Временная проблема

— Да. И не любит, когда его спрашивают, — Нора помедлила, подбирая слова. — Не потому, что ему нечего сказать. Скорее, он не хочет, чтобы люди судили о нём по тому, кто его родственники.

— Понимаю, — осторожно ответила Лея.

— Его отец — человек влиятельный. У семьи есть связи, в том числе с колледжем. Кай терпеть не может, когда кто-то решает, будто ему всё досталось благодаря фамилии.

Нора говорила спокойно, не называя имён и не вдаваясь в подробности. Лея поняла: подруга рассказывает ровно столько, сколько считает допустимым, и не собирается говорить за Кая.

Лея опустила взгляд на блокнот. В её записях были фамилии жертвователей и членов попечительского совета, но она не связывала их с Каем. Разговор лишь напомнил ей, что за архивными материалами стоят живые люди — и что к ним нужно относиться осторожно.

— Он сам расскажет, если захочет, — добавила Нора.

Лея кивнула.

— Конечно.

После этого они заговорили о занятиях и о том, как миссис Белл снова пыталась заставить студентов подписывать продукты в общей кухне. Лея слушала и улыбалась, но где-то на краю сознания всё ещё держала слова Норы. Ей хотелось разобраться в документах, не превращая историю заранее ни в обвинение, ни в оправдание.

***

После последней пары мистер Харпер попросил Лею задержаться. Когда аудитория опустела, она собрала тетради и подошла к его столу. На столешнице лежали списки студентов и несколько папок; из окна на них падал тусклый свет пасмурного дня.

— Как продвигается проект? — спросил он.

— Я нашла письма выпускников и несколько документов о стипендиальном фонде. Пока проверяю, насколько они совпадают с официальными отчётами.

— Хорошо. Не торопись с выводами, — дал совет преподаватель.

— Я стараюсь.

Харпер внимательно посмотрел на неё, словно хотел что-то добавить, но передумал. Затем отодвинул одну из папок и заговорил о другом:

— У меня для тебя новость. Комнату в основном корпусе подготовили. Можешь переехать, когда будешь готова.

Лея не сразу ответила.

— Уже? — спросила она, не понимая, что чувствует в этот момент.

— Да. После аварии там закончили ремонт. Комната небольшая, но отдельная. Если захочешь, миссис Белл поможет перенести вещи.

Лея крепче сжала папку. Ещё некоторое время назад она мечтала о собственной комнате — месте, где можно было бы работать и отдыхать, не подстраиваясь под чужие привычки. Теперь мысль о переезде почему-то вызвала не только облегчение, но и тяжесть.

Перед глазами возникли мелочи, к которым она успела привыкнуть: кофе, оставленный Каем на столе; его молчаливая забота; разговоры, которые понемногу становились легче. Даже тишина в комнате рядом с ним перестала казаться неловкой.

— Спасибо, мистер Харпер, — сказала она после короткой паузы. — Мне нужно немного времени, чтобы собрать вещи и всё перенести.

— Конечно. Комната никуда не денется. Переедешь, когда будешь готова, — ответил он.

Лея вышла из кабинета, чувствуя, как внутри сталкиваются облегчение и растерянность. Выбор у неё появился, и это было хорошо. Но радоваться самому переезду она пока не могла.

В коридоре её ждала Нора. Она прислонилась плечом к стене и листала расписание на телефоне. Увидев, выходящую из кабинета подругу, подошла к ней и спросила:

— Ну? Что хотел Харпер?

— Мне предложили переехать в отдельную комнату. Её уже подготовили.

— Это же хорошо, — сказала Нора, а потом, заметив выражение лица Леи, добавила: — Если ты сама этого хочешь.

— Я пока не знаю.

Девушка убрала телефон в карман и не стала убеждать её ни остаться, ни уехать.

— Тогда не торопись. Иногда нужно немного времени, чтобы понять, чего хочешь ты, а не чего от тебя ждут.

Лея улыбнулась.

— Ты это часто говоришь?

— Только когда сама пытаюсь убедить себя в том же.

Они направились к столовой. Нора рассказывала о предстоящих занятиях, а Лея слушала и думала о комнате в основном корпусе. Она должна была радоваться возможности жить одна. И всё же теперь решение казалось не таким простым.

***

Вечером Лея долго сидела за столом, перебирая заметки. За окном сгущались сумерки, и отражение настольной лампы ложилось на стекло золотистым пятном. Она несколько раз начинала писать абзац, но каждый раз перечёркивала его: пока у неё были только вопросы и документы, которые требовали проверки.

Дверь открылась, и Кай вошёл почти бесшумно. Он снял куртку, повесил её на спинку стула и положил ключи на стол.

— Ты ещё работаешь? — спросил парень.

— Немного.

Кай подошёл ближе, но остановился, не заглядывая в её записи.

— Проект? — догадываясь, уточнил он.

— Да. Пока собираю материалы.

Он кивнул, но не ушёл. Лея почувствовала его взгляд и оторвалась от экрана. Кай выглядел усталым: волосы растрепались от ветра, плечи были напряжены, а на лице застыло привычное выражение сдержанности.

Присмотревшись к девушке, он спросил:

— Что случилось?

Лея помедлила. Она не хотела делать из новости что-то важное, но скрывать её тоже не было смысла.

— Мне предложили переехать в отдельную комнату. Её уже подготовили.

Кай замер всего на секунду. Затем взял гитарный футляр, сел на кровать и принялся расстёгивать застёжки.

— Это хорошо, — в его голосе не читалось ни одной эмоции.

— Наверное.

Он достал гитару, но не стал играть. Провёл пальцами по тёмному дереву, будто проверяя, не осталось ли на поверхности пыли.

— Ты не рада? — спросил он.

— Я рада, что у меня есть выбор. Просто не знаю, хочу ли уезжать прямо сейчас. Я вроде только обустроилась.

Кай кивнул, стараясь выглядеть равнодушным. Но его пальцы задержались на корпусе гитары, и Лея заметила, как он на мгновение сжал челюсть.

— Тебе не нужно оставаться из-за меня, — произнес он.

— Я знаю.

— Я серьёзно. Если хочешь переехать, переезжай.

— Я знаю, Кай, — четко сказала Лея.

Он поднял на неё глаза. В его лице мелькнула привычная жёсткость, но голос стал тише:

— Просто не хочу, чтобы ты думала, будто обязана мне что-то.

— Я так не думаю.

Лея не сказала, что вовсе не хочет уезжать. Не потому, что боялась его реакции, а потому, что сама ещё не разобралась в своих чувствах. Кай тоже не стал спрашивать, когда она примет решение.

Некоторое время они молчали. Лея вернулась к столу, а Кай положил гитару на колени и взял мягкую ткань, чтобы протереть чёрное, как смоль, дерево. За окном ветер шевелил ветви, и тени от них скользили по стене.

— Ты сегодня играешь? — спросила Лея.

— Если не будешь мешать, — сказал парень, в чьем голосе просочилась нотка веселья.

— Я могу попробовать молчать.

— Это будет непросто.

— Я постараюсь, — ответила она улыбнувшись.

Он тоже улыбнулся — коротко, но без привычной насмешки. Затем провёл пальцами по струнам. Первые ноты прозвучали негромко и заполнили комнату, не нарушая тишины, а словно делая её мягче.

Лея вернулась к заметкам. Перед ней лежали вопросы к архивным документам и ещё не написанный текст. Она открыла новый файл и набрала несколько строк, затем остановилась, перечитала написанное и сохранила черновик без названия.

Кай не видел экран. Он смотрел на струны и не знал, о чём она пишет.

Лея пока не знала, что история, которую она исследует, однажды окажется связана с его семьёй.

Глава 12

ГЛАВА 12

Прошло несколько дней, но Лея всё ещё не решила, переезжать ли в отдельную комнату. Она сказала себе, что вернётся к этому вопросу после выходных, и пока старалась не превращать каждую мысль о Кае в довод за или против. Это удавалось не всегда.

Зато в проекте наконец начало что-то складываться. В архиве нашлись протоколы заседаний попечительского совета, а в старых газетах — заметки о том, как менялись правила стипендиального фонда. Лея пока не могла утверждать, что обнаружила что-то важное, но теперь у неё была последовательность дат и несколько конкретных вопросов. Вместо разрозненных писем перед ней постепенно вырисовывалась история, которую можно было проверить.

Кай тоже стал чаще с ней разговаривать. Не только о занятиях и бытовых мелочах. Иногда он спрашивал, как продвигается её работа, а Лея — как прошла репетиция. Вечерами они могли сидеть в одной комнате каждый за своим делом, перебрасываясь короткими фразами. Порой Кай играл, а Лея слушала, делая вид, что не замечает, как он следит за её реакцией.

Два дня назад, когда Лея сидела за столом, разложив бумаги и открыв блокнот, Кай вновь начал играть на гитаре. Мелодия была тихой, сдержанной. В ней слышалось что-то тревожное, но не злое — будто человек пытался удержать слова, которые не знал, как произнести.

Лея слушала, не поворачиваясь к нему, чтобы не заставлять его думать, будто он играет для неё, но тогда, как ей показалось, между ними словно стало чуть меньше настороженности. Не исчезла совсем — Кай по-прежнему мог замкнуться без объяснений, а Лея не всегда понимала, когда лучше спросить, а когда оставить его в покое. Но теперь она уже не воспринимала каждую паузу как знак, что сказала что-то не то.

В четверг у Леи была всего одна пара — утренняя лекция, после которой день неожиданно оказался свободным. Она вернулась в комнату, оставила учебники на столе и посмотрела на спортивную сумку, которую давно собиралась разобрать.

Нора как-то рассказывала о местном спортзале: он находился в подвале спортивного корпуса и был открыт для студентов до позднего вечера. Лея всё откладывала поход туда, убеждая себя, что сначала нужно закончить проект или хотя бы выспаться. Сегодня отговорок не нашлось.

Она переоделась в легинсы и свободную футболку, собрала волосы в высокий хвост и проверила, взяла ли воду. На секунду задержалась перед зеркалом, поправляя выбившуюся прядь.

***

В спортзале пахло резиной, металлом и чистящим средством. Под потолком гудели длинные лампы, а из колонок негромко играла музыка, почти терявшаяся за стуком тренажёров и ровным шумом вентиляции. Вдоль одной стены тянулись беговые дорожки, в другой части зала стояли стойки с гантелями и скамьи.

Лея надела на запястье резинку, убрала сумку в шкафчик и огляделась. Здесь было не так многолюдно, как она ожидала. Несколько студентов занимались парами, один парень бежал на дорожке, у окна кто-то растягивался на коврике.

Она уже направилась к свободной дорожке, когда заметила Кая.

Он стоял у стойки с гантелями, чуть наклонившись вперёд, и, похоже, закончил подход. На нём были спортивные штаны и кроссовки, но футболки не было. Лея на мгновение замедлила шаг, прежде чем успела себя остановить.

Кай выглядел иначе, чем в комнате или на занятиях. Без привычной чёрной футболки он казался более открытым — и в то же время непривычно недоступным. В движениях чувствовалась собранность: он поставил гантели на место, выпрямился и провёл ладонью по лбу, убирая влажные от пота волосы. Плечи и руки были напряжены после тренировки, на коже блестели капли пота.

Он был подтянутым и сильным, но не массивным: чёткие линии плеч и груди подчёркивали привычку к регулярным тренировкам. Когда Кай поднял руку, чтобы убрать волосы со лба, мышцы предплечья напряглись, и рисунок на коже сдвинулся вместе с движением.

Татуировка начиналась у него на левом плече и уходила вниз по руке. Чёрные линии складывались в сложный узор — тонкие ветви или, возможно, языки пламени, переплетённые между собой. Лея не могла разглядеть ее целиком: часть скрывалась под спортивным напульсником, а часть уходила дальше, к локтю. В обычной одежде она никогда не замечала её.

Кай поднял голову и увидел её, а Лея поспешно отвела взгляд, надеясь, что он не заметил, как долго она смотрела.

На его лице мелькнуло удивление, быстро сменившееся знакомой сдержанной улыбкой.

— Не знал, что ты ходишь в спортзал, — сказал Кай, подойдя к девушке.

— Я тоже не знала, — ответила Лея. — До сегодняшнего дня.

Он усмехнулся и взял полотенце со скамьи.

— Решила начать?

— Решила попробовать. У меня сегодня всего одна пара, — объяснила она.

— Значит, свободный день нельзя тратить впустую?

— Именно. Я составила очень серьёзный план: не потеряться и не уронить ничего тяжёлого себе на ногу, — посмеялась сама над собой девушка.

— Звучит разумно.

— Я старалась.

Кай вытер лицо, а затем накинул полотенце на плечо. Лея старалась смотреть ему в глаза, но взгляд всё равно на мгновение задержался на татуировке.

Он заметил.

— Что?

— Я раньше её не видела, — кивнула на его татуировку Лея.

Кай посмотрел на собственное плечо, словно на секунду забыл, что рисунок там есть.

— Обычно она под одеждой, — ответил он.

— Это часть какого-то рисунка или просто узор? — поинтересовалась она.

— Просто узор, — произнес он после короткой паузы. — Мне понравился.

Девушка кивнула. Ей хотелось спросить, когда он сделал татуировку и почему выбрал именно этот рисунок, но она решила не торопиться. Кай сам мог рассказать, если захочет.

— Не буду мешать, — сказала она. — Пойду осваивать дорожку.

— Ты мне не мешаешь.

Эти слова прозвучали просто, но Лея поймала себя на том, что улыбается.

Она направилась к беговым дорожкам и выбрала ту, что стояла ближе к окну. Сначала шла медленно, привыкая к ритму, затем немного увеличила скорость. За стеклом виднелся внутренний двор: ветви деревьев раскачивались на ветру, а редкие студенты торопились по дорожке, прижимая к груди папки и куртки.

Через несколько минут Кай оказался на соседней дорожке. Он перекинул полотенце через поручень и начал разминаться.

— Ты здесь часто бываешь? — спросила Лея, убавив скорость.

— Несколько раз в неделю.

— Не ожидала, — продолжая пробежку, сказала она.

— Почему? — парень перевел на нее взгляд.

— Не знаю. Ты производишь впечатление человека, который предпочитает заниматься один.

— Я и занимаюсь один, — Кай включил тренажер и увеличил скорость.

Лея посмотрела на соседнюю дорожку.

— Убедительно.

— Ты сама спросила.

Он улыбнулся, и Лея вернулась к своему шагу. Они некоторое время тренировались молча. Ей нравилось, что можно не поддерживать разговор каждую минуту: шум зала заполнял паузы, и между ними не возникало необходимости что-то объяснять.

Закончив на дорожке, девушка перешла к коврику и сделала несколько упражнений на растяжку. Кай занимался в другой части зала, но время от времени она замечала его в отражении зеркальной стены. Он был сосредоточен и двигался размеренно, не отвлекаясь на окружающих.

Когда Лея выпрямилась и потянулась за бутылкой, рядом остановился незнакомый парень. Он был чуть старше неё, в яркой майке и с наушниками на шее. Улыбнулся слишком уверенно, словно они уже были знакомы.

— Ты новенькая? — спросил он.

— Вроде того, — просто ответила она.

— Я тебя раньше не видел. Часто сюда приходишь? — продолжал задавать вопросы незнакомец.

Лея сделала глоток воды.

— Сегодня впервые.

— Тогда могу показать, как тут всё устроено. А то местные тренажёры выглядят довольно запутанно.

— Спасибо, я уже разобралась, — вежливо отклонила его предложение Лея.

Парень не ушёл. Он опёрся рукой о стойку рядом с ковриком, перекрывая ей путь к бутылке.

— Не стесняйся. Я тут давно занимаюсь.

Девушка почувствовала, как улыбка сама собой становится холоднее.

— Правда, всё нормально, — еще раз попыталась она.

— Да ладно, я просто предлагаю помощь, — не унимался человек, который стал Лее уже неприятен.

— Я услышала, — откинув вежливость, твердо ответила она.

Он посмотрел на неё с притворной обидой, но в глазах мелькнуло раздражение.

— Ты всегда такая серьёзная?

— Только когда пытаюсь закончить тренировку.

Парень рассмеялся, будто она сказала что-то забавное, и сделал шаг ближе.

— Тогда давай после тренировки выпьем кофе. Я могу показать тебе места получше, чем очередь у главного корпуса.

Лея отступила на полшага, стараясь не выдать тревогу. Вокруг продолжали заниматься люди, но никто не обращал на них внимания. Она не хотела устраивать сцену, однако и не собиралась соглашаться лишь ради того, чтобы поскорее от него отделаться.

— Нет, спасибо.

— Почему? У тебя уже есть кто-то? — вопрос прозвучал слишком громко и слишком лично.

Девушка крепче сжала бутылку.

— Это не имеет значения. Я не хочу идти с тобой на кофе, — прямо ответила она.

Парень усмехнулся, будто её отказ только подстегнул его.

— Да брось. Не обязательно сразу делать из этого что-то серьёзное.

Лея посмотрела на него, пытаясь сохранить спокойствие.

— Я уже ответила.

Он наклонился чуть ближе и понизил голос:

— А если я всё-таки захочу тебя уговорить?

Лея замерла. В шуме спортзала его слова прозвучали почти буднично, но от них внутри всё сжалось. Она почувствовала, как ладони становятся влажными, и заставила себя не отводить взгляд.

— Отойди, — выплюнула она раздраженно.

Парень не двинулся.

А через несколько метров, у стойки с гантелями, Кай всё ещё стоял спиной к ним и убирал вес на место.

Глава 13

ГЛАВА 13

Парень не отступил. Вместо этого он резко схватил Лею за запястье.

Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но его пальцы сомкнулись крепче. Бутылка выскользнула из её руки, ударилась о пол и покатилась под скамью.

— Отпусти меня, — сказала она. Голос прозвучал твёрже, чем она себя чувствовала.

— Да ладно, я просто — не успел он договорить как Лея со всей жесткостью в голове четко произнесла:

— Я сказала: отпусти.

Она попыталась высвободить руку ещё раз. Боль от его хватки отозвалась в запястье, и страх мгновенно вытеснил раздражение. Вокруг по-прежнему гремели тренажёры и играла музыка, но всё это словно отдалилось. Лея видела только его руку на своей коже и напряжённую улыбку на его лице.

— Эй.

Жесткий голос прорезал шум зала.

Парень повернул голову. Кай уже шёл к ним. Полотенце осталось лежать на скамье, а на лице не было ни удивления, ни привычной усмешки — только холодная сосредоточенность.

Он остановился рядом с Леей.

— Отпусти её. — потребовал Кай. — По-хорошему.

Парень хмыкнул, но руку не разжал.

— Мы разговариваем.

— Она просила тебя отпустить.

— А ты кто такой, чтобы указывать?

Лея почувствовала, как Кай напрягся. Его взгляд на мгновение скользнул к её запястью, и челюсть сжалась.

— Последний раз говорю, — произнёс он тише. — Отпусти.

— Или что? — провоцировал его незнакомец.

Всё случилось быстро. Кай шагнул вперёд и ударил его по лицу. Парень отшатнулся, наконец разжав пальцы, и задел плечом стойку. Кто-то вскрикнул. Несколько человек обернулись, музыка продолжала играть, будто зал не понял, что привычный шум сменился тревогой.

— Кай! — Лея отступила, прижимая руку к груди. — Не надо!

Парень выпрямился и бросился на Кая. Они сцепились, толкнувшись в сторону скамьи. Гантели звякнули о металл, кто-то поспешно отступил, освобождая им место.

— Кай, остановись! — крикнула Лея. — Всё хорошо! Я в порядке! — попыталась успокоить его она.

Но Кай словно не слышал. Его лицо стало чужим: брови сведены, губы сжаты, взгляд прикован к противнику. Он действовал резко, не замечая ни людей вокруг, ни того, что Лея зовёт его. Её слова тонули в гуле голосов.

— Кай, пожалуйста!

Она боялась подойти ближе. Боялась, что он не заметит её и случайно заденет. Но ещё сильнее боялась, что драка продолжится и кто-нибудь пострадает.

Когда парни снова сцепились и покачнулись, Лея решилась. Она шагнула к Каю сбоку и осторожно положила ладонь ему на спину.

— Кай. Это я. Пойдём отсюда, — взмолилась она.

Он не сразу отреагировал. Под её рукой мышцы оставались каменно напряжёнными. Лея не стала тянуть его силой — только продолжала говорить, тихо и настойчиво:

— Посмотри на меня. Пожалуйста. Я здесь. Со мной всё хорошо. Пойдём.

Кай замер. На мгновение его взгляд всё ещё оставался прикован к парню, который тяжело дышал и вытирал губу тыльной стороной ладони. Потом Кай посмотрел на Лею.

Она не знала, что он увидел в её лице: страх, просьбу или всё сразу. Но его плечи чуть опустились.

— Пойдём, — тише повторила она.

Лея убрала руку с его спины и осторожно коснулась его локтя. Кай позволил увести себя к выходу. За ними кто-то громко требовал позвать сотрудника спортзала, но он не обернулся.

***

Дорога до общежития прошла в молчании.

Лея шла рядом, время от времени поглядывая на Кая. На его скуле проступала краснота, а на костяшках пальцев виднелись ссадины. Он держал руки в карманах и смотрел прямо перед собой. Гнев не исчез — он будто осел внутри, тяжёлый и горячий, и теперь Кай сдерживал его молчанием.

Лея несколько раз собиралась заговорить, но каждый раз останавливала себя. Она не хотела отчитывать его, пока он ещё не пришёл в себя. И всё же её тревожило, как легко он сорвался.

В комнате Кай молча снял куртку, которую накинул на голый торс на выходе из зала, и сел на край кровати. Локти упёрлись в колени, пальцы сцепились. Он смотрел в пол.

Лея закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Только теперь она заметила, как сильно дрожат руки. Запястье ныло, но, судя по всему, обошлось без серьёзной травмы. На коже остались красные следы от чужих пальцев.

— Я принесу аптечку, — сказала девушка.

Кай не ответил.

В ванной она нашла аптечку в нижнем шкафчике. Пока возвращалась, старалась дышать ровно. В комнате было тихо: за стеной кто-то разговаривал, в коридоре хлопнула дверь, а здесь Кай всё так же сидел, опустив голову.

Лея поставила аптечку рядом с ним и достала салфетки и антисептик.

— Дай руку, — попросила она.

— Не надо, — твердо ответил парень.

— Кай, — ее голос прозвучал гораздо требовательнее, чем раньше.

Он поднял на неё глаза. В них всё ещё стояла злость, но теперь Лея понимала: направлена она была не на неё. Скорее на самого себя — за то, что не сумел остановиться раньше.

— Я справлюсь.

— Знаю. Но всё равно дай.

Кай помедлил, затем протянул руку.

Лея опустилась перед ним на колени, чтобы лучше рассмотреть ссадины. От этого положения ей стало неловко, но она постаралась сосредоточиться на его пальцах. Костяшки были сбиты, одна царапина уже начала кровить.

— Будет щипать, — предупредила она.

— Переживу, — следя за ее руками, ответил он.

Она смочила салфетку антисептиком и осторожно коснулась его кожи. Кай напрягся, но не отдёрнул руку.

— Ты всегда так реагируешь? — спросила Лея, стараясь говорить непринуждённо.

— Как?

— Сначала молчишь, потом ломаешь кому-нибудь нос.

— Я ему нос не ломал, — его ответ прозвучал равнодушно.

— Значит, сегодня ты был в хорошем настроении.

Уголок его рта едва заметно дрогнул, но улыбка не появилась.

— Он схватил тебя, — к нему вернулась злость, будто он воспроизводил картинку этого.

— Я знаю. Я была там.

— Ты не могла вырваться.

Лея замолчала. В его голосе снова проступило напряжение. Она продолжила обрабатывать ссадину, стараясь не нажимать слишком сильно.

— Ты вмешался. Спасибо.

— Не за что.

— Но в следующий раз послушай меня, когда я прошу остановиться.

Кай отвёл взгляд.

— Я не слышал, — честно сказал он.

— Я заметила.

— Лея…

— Я не говорю, что ты должен был пройти мимо. Просто… я не хотела, чтобы ты тоже пострадал.

Он не ответил. Девушка заклеила небольшую царапину пластырем и взялась за его вторую руку. На этот раз Кай не сопротивлялся, но и не смотрел на неё.

Чтобы заполнить тишину, Лея заговорила о пустяках: о своей неудачной попытке разобраться в тренажёрах, о том, как чуть не перепутала беговую дорожку с эллиптическим тренажёром, о том, что в следующий раз возьмёт с собой наушники. Она не ждала, что Кай поддержит разговор. Ей просто хотелось вернуть комнате обычный воздух — тот, в котором можно было дышать, а не только вспоминать чужую хватку и глухой звук удара.

— Ты вообще слушаешь? — спросила она, закончив с его рукой.

— Да.

— И что я только что сказала?

Кай посмотрел на неё.

— Что в следующий раз не перепутаешь тренажёры.

— Неверно. Я сказала, что постараюсь не перепутать. Это важное уточнение.

— Конечно.

В его голосе наконец появилось что-то похожее на прежнюю сухую насмешку. Лея улыбнулась, и напряжение в её плечах немного ослабло.

Она потянулась за пластырем, но Кай не отпустил её руку сразу. Его пальцы легко удерживали её за запястье — не сжимая, просто задерживая на месте. Лея замерла.

Кай тоже, кажется, осознал, что сделал. Его взгляд опустился на её руку, туда, где ещё виднелись красные следы от пальцев того парня. Выражение его лица снова изменилось.