Обсессия

Акне появилось у Рокси в пятнадцать лет. Сколько бы она ни уговаривала маму сводить её к косметологу, та отмахивалась, аргументируя, что люди должны смотреть на душу, а не на лицо. Но её слова лишь всё усугубляли. Ведь душа Рокси уже была насквозь пропитана тьмой, которая была последствием навязчивых идей, едва не сводивших с ума.

Телефон в сумке начинает вибрировать. Рокси достаёт его и грустно вздыхает при виде именно контакта «Мама». Легка на помине!

– Ответишь? – интересуется Айви.

Рокси мотает головой, переворачивая телефон экраном вниз.

– Наверняка ей интересно, как прошла свадьба. А ещё, из какой больницы меня нужно забирать.

– Ты преувеличиваешь.

Эти слова словно проходят по черепной коробке, неприятно царапает её изнутри. С губ срывается нервный смешок.

– Нет, – Рокси мотает головой. – Ты просто не знаешь мою маму.

Айви лишь пожимает плечами, продолжая потягивать коктейль. А когда допивает всё до дна, жестом просит бармена обновить их бокалы. В любой другой день Рокси бы её остановила, но сегодня ей жизненно необходимо заглушить внутренний голос, который, словно заезженная пластинка, без конца напоминает, что сердце Ника теперь навсегда занято другой, а ей до конца жизни суждено резаться об острые осколки своего.

И пускай это даже в её голове звучит чересчур драматично, Рокси уверена: эта чёртова свадьба – начало её личного апокалипсиса. И она не в состоянии даже придумать, как его пережить.

Бармен изящным движением ставит перед Айви бокал «Космополитена», ловя её игривый взгляд, и принимается за напиток Рокси.

– Вкусные коктейли, милые бармены, прекрасная музыка… – блаженно произносит Айви. – Этот вечер просто не может стать лучше!

Рокси охотно соглашается. Перед ней появляется бокал с трубочкой, к которому она тут же тянется, но замирает, когда на барную стойку падает чья-то длинная тень. Рокси резко разворачивается, видя перед собой светловолосого незнакомца, который тут же хватает её бокал с пуншем.

– Премного благодарен! – парень салютует бармену, делая большой глоток.

Челюсть Рокси медленно тянется к полу. С ней всё в порядке? Ей точно это не кажется? Она переводит взгляд на Айви, карие глаза которой расширяются от шока, понимая: нет, не кажется. Какой-то нахал только что украл её коктейль. Прямо под её носом. И судя по блаженной улыбке на его лице, угрызения совести ему не светят.

– Эй! – восклицает Рокси, придя в себя от ступора. – Это мой пунш!

– Правда? Извини, – он протягивает ей бокал. – Будешь?

Рокси пристальным взглядом смотрит на красную трубочку, застывшую в пяти сантиметрах от её рта, а затем переводит его на незнакомца. Его лицо расплывается в хмельной улыбке.

– Ты… спятил?

Риторический вопрос.

– Что-то не так? – парень склоняет голову вбок, одаряя её по-детски невинной улыбкой, отчего ещё больше начинает действовать на нервы.

– Да! – возмущённо восклицает Рокси. – Ты пускал слюни в этот бокал, а теперь предлагаешь его мне! А вдруг у тебя вирус Эпштейн-Барра? Или ЦМВ1? Или герпес?

– Насчёт последнего можешь не волноваться: я использую защиту.

Он кокетливо подмигивает, разжигая внутри Рокси целую бурю негодования.

– Знаешь, обычно парни покупают девушкам коктейли, а не воруют их, придурок! – в их перепалку вмешивается Айви.

– Боже, и чего вы такие душные? – незнакомец театрально закатывает глаза, а затем достаёт из кошелька несколько купюр, бросая их на барную стойку. – Коктейли дамам за мой счёт. А то они слишком напряжены.

Айви лишь раздражённо фыркает. Но Рокси этого мало. Её личное пространство было самым наглым образом нарушено – с таким же успехом этот парень мог бы въехать в бар на машине, разрушив одну из его стен.

Неужели он и правда думает, что дело лишь в чёртовом коктейле? Неужели считает, что покупка нового исправит ситуацию?

Ха! С таким же успехом можно было закрывать дыру в стене тонкими шторами.

– Что с тобой не так? – шипит Рокси.

– Не угадал с коктейлем? Могу заказать другой, детка, мне…

– Не называй меня так, кретин!

– Ты только что сделала кучу ошибок в слове «Даниэль», – беззаботно улыбается парень. – Это, кстати, моё имя.

Он протягивает ладонь для рукопожатия, но Рокси демонстративно скрещивает руки на груди. При взгляде на Даниэля, который выжидающе смотрит на неё своими синими глазами, в груди тупой болью отдаёт дьявольское чувство дежавю. Ведь сегодняшняя встреча с Ником на свадьбе начиналась точно так же.

Но Рокси тут же мотает головой, отгоняя эти мысли, словно рой назойливых комаров, и отворачивается от нового знакомого, так и не приняв его жест перемирия.

– Нет? Ну и ладно, – судя по тону голоса, его совершенно это не задело.

Рокси раздражённо фыркает. В голове крутится целая куча слов, которые она в других обстоятельствах не раздумывая лавиной вылила бы на Даниэля. Но увы: внутренние рамки в очередной раз срабатывают против неё. Поэтому Рокси отворачивается, делая вид, что наблюдает за трюками бармена, который смешивает её коктейль.

Когда бокал с трубочкой оказывается перед Рокси, в сумке Айви раздаётся громкая вибрация: она выключила звук телефона, но звонок всё равно можно было бы услышать даже на другом конце бара.

Айви лениво подносит его к уху, произносит ленивое: «Алло», и её лицо тут же искажает гримаса ужаса.

– Меня нет дома всего день, откуда у него взялась температура? – она страдальчески вздыхает. – Ладно! Буду через полчаса.

Айви бросает виноватый взгляд на Рокси.

– Что-то случилось?

– У Роуэна поднялась температура. А так как жаропонижающее – не террорист и даже не вор, Джозеф никак не может его найти, – с её губ срывается разочарованный вздох. – Мне нужно ехать. Ты со мной?

Рокси переводит взгляд на свой напиток, потом на Даниэля, который – чёрт бы его побрал! – всё ещё ошивается рядом с ними, а затем возвращает его к Айви.

– Езжай, Айвз. Я доберусь сама.

– Ты уверена? – уточняет Айви, попутно расплачиваясь с барменом за свой коктейль. – Я буду волноваться, если с тобой…

– Не волнуйся, детка, я не дам твоей подруге напиться в дрова! – с уверенностью заявляет Даниэль.

Айви полминуты сверлит его недоверчивым взглядом, а затем открывает заметки и протягивает ему свой телефон.

– Запиши сюда своё полное имя, телефон, адрес и ник в соцсетях.

– Воу, – присвистывает Даниэль. – А не многовато ли данных?

– Мой муж – полицейский. И если ты что-то сделаешь с моей подругой, он должен знать, где тебя искать, – с улыбкой отвечает Айви. – А ты, Рокс, включи геолокацию. И напиши, когда будешь дома.

Рокси кивает. Опека Айви невольно напоминает ей о матери, чьи поступки и желание сделать как лучше всё детство душил её, как самый ненавистный зимний шарф. Но Рокси напоминает себе, что это лишь мера предосторожности. Айви заботилась бы о ней точно также, даже не будь у неё треклятого ОКР. Ведь мир, к огромному сожалению, всё ещё полон опасностей. Особенно для молодых девушек. И в этом случае даже акне не способно от них спасти.

Даниэль послушно заполняет заметки, возвращая телефон Айви. Она одобрительно кивает, прощается с Рокси, приобнимая её, и пулей выбегает из бара, оставляя за собой лишь шлейф фиалковых духов.

– Теперь, когда мы остались одни, может расскажешь, чьи похороны вы сегодня отмечали? – с широкой улыбкой спрашивает Даниэль.

Рокси лишь закатывает глаза, предпочитая пить пунш в одиночестве, без его глупых вопросов. Но Даниэль не сдается, опускаясь на стул рядом.

– Ты ведь не отстанешь, правда? – догадывается Рокси.

– Не-а.

– Прискорбно.

– Да ладно тебе, – усмехается Даниэль. – Люди приходят в бар с тремя целями: кого-то подцепить, напиться или выговориться.

– И что, по-твоему, здесь делаю я? – спрашивает Рокси, демонстративно попивая пунш.

– Ну-у-у, – Даниэль лениво чешет затылок. – Ты отшиваешь все мои подкаты, поэтому точно не первое. Вы в баре уже пару часов, а ты только недавно перешла на пунш, так что второй вариант тоже отмечаем. Остаётся третий. Тебе необходим собеседник, потому что день был полным дерьмо. Я угадал?

Рокси ничего не отвечает. Но этого и не нужно: лицо её непрошенного собеседника и так сияет от победной улыбки, будто он только что выиграл в викторине миллион долларов.

Она устало вздыхает, подпирая голову рукой и зарываясь в своих волнистых волосах.

– Тебе-то какое дело?

– Никакого, – мотает головой Даниэль. – Но видишь того парня?

Он указывает на молодого латиноамериканца в расстегнутой гавайской рубашке, который один за другим выпивает готы в компании двух девушек.

– Это мой друг Гэвин. Два года проработал в фирме одного занудного толстосума, а несколько дней назад его оттуда выкинули.

– Сочувствую ему, – с сожалением произносит Рокси, аккуратно помешивая пунш трубочкой.

– Не стоит, – отмахивается Даниэль. – В качестве мести он помог пройти собеседование на своё место тому, кто палец о палец не ударит, если это не принесёт ему серьёзной выгоды, – он вальяжно задирает подбородок. – Так что поздравь: теперь его бывший начальник будет иметь дело с самым несносным работников во всём Массачусетсе! Должность вчера стала моей!

– Ого, это сильно, – Рокси одобрительно кивает, хотя внутри всё кипит от раздирающих её вопросов.

А честно ли поступают парни? А вдруг халатность Даниэля разрушит всю фирму? А если…

Она делает глоток Ромового пунша, который, словно цепь, связывает эти мысли, пока Рокси бросает их в воображаемый подвал, из которого они не выберутся до конца вечера.

А если попытаемся, она непременно даст им отпор.

– Что насчёт тебя? – меняет тему Даниэль. – Я так и не узнал, на чьих похоронах вы с подругой сегодня побывали.

Кажется, пунш наконец-то начинает действовать. Потому что Рокси позволяет себе усмехнуться.

– На похоронах моих пустых надежд, – отвечает она.

– Как интересно… – задумчиво произносит Даниэль, потирая подбородок. – Но нихрена не понятно. Мне нужны подробности!

Рокси окидывает его недоверчивым взглядом. Небрежная причёска с выбритым затылком, серьга в левом ухе и цветастая футболка, которую будто специально смяли, прежде чем надеть. Образ довершает озорной огонёк в ярко-синих глазах, который как бы намекает: доверять этому парню – чертовски плохая идея.

Но заявиться на свадьбу к Нику было ещё более бредовым решением? Так чего ей терять? Хуже уже точно не станет!

Этот лозунг в сочетании с пуншем придаёт Рокси уверенность, и рот открывается сам:

– Мой бывший, к которому я так и не смогла остыть, сегодня женился на сексапильной модели, – выпаливает она, запивая слова коктейлем.

– Ауч, это обидно, – морщится Даниэль. – Лучше бы это реально были похороны.

Рокси смеётся, уже не скрывая того, что его шутки её веселят.

– Он придурок, раз…

– Нет, – она мотает головой. – Он всё сделал правильно. С той девушкой ему будет в тысячу раз лучше, чем со мной. Так что я даже не могу его осуждать. Это был удачный выбор.

– Не говори так, – с горькой улыбкой произносит Даниэль. – Пусть мы знакомы от силы минут двадцать, ты далеко не заурядная девчонка.

– Ага, – соглашается Рокси.

Вряд ли боязнь, что хлопья кончатся быстрее орехов и будут не ровно стоять в контейнерах, можно причислить к заурядности.

– В таком случае, предлагаю тост, – Даниэль поднимает свой бокал. – За твоего слепого бывшего, который потерял бриллиант, и за моего нового босса, по глупости доверившего мне работу над новым проектом!

Звон стекла придаёт его речи особую торжественность. Рокси улыбается. Снова. Пускай этот парень и ведёт себя, как полный придурок, без него этот день закончился бы так же паршиво, как и начался.

Завтра они забудут про этот разговор и больше никогда не встретятся. И это будет к лучшему.

Примечания

1

«Part of Your World» (в русскоязычном дубляже «Весь этот мир») – это знаменитая песня из мультфильма студии Disney «Русалочка» 1989 года. Её написали композитор Алан Менкен и поэт-песенник Говард Эшман. Песню исполнила актриса и певица Джоди Бенсон, озвучившая главную героиню Ариэль.

1

Цитомегаловирус (ЦМВ) относится к герпесвирусам человека 5-го типа и является одним из самых распространенных вирусов. После попадания в организм он остается там на всю жизнь, чаще всего в латентной форме. Однако при снижении иммунитета вирус может активизироваться, вызывая цитомегаловирусную инфекцию (ЦМВИ). Эта инфекция может протекать бессимптомно, подобно обычной простуде, или приводить к серьезным поражениям внутренних органов, особенно у людей с ВИЧ или после трансплантации.