Обсессия

Айви: Если Синклеры обратятся в полицию из-за убийства сына, Джозеф скажет, что это был несчастный случай.

С губ Рокси впервые за день срывается смешок. Она отправляет в ответ сердечко, сталкиваясь со взглядом матери в зеркале заднего вида.

— Что-то смешное?

— Нет, — мотает головой Рокси.

— Вот и правильно, — вздыхает Аманда. — Потому что волновать родителей — вообще не смешно! Я права, Гектор?

Отец ничего не отвечает. И Рокси благодарна, что до дома они доезжают в полной тишине.

Квартира встречает её неразобранными вещами родителей и не до конца выветрившимся ароматом панкейков. Рокси поднимает руки вверх, вытягивая спину. После поездки на машине тело жалобно ноет.

Она направляется в спальню, чтобы переодеться, когда слышит внезапный вопрос матери:

— Ты уже связалась с арендодателем?

— Зачем? — Рокси резко останавливается.

По позвоночнику пробегает холодок. Не к добру.

— Ну как же? — рассуждает Аманда. — Нужно выставить объявление о поиске новых жильцов, ведь ты возвращаешься с нами!

Рокси бросает недоумённый взгляд на отца. Судя по растерянности на его лице, он не был в курсе безумных планов Аманды. Хотя правильнее будет назвать их безумными фантазиями: никто в здравом уме не станет приводить их в действие.

— Я не собираюсь домой, — твёрдо отвечает Рокси.

— Да? — брови матери в удивление ползут вверх. — По-твоему, нам с отцом нужно волноваться за и подрываться каждый раз, когда у тебя случится новый приступ?

— Это случилось всего один раз.

— Но это случилось! — не унимается Аманда. — Рокси, дорогая, не спорь со мной. Тебе будет гораздо лучше дома! Отец Галлаген поможет справиться с этой ситуацией. Глядишь, и приступы прекратятся без таблеток от твоего мозгоправа.

Слова матери действуют подобно горящей спичке, случайно брошенной на фитиль бомбы. И проходит всего пара секунд, прежде чем она взрывается…

— Я не собираюсь возвращаться домой, мама! — восклицает Рокси. — Мне никогда не было там хорошо.

— И как же ты прожила там целых восемнадцать лет? — с вызовом интересуется Аманда.

— Как в аду.

Глаза матери расширяются от шока: Рокси только что посягнула на святое.

— Неблагодарная! — восклицает она. — Я всегда делала всё, чтобы ты росла счастливым ребёнком!

— Плевать на мои чувства и нарушать личные границы тоже входило в этот список? — саркастично спрашивает Рокси. — Мама, я помню, как ты называла меня. «Божье наказание за прошлые грехи». Ты… Ты правда так думала?

Аманда молчит, растерянно бегая взглядом по квартире. Но ответ и не нужен. Рокси и так давным-давно его знает.

— Я люблю тебя, мам, — осторожно произносит она, подойдя ближе. — Но нам обеим будет лучше держать дистанцию.

Это правда. Судьба сыграла с ними злую шутку. До мозга и костей правильная и зависимая от чужого мнения Аманда не была готова к ребёнку, чей диагноз навсегда изменит её идеальную жизнь. Ровно как и Рокси не была готова к матери, которая постоянно будет пытаться исправить в ней то, что, к сожалению, исправить невозможно.

Она подаётся вперёд, чтобы обнять маму, но Аманда резко отстраняется.

— Гектор, мы уезжаем! — объявляет она, принимаясь собирать свои вещи. — Домашние цветы не смогут долго выдержать без полива!

— Мы могли бы позвонить соседке и попросить её…

— Гектор! — грозно восклицает Аманда. — Ты поклялся мне в верности перед Богом! Будь так добр, помоги собраться!

Следующие пять минут Рокси наблюдает, как мать пакует платье и отвратительный фартук в сумку, стирая из квартиры все следы своего присутствия. Даже остатки панкейков и несчастный кленовый сироп она забирает с собой, осторожно сложив в один из контейнеров.

— Гектор, ты идёшь? — спрашивает она, надев плащ и осенние сапоги.

— Спускайся без меня, я догоню, — отвечает он.

Аманда недовольно цокает языком, но всё же выходит из квартиры, напоследок не проронив ни слова.

Рокси подходит к отцу, который накидывает куртку и быстро обучается, протягивая ему сумку с вещами.

— Значит, теперь увидимся нескоро?

— Почему же? — улыбается он. — День Благодарения через три недели. Мы могли бы вместе отпраздновать его дома.

— Боюсь, если я появлюсь там после сегодняшнего, мама точно вызовет экзорциста, — горько усмехается Рокси.

— Она отойдёт, вот увидишь, — заверяет Гектор, целуя Рокси на прощание в лоб. — А ты пообещай, что выполнишь рекомендации врача. И обязательно позвонишь, если что-то случится!

— Обещаю, пап.

— До скорого, милая.

— Пока!

Он выходит из квартиры, и Рокси закрывает дверь, подходя к окну. Через него она наблюдает, как мать недовольно топчется на месте у машины, как что-то говорит отцу, пока он грузит вещи, и как они садятся, медленно выезжая с парковки. Наконец-то.

По гостиной разносится вздох облегчения. Порой даже самых близких людей легче любить на расстоянии, иначе то, что они считают заботой, задушит быстрее любой удавки.

Рокси опускается на диван, чтобы перевести дух. Ей нужно купить препараты, связаться с мисс Доусон и как-то объяснить своё внеплановое отсутствие на работе: Винсент будет просто вне себя от такой безответственности!

При мысли о нём в груди нарастает ком. Перед глазами предстаёт его недовольный взгляд, а также растерянное лицо Ника, с которым отныне он будет смотреть на Рокси при встрече в офисе. Но ей придётся туда вернуться.

Как бы больно это ни было.

Словно уловив её настроение, в кармане худи вибрирует телефон.

«Наверное, Айви придумала план убийства всех Синклеров».

Рокси достаёт его, чтобы прочитать новое сообщение, но тут же жалеет. Потому что оно не от Айви.

Даниэль: Наши планы на пятницу в силе, чудачка?

Она откидывается на спинку дивана. Глаза мокнут от подступающих слёз.

«Прости, Даниэль, но нет».

Палец сам жмёт на кнопку «заблокировать». Скорее всего, он не поймёт, но так будет лучше для них обоих…

Правда же будет?

Глава 16

Возвращение на работу проходит сродни походу к стоматологу.

Стоит Рокси войти в офис «SMG», как тело начинает трястись, будто впереди её ожидает кабинет врача и инструменты, похожие на строительную дрель и плоскогубцы, которыми он будет поочерёдно вырывать каждый зуб…

Какой бред.

Рокси отряхивает пиджак, будто отгоняя эти мысли. Надо занести в отдел кадров справку от психиатра, чтобы легализовать своё вчерашнее отсутствие, и заодно попросить сменить напарника. Когда Даниэль вернётся в офис, они точно больше не смогут работать вместе.

«Так будет лучше» — словно мантру, повторяет Рокси, глядя на меняющиеся числа на экране лифта.

Как хорошо, что на нужном этаже не работает никто из её знакомых, бывших или несостоявшихся будущих. Можно ненадолго выдохнуть.

Однако это облегчение отступает, стоит Рокси войти в кабинет начальника отдела кадров.

— Мисс Уоллес, я как раз вас ждал, — произносит мужчина-латиноамериканец лет сорока. — Вы принесли заявление?

— Да, конечно, — отвечает она, кладя на стол справку из клиники. — Заключение психиатра. Он указал причину моего отсутствия, а также подтвердил, что я всё ещё могу работать.

Начальник пробегается глазами по тексту, а потом поднимает недоумённый взгляд на Рокси.

— Это что?

— Заключение от психиатра, я же сказала.

— Вижу. Но где заявление?

— Какое заявление? — не понимает Рокси.

Неужели кто-то из сотрудников прочитал её мысли по поводу смены напарника?

— Об увольнении, мисс Уоллес.

Его слова застают врасплох и бьют по совершенно неожиданному месту, словно жалящий укус насекомого. Какое, к чёрту, увольнение?

— Простите, но я не собиралась…

Но пока Рокси пытается объясниться, перед ней уже появляется бланк и ручка. Начальник выжидающе смотрит, будто приказывая сделать вполне очевидное действие. Но она этого не хочет!

— Я не собираюсь увольняться, это какая-то ошибка! — восклицает Рокси.

Взгляд судорожно бегает по кабинету. И, к большому сожалению, цепляется за стопку неровно сложенных папок на серой тумбе. Она делает глубокий вдох, сжимая край рукава пиджака. Не сейчас. Пожалуйста, только не сейчас!

— С какой стати «ошибку», как вы её назвали, сообщил мне сам мистер Синклер? — начальник лениво откидывается на спинку кожаного кресла и смиряет Рокси снисходительным взглядом.

При упоминании знакомой фамилии по спине пробегает холодок.

— Винсент? — с опаской интересуется Рокси.

Ответом служит лишь лёгкий кивок.

— Но…

— Ничем не могу помочь, мисс Уоллес. Мы все работаем здесь, чтобы исполнять приказы начальства, поэтому…

Рокси хватает со стола бланк заявления и решительным шагом выходит из кабинета, получая вслед недовольные вопли сотрудника. Это какая-то ошибка. Это сто процентов ошибка! Винсент не может уволить её из компании за один пропуск! Ему придётся объяснить своё решение. И Рокси плевать, чем он сейчас занят: переговорами с делегацией британского монарха или созерцанием маятника Ньютона.

У него нет шансов ей отказать!

В кабинет Рокси врывается без стука, игнорируя вопли недовольной секретарши.

— Мистер Синклер, я предупреждала её, что к вам нельзя!

— Всё в порядке, Дарла, — успокаивает её Винсент, даже не отрываясь от планшета.

Сюрприз: он умеет пользоваться электронными носителями!

— Проследи, чтобы никто из посетителей больше ко мне не заходил. Нам предстоит непростой разговор с мисс Уоллес.

Дарла кивает, смиряя Рокси презрительным взглядом, и уходит из кабинета, оставляя их наедине.

В воздухе повисает напряжение. Он становится холодным и твёрдым, словно прочная сталь, не давая сделать глубокий вдох. А колючий взгляд Винсента лишь укрепляет этот парализующий эффект.

Пальцы нервно сжимают бланк. Его шуршание напоминает Рокси, зачем она сюда пришла, и ледяные чары Винсента рушит бурлящая от злости кровь.

Она подходит к столу, бросая перед ним документ.

— Что это?

— Бланк для заявления об увольнении, — спокойно отвечает Винсент. — Я думал, в вашем университете объясняют такие базовые вещи.

— Почему этот бланк вручил мне начальник кадрового отдела?

— Потому что я ему приказал.

— Но… Вы не можете…

— Мисс Уоллес, при желании я могу перенести офис «SMG» на собственный лайнер, — заверяет её Винсент. — А увольнение некомпетентных сотрудников для меня — не белее, чем убийство особенно назойливых комаров.

— При всём уважении, мистер Синклер, но это никак ко мне не относится! — восклицает Рокси. — Да, у меня случился приступ на первой презентации. Но потом ничего такого не повторялось, и я хорошо исполняла свои обязанности!

— Оказание сексуальных услуг моему сыну тоже в них входило?

Рокси застывает. По телу словно проходит электрический разряд. Откуда он знает?..

Винсент улыбается, будто эта ситуация доставляет ему небывалое удовольствие, а затем разворачивает экран ноутбука. На нём проигрывается запись, сделанная в кабинете Ника, на которой Рокси видит себя.

Они разговаривают, Ник подходит ближе, ещё ближе, целует её, а потом действия перемещаются на стол…

Рокси прикрывает глаза, не желая видеть, что было дальше.

Конечно, в кабинете Ника стоит камера.

Конечно, в тот вечер всё записывалось.

И конечно, видео оказалось у Винсента.

Словно сжалившись над ней, — это чувство вообще доступно Синклерам? — Винсент закрывает крышку ноутбука, подпирая тыльной стороной ладоней подбородок. Он молчит, но его взгляд красноречивее любых слов. И если несколько минут назад Рокси хотела разнести его кабинет, то сейчас просто выйти отсюда живой кажется непосильной задачей.

Стук собственного сердца бьёт по барабанным перепонкам, а ладони начинают страшно потеть. Ну и влипла.

— Вам есть что сказать, мисс Уоллес?

Рокси пожимает плечами.

— Какая разница? Вряд ли вас интересуют мои объяснения.

— Согласен, — кивает Винсент. — На видео понятно, что это не было принуждением. Значит, мой сын, каким бы он ни был, ни в чём не виноват.

— Что автоматически делает виноватой меня, — горько усмехается Рокси. — Я же женщина, могла ему отказать!

— Не смешивайте сексизм и рабочую этику.

— Хотите сказать, что Ник тоже будет уволен?

Ответа не следует. Но Рокси он и не нужен.

— Послушайте, мисс Уоллес, — обращается к ней Винсент. — Верите вы или нет, но у меня нет никакого желания портить вам жизнь…

— Поздно отрицать то, что вы уже сделали.

— …поэтому я предлагаю сделку. Вы пишете заявление об увольнении по собственному желанию, я даю вам рекомендации, и мы расходимся, как две яхты «Эхо» в океане!

Винсент протягивает ей бланк, доставая из кармана ручку. Ту самую, которой Рокси подписывала заявление о приёме на работу в «SMG». Как цикличен этот мир.

Она пробегается взглядом по документу, быстро внося нужные данные. Остаётся только поставить дату и подпись.

— Вот так просто? — удивляется Рокси. — Вы уволите меня без скандала после всех унижений, которые я терпела, пока встречалась с Ником три года назад?

— Если хотите, могу рассказать, как вы путаете слайды и убегаете с важных презентаций.

Рокси смотрит на него, всё ещё ожидая подвоха. Винсент устало трёт переносицу.

— Понимаете, мисс Уоллес, — начинает он, — мой сын — далеко не подарок. Он слаб и не может адаптироваться к этой жизни, даже в свои двадцать два года, поэтому совершает ошибки на уровне слепого котёнка. Но, к моему большому сожалению, настанет день, когда всё это, — он обводит руками кабинет, — перейдёт к Доминику. Ему нужна спутница, которая будет держать его в узде, а не потакать мимолётным желаниям. Понимаете, о чём я?

Рокси ничего не отвечает. Просто пишет в бланке сегодняшнюю дату и ставит подпись.

— Рад, что мы друг друга понимаем, — кивает Винсент. — Заработанная вами сумма поступит на счёт в течение недели, тогда же на почту придёт моё рекомендательное письмо.

— Благодарю, — отвечает Рокси. — Всего доброго, мистер Синклер.

Она открывает дверь, чтобы выйти из кабинета. Но перед этим Винсент добавляет:

— Наступит день, когда вы будете мне благодарны, мисс Уоллес.

Его заявление она оставляет без комментариев.

На лифте Рокси доезжает до отдела маркетинга, чтобы забрать вещи из кабинета. Их не так много, но оставлять здесь хоть что-то ей не хочется. С небольшой коробкой, в которой лежит скотч и пара маркеров, она спешит на выход.

Однако когда рука тянется к кнопке вызова лифта, в коридоре раздаётся знакомый голос.

— Мы думали, тебя сразила чума.

— Ха! Не дождётесь! Для неё во мне было слишком много рома.

Рокси в ужасе оборачивается. Прямо к ней направляется Даниэль в компании одной из сотрудниц. Боже, да лучше бы у него была чума!

Она судорожно тыкает кнопку лифта, пока он мучительно медленно ползёт до её этажа. С каждым шагом Даниэля сердце пропускает два удара.

«Ну же, пожалуйста. Пожалуйста!».

Двери лифта открываются, и Рокси молнией влетает внутрь, нажимая кнопку последнего этажа.

— Чудачка?

Сердце на мгновение замирает. Он её увидел!

— Постой!

Даниэль подбегает к лифту, но на счастье Рокси он закрывается, прямо перед его носом. Она прикрывает глаза. Лифт начинает медленно двигаться вниз, и с каждым числом обратного отсчёта на экране сердцебиение плавно нормализуется.

Но, к сожалению, этот лифт — далеко не единственный способ спуститься на первый этаж.

Оказавшись в лобби, Рокси спешит к выходу. Если Даниэль решил идти за ней по лестнице или, ещё хуже, поехал на другом лифте, времени, чтобы скрыться, немного, а их повторную встречу просто нельзя допустить!

Недалеко от здания офиса Рокси замечает такси. Отлично, путь отступления найден. Она направляется к жёлтому автомобилю, но в двух шагах от него её окликает знакомое:

— Чудачка, стой!

Рокси запрыгивает на заднее сиденье, называя водителю свой адрес, и закрывает дверь практически перед лицом Даниэля. Его растерянный взгляд заставляет внутренности болезненно сжаться.

— Прости, — одними губами шепчет она, прежде чем машина трогается с места.

Так будет лучше для них обоих.

***

Домой Рокси добирается с ощущением, что её переехал автобус.

Глаза горят от слёз, которые она пыталась сдержать всю дорогу. Спойлер: не вышло. Ноги дрожат, как после олимпийского марафона. А сердце до сих пор стремится побить все рекорды по количеству ударов в секунду.

С каждым шагом по лестнице до своего этажа Рокси чувствует облегчение вперемешку со смертельной усталостью. Возможно, второе — побочный эффект таблеток, которые она вновь начала принимать по назначению психиатра. Но так или иначе, сил у неё нет. Единственным желанием на вечер остаётся горячая ванна, просмотр какого-нибудь видео на Ютьюб и…

— Айви?

Стоящая у двери подруга мгновенно рушит эти планы.

— Привет, — Айви словно неловко переминается с ноги на ногу, что вообще на неё не похоже. — Можно зайти?

В её руках Рокси замечает ведёрко шоколадного мороженого. Если это предложение провести вечер в компании Бена и Джерри, то она точно не против.

— Проходи, — приглашает Рокси, открывая квартиру. — Почему не написала? Я могла быть на работе.

— Роуэн смотрит мультики по моему телефону, — отвечает Айви. — Повезло, что ты освободилась пораньше!

Рокси ставит коробку с вещами из кабинета на стол, и из груди вырывается смешок. Ага, освободилась, как же!

— Меня уволили, — сообщает она.

Лицо Айви мгновенно вытягивается от удивления.

— Что?

— Оказывается, в кабинете Ника есть камера, и мой порноактёрский дебют просто не могли оставить без внимания! — Рокси разводит руками. К горлу подступает тошнота. — Так что вместо мороженого я бы с удовольствием выпила бутылку рома, но увы, алкоголь с моими препаратами несовместим!

Айви качает головой, пока Рокси идёт на кухню за ложками.

— Вообще-то, я пришла к тебе поплакаться в жилетку, но раз у здесь такое…

— Не стесняйся. Я всегда к твоим услугам!

— Хорошо, — кивает Айви. — Я беременна.

Ложки едва не выскальзывают из рук, но Рокси вовремя успевает их поймать. На лице Айви застывает улыбка. Прямо как у пациента психбольницы на грани нервного срыва.

«Боже, это что, эпидемия?» — едва не произносит Рокси, но тут же мысленно отвешивает себе подзатыльник.

Проблемы не у неё, а у Айви. Ей просто необходима поддержка!

Поэтому вместо тысячи слов Рокси подбегает к ней, включая в свои крепкие объятия. От домашнего костюма Айви пахнет специями. Её лицо утыкается в пиджак Рокси, и под ухом раздаётся едва слышный всхлип.

— Всё хорошо, — успокаивает её Рокси, поглаживая по мягким волосам. — Ты сказала Джозефу?

— Ага, — сдавленно произносит Айви.

— И?

— Всё так сложно, Рокс!

Она отстраняется, вытирая влагу под глазами. Слёзы не в стиле Айви. Она может кричать, злобно усмехаться, но только не плакать. Можно ли списать это на изменившийся гормональный фон? Рокси не знает. Но стандарты дружеской поддержки выполняет, усаживая Айви на диван и притаскивая плед из спальни, чтобы её укрыть.

— Это всё так неожиданно, — признаётся Айви, пока Рокси вскрывает мороженое и даёт ей одну ложку. — Роуэн и Райден ещё совсем дети, как я успею…

— Не думала отдать их в детский сад? — предлагает Рокси, пробуя мороженое.

По языку растекается сладкий, слегка вяжущий шоколадный вкус.

— Я не могу, — признаётся Айви, отправляя в рот ложку мороженого. — Считай меня чокнутой, но я сойду с ума, если их долго не будет рядом!

— Полдня. Это чуть больше, чем они сидят у соседки, пока мы ходим на пилатес.

— А если с ними что-то случится? — рука Айви начинает едва заметно трястись. — В детстве, когда мама надолго уходила из дома, я боялась оставаться одна. Но ещё больше я боялась попасть в приют!

— Но детский сад — это не приют, — подмечает Рокси.

— Знаю, — Айви тяжело вздыхает. — Но от этого не легче.

Рокси пододвигается ближе, позволяя ей положить голову себе на плечо. Что бы они сейчас ни обсуждали, Айви слишком взволнована для принятия решений. Ей нужно отдохнуть. Переключиться. И желательно поговорить с кем-то, вроде мисс Доусон.

Но Рокси знает: её подруга ни морально, ни материально не готова к посещению психолога. Так что этот вариант снова приходится отложить.

— Посмотрим что-нибудь на Нетфликсе? — уставшим голосом предлагает Айви.

— Хорошая идея.

Рокси приносит из спальни ноутбук. Выбор падает на одну из новых романтических комедий, сюжет которой они обе угадывают в первые пять минут фильма. Но ведёрко мороженого скрашивает этот просмотр.

В конце фильма парень, который все полтора часа откровенно издевался над главной героиней, пришёл к ней с извинениями. И, естественно, она его простила, скрепив свой идиотский — в этом Рокси и Айви оказались солидарны — поступок поцелуем.

— Какая дура, — подмечает Айви. — Понятно же, что он сделает это снова!

— Хорошо, что в реальной жизни твои токсичные бывшие не ходят по домам, чтобы вымолить извинение.

Рокси отправляет в рот последнюю ложку мороженого, когда в квартире раздаётся стук в дверь. Она бросает недоумённый взгляд на Айви.

— Это может быть Джозеф?

— Возможно. Но он сказал, что сегодня задержится.

Стук повторяется, и Рокси понимает, кем бы ни был загадочный гость, уходить он не собирается. Она встаёт с дивана и направляется к двери. Однако открыв её, тут же жалеет о своём решении.

— Привет, — Ник неловко переминается с ноги на ногу.

Рокси бросает мимолётный взгляд на мороженое. В нём точно был только шоколад? Или это приём таблеток вызывает такие галлюциногенные свойства?

— Мы можем поговорить?

На лице Ника застывает виноватая улыбка. Рокси раздражённо фыркает, хватая с вешалки пальто, и выходит из квартиры в подъезд.

— У тебя есть ровно две минуты, пока моя подруга не добралась до кухонных ножей и не устроила тебе кастрацию в домашних условиях, — шипит она, обматываясь пальто.

Ник усмехается, и эта усмешка пробуждает дикое желание спустить его с лестницы. Но Рокси подавляет его, крепко сжимая ладони в кулаки.

Убийство — это плохо. Даже если дело касается бывшего.

— Зачем пришёл?

— Ты больше не работаешь в «SMG»? — в голосе Ника звучит удивление.

Рокси хочется закрыть уши. Потому что каждое слово, произнесённое его бархатным голосом, подобно некромантии, воскрешает бабочек в животе. Тех самых, которые пару дней назад подтолкнули её совершить непоправимое.

Рокси лишь разводит руками, маскируя свою реакцию нервным смешком.

— А ты думал, твой папочка даст мне повышение, когда посмотрит видео с камеры?

— Рокс, прости… — Ник устало трёт переносицу. — В тот момент я совершенно о них забыл!

— Как и о своей жене, — ядовито подмечает она. — Но нам ведь было не до этого, правда?

Ком в горле возвращается, угрожая превратиться в очередной приступ истерики. Но Рокси делает глубокий вдох, задрав подбородок.

Она не сломается. Только не при Нике!

— Мне жаль, что так вышло.

— Извинения приняты. Хорошего вечера!

Рокси разворачивается, чтобы вернуться в квартиру, когда на плечо ложится рука Ника. Снова.

— Я хочу всё исправить.

— А я хочу колье от Картье, золотого ретривера и билет до страны, где всех мужчин с именем Доминик приговаривают к смертной казни. Но увы, не всем мечтам суждено сбыться!

— Ну-у-у, я мог бы помочь с двумя первыми пунктами, — сладко тянет Ник. — Если бы ты дала мне ещё один шанс.

Рокси разворачивается, окидывая его взглядом с ног до головы. Забавно. В её представлении психически больные люди носили больничные халаты, смотрели пустым, безумным взглядом и были заперты в палате специальных учреждений. Ник же одет в дорогое пальто поверх чёрной водолазки, идеально подчёркивающей рельеф его подтянутого торса. От его томного взгляда подкашиваются ноги, а от аромата парфюма в приятном смысле кружится голова.

Случившееся определённо было ошибкой. Но Рокси бы соврала, если бы сказала, что не хочет совершить её снова. Ник был дьявольски красив, и это определённо приносило ей кучу проблем.

Спустя пару мгновений молчаливых переглядок Рокси шумно вздыхает.

— Ладно.

— Правда?

— Да, — она делает маленький шаг вперёд, который тупой болью отзывается в груди. — Мы сможем начать всё с чистого листа, если ты ответишь на несколько вопросов.

— Договорились! — оживляется Ник. — Для тебя всё что угодно, Рокс.

Его слова действуют опьяняюще. Впервые за долгое время Рокси ощущает власть над ситуацией. Одно слово — и всё будет именно так, как хочет она.