
Полная версия:
Осколки нашей правды
И в то же время у меня появляется чувство, будто я наконец-то начинаю дышать после длительного пребывания под водой… Словно мне реально не хватало кислорода…
И он не выдерживает первым… Его губы находят мои за секунду. Он просто запечатывает их, клеймит… И этот поцелуй взрывает все мои вкусовые рецепторы. Я чувствую не только его – я чувствую весь мир... Боль, страх, нежность, грубость, мягкость, жестокость, сомнения – абсолютно всё смешивается воедино… Этот поцелуй разжижает кровь, гонит её по венам с такой скоростью и силой, что в ушах шумит, как во время урагана. Он достаёт из самых глубин то, что мы так старательно прятали друг от друга, от самих себя, от всего мира, который столь яростно пытался нас уничтожить…
Наваливается на меня, чтобы я не смогла вырваться, не смогла снова спрятаться за словами, за обидами, за «я не хочу». Зажимает меня так крепко, чтобы я не могла и сдвинуться. Чтобы не могла выпутаться. Как паук, который облепляет паутиной свою жертву. И от этого у меня кружится голова… Переизбыток чувств к нему буквально выводит меня на какие-то новые неподвластные логике эмоции. Кожа словно срастается с моей… Потому что я уже помню какая она на ощупь. Я помню, какая она на запах и даже вкус… Я помню это так хорошо, что ощущаю его фантомные касания повсюду. На бёдрах, на талии и даже на своей попе…
Его прикосновения прожигают сквозь одежду, каждое движение его пальцев отзывается дрожью по всему телу, как будто он касается сразу нервных окончаний моей души.
В этот момент я понимаю… Ничего не прошло. И не пройдёт. Ни через год, ни через два, ни через вечность. Всё остаётся там же, где и было… Или даже глубже… Там, где не достать при всём желании. Не вынуть, даже если будешь оперировать.
И вдруг меня начинает колотить ещё сильнее от воспоминаний о поцелуе с Даней. Потому что всё познаётся в сравнении... И теперь я чётко могу сказать, что это не моё. Моё вот… Передо мной. Это – сумасшествие. Чистое, необузданное, сметающее всё на своём пути. Но мне так больно от того, что я решаю не сама. Мне больно, что он просто берёт то, что хочет. Словно показывает мне, что у меня снова нет выбора.
Даже дёрнуться мне не даёт. Придавливает намертво – не силой, а своей нуждой во мне, своей невозможностью отпустить. И я растворяюсь в этом, на одну секунду перестаю сопротивляться... Вспоминаю нас… Теми, что мы были раньше. Нетерпеливыми, взрывными, голодными друг до друга… Когда могли всю ночь напролет целоваться и обнимать. Когда даже во сне скучали…
Но этот поцелуй всё равно другой. Он взрослее. Он жёстче. Он заставляет меня чувствовать что-то внизу своего живота. Острое, невыносимое. Такое, что хочется сорвать с Макса одежду и начать целовать всё его тело сразу… И это ужасно, я знаю. Я снова себя предаю. Но сопротивляться больше просто не в состоянии. Молю Господа помочь. Оторвать меня от него, пока всё не зашло слишком далеко… Решил – уехал, вздумал – вернулся. А я как игрушка… Нет, я так не хочу… Пожалуйста!
И как раз в этот момент неожиданно мы слышим звуки входной двери... Кажется, это отец вернулся. Макс на секунду ослабляет хватку. И этой секунды мне хватает, чтобы наконец вспыхнуть.
Стыд, обида и отчаяние бьют по сознанию сразу же. Как я могу? Как я позволяю себе сдаться? После всего, что было между нами, это даже унизительно. Позволить себе забыть, сколько боли он мне причинил, сколько раз заставлял чувствовать себя ненужной, сколько раз уходил в моих снах, когда я нуждалась в нём больше всего?!
От неконтролируемых эмоций я влепляю ему пощёчину. Бью со всей силы, вкладывая в этот удар всю свою обиду и боль, что отныне правят во мне постоянно на перманентной основе. Макс явно этого не ожидает. Даже вздрагивает, будто его ударило током. Но глаза его выдают. В них читается то, что он знает, что заслужил.
Я тут же поднимаю с пола сумку и бросаюсь вниз по лестнице... Хватаясь за перила, кажется, вонзаю занозу себе в ладонь, но не чувствую ничего, кроме того, как горят мои губы от его пламенного поцелуя, который теперь кажется мне одновременно самым правильным и самым разрушительным поступком в моей жизни…
Глава 12.
Максим Волков
Она убегает, запуская мой внутренний двигатель, который рвёт и мечет в грудной клетке, но я всеми силами заставляю себя стоять на месте… Хоть и знаю, что порой применить силу не плохо, порой только это и может решить проблему, но только не сейчас… Я должен отпустить её…
Блядь, стоило поцеловать, и всё вернулось на круги своя. Она всё ещё моя Лиза. Моя родная особенная девочка, от которой у меня все мысли вскачь и сердце всегда выпрыгивало из груди. До сих пор выпрыгивает… Я помню всё. И она это помнит. Я понял просто потому как она меня целовала. И пусть поступил грубо, пусть неправильно. Мне похер. Я не хочу терять то, что внутри. Самое важное. Самое ценное… Незабываемое.
Молча выхожу за ней следом мимо ошеломленного происходящим Андрея, который застыл в прихожей с ключом в руках, и следую на крыльцо, глядя на то, как она уже садится в машину, не оглядываясь, и захлопывает дверь. Такси уезжает...
Я смотрю ей вслед, и ощущение, что весь план по её возвращению трескается по швам. Я не совсем так планировал. Я не думал, что так получится. Что придётся насильно целовать. Что придётся останавливать её. Рычать друг на друга. Я не этого добивался. Просто хотел поговорить, но она и слушать бы не стала. Я по глазам это понял… Ехать за ней сейчас не стану… Это было бы крайне тупо. Ещё больше бы разосрались…
Возвращаюсь домой. Ноги тяжёлые, будто налиты свинцом. Вхожу, хлопаю дверью. Бешусь люто, даже если до сих пор чувствую на губах её вкус. Андрей выходит из кухни, смотрит на меня с удивлением, и в его взгляде столько вопросов, но я не хочу на них отвечать. Не сейчас.
– Дай телефон, – прошу я хрипло. – Пожалуйста. Она меня заблочила давно…
Он молча протягивает мне свой телефон. Без слов и отговорок.
– Спасибо…
Беру его и пишу ей сообщение. Сразу от себя. Не собираюсь, нахрен, скрывать…
«Это я. Куда ты поехала? А главное – нахрена? Ну хочешь, я уеду отсюда! Хочешь?! Давай я уеду!».
Отправляю. Смотрю на экран, жду, когда появятся эти три точки, которые скажут, что она печатает. Но нихуя… Тишина длится минут пять, пока я расхаживаю по своей комнате из угла в угол, как еблан. Весь на нервах.
И вдруг телефон издаёт звук.
«Ты уже уехал! Непонятно только для чего вернулся! Чтобы добить меня?!».
Пиздец… Реально так думает?!
«Блядь, Лиза. Нет! Я не хочу этого. Поговори со мной».
«Нет. Я не стану больше слушать! И ты не имел никакого права меня целовать!».
Блядь. Как же бесит, а… Как меня трясёт сейчас. Лучше вообще сейчас не писать, но я не могу.
На бешенных эмоциях набираю её номер. Слушаю гудки, которые очень скоро прерываются, как будто меня скинули.
«Поговори со мной!!!», – печатаю снова, и пальцы не попадают нормально по буквам. Получается только с третьего раза.
«Нет!».
«Лиза, мне нужно сказать тебе. Возьми трубку. Я прошу тебя».
«Я сказала нет! Я слишком маленькая для тебя, удачи!».
Блядь, как же она меня выворачивает. Просто выкручивает мне все жилы с корнями. Бьёт теми же словами. Издевается будто… И я понимаю – виноват. Но, сука! Не так же жестоко, да?! Ещё и объясниться не даёт!
Сколько бы я ни звонил после этого, она не поднимает трубку. Ни на пятый раз, ни на десятый, ни на двадцать первый раз...
Нервы натягиваются до предела. Внутри всё кипит, бурлит, ищет выход, и я больше не могу держать это в себе. Встаю с кровати, начинаю крушить, ломать всё вокруг себя. В ход идут и всякие кубки, что стояли у меня на полке, и рамки для фоток. Чудом остаётся на месте только ноутбук. Наверное, потому что на задворках разума я всё же понимаю, насколько это тупо, жалко и беспомощно выглядит.
И как только звуки, доносящиеся из комнаты, выходят за пределы разумного, Андрей стучит в дверь.
– Заходи, – говорю я, падая обратно на кровать.
Он входит, увидев разгром, что я тут учинил. Но не ругается на меня. Садится рядом, случайно прохрустев осколком на полу.
– Позвонил? – спрашивает тихо.
Я падаю на кровать спиной.
– Она не берёт… Не берёт. И не будет брать… Решила, что уедет… И всё тут.
– Она уже взрослая, – вздыхает он. – Она имеет право переехать, раз приняла такое решение. Меня слушать точно не станет…
Я чувствую, как меня колотит от этих слов, но не знаю, что мне делать. Я правда запутался. Хотел как лучше… А ощущение, что всё, блядь, сломал.
– Я думал, что если вернусь, если скажу ей правду, как она есть, то она реально поймёт меня, – будто выворачиваюсь наизнанку, проглатывая гордость. Мне не до неё сейчас. – Думал, что она почувствует, что у меня не было выбора, но теперь я понимаю, что она вообще не хочет меня знать. Она даже слушать меня не желает…
Андрей садится рядом.
– Иногда люди не готовы слышать правду… Не потому что чувства прошли. А потому что правда слишком больно бьёт. Тем более, вы столько пережили вместе. И после расставания тоже… Максим, будь умнее… Ей нужно время, чтобы понять, что ты пришёл не для того, чтобы всё снова разрушить и причинить ей боль. Она должна понять, что ты пришёл для того, чтобы всё исправить…
– А если у меня нет этого времени? – спрашиваю я, поднимая голову, и смотрю ему прямо в глаза. Внутри всё гудит. – Если мне кажется, что до первого сентября я просто, блин, не доживу?
Он болезненно молчит и смотрит на меня с жалостью, потому что на такие вопросы нет правильных ответов. Я вообще не должен так говорить. Это всё от бессилия. Но это стрёмно с моей стороны. Сначала принимать взрослые решения, а потом вот так перекладывать ответственность за них на чужие плечи. Нет… Я так делать не стану. Просто мне, сука, больно…
Я подхожу к окну и смотрю на звёзды. Раньше мне казалось, где-то вдали от меня она тоже смотрит на них, и мы так общаемся. Сопливо – да. Но правда…
– Я не сдамся, – говорю Андрею, но по факту – сам себе. – Пусть сейчас она не хочет меня слышать. Пусть делает вид, что я для неё ничего не значу. Но я не сдамся, я буду пытаться. Потому что если я опущу руки, значит, всё, что между нами было, ничего не стоило. А это не так…
Андрей кивает… Ещё немного сидит со мной, пока я убираю то, что здесь устроил, потому что начинать всегда нужно с себя… И с того, что тебя окружает… Так всегда говорил мой отец. Я беру этот кулон, который она в меня бросила, вешаю его на свой светильник. Смотрю на это сердце и у меня чёткое представление её ключиц перед глазами… То место, где бы именно оно у неё находилось… Даже помню милую маленькую родинку справа… Я помню вообще всё…
Подожди немного. Я найду способ залечить нам обоим раны. Я заставлю тебя услышать меня, даже если ты будешь закрывать уши. Даже если будешь кричать, чтобы я ушёл. Я буду рядом с тобой каждый день. Каждую секунду. Пока ты не поймёшь, что я не уйду. Что я не могу без тебя… Родная… Дай нам этот последний грёбанный шанс…
Глава 13.
Лиза Широкова
Господи. Я села в такси и сразу же набрала Вике сообщение. Руки дрожали. Не могла прийти в себя… Всё вдруг вернулось обратно. Все те чувства, которые я пыталась захоронить и теперь, понимая, что он звонит мне, меня колошматит ещё сильнее…
Интересно, сейчас могло что-то случиться, если бы папа не вернулся? Могли ли мы перейти черту с Максом? Я же не отталкивала его и… Он трогал меня… Не грязно, но очень интимно трогал. Будто чувствовал, что теперь можно. Что моё тело его зовёт. И мне на секунду показалось, что если это продолжится, то очнёмся мы с ним уже в спальне… Боже мой! Это катастрофа!
Вика встречает меня с круглыми глазами, потому что я написала ей, что ненавижу Макса и что мы поцеловались…
Едва я переступаю порог её квартиры, как падаю ей в руки и реву.
– Тихо, тихо… Малыш, ну ты чего…
– Я его ненавижу, ненавижу! Вика…
– Всё, успокойся… Тише, пойдём ко мне в комнату… – мы проходим мимо кухни, откуда выглядывает её мама. И всё, что я могу, это поздороваться с ней, потому что меня всю трясёт. Я не в состоянии даже держать лицо…
– Он не хотел отпускать… – веду пальцем по рисунку у неё на покрывале, а она вздыхает.
– Лиз… Я, наверное, не имею права так говорить, но что если… Что если он хочет всё наладить…
Я смотрю на неё и хмурюсь.
– Мало ли чего он хочет… Главное, я не хочу…
– Ты так уверена?
– Конечно… Почему ты спрашиваешь?! – чуть повышаю тон, и она растягивает губы в полоску.
– Успокойся, ладно? Я на твоей стороне… Просто я же тоже не слепая… С Даней ты не хочешь быть по понятной причине… Он тебе никогда не нравился, но Макс…
– А Макс вырвал мне сердце! Ты сама это знаешь…
– Он уехал тогда, сказав, что ты маленькая для него. Может, пытался защитить тебя от себя… – предполагает она, но у меня внутри столько ненависти и обиды, что я не задумываясь отвечаю:
– Защитник нашёлся! Такой молодец вообще! Ничего не сказать!
– Ээээх, – вздыхает она. – Я тут нам фильм приготовила… Думала, закажем пиццу, посмотрим что-нибудь, расслабимся…
Слышу, что мой телефон разрывается от звонков.
– Заблокировать и отца тоже? Как думаешь?
– Лиз, ну… Это слишком…
– Да, наверное… Просто это всё усложняет…
– Это да, нужно было думать, прежде чем вступать отношения со сводным братом, – хихикает. – Это всегда один дом, общие родители и общие проблемы… До конца дней своих… А потом у вас появятся дети…
– Что? – спрашиваю и голос мой дрожит от эмоций.
– Ну, не в смысле у вас вместе… А у него и у тебя… Будут приезжать к бабушке и дедушке… – говорит она, и меня выворачивает изнутри. Я об этом даже не думала. Ведь когда-то у нас, наверное, и впрямь будут дети… А что если реально будут видеться… Что если у него они появятся раньше? И Жена… У него будет жена. Я приеду к родителям случайно, а она там с ними… Боже, я умру…
Нет, Лиза, стоп. Это ты сейчас так думаешь. Потому что раны свежие… А потом тебе будет вообще пофиг на него и его семью!
Краем глаза я вижу новое сообщение на экране. Не открываю всю переписку, только приоткрываю это, где огромными буквами написано:
«Если я ещё раз увижу его с тобой, я по нему дорожным катком проедусь, понятно?».
От возмущения мне хочется что-то написать, но я хорошо понимаю, что он это специально. Он выводит меня на эмоции. И мне нельзя вестись. И главное, Максим знает, где я работаю… Значит, мне от него вообще не скрыться. Что делать, ума не приложу.
«Мы нашли квартиру. Классную, – на эмоциях пишу Дане сообщение и скидываю фотки. – Ты за?».
Оно прочитано буквально сразу же и карандашик начинает двигаться.
«Я за, если ты всё ещё хочешь жить со мной».
«Не с тобой, а с тобой и Викой», – поправляю я.
«Я это и имел в виду, Лиззи, успокойся».
Порой он зовёт меня так, а порой более роскошным Элизабет. Не могу сказать, нравится мне это или нет. Я просто ничего при этом не испытываю, потому что так или иначе вспоминаю слова «сестрёнка, ангел или даже простое Лиза» из его уст. У него даже произносить это получалось по-особенному… Это нечестно.
«Завтра у меня выходной в кафе, мы планируем заезжать туда в 11:00. Нужно сразу треть суммы от оплаты и залога, сможешь?».
«Смогу, конечно, что за вопрос».
Я знаю, что он сможет. Он немного из другой молодежи. Обеспеченный родителями от и до. «Упакованный», как сейчас говорят. Они купили ему дорогую машину, готовы исполнять любой его каприз. Теперь это желание Дани жить отдельно от них и заниматься своим стартап-проектом. Так-то он очень умный… Деятельный. Просто… Он не в моём вкусе. Вообще. А может дело и не в этом. Ведь я не знаю, какой у меня вкус. Знаю только одно – он не Макс. И этим просто всё сказано…
– Ну что ты там? – Вика смотрит на меня с жалостью, пока я переписываюсь с Даней.
– Ой, прости… Дане написала, он готов…
– Хорошо… Я надеюсь, вы сможете прийти к чему-то, чтобы я там над вами не кринжевала…
– Вот только попробуй! Он же всё почувствует и поймёт!
Она ржёт.
– Блин, Вииикаааа!
– Всё, всё, молчу… А это…? – лукаво смотрит на меня, приподняв бровь.
– Что?
– Как поцелуй…?
– Отвратительно…
– Ты не поняла, я не про Даню… – говорит она, глядя мне в глаза с лёгкой улыбкой, и я шумно вздыхаю на всю комнату, отчего она начинает хихикать. – Не продолжай… Я всё поняла, подруга…
Глава 14.
Максим Волков
Весь последующий день я на стену лезу. Ночью не мог уснуть. Она мерещилась… Я даже ходил в её комнату… А там вообще пиздец. Всё о ней. Её запах… Её тепло, которое ещё осталось на постели… Я буквально вертелся как заведенный всю ночь. Комкал простынь в кулаки. Надеюсь, Андрей этого дерьма не слышал. И тут не только о том, что я скучал по ней, конечно. Тут лютое желание, чтобы она лежала рядом со мной голой. Желательно подо мной.
– Доброе утро… Ты чё куда?
– Доброе, Митяй в автосервис позвал… Сегодня к девяти сказали подъехать…
– А-а-а… Понял. Круто, удачи тогда.
– Спасибо…
– Я к Полине на обеде поеду…
– Привет передавай…
– Обязательно… – говорит он и давит в себе вопросы, которые, очевидно, хотел задать, но не смог. Да и я как-то не собираюсь их вытягивать. Мне максимально некомфортно. В частности, из-за того, что я вчера поступил, как баран… Мало того, что строчил с его телефона, так ещё и разнёс половину своей комнаты. Красавчик.
Пью кофе, завтракаю, думая о ней. Ещё раз проверяю в блоке ли до сих пор. И да – конечно. Ещё бы она меня вынула. Особенно после вчерашнего…
Выхожу на улицу, сажусь на мотик, думаю, что скоро нужно будет покупать себе машину…
Подъезжаю в автосервис, здороваюсь с батей Димки. Перекидываемся парой фраз, у меня просят документы, объясняют всё. И разумеется, для меня это самый что ни на есть подходящий вариант из всех.
На работу я соглашаюсь. Благодарю друга в сообщении. Его батя говорит, что ему бы самому нужно хоть немного соображать в этом, но суть в том, что Митька вообще никогда по этому не упивался, так что… Сомневаюсь, что захочет вообще. Это моя жизнь – гайки и ключи. Он как-то больше по технике, а не механике.
– Значит, ребят… Это Максим, прошу любить и жаловать…
– Дарова, Максим.
– Витя.
– Серый…
Знакомлюсь со всеми и начинаю свой рабочий день, стараясь выкинуть изнутри мысли о том, что пока я здесь, она там… С ним. В новой квартире. И даже если там Вика… Один хер… У меня внутри всё дербанит. Настолько, что выть хочется. В обед я не выдерживаю, пишу сообщение.
«Привет, это Макс… Не говори ей, что я писал, просто… Я переживаю сильно за неё. Там у вас всё в порядке? Хорошая квартира? Мне нужно знать», – отправляю и не знаю, ответит ли она мне. Скажет ли ей, что я писал. Но мне всё равно. Даже если скажет…
Я чувствую, как ком подступает к горлу, когда телефон издаёт звук. Смотрю на экран и понимаю, что это не Вика, не мама, а ответ из университета… Открываю письмо и вижу, что мне нужно принести оригиналы документов в приёмную комиссию в срок до 22 августа… Но это не «нет»… Это почти «да», получается…
Как груз падает с плеч… Я понимаю, что Бог на моей стороне, раз всё это произошло…
Обед заканчивается, я продолжаю обсуждать с мужиками работу в прошлом месте. Где-то даже подсказываю, что знаю по поводу замены ГРМ и проверки вспомогательного ремня.
– Мы сразу смотрели, потому что если чё, потом снова разбор… Лишняя морока.
– Согласен.
– Шаришь, – жмёт мне руку тот самый Серый. – Может возьмёшь машинку на диагностику тогда? Если что обращайся. Девчонка звонила там… Стучит у неё всё… У нас паренек ремонтировал, уволился. А она только щас повторно едет…
– Возьму, не вопрос…
Жду, когда та самая 057 заедет в наш бокс… А когда это происходит, у меня в момент внутри всё переворачивается, потому что из машины выходит Алиса. И я, сука, покрываюсь иголками.
– Макс… – застывает она, уронив взгляд. – Привет.
Я тут же протягиваю руку.
– Ключи. Какие ещё проблемы кроме стука?
– Ну… – вкладывает она мне их в руку. – Капает со дна… Вчера заметила…
– Спереди, сзади?
– Спереди…
Я замечаю капли. Провожу рукой. Нюхаю.
– Это конденсат просто от твоего кондея… Сегодня жарковато на солнце.
– Это не страшно?
– Нет.
– М… Хорошо…
– Оставляй на полтора часа, менеджер отзвонится. Оформляться там… – указывают на кассу, и она начинает идти туда, а потом останавливается.
– Максим…
– Что?
– Мы… Можем с тобой поговорить?
– По поводу машины. Это всё.
Она сглатывает, а я просто начинаю заниматься осмотром и диагностикой. Если бы можно было вложить во взгляд всю ненависть, я бы так и сделал. Эта сука сломала мне всю мою жизнь. И ладно бы, мы с Лизой остались вместе, я бы забил болт. Но нет… Сейчас всё это происходит из-за них. Я не с ней из-за них… И я её презираю за это.
Подкатываю тележку с инструментами, надеваю перчатки на руки. И сразу будто сбрасываю с себя все лишние изматывающие мысли и тревоги. Прошлое, которое никак не даёт покоя. Работа есть работа.
Сначала делаю визуальный осмотр её тачки. Проверяю патрубки, уровень жидкостей, ремни. Уже потом беру сканер и подключаю к разъёму под рулём. На экране высвечиваются коды ошибок, и я уже примерно прикидываю в голове, что и где, как меня учили.
Потом спускаюсь в яму, осматриваю днище, подвеску, тормозные диски, ищу подтёки, люфты, износ. Пальцами проверяю крепления, прислушиваюсь к каждому скрипу, к каждому стуку. Машина в отличии от её ебучей хозяйки не станет врать.
В итоге говорю мужикам, что и как у неё здесь разъёбано. Они перепроверяют. Дают мне добро на ремонт. Я передаю менеджеру, что нужно оставить тачку минимум до завтра. Часов до трёх. Быстрее не получится…
Приступаю к работе… Заёбываюсь, разумеется. Даже когда другие расходятся, я ещё остаюсь здесь. Хотя меня уже выгоняет главный цеха.
И только тогда я иду переодеваться, стираю с рук грязь, беру телефон и…
Вижу сообщение от Вики.
«Привет. У нас всё в порядке. Квартира хорошая. Лизе нравится».
Я сглатываю и киваю сам себе. Хотя никто не видит. Просто это то, что я должен был услышать.
«Хорошо. Я рад».
Потираю свою уставшую морду и сижу, опустив голову на руку минут пять точно. Потому что всё внутри меня буквально кричит о том, насколько я заебался… А потом телефон издаёт новое оповещение, и меня начинает трясти, когда я вижу:
«Макс. Ты всё ещё любишь её?».
Что тут ещё сказать?
«Люблю. Больше жизни люблю»…
Глава 15.
Лиза Широкова
Утром, когда мы с Викой и Даней заселяемся в квартиру, я почти всё время молчу. Перевариваю то, что случилось вчера, да и с Даней до сих пор странно находиться в одном помещении… Я, конечно, смирюсь с этим со временем, просто пока ещё некомфортно обоим. Вика, разумеется, замечает это и пытается как-то сгладить ситуацию. Отвлекает нас. Смешит. Мы отдаём арендодательнице деньги, подписываем договор, и она уходит, оставив нас втроем в своей новой квартире…
– Офигеть… Ну вот оно… Свободная жизнь, – Вика падает на диван и улыбается. – Как вам?
Я тоже сажусь рядом.
– Офигенно…
– Согласен… Пиццу хотите? Или роллы?
– Можно отметить вечером, – довольно соглашается Вика.
– А пока, наверное, каждому нужно разобрать свои вещи… – говорю я, вздыхая, и Даня кивает. Мне кажется, он чувствует всё. Не дурак же…
– Ок… Я тогда тоже пойду… Своими делами заниматься… – он уходит, а Вика смотрит на меня округлившимися глазами.
– Что???
– Да ничё! Ты видишь вообще чё с парнями творишь, а?! – и хохочет, как дурочка…
– С парнями… Сказала так… – бубню себе под нос, и она пристально на меня смотрит.
– А что если… Ну, гипотетически… Что если…
– Что?
– Что если Максим писал мне вчера… – говорит она почти как бы между делом, и я меняюсь в лице.
– Это гипотетически или реально? Вика!
– Лаааадно, смотри… – она протягивает мне свой телефон, вздыхая, а там… Переписка с Максом. Где он пишет, что любит меня больше жизни. Что хочет всё вернуть. Что ему нужно со мной поговорить и прочее… Даже то, где он сейчас работает. Сердце в моей груди болит. Я хмурюсь, прочитав всё это.
– Зачем ты вообще ему отвечала?
– Мне было его жаль…
– Не нужно было, Вика…
– Лиз… Я знаю это. Но… Что если он говорит правду, а? Только подумай… Что если Максим вернулся, чтобы всё наладить…
– Поздно вернулся, – ворчу я, хотя у самой от этой мысли внутри всё переворачивается, выстраиваясь заново…
– А что если нет? Что если ты сама его до сих пор любишь? Ты бы видела своё лицо вчера после вашего поцелу… – она замолкает и смотрит куда-то позади меня. Я оборачиваюсь и вижу Даню, который застыл в дверях. Выражение его лица говорит само за себя. Он слышал… И уходит обратно, будто что-то забыл, а я смотрю на Вику.

