Хорошая компания

Привез я усилитель и первого сентября предъявил мужикам. Володя где-то в комиссионке раздобыл большие колонки – потертые, но с огромными динамиками.

Подключили колонки к усилителю, на вход подали телефонными проводами сигналы со стереовыхода «Тембра», все как следует установили на широком подоконнике нашей комнаты, которая располагалась на пятом этаже новой общаги на Южной, добавили звук ручками усилителя, сделанными из тюбиков от зубной пасты и подпрыгнули – раздался такой рык!

Магнитофон ревел, но ревел чистым звуком – какая-то эстрадная мелодия играла. Музыка гремела, а мы прыгали и толкали друг друга от радости. Гости в дверь стали заглядывать - что за агрегат у нас появился. Разговоры начались - наконец то танцы будут в субботу какие надо.

Повертели мы звук, и тихо чисто играет – ламповый усилитель, все-таки, хоть и самодельный. Стали прикидывать громкость в децибелах.

Хога-Фога спросил:

- Мужики кто-нибудь у реактивного самолета на аэродроме близко стоял? Говорят это сто тридцать децибел.

Володя говорит:

- Я был, глушило так, что с отцом рядом стоящим говорил и ничего не слышал – кричать пришлось.

Прибавили звук.

- Сейчас как у реактивного?

- Да нет, вроде, ведь мы же разговариваем.

У кого-то родилась идея провести испытания на реальном объекте. Просто включить акустику ночью и считать стуки в потолок и стены было как-то не очень объективно. Поэтому решили замерить силу звука в метрах.

Оперативно была создана комиссия в составе Хога-Фога, я и Женя – он как раз в гости пришел. Боб с Володей остались следить за техникой. Мы взяли блокнот, карандаш и выдвинулись на улицу, спустившись по лестнице с пятого этажа девятиэтажки (мы редко пользовались лифтом, до пятого этажа добежать было легко).

На улице, еще около общаги, махнули рукой, что означало – включай. Володя включил магнитофон с записью, по-моему, Высоцкого на полную мощность, как мы заранее договорились. Зазвучал приятный баритон нашего любимого певца, исполняющий песню за песней и все с очень глубоким философским содержанием.

Звук был очень громким, что мы и отметили в блокноте. Мы пошли по улице, пролегающей от общаги к вокзалу. Улица была достаточно длинная – где то около двух километров и для эксперимента годилась.

Останавливались каждые сто тридцать шагов, что соответствовало расстоянию, примерно сто метров и записывали, опять же примерно (прибора «Шумомер» у нас не имелось) уровень звука, скорее его слышимость, определяли на глазок типа «тише на десять процентов».

Шли мы долго и, наконец, остановились, когда магнитофон никто из нас уже не слышал. Результат получился неплохой - полтора километра.

Мы повернули обратно, звук постепенно нарастал. Прислушивались и корректировали записи. Наконец уставшие, но довольные, возвратились в комнату, где ревел наш музыкальный центр. Уже в коридоре было какое-то оживление и из дверей соседних комнат выглядывали сердитые, кислые, раздраженные лица студентов. Недовольными, видимо, были отличники, корпеющие над учебниками.

Но ругаться они не стали, так-как был еще ранний вечер – никто не спал, и мы имели право. Кроме того мы выключили магнитофон и наступила благоговейная тишина.

Мы с большой точностью определили, что максимальная мощность нашей стереосистемы на базе Володиного магнитофона «Тембр» составляла полтора километра.

10.02.2022, октябрь 2026, Санкт-Петербург.

(Изображение сгенерировано ИИ НейроХолст).

носок

Глава 1. А СНЕГ ВАЛИЛ!

...Люди, словно тени брели за снежной пеленой. Деревья отяжелели от снега и низко нависали над тротуарами...

Зима в Томске выдалась снежная, морозная. В этот день снег валил особенно густо. И тишина. Машины ехали почти беззвучно. Редкие троллейбусы неслышно проплывали, сияя фарами не издавая ни одного звука. Люди, словно тени брели за снежной пеленой. Деревья отяжелели от снега и низко нависали над тротуарами, время от времени сбрасывая белый тяжелый пух на прохожих.

Вчерашние сугробы скопились на краю тротуаров и у бордюров на дорогах. Снегоуборочные машины усердно работали лапами, сгребая белое покрывало с улицы Ленина.