Дорога в тупик. Часть 3

– У тебя есть план?

– Да. Я полезу в заброшенные квартиры по адресам Володи.

– Одна?

– Да.

– Но ведь это очень опасно…

– Об этом никто не узнает. Если ты меня не сдашь.

– Лер, как ты можешь так думать?

– И даже если сдашь, – продолжила она, – я хотя бы не стану всю жизнь винить себя в том, что даже не попыталась найти убийцу папы.

– Ты пыталась…

– Мне нужно не участие, а результат. И расследовать в одиночку – мой единственный выход.

Мария Александровна посветила вниз.

– Тогда мой выход – приходить сюда каждый день с лопатой. Я могу на тебя рассчитывать?

Фонарик Валерии заморгал – не хватало заряда.

– Да. Если ты пообещаешь никому ничего не рассказывать.

***

Корнелия с явным неудовольствием шагнула в калитку – к ним уже направились сразу пятеро охранников с фонарями; и Евсея Артёмыча среди них не было.

– Ваши документы.

Динна достала служебное удостоверение – оно снимало большую часть лишних вопросов; Корнелии пришлось искать паспорт.

Повышенная мера безопасности усугубляла и без того унылую обстановку в школе, а любое взаимодействие с людьми в форме так сильно выматывало, что хотелось поскорее убежать и спрятаться.

Когда один из проверяющих наконец отыскал фамилию Шмидт в списке учащихся, на освещённой лестнице возле парадного входа появился Сергей Васильевич.

– Это директор сейчас вышел?

Динна посмотрела вперёд.

– Да.

– Тебя всегда торжественно встречают, – заметила Корнелия.

– Пойдём, – ответила она и, когда они отошли от входа на приличное расстояние, добавила:

– Ты помнишь? Никому ни слова.

– Я что, глупая.

– На всякий случай.

Приблизившись к лестнице, Корни поздоровалась с директором, пожелала ему доброй ночи и прошла дальше, махнув Динне и оставив их наедине.

– Не слишком поздно? – осведомилась девушка у Сергея Васильевича.

– Два часа до отбоя, я как раз освободился. Можем пройти в мой кабинет.

Динна согласилась. Но когда они с Сергеем поднялись на второй этаж, обнаружилось, что внеурочная планёрка Ирины Евгеньевны переехала прямо к директору ввиду более просторной площади.

– Собрание классных руководителей, – вспомнил тот.

Обычно в таких случаях Сергей располагался в кабинете завуча, но сейчас ему совершенно не хотелось вести личную беседу на чужой территории.

– Динна, вы не против поговорить у меня в комнате?

– Нас никто не услышит?

– Здесь прекрасная изоляция.

Он провёл её по коридорам, время от времени встречаясь с любопытными взглядами школьников – многие уже запомнили в лицо сестру Корнелии Шмидт и всякий раз ждали новостей, когда сталкивались с Динной в коридорах. Но спустя месяц интерес к расследованию постепенно угасал, а отсутствие подробностей свело на нет любые обсуждения пропавшего школьника.

В комнате Сергея Васильевича мерцал приглушённый жёлтый свет, идеально подходящий для спокойных вечерних посиделок. Динне отчего-то стало очень тоскливо.

– Располагайтесь, где вам удобно, – заботливо произнёс мужчина.

Динна выбрала второй стул возле рабочего стола Сергея и села на краешек, пытаясь собраться с мыслями.

За то, что она собиралась сделать, её бы затравил не только Даниил; её осудили бы все, включая Ивана и Корнелию.

– Сергей Васильевич, я очень ценю, что вы мне доверяет, – начала она, когда её собеседник разместился за столом. – Поверьте, если бы не правила, я была бы с вами предельно откровенной.

– Я осведомлён о ваших формах секретности, – кивнул директор.

– По протоколу вы не должны знать ни об одной детали расследования. И даже о том, что я рассказала месяц назад.

– Это было единственным ценным сведением, – подчеркнул Сергей.

– Вы ведь должны были что-то говорить его маме.

– Это была правда? Гошиным интеллектом действительно кто-то пользуется?

– Да, – подтвердила Динна. – Но есть ещё кое-что. Если хоть кто-то об этом узнает, – она перешла на шёпот, – я не просто загублю свою карьеру в полиции, мне светит реальный срок.

Сергей Васильевич с участием посмотрел в её голубые глаза.

– Тогда зачем вы это делаете?

– Я не могу по-другому, – одними губами ответила девушка, но он услышал. – Я не могу держать вас в неведении, потому что вы берёте это на себя. Вы, а не я, общаетесь с Гошиной мамой и пытаетесь её хоть как-то поддерживать.

– Гоша мёртв? – спросил Сергей Васильевич с той же интонацией, но бледность лица выдавала его с головой.

– Нет. Но я знаю, кто его похитил. Знала всё это время.

Директор оцепенел. Динна продолжила:

– Вам должно было показаться, что за прошедший месяц мы отдалились от трагедии – этого мы и добивались. Полиция обязана молчать и не давать никаких сведений даже родственникам, пока преступника не схватят. И вот здесь проблема.

– Этого преступника не схватить? – догадался Сергей Васильевич.

– Верно.

– Вы утверждали, что Георгия завербовали извне, и любые попытки удержать его в безопасности не сработали бы, – напомнил мужчина.

– Потому что преступник – профессионал, – проговорила Динна, заменив «эспеса» более подходящим словом.

– Как он нашёл Гошу? Помимо интеллекта.

Девушка сглотнула.

– Удобная жизненная ситуация с пьющей мамой, – тут же пришло в голову.

– Система безопасности моей школы обязана была его остановить.

– Не взваливайте всё на себя. Школа здесь ни при чём.

– Если пропадает ученик…

– …если вам стреляют в спину, виноват стреляющий, – перебила девушка. – А после него – полиция, если пропустила и не задержала.

– Вы говорите об идеальной системе регулирования.

– Какая же она идеальная, если я вам рассказываю всё, как есть, – печально произнесла Динна. – Странно, что вы продолжаете видеть во мне спасителя.

– Я вижу в вас человека в первую очередь, – мягко проговорил мужчина.

Девушка совсем раскисла. Она понимала, что не заслуживает такого; она даже сейчас недоговаривает и не может ни на что повлиять; однако Сергей по-прежнему ей доверяет.

– С какой вероятностью Гоша сейчас у него? – очередной вопрос.

– Девяносто процентов. Я уверена, Гошу похитили для какого-то очень крупного дела. И если бы был хотя бы мизерный шанс подобраться к этому ублюдку, мы бы им воспользовались.

– Значит нам остаётся только ждать?

Динна опустила глаза в пол. Догадывается ли Сергей, что она по-прежнему с ним не честна? Что-то сжалось в груди, захотелось немедленно выдать всё, как есть, начистоту, безо всяких тайн. Но прежде чем эта мысль всерьёз ей завладела, Динна встала.

– Да. У нас нет других вариантов, – краснея, произнесла она и почувствовала, как подступают слёзы.

– Теперь вы всё знаете, – проговорила она, глядя на часы. – А мне уже пора. Будем на связи?

Сергей Васильевич тоже поднялся.

– Конечно.

Выбегая из школы, Динна не понимала, почему ей так важно рассказать директору всё, как есть – только ускорилась, чтобы не наделать лишних глупостей.

***

Даниил Вернер зажал дверной звонок и, дождавшись сигнала, отпустил. Послышались приближающиеся шаги; замок щёлкнул, дверь приоткрылась.

– Данечка! – улыбнулась пожилая женщина.

– Простите, что так поздно. Не разбудил?

– Конечно, нет! Я смотрю телевизор. Что-то случилось?

– Тёть Люсь, можно от вас позвонить?

Она замешкалась – с такой просьбой к ней в последний раз обращались лет тридцать назад – но предпочла не задавать лишних вопросов.

– Тебе нужен домашний? Он на кухне…

– Огромное вам спасибо.

Даня снял ботинки и прошёл прямо по коридору, мельком оглядывая знакомые стены квартиры своей соседки. Оказавшись рядом с телефоном, плотно закрыл дверь и вытащил из кармана маленькую бумажку. Тётя Люся ушла в комнату досматривать передачу, а больше в квартире никого не было.

Спустя несколько гудков в трубке послышался знакомый голос.

– Привет, это Вернер. Ты на смене?

– Да. Ты откуда звонишь? – поинтересовались на другом конце провода.

– У меня есть два очень конфиденциальных вопроса. Это срочно. Ты один?

– В базы не полезу, сразу говорю.

– Никаких баз и документов. Ничего из того, где нужен особый доступ, – зашептал Даниил. – Так ты один?

– Да.

Вернер глянул в полупрозрачную кухонную дверь – соседка за ним не следила.

– Вопрос первый. У меня есть две фамилии, мне нужно знать, были ли они когда-либо объявлены в розыск. Только сам факт, да или нет.

В трубке повисла пауза.

– Диктуй, – наконец произнёс собеседник.

– Козлов Пётр Денисович и Садовский Михаил Романович.

Даня услышал звук клавиатуры и щёлканье компьютерной мыши.

– Такого Козлова нет. Инициалы точно «П.Д?»

– Да. Давай Садовского.

Щелчки повторились.

– То же самое. Может, имя и отчество другие?

Вернер зажмурился.

– Нет, нет. Я понял. Это свежая информация?

– Она обновляется каждый день.

– Да, точно. Спасибо. Второй вопрос – у тебя есть доступ к перечню официальных запросов МВД?

– Мне потребуется вводить личный код доступа. На такое я не готов.

– Мне не нужно решение, – уточнил Даниил, – только сам факт, подавался запрос или нет. Вот так сможешь?

Спустя паузу в трубке прозвучало:

– Говори.

– Я хочу знать, был ли запрос на доступ к камерам в моём офисе за последние два месяца. В офисе Кимберга, – уточнил Вернер.

На этот раз он ждал дольше.

– Последний запрос – в декабре прошлого года, – послышалось в трубке. Даниил часто дышал.

– Ты меня очень выручил. С меня услуга.

Он бросил трубку, открыл дверь, зашагал к выходу.

– Спасибо, тёть Люсь! – крикнул Вернер в сторону комнаты. Женщина вышла его проводить.

– Всё в порядке, Данечка? Ты так встревожен…

– Работа такая, – улыбнулся он, влезая в ботинки. – Да, если что – меня здесь не было, – подмигнул он.

Поднявшись на несколько пролётов выше и оказавшись в своей квартире, Вернер включил мобильник и направился в ванную, всё ещё удивляясь тому, как вовремя в его сознании всплыли слова Кимберга перед отлётом в Штаты. Босс приказал объявить в розыск двух метрополитенщиков, которые на самом деле работали на Олега. Даня так и чувствовал, что он никого не объявлял: Кимберг соврал, потому что уже тогда действовал от имени Олега.

Вернувшись из душа, Даниил открыл фотографию на своём телефоне. Он изучал её чуть ли не каждый день с момента получения, в разное время суток, в разных местах – в надежде ухватиться за нужное воспоминание. Был бы на месте него Иван Устинченко со своей идеальной памятью, тот бы сразу всё вспомнил; но Ваня клянётся, что ни разу не встречал это лицо.

Мужчина с чёрно-белого рисунка глядел строгим, явно осуждающим взглядом.

«Где же я мог тебя видеть?»

Глава 31

2016 год

– Давай мне сумку.

– Не надо, я сама.

– Корни, не ломай позвоночник.

Девочка недовольно фыркнула, однако отдала свои вещи сестре, которая терпеливо дожидалась её возле раздевалки.

В конце коридора горела зелёная табличка «Exit»22, и Корнелия устремилась к массивной двери. Эта конструкция неоднократно выступала предметом споров озабоченных родителей с администрацией: якобы дверь слишком тяжёлая, и маленькому ребёнку не под силу открывать её самостоятельно при выходе из спортивного отсека. Но руководство бассейна всегда отмахивалось заумными формулировками про шумоизоляцию, вследствие чего замена двери не проводилась.

В отличие от сверстников, Корнелия прекрасно справлялась – стоило лишь надавить на ручку и слегка подтолкнуть. В этот раз она сделала то же самое.

– Подожди меня! – попросила Динна, повинуясь какому-то нелепому инстинкту.

Её тревога оказалась оправданной. Едва Корни распахнула дверь в основной холл, оттуда прорвалась целая какофония звуков. Но шаг был уже сделан: не успев затормозить раньше, девочка оказалась в вестибюле бассейна и застыла на месте, оглушённая криками женских голосов и воплями мужских. Динна мигом кинулась вслед за сестрой и просочилась в закрывающуюся дверь из коридора; машинально подлетела к сестре, отстраняя её.

– Stop this!

– There are children here!

– What the hell are you doing?

– Break them up!23 – доносилось со всех сторон.

Заслонив собой Корнелию, Динна попыталась оценить обстановку: с левой стороны от выхода из бассейна сгрудилась толпа. Одну из родительниц Динна сразу узнала со спины, остальные тоже казались знакомыми. Сквозь всеобщие крики прорывался хрипящий мужской голос:

– That’s for my wife, you bastard!24

Девочка напряглась. Она хотела понять, что происходит; но плотная завеса людских фигур не позволяла ей принять решение.

И только Динна собралась отвести младшую сестру обратно в спортивный отсек, от собравшейся толпы отделилась фигура охранника. На глазах у всех присутствующих мужчина в чёрной униформе пролетел по воздуху несколько метров и, ударившись о стеклянную этажерку с наградами, рухнул на пол.

Звон – и сотни осколков разлетелись вдребезги, отскакивая прямиком на тело несчастного.

Вопли, проступила кровь. Мамы завизжали и отскочили в противоположную сторону, загораживая своих детей. Мужчины в ужасе посторонились, обнажая перед Динной причину развернувшейся драки: на полу с разбитым лицом лежал один из тренеров по плаванию.

Он работал в этом бассейне – молодой подкачанный красавец, всегда в прекрасной форме и с идеально уложенной причёской. На этот раз девочка опознала его только по фирменному жёлто-зелёному спортивному костюму, в котором он всегда появлялся на тренировках; над ним нависал другой, менее крепкий мужчина, но державший тренера такой цепкой хваткой, что в его физической силе мало кто сомневался. Силач бил тренера исключительно по лицу, не давая возможности даже вдохнуть.

Динна остолбенела: это явно эспес. Она посмотрела наружу, сквозь прозрачные стёкла вестибюля бассейна, но, как назло, ни один из прохожих не напоминал полицейского.

– Stop this madness!25 – выкрикнул чей-то отец, не решаясь в одиночку подходить к силачу.

Звонить дяде Филиппу – только тратить время. Даже если он возьмёт трубку, они могут не успеть. Хотя что уж там, телефон у неё и так разрядился.

Из носа избиваемого тренера вовсю струилась кровь, а единственный страж порядка в бассейне лежал в нескольких метрах в куче разбитого стекла с раскрытыми глазами и часто дышал, пока кровь вытекала у него из макушки. Тренер тоже издавал отрывистые хрипящие звуки, каждый из которых пресекался новым ударом силача.

– Lets talk, bastard. Come on, speak up!26 – с издёвкой проревел тот и, отвлекшись, не рассчитал траекторию сопутствующего удара: его кулак прилетел в кафельный пол, прямо возле уха тренера.

– Damn!27

Насильник взвыл от боли. Динна сообразила, что тянуть больше нельзя: расстегнула кофту и уже было взялась за рукоять пистолета, но маленькая Корнелия по какой-то неведомой причине выскользнула из её хватки и ринулась вперёд. Динна резко кинулась за ней и еле успела схватить её за руку:

– Ты с ума сошла?

– Он убьёт его, я должна помочь!

– А ну отойди!

Корни уже и сама поняла, что её план – глупость: что она сделает с эспесом?

Заметно расстроившись, девочка больше не вырывалась. Она проследила за сестрой, которая тянется за оружием, но в этот момент послышался голос тренера:

– Stop it!28

Силач замер в том положении, в котором он навис над своей жертвой; рука Динны под кофтой сама собой приклеилась к пистолету, а Корнелия, сомкнув пальцы за секунду до возгласа тренера, так и не смогла их разжать. Все находящиеся в вестибюле мгновенно умолкли и остолбенели.

Всё затихло, люди замерли в неестественных позах. Тренер отдышался, криво сплюнул большой сгусток крови куда-то в сторону и прохрипел:

– Knife29.

Он указал своему мучителю на лежащего за его спиной охранника.

– Take his knife30.

Динну начало потряхивать, но так только казалось – её тело было абсолютно неподвижно, а ноги полностью приклеились к полу; она могла шевелить лишь зрачками. Пока этот чёртов тренер по плаванию держит всех под гипнозом, они будут просто стоять и наблюдать за тем, как совершается преступление.

Едва команда была произнесена, силач невозмутимо встал, перешагнул через тренера и подошёл к обездвиженному охраннику; наклонился над ним и принялся осматривать карманы на его одежде, выискивая перочинный нож.

Динна в ужасе подумала о малышах, которых родители привели на занятия. Какой приказ будет дальше? Неужели этот подонок тренер устроит расплату на глазах у ни в чём не повинных детей?

– He doesn't have it31, – обыскав все карманы, дрожащим голосом произнёс силач, который всего несколько секунд назад беспощадно колотил своего соперника.

– Search the table. Fast32, – потребовал тренер.

Тот бросился к стойке охранника. Наблюдая за стремительными движениями жертвы гипноза, Динна рисовала в голове самые жуткие варианты развития событий. Если нож будет найден, тренер непременно заставит применить его, вопрос лишь в том, как и где. Если ножа не окажется, тренер выберет что-то другое – и не дай бог увидит её, Динну, с рукой под кофтой – тут же догадается, что у неё есть пистолет.

Внезапно внимание Динны что-то привлекло: какое-то движение, и явно не в холле, где все уже превратились в мумии. Она всмотрелась в прозрачные стёкла, тянувшиеся по обеим сторонам от главного входа; пригляделась. На улице возле спорткомплекса остановилась полицейская машина.

– There is no knife. The nightstand is locked33, – заикаясь, произнёс силач.

– Find the key!34 – приказал тренер, по-прежнему лёжа на полу. Мужчина снова бросился к карманам охранника.

Сквозь грязные стёкла у Динны не получалось хорошо разглядеть полицейских, но она молилась, чтобы это были именно эспесы – только они смогут их спасти. Обычные правоохранители допустят серьёзную ошибку – ворвутся внутрь и моментально попадут под гипноз; а если это произойдёт, придётся только молиться, чтобы тренер потерял сознание от боли и расколдовал всех.

Корнелия тоже увидела полицейских, которые направлялись к широким окнам возле входа. Никто, кроме девочек, их не замечал – родители с детьми стояли спиной или боком к окнам, кто-то смотрел на охранника, кто-то – на обоих эспесов; в лучшем случае – на пол.

Четверо полицейских подбежали вплотную к стёклам, вглядываясь внутрь, и Динна почувствовала облегчение, узнав лица коллег дяди Филиппа, а спустя пару секунд и его самого, бегущего позади.

– I’ve found it35, – сказал силач, вытаскивая связку ключей.

– Open it36.

Оценив обстановку, оперативники переглянулись; Филипп, узнав своих племянниц, сделал вопросительный жест, на который Динна ответила частым морганием. Девочки неотрывно следили за дядей: тот достал рацию, что-то передал, а затем повернулся к напарникам и показал им на Динну.

Тем временем нападавший силач неистово копался в хламе тумбочки охранника, выкидывая неподходящие вещи на пол – одну за другой. Динна вновь бросила отчаянный взгляд наружу – дядя Филипп куда-то исчез, но его напарник, Луис, жестом показал, что всё под контролем.

Филипп объявился спустя несколько секунд с винтовкой в руках и снова пригляделся к девочкам. Обе моргнули.

Тогда он, вплотную прижавшись лбом к стеклу, последовательно указал Динне на свою винтовку, затем на стекло, на неё саму и в сторону лежащего ничком тренера, после чего моргнул три раза и застыл, дожидаясь ответа.

Динна тоже моргнула три раза – она всё поняла.

Филипп подошёл к той части здания, которая находилась максимально далеко от замерших под гипнозом детей и родителей, поднял винтовку, что-то сказал своему напарнику – тот показал Динне три пальца. Она зафиксировала свой взгляд на них, стараясь игнорировать всё происходящее внутри.

А развязка была очень близко.

– I’ve found the knife37, – силач–эспес поднялся с колен, сжимая в руке небольшой предмет.

– Release the blade38, – прохрипел тренер.

Напарник поднял руку повыше, чтобы Динна видела его лучше, и что-то произнёс – вероятно, для Филиппа. Через секунду один из трёх пальцев согнулся.

– I’ve released the blade39, – послышалось от обидчика.

Ещё секунда – и второй палец Луиса устремляется вниз. Лишь где-то фоном Динна расслышала отчётливый хрип тренера:

– Now go to the toilet and cut off your40…

Последний палец Луиса согнулся в кулак. Прозвучал громкий выстрел – но Динна была готова.

Как и рассчитывала девочка, неожиданная пальба отвлечёт тренера–гипнотизёра, и он на мгновение потеряет контроль – а больше и не нужно.

Под треск разлетающихся осколков Динна мгновенно сжала рукоять под кофтой, возобновляя контроль над телом; стремительно вынула пистолет и вместе с первым воплем детей и родителей сделала два выстрела с разницей не больше секунды: сначала – в лодыжку тренера, затем – по касательной к плечевой кости силача.

От неожиданной пронзительной боли тренер мгновенно потерял сознание; а его соперник, прожжённый огнестрельным ранением, с криком упал на пол. Она обезвредила обоих.

Затем всё как в тумане: вот Корнелия мчится к охраннику, а Филипп и Луис влетают через разбитое стекло прямо к зачинщикам драки, в то время как остальные полицейские выпускают обезумевший от страха народ через дверь.

Динна не верила – у неё получилось! Два прямых попадания с крайне малым временным промежутком: не выстрели она сразу в обоих, пострадал бы кто-то ещё – либо от гипноза тренера, либо от ярости силача, который в припадке гнева накинулся бы на любого присутствующего.

– Everybody out now!41 – кричали одни коллеги Филиппа. Другие, вместе с ним самим, сгрудились возле подстреленных эспесов и покалеченного охранника.

Через несколько минут подъехала скорая помощь. Филипп отпросился у команды доставить девочек до дома, и забрал в свою машину перепуганных сестёр. Динну он похвалил за аккуратную работу, однако и здесь не обошлось без упрёка.

– Как ты могла выключить телефон? Я чуть с ума не сошёл.

– У меня разрядился, – расстроенно произнесла девочка. – А ты знал, что здесь будет драка?

– Ваш тренер увёл женщину у этого силача.

– И оба оказались эспесами? – не поверила Корнелия.

– Похоже, совпадение, – пожал плечами дядя. – Но тренер вполне мог её загипнотизировать. Не выключай больше телефон, ясно? – попросил он старшую племянницу.

Динна кивнула.

– Карамелька, тебя это тоже касается.

Динна выдохнула, фокусируясь на экране. Случай в бассейне произошёл целых шесть лет назад, но почему именно сейчас она об этом вспомнила?

Аудиозапись допроса подошла к концу, но ничего необычного Динна так и не заметила. Она решила послушать концовку ещё раз и сдвинула курсор примерно на то место, что звучало перед тем, как она ушла в странные воспоминания. Бассейн по-прежнему не выходил из головы.

Из динамика рабочего компьютера доносился знакомый голос дяди Филиппа.

«Вообразите ещё раз: вот вы на него поглядели и больше не оборачивались. Что вы сделали после того, как увидели Гошу?»

«Побежали обратно», – спокойно повторил допрашиваемый одиннадцатиклассник.

«Где был поезд в это время?»

«Он почти подъехал».

«Почему вы бросились назад?»

Молчание. Динна нажала на паузу, ощущая, как снова слышит тот самый выстрел в бассейне.

– Что за чушь…

Она потёрла виски и шлёпнула себя по щекам, прогоняя усталость и недосып. Если воспоминания из прошлого продолжат портить ей день, ничего хорошего не выйдет.