Идиллия да оладьи

Теперь, без Эриха, это желание оказаться дома казалось таким сильным, что ему невозможно было противиться. Йозеф был убежден, что если не исполнит его, то завтра же погибнет самой нелепой смертью, так и не выполнив ни одно из данных обещаний. Война не стоила всего этого. Она была зла и беспощадна, чтобы жертвовать чем-то ради нее. Репутация верного солдата не стоила того, чтобы потерять друга и больше никогда не увидеться с семьей, а бездумно исполнять чужие приказы. Йозефу не нужна была эта война. Он никогда не был человеком, который создан служить родине. Он хотел жить. Он ужасно хотел домой. И тогда Йозеф написал Фриде:

«Здравствуй, Фрида. У меня все хорошо. Мы побеждаем в сражениях и полны боевого духа. Только мне не дают покоя мои сны. Снится наш перекресток у дома с большим дубом и озером. Словно я стою там под полной луной и смотрю в отражение звезд на воде. И ты рядом. Помнишь, мы там часто гуляли вдвоем по ночам в детстве? Это хороший сон. Благодаря ему я чувствую, что скоро все закончится, и я буду дома. Ты главное жди меня, как и обещала. А я послушаюсь тебя и выполню обещание, которое дал тебе: буду героем, стану мужчиной на этой войне.

Скучаю. Надеюсь, скоро свидимся».

24. Марта и гостинцы

Марта снова встретила ее в тот день, когда подрабатывала в саду пожилой дамы. Она заметила Катарину, возвращаясь домой, и тогда ее снова с головы до ног окатило ледяной волной ужаса. Сначала она была уверена, что Катарина издевается над ней, преследует и своим присутствием хочет свести Марту с ума. Она специально появлялась перед Мартой, чтобы у той даже не было шанса забыть о существовании Катарины. Она ведь могла уехать домой и забыть обо всем, что было несколько лет назад, в отличие от Марты. Катарина не была привязана сделкой к этому месту, но все равно выбирала верность. От этой несправедливости хотелось выдернуть ей волосы и выцарапать глаза, чтобы Катарина наконец-то начала ценить свою свободу, которую у Марты отняли уже слишком давно.

Сейчас она стояла с какими-то людьми у ограды и мило беседовала. Манер Катарине было не занимать. Она умела вести светские беседы, умела быть обаятельной и прятать за этой маской свою гнилую сущность, о которой Марта знала слишком хорошо. И теперь, когда Марта смотрела издалека на Катарину, как она поправляла свои волосы и улыбалась, притворяясь самым очаровательным созданием на свете, Марта знала, откуда она понабралась этой манерности и лицемерия, и от этого осознания злилась на Катарину только сильнее. Марта подбежала к ней, не дожидаясь, когда же сама Катарина решит снова угрожать ей одним своим видом и сладкими словами.

– Что ты здесь забыла? – прошипела Марта. – Ты преследуешь меня? Что тебе надо?

– Мне? – Катарина улыбнулась. – Голубушка, я тут теперь живу. Да и к чему мне тебя преследовать?

– Серьезно? Ты переехала в эту глушь, когда можешь спокойно жить в нормальном месте и ни в чем себе не отказывать? И что же ты этим добиваешься?

– Марта, по-моему, ты стала слишком нервной, – Катарина вздохнула. – Пойдем, я тебя угощу чем-нибудь? А то совсем исхудала, бедняжка.

Марта не сводила взгляд с Катарины и все никак не могла понять, чего же она добивалась своим поведением. Вывести из себя Марту у нее получалось одним своим присутствием, а притворной заботы уже хватило с лихвой за все прошлые года. Если бы у Марты была возможность, она бы не подпускала Катарину к себе даже на километр, да только Катарине, как и всегда, было все равно на желания Марты. За всю жизнь она учитывала волю только одного человека, а сейчас действовала только исходя из собственных мотивов, которых Марте не понять, даже если она постарается. Понимать Катарину тоже не особо хотелось, и Марта не была уверена, что после такого понимания, она не возненавидит ее еще сильнее. Марте хватало одного только подражания Катарины страшному кошмару из прошлого, чтобы ее уже бросало в дрожь.

– Никуда я не пойду с тобой. Убирайся.

– Куда ж я уберусь, милая моя? Теперь мой дом тоже здесь. – Катарина вздохнула и огляделась. – Ладно, не хочешь, чтобы я тебя угощала, позволь до дома проводить. Поболтаем по дороге, а в конце я тебе гостинчик подарю. Договорились? – Она взяла Марту под руку, соглашаясь этим самым за нее.

– Дальше перекрестка не пущу.

– Ты хозяйка, твои правила – закон.

Марта знала, что Катарина умела мастерски уходить от вопросов, а сама гремучей змеей пробиралась в душу и разворачивала там все старые раны без жалости и сострадания. Даже если бы Марта просто молчала и игнорировала попытки Катарины что-то узнать, она бы нашла подход и слово, которые бы ранили Марту без ножа. За годы, что Марта знала Катарину, она выучила все это, как молитву, но так и не нашла противоядия к этой змее. У Марты были только жалкие попытки самой атаковать Катарину, зная, что она все равно проиграет.

– Куда ты переехала?

– Сняла небольшой очаровательный домик дальше, на другом конце улицы. Знаешь, он довольно славный. Мне одной-то много и не нужно. Там всего две спальни, зал и кухня. Стоил довольно дешево, я уж сначала подумала, что меня обманут и продадут старую развалину, но все же повезло. Представляешь, я даже не знала, что в этом городке такие симпатичные домики остались! Я в свое время не так много в этом городе и успела повидать. Только…

– Ты специально мне песок в глаза бросаешь? – Марта прищурилась.

– Уже устала от меня? Как грустно, – Катарина надула губы. – Сама хотела знать, куда я переехала. Ну, ничего, я могу и помолчать, лучше ты мне расскажи, как поживаешь? Как там Клаус?

– Все нормально.

– То-то я вижу, что у тебя там вольно устроенный приют для бродяжек. Как думаешь, сильно этому обрадуются?

– А кого это волнует? – Марта пожала плечами.

– Мне рассказать, кого это волнует? – Катарина улыбнулась и вскинула брови, надеясь заметить в глазах Марты привычный страх.

– Тот, кого это могло волновать, обо всем уже знает. – Марта остановилась и посмотрела на Катарину. – Не думай, что я дурочка и с огнем играюсь. Я пытаюсь отыскать воздух там, где меня уже несколько лет топят. Она это понимает. В отличие от некоторых, она хотя бы делает вид, что ей не плевать на меня.

– И все же ты дурочка, – Катарина пригладила волосы Марты. – Как часто ты с ней говоришь? Что она спрашивает? Что говорит?

– За все время про тебя не спросила ни разу.

Катарина долго смотрела на Марту, а потом слегка улыбнулась и прикрыла глаза. Казалось, еще секунда ее доброжелательной улыбки может мигом обернуться проклятьем и испепелить Марту. Но Катарина все еще не уколола ее обратно, все еще не вырвала все волосы, заставляя валяться в ногах и жалеть о сказанном. Марта соврала, когда сказала, что не играет с огнем, потому что только так и можно было охарактеризовать ее разговоры с Катариной, только вот неизвестно было, кто в итоге сгорит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Sambucus nigra – листопадный кустарник, вид рода Бузина семейства Адоксовые. Также известен как бузина черная.

2

Шнекен (в переводе с немецкого – «улитка») – традиционная немецкая сладкая булочка.

3

Mercurius – ртуть

4

Sulphur – сера

5

«Keine schmutzige Wäsche vor der Tür waschen» аналог пословицы «Не выносить сор из избы»

6

солдат-старослужащий