Обсессия

«Если довести меня до инфаркта, у тебя почти получилось» – мысленно констатирует она.

– Да, – отвечает Ник, и сердце Рокси окончательно уходит куда-то в пятки. – Ты не могла бы подъехать в ресторан «Contessa» где-то через полчаса?

Рокси удерживает телефон плечом, незаметно щипая себя за левую руку. Боль ощущается даже через пиджак. Значит, ей это не мерещится. Чёртов Доминик Синклер назначает ей чёртову встречу в чёртовом ресторане… Айви с ума сойдёт, когда узнает!

Рокси шумно вдыхает, оглядываясь по сторонам.

– Я еду домой, мне придётся пересесть на другой автобус, – с досадой произносит она.

– Может быть, я вызову тебе такси? – предлагает Ник.

– Нет! – тут же восклицает Рокси, мотая головой. – Не нужно. Я приеду, как можно быстрее.

– Хорошо. Жду тебя.

Ник вешает трубку, а Рокси готова поклясться, внутри неё взрывается ядерная бомба.

***

«Contessa» встречает Рокси шумными голосами посетителей и ароматом томатной пасты, от которого рот сразу наполняется слюной.

Интерьер заведения выполнен в современно-итальянском стиле. Пол выложен яркой мозаичной плиткой, деревянные столики окружены стульями и диванчиками с мягкой обивкой. Стеклянная крыша и панорамные окна открывают прекрасный вид на городские высотки. Рокси разглядывает их, приоткрыв рот от восхищения, пока её не окликивает знакомый голос:

– Эй, Рокс!

Она поворачивается. Ник сидит на полукруглом диванчике в углу, жестом, приглашая её присоединиться. При виде него Рокси нервно сглатывает. Последний раз они встречались три недели назад, на свадьбе, и тогда она была уверена, что больше никогда не увидит бывшего возлюбленного, из-за которого пролила столько слёз, что едва не устроила озеро прямо у себя в комнате.

Однако Ник снова перед ней. В идеально отглаженной рубашке, тёмно-сером кашемировом жилете, который сочетается с его цветом глаз, и прилизанными волосами. Хочется немедленно запустить в них руки и растрепать, но Рокси лишь прикусывает губу, мысленно коря себя за столь неуместное желание.

Натянув приветливую улыбку, она решительно направляется к их столику – хотя ноги отчаянно сопротивляются – и отодвигает стул, обитый зелёным бархатом, занимая место напротив Ника. Садиться с ним рядом на диване кажется ей чертовски плохой идеей.

– Я рад, что ты пришла, – искренне произносит Ник.

– Ну разве я могла проигнорировать такое неожиданное приглашение? – с усмешкой отвечает Рокси. Хотя её смех больше походит на истерический.

Ник жестом подзывает официанта, и тот кладёт перед ними два меню. Рокси скользит взглядом по золотистым буквам на плотном картоне. От разнообразия выбора блюд во рту скапливается слюна. Но стоит ей увидеть цены, и голод тут же куда-то улетучивается.

«Паста по цене моих выходных джинсов… Интересно, какие у здешних официантов чаевые?».

Рокси отчаянно пытается найти подходящее блюдо, но даже обычная вода стоит дороже вина из супермаркета. Поэтому она лишь вздыхает, откладывая меню, и принимается выравнивать столовые приборы, лежащие по бокам от её пустой тарелки.

– Что-нибудь выбрала? – интересуется Ник.

Его вопрос кажется Рокси самым настоящим издевательством. Она бросает на него презрительный взгляд.

– Ты же знаешь, на тарелку местной пасты я могу закупиться вещами на целый сезон.

– А ты знаешь, что я никогда не позволю даме заплатить, – с улыбкой отвечает Ник, ставя Рокси в ещё более неловкое положение.

Щёки начинают предательски пылать, и она молит всех богов, чтобы её превращение в помидор осталось незамеченным.

Тем временем Ник снова подзывает официанта, озвучивая ему заказ.

– Две порции острого капеллини с лобстером и бутылка шабли «Вьей Вуа» от Домен Ларош, двадцать третьего года, – он переводит взгляд на Рокси. – Ты же не против алкоголя?

Она лишь сдержанно кивает. Обычно в обед Рокси предпочитала чай, но сейчас не отказалась бы даже от водки: возможно, она бы смогла снизить градус колючего напряжения, повисшего между ней и Ником.

Официант уходит, оставляя их наедине. Рокси прикусывает губу. Ситуация похожа на один из её снов, от которого не хотелось просыпаться. Но почему-то в реальности общество Ника приносило не только бабочек в животе, сопровождавших её на протяжении всего пути в ресторан, но и колючий холодок, цепями сковавший её позвоночник.

– Зачем ты позвал меня сюда? – Рокси старается звучать уверенно, но при мысли о возможных вариантах ответа голос начинает предательски дрожать.

– Хотел пообедать со старой подругой, – слегка наклонив голову вперёд, отвечает Ник.

– Мы не в тех отношениях, – подмечает она.

Дьявол на плече тут же нашёптывает тихое: «А жаль!». Но Рокси его игнорирует, выравниваясь, и смиряя Ника заинтересованным взглядом. Который отчаянно пытается опуститься на его пухлые губы.

– Ты права, – он усмехается, но в этой усмешке, кажется, мелькает едва различимое сожаление. – У меня есть предположение.

– Руки и сердца? – шутка срывается с языка быстрее, чем Рокси успевает её обдумать.

Лицо Ника вытягивается от удивления. К лицу прилипает жар, а желание провалиться сквозь землю плотно конкурирует с мольбой о похищении пришельцами. Дышать становится тяжелее. Рокси опускает взгляд на плитку, судорожно считая мозаичные квадратики и мечтая оказаться где угодно, только не здесь.

Однако в следующее мгновение Ник заливается тёплым смехом, чем резко понижает градус неловкости.

– Да, Рокс, – он с улыбкой качает головой, – мне не хватало твоих шуток.

«А мне тебя» – думает Рокси, тут же проклиная себя за эти мысли.

– А ещё твоей кропотливости и изящного ума, – звонко произносит Ника, слегка подаваясь вперёд. – Именно поэтому я тебя и позвал! Нужна твоя помощь.

– Хочешь, чтобы я подсказала, в каком порядке расставить баночки со специями в твоей новой квартире?

– Лучше, – его глаза загадочно блестят. – Хочу предложить тебе работу в «Sinclair Marine Group».

Рокси внимательно рассматривает его лицо, пытаясь найти в нём намёк на веселье. Но Ник, как назло остаётся непроницаемо серьёзным. Его выдержка заставляет Рокси усмехнуться.

– Это шутка?

– Нет, – Ник мотает головой.

Рокси изо всех сил надеется, что он не выдержит и рассмеётся. Но этого не происходит. Ситуация набирает пугающий оборот.

– Но «SMG» принадлежит твоему отцу! – напоминает Рокси, судорожно сжимая пальцами пиджак. – Он… Он скорее поставит бассейн с акулами в яхт-клубе, чем примет меня на работу.

– Мой отец – тот ещё сноб, но он не идиот, Рокс, – мягко произносит Ник. – Я прочитал твоё резюме.

– Ты… Что?!

Сердце делает кульбит. Рокси пошатывается, едва не падая со стула.

Чёрт возьми, это невозможно! Доминик Синклер читал её резюме, написанное под руководством податой Айви!

Во рту стремительно пересыхает. Словно по волшебству – или по тонкому знаку Ника, которого она не заметила, – рядом появляется официант. Рокси завороженно наблюдает, как тот бесшумно открывает бутылку шабли «Вьей Вуа». Бледно-золотистая струйка медленно наполняет её изящный бокал из тонкого стекла примерно на четверть, а потом официант с той же лёгкостью перемещает горлышко бутылки к бокалу Ника.

Рокси делает жадный глоток, будто это не вино, а жизненно необходимое лекарство. Язык обжигает кислинка, почти напоминающая лимонную. Она слегка морщится. Но это только начало. Вино медленно растекается по языку, вымывая все вкусы и оставляя после себя лишь лёгкое минеральное послевкусие и удивительную свежесть, как будто Рокси прополоскала рот мятным ополаскивателем.

– Нравится? – с улыбкой спрашивает Ник, осторожно крутя в руках бокал и вдыхая тонкий аромат вина.

– Неплохо, – отвечает Рокси. – Для бокала за тридцать баксов.

Ник усмехается. По телу растекается приятное тепло, будто её уже опьянил дорогущий алкоголь. Но гладя на Ника, Рокси на сто процентов уверена: дело тут вовсе не в вине.

– В нашей компании открылась новая программа для студентов. Что-то между стажировкой и подработкой, – сообщает Ник, заставляя резко вспомнить, что секунду назад они говорили о работе. – Ты – идеальная кандидатка на это место!

– При всём уважении, Ник, – с неловкой улыбкой произносит Рокси, нервно крутя ножку бокала, – ты глубоко ошибаешься.

– Хочешь сказать, оценки в твоём дипломе были завышены?

– Это обычные результаты среднестатистического студента-хорошиста.

– И писала его не ты?

– Я. Но он посвящён развитию маленькой косметической фирмы, а не крупнейшего в Бостоне яхт-клуба!

– И тебе не нужна работа?

– Нужна! Но Ник, – голос Рокси почти срывается на отчаянный крик, – я ни черта не смыслю в вашем бизнесе. Это будет полнейшая катастрофа!

Ник лишь пожимает плечами. Рокси обессиленно откидывается на спинку стула. Но ненадолго. Рядом с их столом появляются два официанта. Один ставит перед Ником тарелку, где идеально уложенные капеллини обвиты ярко-оранжевым соусом, усеянным кусочками нежно-розового лобстера. Второй синхронно опускает перед Рокси точно такую же, зеркальную тарелку. От неё тянется пряный, дразнящий аромат – чеснок, перец чили, что-то морское и, очевидно, безумно дорогое. Рокси невольно сглатывает слюну, и её желудок, забывший о еде с утра, предательски урчит.

– Попробуй, – с улыбкой просит Ник, указывая вилкой на её блюдо.

Рокси сдаётся, вновь придвигаясь к столу. Капеллини скатываются с её вилки при любой попытке их на неё намотать. Рокси прикусывает губу, медленно считая до десяти. Обычно это помогает ей успокоиться даже в самых стрессовых ситуациях. Но есть это дурацкое блюдо в присутствии Ника – больше, чем просто стрессовая ситуация. Это настоящая пытка.

Наконец, намотав пасту на вилку – не так изящно, как это сделал Ник, – Рокси отправляет её себе в рот. По языку растекается тёплая острота, которая тут же перерастает в настоящий пожар.

«Слишком много соуса!» – с ужасом понимает Рокси, хватая со стола бокал, чтобы запить блюдо вином.

Его мятное послевкусие быстро нейтрализует остроту. Рокси наматывает на вилку вторую порцию пасты уже с меньшим количеством соуса и отправляет её в рот, облизнув горящие губы.

– Вот видишь, – с усмешкой произносит Ник, – ты быстро учишься!

Паста едва не встаёт поперёк горла. Рокси замирает, стараясь быстро её проглотить, и делает жадный глоток вина.

Ты быстро учишься!

Эта фраза… В их далёком прошлом Ник произносил её дважды. Впервые когда наконец смог объяснить Рокси задачку по физике, из-за которой её едва не завалила преподавательница. А второй раз…

Ох, чёрт!

Перед глазами предстаёт образ Ника с взъерошенными волосами и тёмными, почти чёрными глазами, на которого Рокси смотрела, стоя перед ним на коленях.

Ты быстро учишься…

В тот вечер он научил доводить себя до исступления ещё одним способом.

Сердце начинает биться чаще. Рокси бросает взгляд на Ника, и, судя по расширенным зрачкам, он тоже думает про тот вечер.

– Глубже, Рокс…

Его низкий голос в голове заглушает все остальные звуки. Рокси рвано вздыхает. К чёрту дорогое вино, острый каппеллини и разговоры о работе. Больше всего на свете она бы хотела смахнуть всю посуду со стола, приблизиться к Нику и, словно голодная пираньи, влиться в его пухлые губы, по которым он проводит языком, слизывая остатки соуса и будто самостоятельно принуждая Рокси к действию.

Сейчас или никогда.

Она набирает в грудь побольше воздуха. Но в этот момент сзади раздаётся звонкий, как звук битого стекла, голос:

– Никки, дорогой!

Рокси и Ник синхронно оборачиваются. Перед ними стоит Кейденс и кокетливо машет рукой своему мужу в знак приветствия. Она одета в лёгкое платье до колена цвета шампань, её волосы крупными волнами спадают на левое плечо, а руки завешаны большими пакетами с логотипами известных брендов.

Кейденс подходит к Нику, громко стуча каблуками бежевых туфель с красной подошвой, и оставляет нежный поцелуй на его губах. Глядя на это, Рокси чувствует, как к горлу подступает тошнота, а грудную клетку сдавливает, будто её затянули в тугой корсет.

Ощущение усиливается, когда Кейденс садится рядом с Ником, по-собственнически обвивая руками его шею, и наконец замечает Рокси.

– Ты – та самая подруга Ника, которую он хочет взять в «SMG»? – она поворачивается к Доминику, смиряя его вопросительным взглядом. – Ты уже говорил с ней?

Ник кивает, а у Рокси болезненно сводит желудок от того, как он смотрит на Кейденс. Будто она – самое прекрасное создание, живущее на этой планете.

«Неудивительно: она – его жена» – напоминает себе Рокси, заедая горечь обиды острым капеллини.

– Да, – отвечает Ник. – Мы поговорили.

– И-и-и? – Кейденс переводит взгляд на Рокси. – Ты согласилась?

Рокси отрицательно мотает головой, понятия не имея, какое ей до этого дела.

– Это очень щедрое предложение, но я сомневаюсь, что мистер Синклер согласится взять меня к себе, – честно отвечает Рокси.

Кейденс раздражённо фыркает.

– Отец моего мужа – тот ещё кретин! – она поворачивается к Нику, бесцеремонно забирая его бокал и делая глоток вина. – Прости, Никки, но это правда. Помнишь, что он спросил, когда узнал, сколько я зарабатываю на своём блоге?

– Кто был твоим спонсором, – с виноватым вздохом произносит Ник.

Кейденс смотрит на Рокси, всем своим видом крича: «Вот видишь!», пока у неё начинает кружиться голова от этой внезапной информации. Разве Винсент не был в восторге от своей невестки? Разве не кричал во всех интервью, что рад видеть рядом с сыном такую целеустремлённую красавицу, как Кейденс?

Рокси трёт виски, пытаясь переварить услышанное.

– Хочешь дам совет? – Кейденс слегка подаётся вперёд, заглядывая прямо в глаза. – Не отказывайся от должности, если вся проблема лишь в предвзятом, самовлюблённом снобе. У «SMG» великое будущее, но ему нужна молодая кровь. Мы, – она обводит рукой себя, Рокси и Ника, – справимся гораздо лучше, чем престарелый совет директоров, который отклонил предложение прошлого маркетолога. А его идея сдать яхту для концерта молодой поп-звезды была прекрасна!

Речь Кейденс волшебным образом вселяет в Рокси давно забытое чувство: уверенность.

Если даже ей не удалось наладить отношения с высокомерным свёкром, должно ли Рокси пугать его неодобрение? Да, она хотела рекламировать косметические товары, но Ник прав: она быстро учится. А работа в «SMG» подарит ей не только ценный опыт, но и оклад, который точно не сможет предложить ни одна фирма с сайта поиска работы.

Поэтому, немного поразмыслить, Рокси берёт бокал и произносит:

– Передай моё резюме эйч-ар отделу. Хочу в следующий раз самостоятельно оплатить свой счёт в ресторане.

Кейденс радостно хлопает в ладоши, едва не перелезая через стол, чтобы задушить Рокси в своих объятиях.

– Ты сделала правильный выбор, подруга! – с уверенностью заявляет она, доставая из сумки телефон. – Какой у тебя ник в инстаграме?1[1] Я просто обязана на тебя подписаться!

Рокси берёт свой телефон, чтобы обменяться контактами с Кейденс. Происходящее кажется полным безумием, но бушующий адреналин в крови не даёт ей это обдумать, призывая немедленно действовать.

– Готово! – с радостью произносит Кейденс, нажимая кнопку подписки.

Рокси поднимает взгляд на Ника. На его лице читается гордость, а в глазах – неприкрытая нежность.

И смотрит он не на Кейденс. А на неё!

Рокси нервно сглатывает, понимая, что вместе с трудовым договором подпишет себе смертный приговор.

Глава 4

– Боже, Рокси, ты хотя бы понимаешь, насколько это хреновая идея?! – раздражённый вопль Айви из трубки едва не разрывает барабанные перепонки.

Рокси лишь громко вздыхает, отчего волнистая прядь смахивается со лба. Крутится перед большим зеркалом, чтобы убедиться, что пиджак сидит на ней нормально – на то, чтобы его отгладить, у неё ушёл целый час! – и наконец ровным тоном произносит:

– Помнится, ты была готова работать в стрип-клубе, лишь бы оплатить аренду квартиры. Чем место стажёра в маркетинговом отделе хуже тряски бёдрами перед престарелыми извращенцами?

– Тем, что на это место меня не вербовал бывший! – продолжает сокрушаться Айви. – Боже, просто признайся, тебе реально хочется работать рядом с Ником в компании его отца после всего, что между вами было?

Рокси бросает взгляд на своё отражение. Оно молчит, но в зелёных глазах красным по белому читается: «Нет! Ни за что!». Но стоит ей вспомнить про недавний разговор с матерью, и все внутренние протесты останавливаются, уступая место простой, но такой болезненной истине: у неё просто нет выбора.

Если бы она отклонила предложение Ника, все накопления пришлось бы спустить на перевозку вещей в родительский дом на окраине Бостона. А такого унижения она бы не выдержала.

– В последний раз, когда я была дома, мама пригласила пастора церкви, чтобы тот изгнал из моей комнаты демона, потому что я не выходила из неё неделю, – грудь режет неприятное чувство стыда. Рокси поднимает взгляд на потолок, будто прося несуществующее божество дать ей сил. – Он случайно рассыпал мои фломастеры, которые были рассортированы по цветам в радужном порядке, и у меня случился нервный срыв… Думаешь, это лучше, чем работать на грёбаного Винсента Синклера?

Вопрос риторический. Какими бы не были родители Ника, их действия никогда не задевали Рокси сильнее, чем то, как порой поступала её собственная мать.

Кажется, Айви тоже это понимает. Потому что из трубки раздаётся глубокий вздох, а потом она уже более спокойно произносит:

– Просто пообещай мне, что не дашь себя в обиду.

Её забота отзывается в Рокси судорожным вздохом. Будто она пытается сдержать слёзы.

– Разумеется. В конце концов, муж моей подруги – полицейский, и если со мной что-то случится, виновнику придётся несладко.

Айви лишь усмехается. Трогательный момент нарушает грохот и детский визг.

– Райден, я же сказала, не бросать мяч в квартире! – из заботливой сестры, чью роль она частенько играет для Рокси, Айви в одно мгновение превращается в суровую мать. – Всё, у нас ЧП! Ни пуха!

Она вешает трубку. Без её болтовни Рокси остаётся в тишине. Она наносит на лицо тональный крем, чтобы хоть немного замаскировать акне. Такой ритуал она делает крайне редко, по совету дерматолога давая коже дышать, но сегодня… Сегодня ей нужна броня из иллюзии идеальности, чтобы выстоять перед Винсентом.

Закончив с остальным макияжем, Рокси хватает с дивана сумку и окидывает взглядом квартиру. Она представляет собой помещение с высокими потолками, белыми стенами и дешёвым паркетом. Посередине небольшой гостиной стоит белый диван из бюджетной коллекции Икеи, у стены – телевизор на тумбе из этой же линейки. По бокам располагаются два книжных стеллажа с аккуратно расставленными книгами. При взгляде на них Рокси невольно улыбается. Всю мебель в квартире помог выбрать и собрать её отец. Возможно, поэтому это место – единственное во всём мире, где она может почувствовать себя в безопасности.

«Надеюсь, ты держишь за меня кулачки, папа» – думает Рокси, прежде чем выйти из квартиры, закрыть дверь и направиться к метро.

Дорога до офиса «SMG», к её счастью, не занимает много времени. Зато доехав до нужного адреса, Рокси чувствует, будто попала в другой мир. Малоэтажные кирпичные дома сменяются зеркальными высотками. Студенты в худи – работниками в деловых костюмах.

Рокси замирает перед парадной дверью в здание, на котором висит логотип «SMG». Сердце выстукивает чечётку. Вот он, момент, который разделит её жизнь на «до» и «после». Воспоминания о Синклерах лёгким сопротивлением отзываются в груди. Но Рокси его игнорирует: слишком многое стоит на кону, чтобы поддаться этому детскому импульсу.

Поэтому, сделав глубокий вдох, она проходит через стеклянные раздвижные двери и оказывается в просторном холле с ресепшеном.

В нос ударяет аромат кофе и дорогого парфюма – наверное, так пахнут ароматизаторы, расставленные на свободных поверхностях. На кожаных диванчиках сидят мужчины и женщины в офисных костюмах приглушённых тонов. При взгляде на них, Рокси невольно одёргивает рукава своего розового пиджака. Наверняка она выглядит в нём нелепо. И многочисленные взгляды, направленные в её сторону, лишь подтверждают эту догадку.

Натянув улыбку, чтобы замаскировать растущее чувство неловкости, Рокси подходит к ресепшену, за которым стоит девушка лет тридцати в белой рубашке. «Клара» – гласит надпись на её бейджике.

– Здравствуйте, у меня назначена встреча, – сообщает Рокси.

– Ваша фамилия? – спрашивает девушка, не отрывая взгляда от экрана компьютера.

– Уоллес. Роксана Уоллес.

Голос предательски дрожит, за что Рокси мысленно отвешивает себе подзатыльник.

Клара стучит пальцами с аккуратным маникюром по клавиатуре, кликает мышкой и мотает головой.

– Простите, но на ваше имя не назначено никаких встреч.

– Но как же так?..

Сердце Рокси опускается в пятки. Неужели она перепутала дату? Достав из кармана телефон, она перечитывает сообщение Ника. Пятнадцатое сентября, всё правильно! А если собеседование перенесли, и Ник ей забыл сообщить? Или, ещё хуже, Винсент отклонил её кандидатуру, как только прочитал имя в резюме?

Тревога комом заполняет горло, перекрывая кислород. Рокси закрывает глаза. Что там советовала её терапевт в таких случаях?

«Просто считай» – шепчет внутренний голос.

Рокси начинает традиционный счёт до десяти, сопровождая каждое число постукиванием пальцев по экрану смартфона.

Один, два…

Произошла какая-то ошибка.

Три, четыре…

Ник точно не мог так с ней поступить.

Пять, шесть…

Она позвонит ему, и всё разрешится.

Семь, восемь…

– Отчёт должен быть у меня на столе через час!

Знакомый голос заставляет Рокси ощутить ликование и панику одновременно.

Она поворачивается. В холл заходит Винсент, недовольно разговаривая по телефону, и твёрдой походкой направляется к ресепшену, будто сейчас его перевернёт. Слева от него идёт Ник, что-то усердно печатая и едва поспевая за отцом. Они одеты в почти одинаковые тёмно-серые костюмы с галстуками в цвет, но Рокси про себя отмечает, что на Нике костюм смотрится гораздо лучше.

«Безнадёжная дурочка» – констатирует внутренний голос, и Рокси виновато прикусывает губу.

– Клара, дорогая, пришли мне список сегодняшних посетителей, – требует Винсент, подойдя к ресепшену.

Ник, наконец-то допечатав своё сообщение, поднимает голову, встречаясь взглядом с Рокси.

– О, привет, рад тебя видеть! – его тон вызывает приятные мурашки, бегущие по всему телу.

Но они мгновенно сменяются острым холодком, когда Рокси замечает Винсент. Его лицо искажает плохо различимая эмоция, которую он тут же прячет за маской отстранённости, обращаясь к сыну:

– Я думал, мы с тобой уладили этот вопрос.

– А я думал, твой новый работник нуждается в помощи, – парирует Ник.

Винсент поджимает губы, изо всех сил пытаясь скрыть своё искреннее раздражение. Но у него не получается: Рокси ощущает его даже на расстоянии.

– Ты прав, – наконец произносит он, вдруг поворачиваясь к Рокси. – Мисс Уоллес, пройдёмте за мной.

Его слова вызывают смесь облегчения и одновременно нарастающей тревоги. Ник одаривает Рокси сочувствующим взглядом, словно говоря: «Прости, это мой отец», и они втроём заходят в лифт. Слава богам, в нём достаточно просторно: если бы дистанция между ней и Синклерами была меньше, Рокси бы не выдержала этих нескольких секунд ада в виде презрительного молчания Винсента и неловких переглядок с Ником.

На нужном этаже располагается несколько просторных офисов, разделённых длинным коридором. Друг от друга помещения отделяются тонкими стеклянными стенами, демонстрируя «политику открытости», которой придерживается «SMG». И лишь один из офисов закрыт рулонными шторами.

Винсент проводит ключ-картой по замку, когда к нему подбегает низенькая девушка в очках.

– Мистер Синклер, мистер Ларсон просил передать…

Она замолкает, когда Винсент выставляет перед ней ладонь.

– Не сейчас, Дарла: зайди ко мне через час, – он поворачивается к Рокси и Нику, жестом приказывая пройти.

Его кабинет расположен на углу здания, благодаря чему из панорамных окон открывается прекрасный вид на богатый район Бостона. Взгляд Рокси скользит от книжного стеллажа, на котором аккуратно расставлены книги в дорогих изданиях, до массивного деревянного стола, стоящего по диагонали между окнами. На нём расположен лишь компьютер, маятник Ньютона и тонкая папка с документами.

Рокси невольно вздыхает. Такой идеальный порядок в кабинете даже у неё вызывает лёгкое напряжение.

Винсент опускается в кожаное кресло, приглашая Рокси подойти ближе. Она бросает взгляд на Ника. Он загадочно подмигивает и садится на небольшой двухместный диван. Мысль, что он рядом, приятно согревает сердце, и Рокси расправляет плечи, готовясь к диалогу с тем, кто одним своим взглядом заставляет всё внутри сжаться в болезненный ком.