Тень рядом со мной

Кира Шеина

Тень рядом со мной

© Издательский дом «Проф-Пресс», составление, оформление, 2026

© Кира Шеина, текст, 2026

Глава 1

– Как тебе это?

– Банальное.

– А это?

– Ей не подойдёт.

Влад отложил очередную подушечку с украшением на прозрачный прилавок. Драгоценный камень в золотой оправе равнодушно блеснул под густым жёлтым светом настольной лампы.

– Лис, признайся, – вздохнул он тоскливо. – Ты просто вредничаешь.

– Ничуть, – пожала плечами я. – Мало, чтобы кольцо просто было красивым. Оно должно подходить будущей хозяйке по характеру.

Девушка-консультант одобрительно улыбнулась, а Влад с сомнением почесал коротко стриженный затылок.

– Хочешь сказать, Лере ничего из этого, – он широко взмахнул рукой, – не подойдёт? Почему?

Я промолчала. На языке крутилось язвительное:

«Лере плевать, подойдёт ли ей кольцо. Она обрадуется только ценнику с внушительным количеством нулей. А тебе, видимо, мозги на ринге отбили, раз ты этого не видишь», но ссориться с лучшим другом не хотелось.

Я давно не видела Влада таким счастливым: глаза сияют, улыбка не сходит с губ, а все мысли и разговоры только о «великолепной» идее сегодня после боя сделать Лере предложение. Он огорошил меня этой новостью несколько дней назад, и я едва удержалась от нервного смеха. И дело даже не в моей давней и безответной любви (хотя, чего скрывать, болезненный комок из груди не исчезал), но и в разрушенной надежде, что Романов заметит истинный характер Леры. Не заметил – захотел жениться.

Говорить что-то упрямому другу бесполезно: Влад слишком твердолобый. Пока не поймёт сам, доказать не сможешь, лишь рискуешь нарваться на ссору.

Именно поэтому пришлось поздравлять его и тащиться выбирать кольцо.

В ювелирном магазине мы проторчали почти час. Долго спорили, но всё-таки пришли к решению.

Когда вышли на улицу, в нагрудном кармане Влада в красной коробочке лежало изящное колечко с бриллиантом. Не шесть нолей, конечно, но Влад не поскупился. Я знала, что друг сейчас на пике своей карьеры, но, потратив такую большую сумму на обычное украшение, он меня удивил. Слишком резким казался контраст с тремя-четырьмя годами ранее, когда мы экономили деньги, чтобы раз в три месяца поесть в самом простом ресторане города и повеселиться в боулинге.

Романов открыл для меня дверь на заднее сиденье такси и, как только я оказалась в салоне, залез следом. В маленькой легковушке большой Влад смотрелся нелепо: коленки упирались в переднее кресло, широкие плечи едва пролезли в дверь, а макушка доставала до крыши. Неудивительно, что для себя он купил огромный джип.

– Весело тебе? – Друг тяжело вздохнул. – Чёртов сервис, уже неделю мучают мою машину.

Я показала язык и пристегнулась. В салоне удушающе сладко пахло ароматизатором, поэтому пришлось открыть окно. Ветер взметнул короткие пряди и бросил в лицо горсть придорожной пыли, когда машина сорвалась с места. Я чихнула и полезла в карман взять завибрировавший телефон.

Влад бесцеремонно покосился через плечо.

– Опять этот козёл? – недовольно буркнул он.

– Он не козёл, а мой потенциальный парень, – вздохнула я.

– Даже не думай, Лис. Он мне не нравится.

– Так и не тебе с ним встречаться.

– Лис!

– Что?

Пока Романов придумывал, что сказать, я ответила на звонок.

– Костя, привет, – широко улыбнулась я сквозь силу.

К Косте Лешему я не испытывала симпатии и про «потенциального парня» соврала из вредности.

– Алиса, здравствуй! – Тягуче-сладкий тон собеседника давил на нервы. – Пойдём в театр сегодня в семь? Я купил два билета на чудесную пьесу.

Точек соприкосновения у нас с Костей не было. Наше общение с детства приносило мне лишь дискомфорт, но Леший был сыном близкой маминой подруги, поэтому приходилось терпеть.

– Сегодня? – Я покосилась на Влада.

– Бой! – рявкнул он и потянулся было за телефоном, но я увернулась и приложила гаджет к другому уху.

– Ты опять с этим громилой? – обиженно проворчал Костя.

Из груди вырвался усталый вздох: истерику Лешего слушать не было сил.

– Да, Костя, я с Владом, – отозвалась я, зажимая рот Романову, который снова собирался что-то сказать. – И нет, я не смогу пойти с тобой. У Влада сегодня важный бой.

Друг довольно кивнул, легко укусил меня за ладонь и победно ухмыльнулся, когда я зашипела.

– Алиса, милая, – едва не скрипел зубами от досады Костя, – такой девушке, как ты, нельзя смотреть на грязь и драки! Балет, театры, концерты классической музыки – вот что…

Леший снова перешёл грань. Я чудом удержалась от порыва сбросить звонок и вежливо оборвала нудные нравоучения:

– Кость, прости, не могу разговаривать. Созвонимся завтра. Маме привет.

Когда машина завернула во двор моего дома, мы с Владом уже спорили на повышенных тонах. Таксист с опаской косился в зеркало заднего вида, но не делал замечаний. Да и неудивительно: возразить Владу мог только самоубийца.

Спор крутился вокруг Кости. Романов пытался доказать, что чувствует его гнилую душонку, и умолял послать Лешего, не обращая внимания на связи и попытки родителей свести нас. Я чувствовала себя глупо от ощущения, что злость Влада заставляет сердце взволнованно учащать ритм. Подсознание пыталось обманывать и воспринимать её как ревность, поэтому приходилось усилиями воли включать разум. Даже если это ревность, то всего лишь братская.

– Второй подъезд, – сказала я таксисту, расстегнула ремень и повернулась к другу. – Всё, Романов, прекращай бурчать. Побереги нервы, у тебя сегодня важный день.

– Важный. – Влад кивнул головой. – Лис, и я очень хочу, чтобы в этот важный день ты была рядом.

Если ты про бой, дорогой мой друг, то когда было иначе? Но как тебе объяснить, что твоё предложение другой девушке – последнее, чему я хочу стать свидетелем? Пытаешься убедить меня в неискренности Лешего, а сам не видишь, с кем хочешь связать жизнь.

Я снова проглотила упрёк, понимая, что тоже необъективна. Да, я искренне считала, что Лера – меркантильная змея, но за руку-то я её не ловила, а значит, и сама могла злиться из-за банальной ревности. Вот только совсем не сестринской…

– Спасибо! – Я улыбнулась таксисту и схватилась за дверную ручку.

– Ли-и-ис? – вкрадчиво протянул Влад.

Обернулась, вздохнула и наклонилась, чтобы коротко чмокнуть в колючую небритую щёку.

Сердце привычно заныло.

– Вот так хорошо, – довольно кивнул Романов, – и не дуйся. А этот твой Костя пусть только покажется на глаза – отправится в нокаут.

– И где же твоя спортивная этика? – фыркнула я. – Он меньше тебя в три раза. И слабее.

– Именно поэтому он тебе не подходит, – категорично заявил Влад. – Всё, Лис. Жду в клубе в восемь. Кабинет Геры в твоём распоряжении. Помнишь про королевские розы? Белые.

Я устало кивнула. Лера обладала изысканным вкусом на цветы, а из-за того, что Влад перед боем будет занят, за букетом для предложения поеду я. И кто бы знал, как горько и тошно от одной только мысли об этом!

Влад послал мне воздушный поцелуй и назвал таксисту адрес клуба. Такси уже скрылось за поворотом, а я всё задумчиво смотрела ему вслед и пыталась собрать расплывшиеся мысли.

На горизонте клубились чёрные тучи. Тёплый ветер усиливался и хлестал резкими порывами. Зонта с собой не было, но я решила не возвращаться в квартиру и прогуляться по району, чтобы усмирить кружившие коршунами мысли. Сначала показалось, что я добилась успеха, но стоило закрыть за собой дверь квартиры, как обострилось колкое ощущение одиночества.

Влад женится. Он и правда женится. Внутри медленно и болезненно умирала привычная надежда, что всё изменится. Что мои неразделённые чувства чудесным образом окажутся взаимными или, на худой конец, я раз и навсегда избавлюсь от них. Но ни первого, ни второго не произошло.

Крохотный коридор утопал в удушливой темноте. Я спиной прислонилась к двери и глубоко задышала, чтобы успокоиться.

Простояла так несколько минут, опираясь о высокий комод, а потом в голень уткнулась пушистая морда Снежка. Белоснежный кот громко замурчал, и все попытки взять себя в руки неожиданно рухнули. Не заботясь о чистоте светло-бежевых брюк, я села прямо на входной коврик, прижала к груди Снежка, зарылась носом в шерсть и заревела. Совсем не женственно, громко и унизительно.

– Почему? – всхлипывала я глухо. – Почему всё так?

Мы подружились с Владом в детском саду. Моя семья была богатой, но, когда мне исполнилось пять, папин бизнес рухнул, и нам пришлось переехать из столицы в провинциальный городок. Я смутно помню те времена, но свою первую встречу с Владом в детском саду вряд ли смогу забыть. Тощий сутулый мальчишка не дружил ни с кем в группе, дети обзывали его слабаком и не принимали в игру. Я была новенькой, замкнутой и неактивной, но к Владу почему-то потянулась. Мы подружились в первый же день и с тех пор никогда не расставались. Вместе в школу, одиннадцать лет за одной партой, пять лет в одном институте, его первые шаги в спорте, мои – в карьере, первые поражения, раны, драки, провалы и удачи – мы всё проживали вместе. Мы знали друг о друге больше, чем наши семьи – о нас. Всю жизнь, которую я помнила, он был рядом, и всю жизнь я бережно хранила внутри болезненные безответные чувства, а он продолжал называть меня «лучшим другом» и «сестрёнкой», гонять моих ухажёров и сводить с ума.

Я даже пыталась что-то делать. Пробовала избавиться от этих чувств, пробовала встречаться с другими парнями, пока не поняла наконец, что делаю только хуже. Лучше уж совсем остаться одной. В редкие моменты особенного отчаяния я думала о признании, но от страха потерять Влада даже как друга тошнило до головокружения.

Снежок недовольно мяукнул, когда я слишком сильно прижала его к себе. Я выдохнула, расслабила объятия и устало закрыла опухшие глаза.

Глава 2

От приторно-медового запаха роз болела голова. Огромный букет мешал обзору, и я старательно отводила взгляд от лужи у крыльца клуба. Она казалась такого же размера, как букет, и приходилось прогонять прочь из мыслей вид нежных белых бутонов, утопающих в липкой грязи. Я упрямо перешагнула лужу и направилась к входу в бойцовский клуб «Витязь».

Охранник Степан приветливо помахал и заверил, что сегодня тоже болеет за Влада. Спонсорские бои были важным ежегодным событием. Собирались спонсоры всех влиятельных клубов и сталкивали бойцов друг с другом. Противников, как правило, держали в тайне даже от самих участников.

Путаные коридоры клуба походили на катакомбы, но я давно выучила каждый уголок. Влад занимался в «Витязе» десять лет и именно здесь прошёл путь от новичка до чемпиона мира. Владелец клуба Гера Мицкевич стал ему близким другом, а сам Романов – гордостью «Витязя» и страны. Ну а меня он таскал с собой, хотя я не могла смотреть на драки. Со временем мы выработали удобную схему: я сидела в кабинете и наблюдала за ходом боя по постам онлайн-журналистов на сайте клуба. В перерывах бросала ноутбук и бежала к арене, но, как только бой начинался, снова уходила.

– Алиса Матвеевна, вечер добрый!

Я почувствовала едкий сигаретный дым и поняла, кто стоит за углом, ещё до того, как столкнулась с человеком нос к носу.

Саша Котов, один из спортсменов, торопливо помахал рукой в воздухе, разгоняя плотные клубы дыма, и отвесил мне поклон. Курить в здании запрещалось, но парня это никогда не останавливало.

– Привет, – улыбнулась я.

– Кто подарил? – восхищённо цокнул языком Котов, ставя переполненную жестяную пепельницу на пол. – Влад расщедрился?

– Дождёшься от него! – фыркнула я.

– Тайный поклонник?

– Скорее, ненавистник.

Саша довольно захохотал над несмешной шуткой, а я пообещала ему встретиться в зале и протиснулась мимо. В носу смешались запахи цветов и сигарет, вызывая тошноту. Тёмно-зелёные холодные стены без окон неожиданно начали давить. Я мотнула головой и ускорила шаг – сейчас отдам Владу букет и уйду в кабинет Геры. У него там огромное окно – надышусь.

Дверь в мужскую раздевалку была приоткрыта. Час назад Влад отправил сообщение, что будет ждать внутри. Я затормозила, решив сначала прислушаться: из-за соревнований все тренировки были отменены, но я опасалась застать кого-нибудь из спортсменов за переодеванием. Опасения были напрасными: из раздевалки глухим эхом доносился женский голос. Я подошла ближе и различила знакомые звонкие нотки и шепелявую букву «с». Сначала хотела спрятаться, чтобы Лера заранее не увидела букет, но застыла. Ноги словно вросли в пол, а толстые колючки впились в кожу мгновенно вспотевших ладоней.

– Я боялась тебе сказать, Влад, – плакала Лера, – боялась, но я больше не могу. Если бы это произошло один раз, может, я бы промолчала. Ради тебя. Я бы смогла… Но он сделал это снова, понимаешь?

Я не слышала голоса друга, а девушка продолжала всхлипывать:

– Первый раз это случилось месяц назад. Александр Ми… Твой отец, он… – Голос Леры срывался от слёз, а моё сердце пропускало удар за ударом. – Прости меня, Влад! Пойми меня, пожалуйста. Он… он сделал это дважды. Дважды. Мне ничего не оставалось, я вынуждена была пойти к врачу, а потом в полицию.

– Замолчи! – Крик Влада оглушил меня. – Что ты несёшь? Что ты несёшь?!

Пораненная ладонь разжалась и заныла. Я отбросила букет и ворвалась в раздевалку.

Влад сидел на лавочке и сжимал в кулаках волосы на своей макушке, а Лера рядом растирала по щекам косметику и, словно сумасшедшая, качалась из стороны в сторону.

– Что ты несёшь?! – повторял себе под нос Романов, не поднимая головы. – Что ты, чёрт возьми, несёшь?!

– Они завели дело. – У Леры сел голос. – Они арестовали его, Влад. Если бы я врала тебе, они бы не сделали этого.

Я сдавленно охнула, а Влад поднял голову.

– Что? – спросил он сипло.

– Арестовали. – Лера отшатнулась, не выдержав его взгляда. – Его арестовали. Прости.

За годы дружбы я никогда не видела Влада таким. Перехватив тяжёлый мутный взгляд, я вдруг по-настоящему испугалась за Леру. Девушка рванула было к парню, но я перехватила её за локоть и оттащила в сторону.

Влад двигался медленно, словно не мог заставить тело подчиняться. Он достал телефон и дрожащими пальцами ввёл пароль.

– Что ты делаешь? – Лера попыталась вырваться, но я крепко держала её и вместе с Романовым ждала ответа.

– Какого чёрта он не берёт?! – Друг снова и снова набирал номер. Телефон чудом не треснул в его медвежьей хватке.

В мой локоть впились острые ногти. Я поморщилась и вздрогнула, когда Лера оглушила:

– Отпусти меня!

– Уймись! – сипло попросила я, с ужасом наблюдая за Владом, который метался по раздевалке. Я не знала, что и думать. Я ничего не понимала. Слова Леры не укладывались в голове – отец Влада изнасиловал её? Один из самых честных, чистых и добрых людей, которых я когда-либо встречала в жизни? Да не может этого быть!

Но откуда тогда такой страх у этой девушки? Откуда трясущиеся руки и искренний ужас в глазах?

Она играет? А если так, чёрт возьми, зачем ей это?

Романов, кажется, едва соображал. Он вновь и вновь набирал номер и слушал длинные гудки.

– Что у вас тут происходит?

Дверь открылась. На пороге появился Гера, в кои-то веки облачённый в классический костюм вместо спортивного. Следом зашёл высокий полноватый мужчина, Пётр Давыдов, – главный спонсор клуба и сегодняшнего боя.

Влад продолжал метаться из стороны в сторону и бил кулаками о стены каждый раз, когда оказывался рядом.

– Ого, – присвистнул Гера. – Алиса, что случилось?

Слова застряли в горле, и я смогла только нервно мотнуть головой. Заныла сжатая челюсть.

Наблюдать за Владом было невыносимо, но я не могла заставить себя отвести от него глаза.

– Он не отвечает. – Друг наконец остановился и поднял голову.

Я всё ещё крепко держала Леру за локоть и не поняла, кому предназначался его растерянный взгляд.

– Он не отвечает на телефон.

– Кто не отвечает? – повысил голос Гера. – Алло, народ! Меня слышит кто-нибудь?

– Поехали домой. – Я не узнавала свой голос. – Может, он просто не слышит. Он наверняка дома. Может, занят или занимается с учеником. Помнишь, такое раньше было – ты не мог дозвониться, а он просто смотрел телевизор. Влад?

Лера снова заплакала, а я отпустила её руку. Адреналин спадал, мысли становились яснее, а вера в слова девушки испарялась. Александр Михайлович был одним из лучших людей, которых я когда-либо встречала. Примерный семьянин, школьный учитель, которого обожали все вокруг. На пенсии стал подрабатывать репетитором, и ни разу никто на него не жаловался. Изнасиловал? Почти невесту своего единственного сына, которого так сильно любил?

– Поехали. – Теперь я точно понимала, что Романов смотрит на меня, хотя взгляд его по-прежнему оставался пустым. – Домой. Я должен ехать домой.

Он метнулся к двери, но Гера с Петром перегородили путь.

– Друг, далеко собрался? – Хозяин клуба удивлённо потёр лоб, а Пётр трясся от злости:

– Очумел? Бой через пять минут. На ринг!

Лера завыла с новой силой, вызывая нестерпимое желание зажать ей рот.

– Уйди, – взревел Влад, отпихивая Петра.

Давыдов был бизнесменом, а не спортсменом. Жирок в области талии и несколько двойных подбородков не добавляли ему силы, поэтому сдвинуть спонсора с пути Владу не составило труда. А вот с Герой так просто справиться не получилось.

– Да остановись ты! – выпалил Мицкевич, хватая друга за грудки. – Что случилось?

– На ринг! – Раскрасневшийся Пётр едва устоял на ногах и снова кинулся к Владу. – На ринг, быстро!

Вы, чёртовы идиоты, хоть представляете, как важен сегодняшний бой?!

– Замолчи! – бросил ему Гера.

И Давыдов задохнулся от ярости:

– Если ты сейчас не выйдешь, Романов, ты в жизни не расплатишься за неустойку. Пока не сдохнешь, будешь бесплатно на меня работать, понял?

Взгляд Влада полыхнул ненавистью, и Петру уже грозила сломанная челюсть, если бы Гера не удержал друга, а я не бросилась наперерез.

– Влад, я всё узнаю. Слышишь меня? – Сердце стучало в ушах. – Это ошибка. Это точно какая-то ошибка. Прошу тебя, просто сосредоточься на бое, а я всё узнаю. Всё будет хорошо, слышишь?

По обезумевшему взгляду Романова сложно было понять, слышал ли он меня. Но вырываться прекратил. Я осторожно отодвинула Геру, и тот не стал сопротивляться.

– Всё будет хорошо. Это ошибка. – Слова казались глупыми, но других у меня не было.

Я крепко обняла Влада, встав на цыпочки, и едва не разрыдалась, почувствовав, как дрожит его большое тело. Романов сначала замер, а потом обнял меня в ответ, сжав до хруста.

– Ошибка, – хрипло пробормотал он.

Глава 3

Не поддаваться панике удавалось с трудом. Отчаяние Влада заражало и путало мысли. Я глубоко дышала, чтобы успокоиться.

Сначала набрала номер его отца. Бесполезно – долгие гудки без ответа. Попробовала ещё несколько раз, но так и не добилась результата. Дозвонилась соседке, но та сказала, что Александра Михайловича нет уже несколько дней – скорее всего, уехал на дачу. Дача находилась далеко за городом, куда в это время уже не ходил общественный транспорт. Такси заказать не получалось: один за другим операторы сообщали о высоком спросе и отсутствии свободных машин, а единственными друзьями, у кого был автомобиль, оставались Гера и Влад.

Очевидно, никто из них не мог отвезти меня сейчас, поэтому я решила дождаться конца соревнований, а за это время попытаться дозвониться до Александра Михайловича или кого-то из знакомых.

Гера и Пётр ушли за Владом. Из зала уже доносились рёв зрителей и оглушительная музыка. Я устало села на пластиковую лавочку и снова набрала номер. Лера сидела в углу, уткнувшись носом в колени.

– Ты тоже мне не веришь? – Она подняла голову.

Я посмотрела на неё и тут же поспешно отвернулась: дыхание перехватило от плескающегося в её заплаканных глазах отчаяния.

– Я не могу в это поверить, – отозвалась я честно, – не могу.

Девушка всхлипнула сквозь сжатые челюсти:

– Я не вру.

– Лера, – повысила я голос, – мы разберёмся. Не говори мне сейчас ничего, пожалуйста.

Теряева тяжело выдохнула и опустила голову.

– Я переживаю за Влада, – прошептала она едва слышно. – В таком состоянии… Тарас его не пощадит. Плевать на неустойку, лучше бы уш…

Лера осеклась, а меня словно окатили ледяной водой с головы до пят. Я не сразу осознала, что именно сказала девушка. Не сразу поняла, почему она вдруг встала и, настороженно за мной наблюдая, попятилась к двери.

– Откуда ты знаешь? – Мой вопрос заставил её замереть.

– Что? – Лера судорожно всхлипывала и опасливо косилась на дверь.

Ей снова было страшно, но теперь я понимала, откуда взялся этот страх. Она прокололась. И сама это поняла.

– Откуда ты знаешь, с кем дерётся Влад? – просипела я, вставая.

Лера была выше меня, да ещё и на каблуках, но вновь забурливший в крови адреналин придал силы. Я схватила девушку за грудки и толкнула в сторону.

Она потеряла равновесие, но устояла, схватившись за зашатавшийся металлический шкафчик.

– Ты что творишь?

– Откуда?!

– Влад сказал!

– Влад сказал?! – У меня сбилось дыхание.

Руки затряслись сильнее. Я ненавидела себя за то, что на мгновение посмела усомниться в отце Влада и поверить Теряевой. В её чертовски хорошую актёрскую игру.

– Зачем?!

Я даже не поняла, как дёрнула противницу, повалила её на пол и вцепилась в волосы. Лера взвизгнула и, оцарапав щёку, сжала в кулаках мои пряди. – Зачем ты это сделала? Зачем?!

– Да потому что тошнит уже от всего! – визжала Теряева. – Тошнит от того, что я должна строить из себя непонятно кого, чтобы получить хоть что-то! Я жить хочу нормально! Нормально, а не как бедная родственница! Я достойна лучшей жизни! Я достойна, чтобы меня любили! И ты бесишь, ясно тебе?! Постоянно только и слышу: «Лис то, Лис сё»! Ты мешала нам, понятно?! Всё из-за тебя!

Я задыхалась от ярости. Длинные ногти Леры царапали кожу головы до крови, и от боли слёзы застилали глаза. Я с ненавистью отпихнула от себя девушку, размахнулась и почти ударила её по щеке, но рука наткнулась на преграду.

– Спятили?!

Не удивлюсь, если Гера поседеет после сегодняшнего вечера. Снова ворвавшийся в раздевалку парень был ошарашен не меньше нас обеих. Он поставил меня на ноги и с ужасом смотрел на Леру, которая лежала на полу.

– Сволочь! – Я попыталась вырваться из рук Мицкевича, но тот держал крепко.

Зато Леру никто не держал, и она, поднявшись, прыгнула на меня. Гера успел развернуться и завыл, когда ногти Теряевой впились в его спину.

– Чёрт! Саня, сними её с меня!

Только сейчас я заметила у входа Котова. Он недовольно дёрнул головой, но всё же двинулся к нам, чтобы оторвать Леру от владельца «Витязя».

– Лера, уймись! – Гера с облегчением выдохнул, когда девушка перестала визжать над ухом. – Алиса, что случилось?

Я честно попыталась успокоиться, но меня трясло так, что я едва соображала, где нахожусь.

– Она… Она подставила. Сказала Владу, что его отец… её…

Слова никак не желали складываться в связные предложения. Я тяжело дышала и вцепилась Гере в руку, чтобы не упасть.

– Она знает, с кем дерётся Влад. Знала заранее!

– Ни черта не понимаю, – честно сообщил парень и крепко меня обнял. – Тихо, Алиса, тихо, – говорил он, поглаживая по спине. – Давай успокойся и разложи всё по полочкам. Влад меня убьёт, если увидит тебя в таком состоянии.

Я всхлипнула и сделала два глубоких вздоха, пытаясь унять клокочущую внутри ярость. Объятия Геры помогали – перед собой вместо ненавистного лица Теряевой я видела темноту. От Мицкевича приятно пахло дорогой туалетной водой с хвойным ароматом, и от этого почему-то тоже становилось спокойнее.

– Гер, – тихо прошептала я, когда мысли чуть-чуть прояснились, – я не знаю почему, но Лера пыталась оболгать отца Влада в его глазах, и…

Я не договорила. В голове рассеялась пелена непонимания, и я наконец догадалась, какую цель преследовала Теряева и откуда знала имя противника Влада. Снова пропустив вдох, я оттолкнула Мицкевича. Расслабившийся парень не успел отреагировать и мрачно выругался.

– Кто он тебе? – Я даже не думала, что могу злиться до всполохов перед глазами. – Кто он тебе?! – Да что ж такое! – взвыл Гера, когда я снова едва не прыгнула на Теряеву. Парень вцепился мне в плечи.

– Кто он?!

– Мой жених! – завизжала Теряева. – Он сделал мне предложение, понятно?! На него поставили в этом бою огромные деньги! Я думала, Влад уедет! Я думала, что просто уедет и не будет драться! Я не хотела, чтобы он выходил на бой, я бы потом во всём призналась!