон завибрировал на раковине.

«Уже собираюсь. Через 20 минут буду.» - приняв душ и наспех поправив макияж, я побежала к своему парню. Ничто меня больше не беспокоило: ни драка с Алисой, ни трехдневный голод, ни усталость от недосыпа, только намокший пластырь цеплялся за волоски, тем самым противно подергивал их. Сейчас я увижу его и буду самой счастливой.

Глава 24

- Хочешь поесть? – «все меня хотят накормить, это начинает определенно надоедать.»

- Не хочу, - резко, даже для самой себя, ответила я.

- Ладно, понял, зачем злиться то? – отвернулся чуть обиженный Ник и натянул наушники обратно, продолжая онлайн-игру. Я тем временем увлеченно знакомилась с печатной версией «Гарри Поттера». Фильмы были засмотрены до дыр, а обладателем всех книг Джоан Роулинг, по счастливой случайности, оказался мой молодой человек. Мир волшебства захлестнул меня с головой, а время за чтением шло неумолимо быстро.

- Останешься у меня? Тебе же завтра ко второй паре? – Ник присел рядом и поставил на столик кружку кофе для меня. Я даже не заметила, что он выходил из комнаты.

- Угу, ко второй. Но, наверное, вообще не поеду. Если я увижу Кравчик, то точно совершу убийство, - сделала я глоток терпкого напитка.

- Опять прогуливаешь? Сколько у тебя уже пропусков? – не замечая этого, Ник стал следить за моей успеваемостью с удвоенной силой после вступления в отношения.

- Месяц только начался. Счётчик обнулился, - подмигнув, я поставила кружку на место трясущимися руками и привалилась обратно на спинку дивана. Он укрыл мое продрогшее тело и заткнул углы покрывала со всех сторон, чтобы тепло не сбежало от открывшейся двери балкона. Ник чиркнул зажигалкой и закурил, отворяя побольше створку окна. Учуяв запах сигарет (голод обостряет обоняние в десятикратном размере), желание насладиться никотином накатило на меня, и я побрела к парню, наматывая покрывало в несколько слоев. Без лишних слов, он помог прикурить. Пальцы плохо слушались на холоде, что было даже тяжело прокрутить колесико зажигалки.

- Точно не хочешь перекусить? – жалость считывалась в голубых глазах.

- Я поела перед выходом к тебе, - ложь так и сквозила из моих слов. Вранье выматывало хлеще, чем физические нагрузки, поэтому с Ником я делала это больше по привычке, чем для ожидаемого эффекта. Бесед по питанию было бесчисленное множество, только толку никакого, а стучаться в закрытые двери устанет любой человек. Этот бой тоже был за мной, но результат не удовлетворял. Ник отвернулся и, о чем-то задумавшись, смотрел в темный лес напротив дома. Эта тишина угнетала. Не зная, как вывести человека на разговор, я решила действовать не словами. С осторожностью опустив свою ледяную ладонь на его руку, крепко сжала ее, заставляя обратить на себя внимание. Он полностью развернул туловище в мою сторону. Распахнув покрывало, я завлекла его в мрак темной ткани и, не теряя времени, нашла его губы. Поцелуи стали откровеннее и смущение уже так не сковывало, но трепет по всему телу проносился каждый раз при его прикосновениях. Руки блуждали по мужской футболке и желали пробраться под нее. Через мгновенье мечта воплотилась в явь. Тепло другого тела горячило мою остывшую кровь. Сплетенные языки разрывались только, чтобы их хозяева перевели дух и, набрав воздуха в легкие, слились обратно. Легкие поглаживания на моей спине плавно спускались ниже и ниже. Пройдя легким движением по резинке джинс, его руки оказались на железной пуговице, которая в следующее мгновение была расстёгнута.

- Пошли в комнату, ты замерзла, - отстраняясь от моего лица, прошептал Ник. Только кивнув головой, я последовала за ним. Красные щеки горели от смущения и желания продолжения. Моя неопытность считывалась в каждом движении и, чтобы разрядить напряжение, он сам усадил меня на свои бедра, и мы продолжили начатое на балконе. Пытаясь подавить смущение и отдаться страсти в полной мере, я не пресекала никаких его действий. Нежные руки аккуратно ласкали кожу, оставляя мурашки по пройденным местам. Я была готова ко всему, но, когда лямки лифчика перестали впиваться в мои плечи, потому что он был расстегнут, дернулась назад.

- Можем остановится, - тяжело дыша, сказал Ник, улавливая каждое движение моего тела.

- Нет, не останавливайся, - секунду поразмыслив, выпалила я.

Долго упрашивать не пришлось. В ту же минуту парень стянул с себя футболку, оголяя прекрасный торс. Следом понеслась моя одежда: теплая кофта, лонгслив, футболка и только теперь бюстгальтер. Придерживая большую грудь, которая вопреки законам человечества, не уменьшалась при похудении, я сама освободилась от впивающихся косточек. Не открывая глаз, я опустила руки и судорожно водила пальцами по его прессу, ожидая услышать слова ужаса от увиденных шрамов.

- Ты прекрасна, - он смотрел на всю меня и легкими движениями обводил каждый шрам на моих плечах. Он приблизился, и теплое дыхание обдало мои проступившие ключицы, а следом их покрывала дорожка поцелуев. Хотя комнату не озаряла основная люстра, но даже приглушенный свет торшера не давал расслабиться, поэтому мой взгляд периодически метался к нему. Заметив это, Ник пересадил меня на диван и двинулся к выключателю. Комнату озарял лишь холодный свет луны. Только после того, как погас свет, я поняла, к чему ведет вся эта атмосфера. Тело покрылось липким потом от волнения и желания. Страх приковал все тело к мягким подушкам, позволив высвободить мои ноги от облепляющей ткани штанов. Оставалась последняя преграда. Мужские пальцы скользнули по хлопковому материалу и потянули его вниз. Неприятная, но терпимая боль напомнила о моем несдержанном обещании. Пластырь отрывался вместе с трусиками. «Может порезы уже затянулись и не начнут кровить?» - пронеслось в голове. Незаметно я прислонила пальцы к ранам и промокающими движениями искала намек на жидкость, но почувствовала только образовавшуюся тонкую корочку. Отпустив страх за совершенное, я обхватила парня за шею и завлекла в страстный поцелуй, давая тем самым согласие на продолжение.

- Ты точно готова? – зарывшись в мои волосы, шептал Ник мне на ухо, пока что-то шуршало в его руках. Судорожно закивав, я закрыла глаза и приготовилась к боли. По рассказам все испытывают страдания в первый раз. Так оно и случилось. Жгучая резкая боль пронзила живот и спускалась ниже до самых пят. Крик пытался вырваться из моей груди, но мой рот накрыли губами, пытаясь отвлечь от разливающего огня. «Пожалуйста, прекрати это. Я больше не хочу! Больно, больно, больно!» - внутренний голос молил о прекращении, но произнести вслух эти слова я не решилась.

Оставленное на краю дивана полотенце дожидалось моей очереди для похода в душ. Свернувшись в клубок, я лежала под одеялом и ждала, когда перестанут трястись ноги. Нестерпимая боль прошла, осталось только противно тянущие ощущения.

- Путь чист, - Ник присел рядом и потянул одеяло вниз, разрушая мое убежище. Слеза скатилась по переносице, ее догоняла следующая. Опережая тревогу, которая сразу отобразилась на противоположном лице, я смахнула образовавшиеся капельки.

- Все нормально, правда. Ничего не говори, я сейчас приду в норму, - не дожидаясь ответа, я завернулась в полотенце, быстро, чтобы он не заметил свежих шрамов при свете, и убежала в душ. Слезы катились по щекам, теперь их можно было не сдерживать. Их причина была не в боли, а в образовавшейся пустоте в груди. Желание попасть домой овладело мной. Мне надо остаться одной.

По возвращении комната оказалась пуста. За занавесками маячил тлеющий огонек. Повторив ритуал перед выходом на балкон с покрывалом, я приоткрыла дверь и шмыгнула в освежающее пространство. Вся моя решимость съежилась при взгляде на парня, который сотворил со мной что-то непоправимое. Чувство отвращения и ненависти завладело мной. Легкое прикосновения к моей руке заставило отдернуть ее и спрятать под материалом.

- Мне тебя не трогать? – виновато интересовался Ник, а я его глаза искали мои для более близкого контакта.

- Что? Нет, нет. Просто холодно, - все же с ним тоже пришлось применять все навыки лжи.

- Пошли спать? – он понял, что на откровенные диалоги я не настроена.

- Да, пошли, - ткнув бычок в переполненную пепельницу, прошла в теплую комнату. «Я же хотела уйти, почему же тогда раздеваюсь и ложусь в так ненавистную мне теперь кровать?». Что-то держало меня, подавляя все мои настоящие желания. Накопившаяся эмоциональная усталость за день быстро закрыла мне глаза.

Глава 25

Я сбежала. Проснувшись в 6 утра, я больше не смогла закрыть глаза, а лежать рядом с этим человеком не было сил. Хотелось исчезнуть. Бесшумно одевшись, на листочке оставила сообщение, что уехала в колледж и помчалась домой. Подойдя к квартире, я уже чуяла запах свежеиспеченных пирожков. Желудок сжался в столь знакомой боли. Не создавая шума, прошмыгнула в комнату и стала собирать вещи. Резко образовавшаяся мать в дверях вызвала легкую тахикардию.

- Если домой не собираешься, хотя бы предупреждай.

- Хорошо, мам.

- Сколько у тебя пар сегодня?

- Три, - наугад сказала я и, запихнув измятый халат в рюкзак, ринулась на выход.

- Зайди в магазин после учебы, - мама протягивала деньги и сложенную бумажку со списком продуктов, - сдачу оставь себе. В планах у меня не было посещения пар, но и оставаться дома я тоже не могла. Четыре стены сводили меня с ума, а если и мама дома, то точно быть беде.

Никогда не придавала значения краскам, которые окружают нас. При воспоминаниях какой мир был пестрый до этого дня, лицо стало покрываться капельками из глаз. Станция за станцией проносились мимо. Менялись названия, выходящие люди из вагонов, здания вокруг, но цвет оставался тот же – серый. Мысли о смерти посещали меня после выписки из больницы, но еще никогда с такой силой. Образовавшаяся пустота внутри с каждой минутой становилась все больше и больше. Это была не боль, к которой я привыкла и знала, как заглушить. Дыра вместо сердца не могла чувствовать, она желала быть заполненной.

- Надо купить кофе, - пробормотала я себе под нос и наконец-то вышла из электрички. Свою обычную остановку пришлось пропустить, чтобы не нарваться на кого-то из знакомых. Бродить долго не пришлось. Рядом был большой торговый центр, в котором находилась куча точек питания. Когда сознание вновь вернулось ко мне, то вместе с ним накрыл и ужас происходящего. На столе передо мной был не только картонный стаканчик, а целый поднос фастфуда: несколько упаковок от булок, жирные картонки, в которых была картошка фри, опустошенные пачки из-под соусов… тяжесть в животе оповестила, что вся эта еда во мне, а я даже не помню, как делала заказ. В панике крутилась голова и искала уборную. Людей в помещение было не много, что шло мне на руку. Ворвавшись в самую крайнюю кабинку, закрыла ее на щеколду и, даже не убедившись, что кроме меня здесь никого нет, резко запихнула два пальца себе в глотку, оцарапав небо ногтями. Непереваренная еда большими кусками выходила обратно, моментами застревая в пищеводе. Нескольких минут хватило, чтобы освободиться от груза, состоящего из углеводов и жиров. Сплевывая последнюю густую с кровью слюну, вернулась пустота. Несколько часов я проходила по незнакомым улицам. Таящий снег разводил слякоть на тротуарах, из-за чего все кроссовки промокли, создавая невыносимые условия для моих конечностей.

Потратив такой выходкой все финансы, которые у меня были, пришлось включить телефон, чтобы написать Стефании и попросить у нее в долг. Гаджет не успел полностью загрузиться как его атаковали непрерывающиеся уведомления.

«Ты где?» - писали Стеф, Каролина, Мила и Ник. От последнего было побольше сообщений и пропущенные вызовы. Ответила я только одной, от которой мне требовалась услуга и опять выключила телефон, не желая больше ни перед кем оправдываться. Уже в магазине пришлось еще раз оживить устройство, чтобы проверить баланс карты. Непринятых звонков было еще больше, как и гневных сообщений.

- Мам, я все купила, - дала я оповещение на всю квартиру, чтобы пришли мне на помощь и забрали пакеты.

- Спасибо, дочь. Выглядишь совсем уставшей. Пошли, пообедаешь, - мама забрала пакеты и выдвинулась на кухню.

- Я только кофе попью, есть не буду, - ощущения были спутанные. Желудок физически был пуст, но успевшие впитаться жиры создавали чувство сытости.

- Немножко супчика не повредит, - у родителей странные понятия под словом «немножко». Перед моим носом поставили тарелку с еще кипящей жидкостью и там было не меньше пол литра. Несколько ломтей хлеба, нарезка колбасы и сыра, блины, два вида салатов. Как на скатерти-самобранке появлялась все новая и новая еда. Осилив только четверть супа и несколько ложек салата, я поблагодарила маму и пошла в комнату спать. Злой голос кричал, как обычно, на меня после приема пищи, но даже ему не было сил больше отвечать. Я хотела спать и заглушить оставшиеся чувства.

Глава 26

Наша потасовка с Алисой канула в лету. Как и обещал старшекурсник, никаких проблем не возникло. Что же с Ником? Тут ситуация не решилась, к сожалению, сама собой. Проснувшись в два ночи, с какой-то внутренней тревогой, я судорожно начала искать телефон. Чувства пришли в норму и мне так не хватало человеческого тепла. Телефон лежал рядом на тумбочке. Мама бережно разложила все мои вещи, а белый халат, выглаженный и выстиранный, висел на вешалке.

«Где ты?», «Почему ты не отвечаешь?», «Зачем ты выключила телефон?», «Напиши, что с тобой все в порядке, я же вижу, что ты была в сети!», «Ты издеваешься надо мной?», «Ответь мне, я переживаю», «Чёрт, просто напиши мне хоть что-то!» - сообщения всплывали одно за другим. Прочитав каждое, набрала всего лишь одно слово «Привет». В надежде, что ответ получу только завтра, стала читать смс от других.