Принцесса для хулигана

— Ну и не говори, просто начни косить. Часто “болеть”, филонить. Всем надоест и от тебя отстанут, — раздает она мне вредные советы.

Но она права. Человек должен заниматься тем, чем ему нравится, а не тем, чем его заставляют. Хотя плавание мне нравится, но не хочу из-под палки. А мотивации ноль.

— На экранах новый фильм вышел с моей любимой актрисой, так сходить хочется, — вздыхаю. — Но у родителей найдется куча причин меня не пустить.

— Сонь, я бы на твоем месте перестала жить только лишь им в угоду. Но не мне советовать, у нас с Есей другая была ситуация. Но мне кажется, твои тоже перебарщивают с заботушкой. Ой, все, я побежала, за мной приехали! — соскакивает с лавочки и, чмокнув меня в щеку, убегает.

Вздыхаю. Возможно, она права.

Возвращаюсь домой и прихорашиваюсь. Надеваю платье, подкрашиваю ресницы и губы. Волосы укладываю крупными локонами. Меня ждет супер скучный вечер дома вместо фильма или похода в кафе.

К вечеру в доме суета, мама контролирует, как накрывают на стол, следя, чтобы все было идеально, папа уже второй раз меняет галстук.

— А где Тим?

— Тимофею быть на этом ужине не обязательно, — бросает мама. — Поменяйте вот эту тарелку!

Странно. Если такой важный ужин, почему на нем нет наследника? Ну и ладно, видимо, Тима это не касается. А я, наверное так, для украшения стола. Мама любит меня восхвалять перед знакомыми.

— А вот и Станислав Андреевич! — расплывается мама в слишком слащавой и наигранной улыбке.

Папа тоже спешит встретить гостя.

В дом входит мужчина лет пятидесяти в строгом темно-синем костюме. Полноватого телосложения и бугристым, как у жабы, лицом. Губы широкие, нос поплывший, а волосы явно были окрашены от седины, выдает характерный стеклянный блеск и начинающиеся залысины. Неприятный человек.

— Проходите, мы вас так ждали, — чуть ли не ковриком стелется перед ним мама. Какой-то очень важный партнер или спонсор?

— Знакомьтесь, Станислав Андреевич, это София, — представляет меня папа, надавливая между Лопатками, чтобы я сделала шаг вперед.

Мужчина медленно скользит по мне оценивающим взглядом по ногам, талии, задерживает взгляд на груди, лице, снова на груди.

— Очень приятно, Софочка, — берет мою руку и касается губами.

Буэ! Как же мерзко! Он меня обслюнявил. Так и хочется бежать и смывать все это с мылом и мочалкой. Меня даже слегка так передергивает. И это его приторное “Софочка”, терпеть не могу, когда меня так называют.

— Проходите к столу, что ж мы вас на ногах держим, — продолжают родители суетиться.

И за столом продолжается та же песня, только восхваляет она теперь меня.

— Наша София занимается плаванием, у нее отличная фигура и здоровье. А еще она очень любит читать. На днях восхищалась Гомером, да милая?

— Превосходно, — растягивает он и без того свой широкий рот.

А я сижу и, мягко сказать, нахожусь в недоумении. Оказывается, я Гомера по собственной воли читала, еще и восхищалась им, прекрасно.

И только я собираюсь открыть рот, чтобы немного пояснить ситуацию, как ощущаю, как мама толкает меня ногой под столом. А когда я поднимаю на нее удивленные глаза, она стреляет в меня предупреждающим взглядом. Затыкаюсь. Жесть.

— Наша София, как вы уже знаете, имеет строгое воспитание. Она прекрасная, чистая девочка. Мы так ее любим!

Да что за ерунда здесь происходит? Может, мы начнем этому дяде еще и пятки целовать? Ну а что, только и осталось! С какого перепуга?

Глава 15

(Соня)

Слава небесам, ужин длится недолго, мужчина поглядывает на часы и, вытерев тканевой салфеткой жирный от мяса рот, встает из-за стола. Наконец-то! Я могу уйти к себе в комнату и снять это дурацкое тесное платье с вырезом.

Замечаю, что мама с папой в ожидании следят за каждым действием гостя. Чего они ждут от него?

— Что ж, — словно понимает он, чего от него хотят мои родители. — Ужин был прекрасным. Мне все очень понравилось. — Софочка, всего доброго, — кивает мне, снова лапая взглядом.

Выдавливаю из себя вежливую улыбку. Иначе мама сейчас мне всю спину ногтем истычет.

— Умница, свободна, можешь идти спать, — взмахивает мама рукой, позволяя мне уйти, после того, как гость удаляется.

Папа уже кому звонит. А я колючим инеем покрываюсь, когда слышу, кому! Замираю.

— Анжелика, дорогая моя сестра! — радостно начинает папа. — Все прошло просто чудесно. Да, можешь брать билет хоть на завтра.

— Что? Тетя собирается прилететь? Зачем? Я никуда не поеду с ней! — паникую.

— София, она едет сюда не для этого, — отмахивается мама. — Иди к себе.

Кажется, мои лучшие дни закончились.

Воспитываться тетей было тем еще удовольствием. Жесткий график, ни шагу в сторону, еда строго по расписанию, экстремальный дефицит калорий, строгое соблюдение этикета. Такой вот себе пансионат благородных девиц, а не воспитание племянницы. И то, что она прибудет уже скоро, меня моментально вгоняет в паническое отчаяние.

В комнате стаскиваю с себя платье, смываю косметику, распускаю волосы и надеваю удобный домашний костюм, больше похожий на спортивный. Все делаю быстро, нервными движениями.

Не нравится мне все, что происходит. И спонсор этот не нравится, и то, что тетя прилетает, не нравится.

На следующий день я сама не своя, дерганая, меня все раздражает. Как назло, Лиду по времени сдвинули, даже на тренировке не увиделись. На учебе снова Кац выбесила, так и продолжает валить меня. Еще и дома какая-то суета, мама озабочена выбором нового платья, обзвонила уже всех дизайнеров. Словно у нее платьев нет. Мне снова влетело за прибавку в весе почти на полкило. Мама отменила ужин в наказание. Обидно.

Хватаю телефон, чтобы написать Лиде, но замечаю висящее непрочитанное сообщение. Даже не взглянув от кого, открываю. Дыхание снова сбивается.

«Классные фотки! Особенно те, что крупным планом. У тебя красивые глаза».

Оседаю на кровать и сворачиваюсь калачиком, прижимая к груди телефон. А я думала, ему не понравятся.

«Ну давай, гордая принцесса, ответь мне, вижу же, что прочитала» — тут же прилетает следом.

А я не знаю что отвечать. Что мне тоже хотелось бы иметь его фотки на телефоне? Зачем? Просто любоваться? Глупости же. Кстати, на его страничке нет ничего, кроме машин, капотов и колес, я уже посмотрела. Почти пустой бездушный аккаунт.

«Ладно, я понял, что ты не любишь общаться онлайн. Тогда выходи, жду тебя под нашим деревом».

Чего? Подскакиваю. Он здесь? В панике дергаю штору в сторону, словно из моего окна можно что-то увидеть. Нельзя, мои окна выходят совсем на другую сторону. Да и “наше” дерево за поворотом на соседнюю улицу.

В нерешительности смотрю вниз. Слезть на козырек навеса ерунда, а там по перилам, и ты на земле. Черт.

В куртке будет неудобно, поэтому надеваю под костюм теплый свитер и, привязав к оконной ручке шнурок, вылезаю.

Все время оглядываясь, иду в начало улицы. От быстрого шага и адреналина, который сейчас в моей крови, даже не чувствую холода.

Арсений стоит под деревом, подпирая его спиной и что-то листает в телефоне. Увидев меня, отталкивается и делает пару шагов навстречу.

— Я уж думал, ты не придешь, — касается моей руки Арсений и тянет на себя. Сопротивляюсь, чтобы не впечататься в его тело, но все равно оказываюсь слишком близко. Я буквально дышу им. Чувствую, какое исходит от него тепло, и только сейчас понимаю, что на улице холодно, хочется прижаться еще ближе. — Давай, прыгай.

Арсений дергает за ручку дверцы, и я оказываюсь в теплом салоне. Почему-то мне не страшно с Городецким. И это очень странно, учитывая то, как мы познакомились. Я его не боюсь, он мне приятен.

— Поехали? — заводит машину.

— Угу, — киваю.

— Супер. А мне нравится, что ты готова ехать без вопросов. Прям прогресс.

И правда. Я ведь даже не спросила, куда он хочет меня отвезти.

Мы приезжаем в кинотеатр, который работает до поздна. Берем попкорн, газировку и занимаем места на последнем ряду. С ума сойти! Это так здорово. Нет, я не впервые в кино. Но я ходила с девчонками, посмеяться над комедией. А это больше похоже на свидание. И мне очень нравится именно такая атмосфера. А когда на экране начинается тот самый фильм, который я хотела посмотреть, я чуть ли не пищу от восторга.

— Откуда ты узнал? — в шоке смотрю на него.

— Узнал что? — делает вид, что ничего не понимает. Или это и правда случайность?

— Это моя любимая актриса. Я очень хотела посмотреть этот фильм! Ты даже не представляешь, насколько!

— Это Коламбия Пикчерс не представляет, а я представляю, — дергаются уголки его губ.

Я неотрывно смотрю на экран, пока Арсений гладит мою ладонь большим пальцем, водит по запястью. А когда на экране во всю разворачивается сцена с поцелуем, я неумышленно кладу голову на его плечо, крепко держу его руку.

И самое главное, он не вторгается, нарушая границы, не портит этот момент, он не лезет ко мне с поцелуем, хотя я уверена, что другой парень непременно бы попытался. И это дико странно. Он точно шизик. Но такой классный! Обожаю!

Мне кажется, что Арсений чувствует меня, понимает. И я очень благодарна ему за то, что он подталкивает меня к тому, чтобы делать то, что хочу я. Без него я бы не осмелилась ослушаться родителей. И не чувствовала бы сейчас себя такой счастливой.

После кино Арсений привозит меня обратно, как и обещал. Мы сидим в машине под деревом и я не осмеливаюсь попрощаться. Мне попросту не хочется.

— Если хочешь, я верну тебя позже, — медленно ведет костяшками по моей скуле.

— Не могу, мне пора.

— В следующий раз?

— Боюсь, следующего раза не будет, — прикусываю нижнюю губу.

— Почему? — сводит брови к переносице. Задевает большим пальцем мои губы.

— К принцессе прилетает дракон, — тяжело вздыхаю. — А с ней даже телефоном пользоваться можно только по расписанию. Да что там телефон, с ней дышать можно только по расписанию.

— Родственница?

— Да. Родители ее боготворят.

— Ничего, на каждого дракона найдется свой Иванушка-дурачок, — тихо смеется он, подбадривая меня.

— Или Арсенюшка-шизик, — тоже начинаю смеяться. Но на самом деле это не смешно. Тетя та еще тиранша в юбке. Ей хоть Иванушка, хоть Илья Муромец, она любого сожрет.

— Я провожу тебя? — все еще держит мои руки в своих ладонях.

— Не стоит, Арсений, это слишком рискованно. Если из моих кто-то увидит, будет скандал. Я ведь воспитанная девушка, не должна быть на улице в такое время, еще и с парнем.

— Принял. Что-нибудь придумаю, — хитро подмигивает мне, растягивая свою шкодную ухмылочку.

Тянется к бардачку и достает оттуда плитку шоколада. Кладет мне ее на колени.

— Я так наберу вес, — поджимаю губы.

— Да в тебя хоть еще две Сони помести, хуже не будет.

Из машины мы выходим вместе. Идти он не собирается, но вот отпускать меня не хочет, прижимает к себе, сцепив свои руки за моей спиной. И я тоже хороша, даже не сопротивляюсь, еще и утыкаюсь носом в его ключицу. Еще немножко и я, кажется, замурлычу.

— Сонь, — касается губами моего виска. А по моему телу уже бежит волна предвкушения. — Иди сюда.

Он слегка давит пальцами на подбородок, заставляя меня поднять голову. Я чувствую теплоту его дыхания на своих губах. Он же поцелует меня? Я… я хочу этого.

Замираю, боюсь пошевелиться, боюсь дышать, чтобы не разрушить его намерения. Он прижимает меня к себе крепче и наконец-то целует. Закрываю глаза и просто улетаю от этих невероятных ощущений. Он не медлит, но и не напирает, он идеально целуется! Боже, как он целуется! Несмело отвечаю, впуская его язык. От удовольствия привстаю на цыпочки, чтобы не разрывать поцелуй. Это так чувственно, так приятно. Боже, я в раю!

Даже не замечаю, как к нам приближается такси, осветив нас фарами.

— София! — внезапно раздается за моей спиной разгневанный возглас тети.

А вот и дракон. Я труп…