Читать книгу Ведьма на испытательном сроке (Клара Уитмор) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Ведьма на испытательном сроке
Ведьма на испытательном сроке
Оценить:

3

Полная версия:

Ведьма на испытательном сроке

Книга лежала.

Я уже представила, как буду каждый день проводить по полчаса перед неподвижной выпечкой, постепенно теряя работу и остатки здравого смысла.

Потом бумажный уголок показался из-под обложки.

Я выпрямилась, но рук не подняла.

Жёлтая книга медленно сдвигалась по столу. Не летела и не дёргалась. Скользила ровно, как если бы кто-то тянул её за невидимую нитку. По дереву прошёл короткий сухой шорох. От края полоски до корешка появился просвет.

Я перестала дышать.

Книга остановилась.

Только тогда я позвала Дашу.

Она подошла с полотенцем в руке, посмотрела на разметку и несколько секунд молчала.

— Ты двигала?

— Нет.

— Стол?

— Тоже нет.

Мы обе посмотрели на его ножки. Одна стояла на тёмной потёртости пола, остальные — там же, где прежде. В стол никто не упирался, скатерти на нём не было.

Я остановила запись. На экране движение получилось почти обидно маленьким: несколько сантиметров, будто я снимала не невозможное событие, а плохо выставленный товар. Но руки мои оставались видны в нижнем углу кадра.

Даша просмотрела кусок дважды.

— Это же не от того, что стол кривой?

Я положила рядом карандаш. Он не покатился. Потом, уже не боясь испортить закончившийся опыт, поставила книгу на прежнее место и слегка подтолкнула. Она сразу остановилась.

— Не похоже.

Даша вытерла сухие руки полотенцем.

— Мне надо кофе проверить.

Я кивнула.

— И Артёму покажи. Сразу, ладно?

Она ушла, а я пересмотрела запись ещё раз. Мне хотелось увидеть больше: направление, причину, хоть краешек того, что сдвинуло книгу. Телефон показал только стол и жёлтую обложку. Этого было достаточно для одного вывода, зато важного.

Я не делала этого сейчас.

Пальцы не покалывало. Внутреннего рывка, который я знала с детства, тоже не было. Конечно, я прикасалась к книге раньше. Одного утра не хватало, чтобы понять всё. Но были ещё августовский снимок Даши и странности до моего приезда.

Липовск справлялся без меня.

Облегчение пришло неожиданно сильное. Я опустила лицо в ладони и впервые с того дня, как села в автобус, позволила себе несколько секунд ничего не исправлять.

Артём вошёл, неся плоскую коробку.

— Что у нас?

Я подняла голову.

— Книга сдвинулась. Я сняла.

Он поставил коробку на пол и подошёл. Я протянула телефон, заранее готовясь к вопросам, на которые у меня не было удобных ответов.

Артём посмотрел видео целиком. Потом вернулся к началу и проверил время.

— Дверь была закрыта?

— Да.

— Кто-нибудь стоял с той стороны?

— Нет. Даша была у кофе.

Он посмотрел на полоски, провёл ладонью под столешницей, будто там мог оказаться механизм. Я не стала говорить, что уже проверяла.

— Давай пока уберём её с открытого стола.

— Куда?

Он принёс широкую картонную коробку, положил на дно чистую бумагу и сам перенёс книгу. На крышке я написала номер экземпляра и дату. Коробку поставили на нижнюю полку в подсобке, подальше от края.

— Крышку не заклеивай, — сказал Артём. — Я ещё посмотрю.

Мне не понравилось, как привычно это прозвучало.

— Ты думаешь, дело в книге?

— Думаю, не надо оставлять её там, где кто-нибудь случайно унесёт.

Это было разумно. И совсем не отвечало на мой вопрос.

Я могла бы повторить его. Вместо этого спросила про Руднева.

— Он ответил?

Артём достал телефон.

Павел писал, что в общей папке действительно остался ранний вариант списка. Продажу он узнал только в пятницу и собирался поправить данные перед печатью. Просил пока ничего не выбрасывать: даже ненужный вкладыш помогал понять, какие страницы уже сняты. Ниже шло сообщение о размере стенда.

— Исправленный вариант пришлёт вечером, — сказал Артём.

— А бумагу нужно ему отдавать?

— Нет. Пусть сначала разберёмся с книгой. Она у нас побывала на продаже, документы тоже наши.

Я убрала конверт в ту же папку, где лежала квитанция. Оригиналы сохранились, и это почему-то успокаивало больше, чем аккуратная коробка.

Когда Артём отошёл, я сохранила видео отдельно и записала время. В графе «направление» написала: «к переднему краю стола». Куда вёл этот путь, ещё предстояло проверить. Сейчас пора было открывать магазин.

В половине одиннадцатого пришла женщина за школьным словарём. За ней — мужчина, которому требовалась книга для человека, «вообще ничего не читающего». До обеда я продала четыре издания, нашла потерявшийся заказ и выяснила, что рабочий день может продолжаться даже после того, как вещь у тебя на глазах нарушила несколько законов природы.

К вечеру я устала обычным образом. Болели ноги, хотелось есть и снять резинку с волос. Это была приятная, понятная усталость. В ней не было дрожи, из-за которой невозможно застегнуть пуговицу.

У дома Нины Павловны пахло укропом.

Она сидела на крыльце и перебирала зелень в металлической миске. Пломбир лежал рядом, придавив хвостом край полотенца.

— Ужинали? — спросила она.

— Собиралась.

— Возьмите картошку. Я много сварила.

Я не стала рассказывать, что планировала обойтись бутербродом. Мы поели у неё на кухне, и разговор впервые не требовал от меня ни резюме, ни объяснений, ни ответа на вопрос, когда я устрою свою жизнь. Нина Павловна рассказывала про слесаря, который обещал зайти «после обеда», но не уточнил, в какой день.

На холодильнике магнитом была прижата открытка из города, куда уехала её внучка. Я спросила про картинку, и хозяйка показала телефон: общежитие, лестница, очень серьёзная девушка на фоне окна.

— Комнату уже обживает, — сказала Нина Павловна. — Ей всё там нравится.

В её голосе слышалось, что лично ей нравилось не всё.

Я не стала советовать. Подвинула миску, чтобы ей было удобнее положить укроп, и спросила, далеко ли отсюда павильон.

— Через сквер. Выйдете к старой липе и налево. Там сейчас вечерами двери открыты, Руднев с помощниками таскает своё хозяйство.

— Хочу посмотреть, где будет праздник.

— Посмотрите. Только не соглашайтесь сразу всё расставлять.

После ужина я вышла пройтись. Пломбир поднялся с крыльца и отправился следом, будто мы давно договорились.

Через два дома кот обогнал меня. Он шёл не у ног, а по своим делам: проверял калитки, останавливался у травы, однажды долго разглядывал пустое место возле скамейки. Когда я звала, не отвечал. Зато стоило мне свернуть не туда, он оказался впереди на правильной дорожке.

Павильон был одноэтажным, с застеклённой верандой. Дверь держал деревянный клин. Внутри виднелись стремянка, свёрнутые плакаты и мужчина, складывавший пустые ящики. Судя по ящикам, до праздника здесь предстояло ещё немало уборки.

На крыльцо вышла женщина с ведром.

— Вы к Павлу?

— Нет, я из «Переплёта». Посмотреть хотела.

— Он ушёл уже. Можно завтра. Мы закрываем.

Я поблагодарила и отступила, чтобы пропустить её. Пломбир стоял у нижней ступеньки.

— Пойдём.

Кот поднялся на крыльцо, потянул носом и остановился.

Я видела, как он ставил переднюю лапу на доску у входа. До порога оставалось несколько сантиметров. Пломбир вдруг отдёрнул лапу, прижал уши и попятился так резко, что задел мою ногу.

— Что там?

Он не посмотрел на меня. Шерсть вдоль спины поднялась, хвост стал толще. Кот следил за открытой дверью.

Я тоже посмотрела.

Мужчина внутри поднял ящик. Женщина поставила ведро. Ничего не изменилось. Из помещения пахло влажным деревом и краской.

Может, он почуял собаку? Я посмотрела в зал ещё раз, но ничего необычного не заметила и отошла вместе с котом.

Мы отошли к липе. Здесь кот опустил хвост, сел и принялся умываться с таким старанием, будто неприятное место можно было стереть с усов.

На обратном пути я достала телефон. В переписке с тётей последним стояло её утреннее: «Как вторая неделя?»

Можно было написать, что я всё-таки ошиблась городом. Купить билет, собрать чемодан, вернуть ключи. Дома мне выделили бы стол в лавке и несколько месяцев говорили бы особенно ласково.

Я остановилась у освещённого окна «Переплёта». Магазин уже закрылся. За стеклом стоял стенд, который мы с Дашей наконец сумели разместить так, чтобы никому не мешать.

Работа мне нравилась. Комната тоже. И сегодняшняя книга не должна была решать за меня, сколько я здесь проживу.

Тёте я ответила: «Работаю. Осваиваюсь».

Потом открыла блокнот и написала три вещи, которые уже могла проверить: документы, места, люди. Под ними — вопрос для утра.

Кому ещё на Липовой возвращали то, с чем он давно расстался?

Пломбир тёрся о мой ботинок. Я убрала телефон и пошла домой. Билет покупать не стала.

Глава 8. Бюро вещей, которые передумали

Первой в наше бюро находок принесли мужа.

Женщина в бордовом плаще остановилась перед столом и подвела к нему невысокого мужчину с пакетом из хозяйственного магазина.

— Вот, — сказала она. — Нашёлся.

Мужчина посмотрел на меня с усталым достоинством.

— Я за прокладкой ходил.

— Два часа.

— Там не было нужной.

— И позвонить у них тоже не было?

Я посмотрела на табличку. «Липовая улица. Стол находок. Четверг, с четырёх до шести». Про людей ничего не говорилось.

— Мы пока только вещи принимаем.

— Жаль, — сказала женщина и повернулась к мужу. — Пошли домой. Нашедшему спасибо.

Он поднял пакет, показывая мне маленькое резиновое кольцо.

Я кивнула с уважением к добыче.

Когда они ушли, Даша отвернулась к кофемашине. Плечи у неё дрожали.

— Даже не начинай, — сказала я.

— Я ничего. У тебя просто сразу сложный случай.

Было четверть пятого. За первые пятнадцать минут нам ещё не принесли ни одной вещи, зато я уже поняла, что объявление следовало писать подробнее.

За три дня между опытом с книгой и открытием стола находок я успела несколько раз пересмотреть свои намерения. В первый вечер хотелось собрать все странности улицы. На следующее утро стало ясно, что никто не обязан рассказывать незнакомой сотруднице книжного о том, что считает собственным недосмотром.

Поэтому Артёму я предложила обычное дело: на время подготовки праздника завести место, куда можно принести найденную перчатку или оставить сообщение о потерянном зонте. Он разрешил выделить стол на два часа в неделю. Ценные вещи, документы и ключи с адресами мы не выставляли; чужие номера телефонов тоже не собирались развешивать на виду.

— И не обещай, что всё найдём, — добавил он.

Обещать это мне как раз хотелось больше всего.

Даша помогла освободить стол у дальнего окна. Рядом поставили две коробки: одну для находок, другую для упаковки. Я распечатала небольшие карточки и оставила место под дату, описание и контакт. Последнюю строку пришлось дописать от руки: «Где это произошло?»

Именно ради неё я всё затевала, но Артёму не сказала.

После супругов пришёл пожилой мужчина с серой варежкой.

— Возле сквера подобрал. Хорошая, ручная работа.

Из его кармана торчала точно такая же.

Я осторожно указала на неё.

Он вытащил вторую, повертел обе, потом посмотрел на подкладку.

— Жена вчера сунула. Я думал, платок.

Мы вместе выяснили, что утром он выронил одну варежку, а на обратном пути нашёл. Мужчина заметно повеселел.

— Значит, день удачный.

— Очень. Даже заявление заполнять не нужно.

Он купил у Даши чай и сел у окна. Варежки положил перед собой, чтобы больше ничего не начинать.

Я зачеркнула половину пустой карточки. Не всякая история о возвращении требовала ведьмы. Иногда хватало глубокого кармана.

Следующей посетительницей оказалась женщина примерно моего возраста с коробкой от утюга. Она поставила её на стол и сняла крышку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner