Почувствуй мой страх

– Я похож на того, кто даст заднюю?

Еле заметно мотаю головой. Закусываю нижнюю губу и тут же одёргиваю саму себя, потому что серые глаза медленно передвигаются на место укуса.

А затем… незнакомец склоняется ближе и своим горячим языком проводит по моим сухим губам, с нажимом проходит между ними…

Сердце тут же заходится в безудержный бег и работает с перебоями. Буквально чувствую, как закипает кровь и как пульс долбит в глотке. Разум покрывается дымкой, плывёт. Только ощущаю, что ноги подкашиваются.

– Ох, черт, ну ты ещё откинься, – гремит над ухом низкий тембр, когда крепкие руки подхватывают моё тело.

И это последнее, что я помню.

***

Открываю глаза в раздевалке для персонала. И как только взгляд фокусируется, я вижу взволнованное лицо Крис на фоне светлой потолочной плитки. Поднимаю руку, потирая лоб, и тут же улавливаю движение.

– Наконец-то! – эмоционально разводит руки в стороны подруга. – Ты меня напугала! Я уже думала звонить Яну и сообщать о происшествии!

– Что произошло? – с горем пополам сажусь на мягком диване, растирая ладонями лицо.

Осматриваю себя, подмечая, что осталась в том же, в чём танцевала и облегчённо выдыхаю.

– Тебя Тайпан из випки вынес. Я думала затрахал до смерти, а он сказал, что ты бахнулась в обморок. Я ни разу его таким недовольным не видела! Безразличным – да, но не таким! – Крис заводит руки за спину и начинает ходить из угла в угол, вызывая этим у меня приступ тошноты. Будто мне слабости мало.

– А дальше что? – пересохшие губы слабо подаются, но всё же выдавливаю из себя эти слова.

– А дальше принёс сюда, положил, пробурчал что-то типа “ещё мне хватало, чтобы батя за труп раскидывал” и ушёл.

Я её слушаю, но всё ещё туго соображаю, а потому даже ничего не отвечаю. Встаю с диванчика и иду в уборную. Встаю напротив раковины, смотрю на заляпанное зеркало. Откровенно в шоке от той, что смотрит в ответ: бледное лицо, и без того большие глаза теперь вообще будто из орбит вылететь пытаются, а еще верхнее левое веко дёргается. Открываю кран, набираю полные ладони прохладной воды и плескаю себе на лицо. Немного прихожу в себя, но всё ещё не до конца понимаю, что произошло, а главное, почему так легко закончилось.

Неужели он один из тех гостей клуба, кто в ладах с головой? Неужели мне впервые в жизни повезло?

– Это же Тай, Васька! Как тебя угораздило вообще? – в проходе появляется недовольная Кристина.

Будто я, блин, выбирала, кто сегодня доведёт меня до бессознательного состояния!

– Кристин… – перевожу усталый взгляд в отражение на неё. – Не задавай тупых вопросов. Я даже не знала его до сегодняшнего вечера. Что с ним не так-то?

– Ну, – Маркова поджимает губы, а затем подходит ко мне. Обнимает со спины и уже глядя мне в глаза через зеркало тихо говорит: – Скажем так… Тебе повезло, что он не успел взять от тебя большего. В общем-то, никто не жаловался, но говорят, что он не особо нежен.

Вздрагиваю.

– В смысле?

– В смысле во Вселенной Савы есть только Сава. И тебе улыбнётся удача, если ты останешься в целости и сохранности.

Неосознанно вздрагиваю от ее слов, но насколько это вообще возможно беру себя в руки. В конце-концов, меня предупреждали, что здесь такое не редкость. Я сама на это пошла, хотя не буду скрывать – вообще не была к такому готова.

Естественно, слова Крис не выходят из моей головы, и остаток смены я хожу как испуганная лань, озираясь по сторонам. И даже когда танцую, то глаза, словно у безумца исследуют пространство вокруг. Во-первых, потому, что в голове постоянно крутится мысль, будто этот Сава ещё сидит за каким-либо из столиков, а во-вторых, потому, что теперь я боюсь, кажется, даже собственной тени.

– Эй, ты как? – перекрикивая музыку, спрашивает Саша – наш сегодняшний бармен, как только я подхожу к стойке, станцевав последние полчаса на эту смену.

Фыркаю, закатывая глаза и показательно отворачиваюсь от него. Точнее, пытаюсь.

– Вась, ну ты чего? – он хватает меня за руку и слегка тянет на себя. – Что я должен был сделать? Выйти и начистить рожи трём мажорикам, серьёзно?

Медленно перевожу взгляд на него. Стоит весь такой виноватый, карие глаза по пять рублей, как у голодного кота… вот только не возьмёт он меня этим.

– Ты мог хотя бы позвать охрану.

– Да это ведь привычное дело, что гости зажимают танцовщиц. К тому же двигаешься ты реально круто, – улыбается широко, видимо, посчитав, что сделал мне комплимент.

– Пошёл в жопу, Саш, – шиплю тихо, так что даже не знаю, услышал он или нет, вырываю свою руку из его захвата и иду в сторону “гримёрки”. Но, по сути, она больше напоминает школьную раздевалку, только больше, светлее, чище и дороже обставленная.

Там сажусь на диванчик, упираясь локтями в колени, и прячу лицо в ладонях. Чувствую, как же сильно я устала, и это даже не про физическое. Одно столкновение с “золотыми детками” и у меня опустились руки. А ведь ещё только начало сентября. Впереди ещё целый год.

Протяжно выдыхаю. Встаю, встряхивая тело. Нужно просто собрать себя в руки и хотя бы раз в жизни побыть не размазнёй.

Прохожу к своему шкафчику. Стягиваю с себя шорты и топ, переодеваюсь в привычные широкие джинсы и тёмную майку, переобуваюсь, а затем складываю униформу в рюкзак. Снимаю с крючка в шкафу куртку и иду на выход.

В зале клуба уже не настолько людно: чем ближе к утру, тем меньше людей. Но это не значит, что пройти можно нормально. Безумно радуюсь, что до входа для персонала идти недалеко, и мышкой юркаю между людей.

Даже Крис не стала искать, чтобы сообщить об уходе. Только выйдя на улицу достаю телефон и пишу сообщение, что ушла. Поднимаю взгляд в тёмное небо, на котором нет ещё даже намёка на восходящее солнце, а только редкие яркие точки, и протяжно выдыхаю.

– Плохой вечер? – слышится из темноты мужской голос.

Сердце тут же делает кульбит, стучась в глотку, дыхание останавливается, а тело напрягается в ожидании.

Делаю короткий шаг назад, упираясь спиной в металлическую дверь. Мысли лихорадочно бегают в голове, пытаясь найти выход. И несмотря на то, что улица прилично освещается фонарями, я всё равно чувствую себя как в пещере, из которой только один выход и тот перекрыли.

– Прости, – из тени выходит парень. Руки подняты вверх ладонями ко мне, шаг вкрадчивый, наверное, даже осторожный. Сам улыбается. – Я не хотел тебя напугать. Просто вышел из клуба проветриться и немного отдохнуть от музыки.

– Возле “чёрного входа”? – кошусь на него с подозрением, а у самой одна нога уже на низком старте: надо будет и через мусорку перелезу, но убегу.

– Хотел сбежать, пока никто не видит, но притормозил, – ещё шире обнажает ровный ряд белоснежных Зубов.

Вообще, по нему видно, что он тоже на пару слоёв населения выше меня, но этот хотя бы не вызывает желания заехать с размаху разносом. Каштановые волосы в короткой стрижке, белая футболка, свободно висящая на нём и нет тех острых черт, как у того Савы. Не пугает. Наоборот, как свет для мотылька.

– Я Стас, – протягивает мне руку. Крепкую, с паутинкой вен.

Думаю ещё несколько секунд, прежде чем облегчённо выдохнуть и протянуть руку в ответ.

– Василиса.

– Красивое имя, – расцепляет наши руки и убирает свои в карманы тёмных карго.

– Спасибо, – бормочу.

– Ты домой? – снова настораживает своим дружелюбием. Киваю в ответ. – Проводить? Время-то всё-таки позднее, мало ли что… – пожимает одним плечом, не отводя взгляда.

И я его гипнотизирую тоже. Такое ощущение, что где-то есть подвох, но я его почему-то не вижу. Или мне просто хочется, чтобы он был?

– Ладно, хватит прожигать во мне дыру, – нервно посмеивается, потирая рукой затылок. – Я видел тебя в клетке. Как ты танцевала, – на этих его словах снова напрягаюсь, уже предполагая, что ему нужно. – Ты понравилась мне очень. И я правда вышел просто подышать и сбежать, но когда увидел тебя выходящую, не смог пройти мимо. Словно сама судьба нашептала нам познакомиться.

– Я не верю в судьбу, – складываю руки на груди. – Говори, что тебе нужно.

– Я уже сказал. Познакомиться. Проводить тебя до дома, заодно пообщаться. Далеко живёшь?

– Да. И пойду пешком, – поджилки трясутся, но всё ещё нахожу в себе силы сделать более грозный тон.

– Отлично! Значит, успеем узнать друг друга, – весь его вид расслаблен.

Стас в целом Вызывает чувство безопасности. И, может, я буду полной дурой, если поверю в это, но всё же…

– Хорошо. Но я скину твою фотку своей подруге, – фыркаю я.

– Без проблем, – усмехается парень и встаёт по стойке “смирно”. – Профиль? Анфас? С табличкой, на которой будет написан мой адрес? Согласен на всё. Можем даже фотосессию устроить, – подмигивает весело.

И заражает этим весельем меня. Тихонько хихикаю, но телефон всё же достаю.

– Хватит одной фотки, – направляю камеру на него и фоткаю, а после отсылаю Крис с подписью “он провожает меня до дома, если не объявлюсь, знай, у кого в багажнике меня искать”. – Пошли? – робко поднимаю на него взгляд и мягко улыбаюсь, в то время как он кажется самым счастливым человеком на земле.

Надеюсь, он не серийный маньяк, хотя, наверное, даже не удивлюсь. С моей-то удачей.

Глава 7. Информация

Сава

Всё следующее утро, после разговора с Яном хожу, как на иголках. Давно не ощущал такого предвкушения, как сейчас. По-моему, единственное, чего не делаю – это не прыгаю на месте, как умственно отсталый.

Дело осталось за малым – поговорить с Мироном. Я не совсем дебил и говорить о таких вещах в Академии не стану, поэтому написал ему в мессенджере с просьбой о встрече завтра. Что я не люблю больше всего, так это просить, но надо понимать, что не в моём положении выделываться. Значит: просим, идём на встречу, ждём.

Да это, мать вашу, почти “Пришёл. Увидел. Победил”, только для долбоящеров вроде меня.

Сижу за длинной лекторской партой на Экономике. Телефон всё ещё зажат в руке. Пары. Пары, пары, пары. Надоело. В обычном универе спокойно мог встать и уйти, но тут же… сразу доложат отцу. Собственно, именно поэтому мне нужен этот бойцовский клуб. Немного слезть с батиной шеи перестать быть зависимым от него. И я не дурак: понимаю, что на боях овердохрена не вывезешь. Но это уже что-то. Будет идеально, если будет копейка, которую отец не видит. Как минимум, чтобы, когда он раз в несколько месяцев звонит, не слушать тираду начинающуюся с “видел твои расходы за месяц…”.

– Тайпан, вам совсем неинтересно? – слышится тяжёлый, надоедливый голос Льва Николаевича.

Поднимаю на него взгляд и только сейчас осознаю, что всё это время нервно стучу по столу пальцами, а другой рукой ищу в телефоне… человека. Девушку. Ту самую, из клуба.

Резко убираю телефон в карман, но почему-то есть ощущение, что-то место, где он касается тонкой ткани – горит. Буквально обжигает ногу. Словно выжигая дыру и оставляет на коже волдыри.

– Не скажу, что максимально заинтересован, – хмыкаю, глядя на Мудака. – Если есть вариант уйти, то я могу.

– Единственное, что ты сейчас действительно можешь – закрыть рот и слушать то, что я вам говорю, – сквозь зубы бьёт по больному он.

Еле сдерживаюсь, чтобы не поджать губы, затем не послать его далеко на х… Но благо Ден, сидящий рядом вовремя, замечает мой настрой и еле заметно тычет локтем в рёбра.

Медленно перевожу горящий взгляд на него. Тот качает головой. И я даже более-менее прихожу в себя, пока вдогонку Мудак Николаевич не кидает:

– И снимите капюшон в помещении, не в очередном клубе ошиваетесь. Вам и так по неведомой для меня причине позволяют ходить без формы.

С залипанием моргаю. Мысленно подсчитываю, насколько быстро доберусь до него, прежде чем он поймёт, что происходит. И уже хочу встать, чтобы… даже не знаю, чего хочу больше: уйти или выбить бывшему ФСБшнику парочку зубов – хотя вряд ли он не даст мне отпор, да только ведь так интереснее – как тут же на моё плечо ложится рука. Первый порыв – скинуть с себя это нечто. Но я проглатываю порцию очередного унижения и поворачиваюсь назад.

Маленькая тонкая ладонь принадлежит Маше – моей одногруппнице. Миниатюрной блондинке с багажом наследства и отсутствием моральных принципов. Пожалуй, она единственное создание женского пола, которое не раздражает меня настолько сильно, чтобы вытирать ею паркет. Хотя бы потому что может трахаться и при этом ни до, ни после не просить об отношениях или о моём ласковом поведении. Проще говоря – её демоны выходят вместе с моими, а после мы молча курим и расходимся по своим койкам. Такой… своеобразный “друг”, которого не просил.

– Что? – вскидываю бровь, косясь на её руку, что всё ещё лежит на мне.

– Я знаю ту, что ты вбивал в поиске, – говорит тихо и хитро улыбается, растягивая накаченные губы.

– И что ты хочешь за информацию? – лениво бросаю, хотя внутри загорается какая-то максимально странная лампочка, от которой хочется отмахнуться.

– Тебя. В туалете. На перемене, – с расстановкой проговаривает она практически беззвучно, но этого хватает, чтобы Ден тоже на неё обернулся. – И тебя. Вы двое.

Перевожу взгляд на старого друга. Он на меня. Пожимает плечами типа “Пф-ф, меня дважды просить не надо”, а затем отворачивается. Я же снова смотрю на блондинку.

– Откуда ты её знаешь?

– Моя старшая сестра держит ресторан, а у её админа есть племянница, – стреляет голубыми глазищами, – намёк понял?

– Ты лично с ней знакома? – скептически спрашиваю, потому что не верю, что она смогла понять, кого я ищу только по имени и фамилии.

Сам-то я узнал имя, только когда Крис в панике бегала вокруг меня, пока я нёс эту блоху в подсобку и истерично спрашивала “что произошло с Васей?“. Ну а заодно, когда выходил из клуба, спросил у бармена её фамилию. Хрен знает зачем. Просто для полноты картины, видимо.

– Нет, но точно видела и знаю адрес, потому что увозила Лилю домой, – улыбается, довольная собой. – Невысокая; худая, как глиста; волосы, цветом как бумага…

– Да, – перебиваю её резче, чем следовало. В голове ещё ярче разгорается та самая надоедливая лампочка. – После этой пары? – смотрю на неё, давая понять, что мне по-любому нужна информация.

– Ага, – отвечает и чмокает воздух, отчего меня перекашивает, а Маша заливисто смеётся.

– Повторяю свой вопрос: Тайпан, Овдеенко, я вам не мешаю? – басит голос Льва, практически сотрясая аудиторию.

– Всё ещё с уверенностью могу сказать, что мешаете, – разворачиваясь к нему лицом, отвечаю и откидываюсь на спинку лавки, но мы оба прекрасно понимаем, что он меня отсюда не выгонит, так что этого хватает, чтобы Мудила продолжил заливать про значимость эконом. составляющих, а шестерёнки в моей голове продолжили работу.

Вопрос номер один: почему я не нашёл её ни в одной соцсети? Только мессенджерами пользуется? Если да, то почему?

И вопрос номер два: какого хера меня это интересует?

Минуты до окончания пары отсчитываю в каком-то странном предвкушении и нет, не секса. Под кожей буквально зудит. До такого состояния, что мне в моменте хочется сорвать с себя скальп, лишь бы избавиться от этого чувства.

Но вот звонок, я, Дэн, Машка и туалет.

Честно? Вообще, не хотел. Совру, конечно, если скажу, что меня сюда силком тащили, но платить за информацию, всё же надо, а если ещё и брать в расчёт тот факт, что в штанах дымится с прошлого вечера, так это считай вообще отличный вариант.

И вот стоим. Вокруг ритмичные шлепки, в воздухе запах женской смазки. Смотрим глаза в глаза… с Деном. Между нами словно мостик – Маша. Понимаю, что это выглядит максимально зашкварно, и отвожу взгляд, фокусируя его на упругой заднице, чтобы тупо не заржать во весь голос.

Даже не могу объяснить, почему ствол встал, а желания в голове нет. Прям совсем пусто. Отрабатываю все движения тупо на автомате. Подхватить, набрать темп и трахать, пока она мычит в “прибор” друга. Только есть одно “но”: я успеваю рассмотреть белый потолок, на который за год с лишним вообще не обращал внимания, и даже надпись на одной из трёх дверей… “Шлюха”. Кто-то явно был очень обижен. Кажется, будто из нас троих только я слышу, что ручку на входной двери дёргают снаружи, затем сыпят матами на нас за то, что заняли весь туалет, хотя можно было занять одну кабинку. Но что поделать, если у единиц есть ключ от туалета.

Снова перекидываю взгляд на друга. И когда он успел закончить? Стоит, заправляется, потом идёт к раковине, моет руки…

– Тай, ты уснул там, что ли? – смотрит через плечо и хмурится Маша.

Моргаю, сбрасывая наваждение, перехватываю её узкие бёдра покрепче и ускоряю темп. Понимаю, что это нихера не помогает. Смотрю на светлую макушку и… да, в голове всплывает испуганное лицо с зелёными глазищами. Десять секунд и спускаю на пол. Как по заказу.

Что, мать вашу, вообще происходит? Гештальт не закрыл, что ли?

– Сходи к врачу, – хлопает меня по плечу уже сухой рукой Ден и ржёт, направляясь к двери.

Прячу своего боевого товарища в боксеры, а затем натягиваю штаны. Когда подхожу к раковине, чтобы вымыть руки, Маша встаёт рядом. Недовольная. Мне даже не надо на неё смотреть, чтобы понять это: пыхтит, как гнедая кобыла, и фыркает каждые две секунды. Раздражает и без того натянутые нервы. А заодно и судьбу испытывает.

Стараюсь не обращать внимания и иду к сушилке. Стою минуты две наверно. За это время Ден уже ушёл, открывая проход другим. Даже пару поцев успели зайти и выйти, а Машка всё так и стоит. В мужском туалете. Но кого это волнует, да?

– Ну давай, говори уже, – закатываю глаза и подхожу ближе, вставая напротив неё. – У тебя на лице написано, что ты заготовила целую тираду.

– Да нечего говорить Тайпан, – в очередной раз фыркает. – Просто ты сдулся, вот и всё.

Стискиваю зубы так, что, кажется, их хруст слышу не только я, но и Маша тоже. Поджимает губы, складывая руки на груди. Делает один короткий шаг назад и упирается бёдрами в керамическую раковину.

– Прости, – шепчет, когда я наклоняюсь ближе.

Моё дыхание прерывистое. И это не про розовых пони от великих чувств. Это от бешенства. Повод номер один: никакая шкура не будет разговаривать со мной в таком тоне. И повод номер два: я и сам, черт, понимаю, что что-то происходит, но пока не могу догнать, что именно.

Упираюсь руками по обе стороны от неё, полностью блокируя возможность выбраться.

– В твоих же интересах закрыть пасть об этой теме и дать мне информацию, без лишних звуков. Когда твой рот занят половым органом, ты кажешься умнее, – практически рычу в её лицо.

Вот так вот друзей и теряют…

Наконец, и в её глазах появляется то, на что я готов смотреть вечно – страх, но… уже не надо. Так и подмывает сказать: “Спасибо, оставь себе”.

Развязывает руки, которые начали трястись, лезет в сумочку. В этот же момент в туалет заходит Макс Белов. Вопросительно поднимает бровь, сканируя Машу взглядом с ног до головы, затем смотрит на меня. Еле заметно качаю головой, давая понять, что его комментарии излишне, но благо он сообразительный и просто проходит в кабинку.

Когда я поворачиваю голову к блондинке, она уже показывает мне свой смарт, тыча экраном мне в лицо.

– Это чё? – попеременно заглядываю то на картинку какого-то рыжего кота, то на белую, как полотно девушку передо мной.

– Это её страничка в мессенджере. И ещё адрес, который я тебе скинула уже.

Отталкиваюсь от раковины, в которую, кажется, намертво вцепился, ищу в глубоком кармане толстовки телефон. Снимаю блок, захожу в “ТГ”. Сообщение от Маши и правда уже висит, но одно. С адресом.

– Ссылку на аккаунт тоже скинь.

– И что ты в ней нашёл? Ни кожи, ни рожи, – фыркает бывшая “подруга”.

– Это не должно тебя волновать, – хмыкаю и, разворачиваясь на пятках, иду к выходу.

Пока иду до нужной аудитории, залипаю в экран, детально разглядывая рыжего кота. Вот и нахрена оно мне надо, спрашивается? Дальше что? Сталкерить её начну? А зачем? Маша то права – ничего особенного там нет. Мне просто уже нужно заняться делом. Выбить парочку чьих-нибудь зубов. Посмотреть, как уверенные в себе парни пластом падают без признаков жизни и всё! Жизнь наладится. Так уж и быть, ещё пару раз дам кому-нибудь двинуть мне, чтобы уж наверняка мозги на место встали. Но это не точно.

– Сава! – слышу за спиной голос Дена.

Сбавляя шаг, оборачиваюсь. Убираю телефон в карман и смотрю на друга, идущего чуть быстрее, чем положено не опаздывающему человеку.

– Я что, звонок не услышал? – поднимаю бровь.

– В Академии твой отец, – поджимая губы, отвечает.

Ну, мать вашу, зашибись! Ни раньше, ни позже.

– Где ты его видел?

– Шёл к декану. Ты пойдёшь?

Тру переносицу двумя пальцами и мысленно проклинаю всех, кого только могу вспомнить.

– Естественно. Он тут не просто так, и мне по-любому нужно знать зачем.

Глава 8. Сделка

Сава

Пока иду до кабинета декана, пишу ещё одно сообщение Волкову, что сегодня всё отменяется, но молчу, что это из-за приезда моего отца. Ну, как бы не думаю, что ему капец, как интересно. А не отменять рискованно: неизвестно, насколько батю сюда занесло.

Шагаю по коридору, не обращая внимания на косые взгляды преподов, даже понимать не хочу – они так косятся из-за того, что я гуляю тут посреди пары или со мной что-то не так.

У высокой массивной двери уже стоит помощник отца – мужик лет сорока, но такого размера, что будь мне не так похрен, то я бы ему завидовал. Всё как обычно: строгий костюм, покерфейс и мартышка в бубен во взгляде стучит. Коротко киваю, делая шаг к двери, но Артур выставляет руку чуть вперёд и коротко качает головой.

– Не нужно, Савелий Викторович, – тихо говорит и снова встаёт ровно.

Вскидываю бровь. Моргаю, словно в замедленной съёмке, глубоко вдыхая воздух, а затем протяжно, с шумом его выдыхаю. Он знает, что мне бесполезно это говорить, но таким образом пытается обезопасить себя, чтобы, если что отцу сказать: “Я не при делах”.

Усмехаюсь и сразу же захожу внутрь. Марк Константинович – декан, сидит за столом, руки в замке, весь вид, напряжённый до предела. Отец в кресле перед ним развалился, словно царь, но этому я уж точно не удивлён. Батя переводит взгляд на меня, хмурится.

– Я ведь просил Артура тебя не впускать, – в голосе угроза, но опять же, мы оба прекрасно понимаем, что мне похрен.

– Да? – вскидываю бровь. – Какая неожиданность. Но вы продолжайте, я просто тут посижу.

И усаживаюсь на мягкий кожаный диван.

Они же реально делают вид, будто меня тут нет, и продолжают разговор. Оглядываю помещение, пытаясь вспомнить, когда был тут в последний раз, и осознаю, что вообще впервые нахожусь в этом кабинете. Что радует? Он не как все в Академии: тут нет светлых стен и потолка. Чёрная мебель, тёмные стены, а свет из окна не слепит. Были бы аудитории такими же, я бы, может, и учиться захотел.

– …Я хочу забрать Савелия отсюда, – эта фраза из уст отца привлекает моё внимание.

Моментально подбираю раскиданные конечности и напрягаюсь.

– Поймите, Виктор Степанович, я смогу оформить перевод только по окончании семестра, – потирая бровь, отвечает декан.

– Чего ты хочешь? – щурясь на отца, спрашиваю я. – Я что в школе, чтобы ты меня у директора отпрашивал?

– Сава, помолчи, – рычит папа.

– Да ну точно! – встаю с места. Отец встаёт одновременно со мной, а за ним и Марк Константинович. – Ты, бать, вообще походу перепутал, – приближаясь к нему, понижаю голос. – То вали учиться в эту дыру, то забрать… у тебя что, кризис среднего возраста начался?

Папа начинает злиться. Это заметно по вздувшейся вене на его лбу. Я от этого откровенно кайфую, но всем видом показываю насколько мне похрен. Только периодически всё же поглядываю, как сжимаются и разжимаются его кулаки. Да-а. Это – бомба.

– Оставьте нас, пожалуйста, – отец оборачивается на Марка, у того сразу лицо вытягивается. Видимо, мужик не привык, что его просят выйти из его же кабинета. Но спустя несколько секунд замешательства, всё же выходит.

Дверь хлопает, и отец взрывается:

– Ты что щенок, совсем берега попутал?! – рычит, практически утыкаясь лбом в мой лоб.

– Я? Это ты с какого-то хрена решил поиграть в господство, – отталкиваю его от себя. – Ты что думал-то, что я буду, как шавка бегать по универам при каждом твоём желании?

В моей голове ноль мыслей и отсутствие эмоций. Только негодование, но даже не из-за очередных тараканов в голове отца, а потому что я, мать его, только придумал себе развлечение, как он нарисовался. Любит же в малину срать…

Отец несколько минут молча прожигает меня взглядом, однако всё же берёт себя в руки и делает пару шагов назад, упираясь бёдрами в стол. Закрывает глаза и нервно облизывает губы.

– Та девчонка меня доканывает, – открывая глаза говорит уже спокойным тоном. – Мол разнесёт по всему городу, что известный Банкир прикрывает жопу сыночка, а тот, в свою очередь, моральный урод. Я не могу этого позволить. Мне нужно сделать вид, что ты…