Уроборос. Том 1.

Хорошо. Где ты сегодня ужинаешь и во сколько? Я приеду за десять минут к месту встречи, ничего страшного с тобой не случится.

Что, прям настолько невтерпеж?

А ты, я смотрю, догадливый…

Хорошо, давай подкатывай ко мне в офис. Где ты сейчас находишься? Я отправлю свой авиамобиль к тебе, прилетишь сразу на этаж. А то запусти тебя через главный вход, так фанатов проходу не дадут.

М-м-м… Ближайшая общественная зона посадки на Арбате, вроде.

Окей, через двадцать минут прилетит. Иди туда.

Блин, ну люкс, ничего не скажешь. Все, давай, сейчас увидимся. – Бросила трубку Юнона и двинулась к зоне посадки авиамобилей.

Эх… – раздался в голове у девушки голос Вальтера.

Что? – Юнона решила вести с ним диалог мысленно.

Дело пахнет полнейшим дерьмом.

И не говори…

Я, конечно, понимаю Эдуарда, он идет на преступление, действуя в интересах Чековских, поэтому скидывает на тебя задачу донести ему информацию, но, прошу тебя, не подставься под удар.

Хорошо, я постараюсь. Не переживай, – подумала девушка и быстрым шагом двинулась к Арбату.

В лицо подул сильный ветер, а на небе начали стягиваться тучи. По прогнозу весь оставшийся день ожидался сильный ливень. Куртка и волосы Юноны развевались будто флаг. Не сбавляя темпа, она свернула с Гоголевского бульвара и через защищающие от потоков воздуха переулки продолжила свой путь к посадочной площадке. Людей на улицах становилось все меньше, дождь должен был начаться с минуты на минуту.

Посадочная площадка располагалась на крыше одного из высотных зданий на Арбате. Юнона зашла в фойе и направилась к лифту. После нескольких десятков секунд нервного ожидания она поднялась на крышу и оказалась в транспортном терминале. На информационном табло отображалось ориентировочное время прибытия всех авиамобилей. «Зеленый авиадрандулет» Роберта, как его называла Юнона, должен был прибыть в течение пяти минут. В зале ожидания сидела какая-то парочка и компания из нескольких хорошо одетых мужчин.

Журналистка подошла к автомату с напитками, чтобы взять себе кофе и воды. Дневная доза алкоголя давала о себе знать: слегка неуверенными движениями Шталь набрала на экране нужные цифры, оплатила покупку, а затем жадно выхватила из автомата напитки. Горячий кофе был выпит практически залпом. Бутылка воды спрятана в сумку.

Юнона встала у окна, ожидая свой транспорт. На стекло уже начинали приземляться капельки дождя, а небо становилось все чернее. Спустя три минуты зеленая точка выглянула из-за крыши отдаленного здания и стремительно приблизилась к месту посадки. Аккуратно приземлившись на площадку, авиамобиль издал звуковой сигнал и открыл дверь. На информационном табло загорелось предупреждение, что в течение 30 минут начнется сильный ливень и воздушные рейсы будут остановлены до его окончания. «Успеваем», – подумала Юнона и направилась к летательному аппарату.

До офиса «Госводорода» было 20 минут. Девушка рухнула в кресло и осмотрела салон, в котором ее много раз обещали покатать. Воздушное судно поднялось вверх и плавно направилось на место постоянной дислокации. Из окна авиамобиля виднелось только лишь Шестое кольцо Москвы. Гигаполис казался необъятным: чтобы увидеть самые окраины, нужно было подняться еще выше и смотреть в бинокль. Тучи медленно накрывали весь центр города вплоть до Четвертого кольца, которое заканчивалось по границе старого ТТК.

Непродолжительный полет воздушного судна подходил к концу, и аппарат стал планомерно спускаться. Из окна виднелся открытый авиационный шлюз башни «Госводорода». Автопилот аккуратно приземлил летательный аппарат на его стояночное место, Юнона вылезла наружу. На входе в ангар стоял Роберт, скрестив руки на груди. Она неуверенной походкой двинулась в его сторону, будто стараясь оттянуть момент разговора.

Привет, как долетела? – поздоровался мужчина и слегка приобнял ее.

Привет-привет, все нормально. Классная штуковина, мне понравилась, – ответила Юнона, оглядываясь в сторону летательного аппарата.

Я так понимаю, никаких приколов не будет? Случилось что-то серьезное?

Да, так и есть. Это касается тебя и твоего отца. Пошли в кабинет, там поговорим.

Ну пойдем, – немного встревоженно ответил Чейз, нажимая на кнопку лифта для руководства, – ты сама-то как? Выглядишь очень обеспокоенной.

Мне об этом сегодня сказали уже все. У меня все в порядке, – фыркнула журналистка.

Парочка спустилась на несколько этажей ниже и вышла из лифта. Впереди была дверь в заднюю комнату кабинета Роберта. Обычно в ней он принимал гостей инкогнито либо же просто скрывался от глаз своих подчиненных.

Проходи, диван, кресло, куда удобно. Кофе или чай? – спросил Чейз, запуская Юнону внутрь.

Нет, спасибо, – ответила она, устраиваясь в кресле.

Ну-с, что случилось? – Сел напротив Чековский.

В общем… Крепись... Разговор будет тяжелым.

Выкладывай. – Роберт сложил руки в замок.

Сегодня днем мне с неизвестного номера пришло сообщение с компрометирующей информацией на твоего отца. Все очень плохо. Я позвонила Эдуарду, чтобы обсудить это, и увиделась с ним. Буквально 40 минут назад мы разошлись. Он эту информацию подтвердил, сказал, что вчера им поступил точно такой же сигнал.

Чувствую, что сейчас будет что-то очень нехорошее. – Роберт откинулся на спинку дивана и положил ногу на ногу.

В общем, Роб, твоего отца хотят обвинить в государственной измене, так как он сливает всю корпоративную внутреннюю информацию «Госводорода» китайским конкурентам… – выпалила журналистка.

Чего, блять?!

Я не шучу. Мне тоже в это не верится, но Эдуард говорит, что их информатор предоставил неопровержимые доказательства.

Подожди-подожди, еще раз… Мой отец сливает информацию китайцам?! – Роберт подскочил с дивана.

Да, именно так, Роберт. Вдобавок ко всему тот человек, который отправил мне это сообщение, предложил опубликовать инфу в качестве эксклюзива на моих медиаресурсах, сказав, что если я откажусь, то он сольет все в другие издания. Срок на размышление – сутки. В конечном итоге завтра или послезавтра это будет в СМИ.

А-ха-ха-хах, ладно, прикол удался. Сейчас, правда, не 1 апреля, но мне понравилось.

Роберт, я, блять, не шучу! – взмахнув руками, прикрикнула журналистка.

Экх-м… – Оценивающе посмотрел в глаза своей подруге мужчина.

Роберт, твоего отца хотят обвинить в государственной измене. Ты понимаешь?! Это не шутка, я виделась с Эдом, он подтвердил эту информацию!

Стоп… Мой отец, генеральный директор и основатель «Госводорода», передает закрытую корпоративную информацию КИТАЙЦАМ?

Да. Наконец-то до тебя дошло…

Блять… Звучит как полнейшая херня. Это очередной недовысер политических конкурентов моего отца. Его уже в чем только ни обвиняли. Какие доказательства этого? Кто это вообще выдумал?! – размахивая руками, агрессивно спросил мужчина.

Ты лучше сядь… Дальше будет самое ужасное.

Лицо Чековского-младшего побелело, он развернулся к шкафу с бутылками, постоял несколько секунд, затем, передумав, рухнул обратно на диван.

Ну? – холодно спросил Чейз.

Кто-то взломал внутреннюю сеть дома твоего отца и установил прослушку. Все файлы, ключи доступа и все остальное слили в МНБ. Сейчас они начали свои оперативные мероприятия. Больше я ничего не знаю, мне лишь в общих чертах сообщили все это текстом с неизвестного номера.

Как это вообще возможно? У него там многослойная защита, ее наши спецы делали. Звучит как полнейшая подстава. Какую доказательную базу может иметь какой-то вброс от анонимного хуеплета? – протараторил Роберт.

Эдуард говорит, что сейчас проходит экспертиза, но там уже понятно, что это соответствует действительности. Сам он об этом узнал только сегодня утром. Завтра мы договорились снова с ним увидеться и обсудить, что происходит в их конторе.

А на хрена моему отцу сливать информацию в ЗКИ? Что он вообще им может слить? Статистику по объемам продаж?

Из того, что я поняла, твой отец передавал все технологические разработки, инвестиционные программы, а еще наложил вето на несколько проектов, чтобы не составлять конкуренцию китайским коллегам.

Твою мать… – В голове у Чековского-младшего стали всплывать отдельные моменты нелогичного поведения отца, которые привели к упущению коммерческой выгоды корпорацией.

Немного покачиваясь, Чейз взялся за голову и наклонился. Все его нутро противилось тому, что сказала Юнона. Тем не менее в глубине души он понимал, что отдельные моменты жизнедеятельности корпорации он не мог обосновать ничем другим, кроме как утечкой данных.

Роберт вспомнил разговор с отцом перед ужином с семьей Харис 2 октября. Тогда он просил его усилить работу внутренней безопасности, так как отчет о деятельности конкурентов показал, что китайские компании активно занимаются разработкой новых катализаторов, которые существовали только в лабораториях «Госводорода».

Следом за этим Чейз припомнил позапрошлогодний африканский проект, во время разработки которого отец без видимой на то причины отказался организовывать поставки в целый ряд стран. Тогда он объяснил это политическими издержками. Примечательно, что на потенциальное место российской корпорации пришла китайская «Шэньси Циннэн». Больно и со скрипом пазлы стали складываться в общую картинку.

Роберт, ты понимаешь, что это все означает и к чему может привести? – Юнона наклонилась вперед.

Мне ясно, что это угрожает абсолютно всему, но я только не могу понять, зачем отец все это делал? – так и продолжая держаться за голову, ответил Чейз.

Из-за Евы…

Из-за кого, блять?! – в очередной раз выпал в осадок Чековский-младший. Его бледное лицо резко покраснело, а глаза налились кровью.

Китайцы угрожают твоему отцу безопасностью Евы. Если он откажется выполнять их условия, то они неизвестно что с ней сделают. В тюрьму посадят, выдворят на улицу, обвинят в чем-то, покалечат, еще что-нибудь. Я не знаю… Вот так вот, просто шантаж… – сказала девушка, будто ожидая, что Роберт сейчас разнесет всю комнату, выломает двери и поубивает всех в радиусе нескольких километров.

Роберт закрыл глаза руками, наклонился вперед и стал истерично хихикать. Затем он умолк и выпрямил спину. В таком положении он просидел несколько минут, пялясь на стенку. Юнона встала с кресла и подошла к графину, чтобы налить себе воды. В комнате стояла полнейшая тишина.

Роберт, скажи что-нибудь, пожалуйста, – не выдержала она.

Всю жизнь… – пробормотал Чейз.

Что именно «всю жизнь»?.. – пытаясь вывести своего друга на диалог, спросила журналистка.

Всю жизнь она целенаправленно рушит все, что сделал отец… – произнес Роберт, все так же пялясь в стенку рыбьими глазами.

Роб, она, скорее всего, даже не в курсе, в какое положение загнала твоего папу. Ты думаешь, ей говорят, что весь ее успех строится на сделке с совестью твоего отца?

Он каждую неделю пытается выйти с ней на связь. Пишет, звонит с разных номеров, отправляет в Китай своих помощников, даже фанатов ее просит ответить на его призывы просто поговорить. Она все игнорирует… Просто, блять, не замечает его…

Роберт, я не знаю, что тебе сказать… Давай лучше подумаем, что мы можем сделать сейчас. Как смягчить ситуацию… Потом разберемся, что делать с Евой.

Она убила мою мать своим появлением на свет, выебала все мозги мне, пока взрослела, а сейчас просто угробила отца… – Чековский-младший продолжил смотреть в стену.

Я прошу тебя, соберись! Нужно предупредить твоего отца. Нужно хоть что-то сделать. Не знаю… Поднимите все свои связи, подготовьтесь к информационной волне в СМИ. Попросите о помощи Хариса, ну давай же что-то делать!

Проще самому поехать в Китай и завалить ее нахер, чтобы не мешала больше… – Лицо Чейза снова побелело.

РОБЕРТ, БЛЯТЬ! СОБЕРИСЬ! ИДИ К ОТЦУ В ОФИС И ПРЕДУПРЕДИ ЕГО! СЕЙЧАС ВООБЩЕ НЕ ДО ЕВЫ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ?! – закричала Юнона, размахивая руками.

Чековский-младший слегка пришел в чувство, оторвал безумный взор от стены и вытер лицо ладонью. Затем медленно поднялся с дивана, подошел к шкафу с разноцветными емкостями, открыл бутылку текилы и сделал несколько добрых глотков из горла. Убрав бутылку на место, он развернулся, положил руки на затылок и уставился в потолок. Спустя несколько секунд он заорал и со всей силы ударил по дубовому кофейному столику рядом с диваном. Под натиском наполовину железной ноги Чейза стол разлетелся в щепки. Юнона, испугавшись, замолкла. Роберт поднял продолговатый кусок стола и, крича «СУКА, СУКА, СУКА, СУКА!», начал лупить им по остаткам поломанной мебели.

Система контроля настроения внутри головы Чейза перешла в аварийный режим, включив экстренную абсорбцию адреналина и норадреналина из кровотока. Спустя 30 секунд опасная для всех окружающих помесь из органических органов и имплантов двойного назначения резко успокоилась. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Роберт заговорил.

Что сказал Эдуард?

Он сказал, что сейчас будет изучать материалы дела. Завтра днем мы должны с ним встретиться. Еще сказал, что высшая мера наказания твоему отцу не грозит, и мы будем стараться вывести дело на то, что дядь Вова действовал под давлением и ничего важного китайцам не выдавал, – с легким испугом, удовлетворением от выполненной миссии и надеждой произнесла журналистка.

Все ясно. Сейчас нужно вытащить отца из его бесконечных встреч и все ему рассказать, – как робот сказал Чейз.

Да, все так. Нужно действовать, – успокоившись, ответила Юнона.

Ты можешь завтра после встречи с Эдом в это же время увидеться здесь? Я тебя привезу, как сегодня, или на такси.

Да, конечно, я так и думала сделать.

Хорошо… Хорошо… Юнона?..

Да?

Спасибо тебе, возможно, ваша с Эдуардом помощь поможет спасти ситуацию.

Все в порядке, по-другому мы бы не могли поступить. Теперь пошли…

Юнона подошла к двери. Чейз осмотрел нанесенный им урон помещению и вздохнул. Затем торопливо проследовал к выходу. Парочка вышла из комнаты в сторону лифта для руководства. Нажав на кнопку, они спустились вниз в фойе. Девушка удаленно заказала такси, стоящее у офиса «Госводорода», назначив пунктом назначения свой дом. Крепко обняв своего друга на прощание, она вышла из здания и села в беспилотный автомобиль. Чековский-младший же отправился на подземную парковку, чтобы найти там водителя Александра и узнать у него график поездок отца. Ливень за окном становился все сильнее.

Глава 3. «Крушение»

Хэ-э-э-эй! Ну что, соскучились по мне? Да? Я тоже! У меня тут выдался маленький отпуск на недельку, поэтому роликов и не было. Но ничего страшного! Знаете почему? Потому что сегодня у меня для вас тако-о-о-ое! Сейчас с ума сойдете. Кстати, пока мы не начали, для платных подписчиков я выложила в «Цзаньхун» все фотографии со своей поездки на Хайнань. Там очень жарко! Советую посмотреть! Итак, сегодня наша любимая «Тянься Чаоцзи Кунчжилунь» подготовила для обзора НОВУЮ МОДЕЛЬ искусственных мультицветных волос! А знаете что? Я их уже установила! Смотрите, как они светятся [волосы девушки начали переливаться разными цветами, как новогодняя елка]! Вы поняли разницу? Теперь один волосок на различных участках длины может менять цвет, а раньше был доступен только один оттенок для всего волоса целиком. НО ЭТО ЕЩЕ НЕ ВСЕ! Смотрите! Та-да-а-а-ам [девушка развернулась спиной, и ее волосы перекрасились в изображение красно-черно-золотого флага ЗКИ с иероглифом 汉], вот такой прикол! Можно загрузить в процессор любое изображение и покрасить волосы в его цвета. НУ ЭТО ЖЕ ПРОСТО ЧУДО! Кстати, замену старых имплантов волос на новые можно провести чуть ли не дома. Никаких дополнительных операций проводить не нужно. Все разъемы и крепления остались без изменений! Ну что? Какие у вас идеи для картин на голове? Делитесь своими предложениями в комментариях! Самые интересные мы отправим производителю, и их установят в базовую версию импланта! А еще, если вы воспользуетесь моей реферальной программой, то получите бонус при покупке! Какой? МЫ РАЗЫГРАЕМ тысячу призов, среди которых КВАРТИРА, АВИАМОБИЛЬ И КУПОНЫ НА БЕСПЛАТНУЮ УСТАНОВКУ ИМПЛАНТОВ! Всех целую! Это я, Ева Юсинь!

Блогер показала в записывающее устройство жест руками в виде сердца и завершила ролик. Затем она громко выдохнула, плотно сжав губы, и заржала. Девушка спортивного телосложения с установленными по всему телу бьюти-имплантами ростом 168 сантиметров былаодета в домашнюю одежду от модного китайского бренда, состоящую из розового обтягивающего топа и коротких шорт. На голове находились умные очки, которые она снимала только на ночь и то по настроению. Вприпрыжку, с улыбкой на лице она выбежала из своей комнаты, теребя в руках новые волосы. Подошла к холодильнику, встала на цыпочки и потянулась. Затем театрально поклонилась охлаждающему устройству и резко открыла дверцу. Бормоча «так-так-так, что тут у нас ЕСТЬ?», она стала сканировать содержимое полок и хватать все подряд. Достав «все необходимое», она загрузила провиант прямо в упаковке в кухонный мультиаппарат, выполнила в его адрес воинское приветствие, став по струнке ровно, и со словами «кайфуй, родной» нажала на кнопку приготовления импровизированной пищи. Устройство проанализировало полученные материалы и вывело на дисплей обещание о том, что блюдо будет готово через 45 минут.

«Супер!» – подумала Ева и лениво побрела в гардеробную, чтобы переодеться во что-нибудь яркое для сегодняшнего вечера. «Блин, это тухло. Фу, гадость. Кто это вообще купил? Нет… Не-е-е-ет… И это точно нет. Ну, может быть. А вот это неплохо, хотя не, тоже фигня какая-то…» – Процесс выбора наряда обещал быть долгим. Капризно перебирая свои тряпки не без помощи сверхъестественных сил, Ева наконец-то определилась с платьем и аксессуарами. Надев все на свое юное и прекрасное, но уже с ног до головы переделанное множеством операций тело, она подскочила к зеркалу и принялась позировать. Спустя десять минут самолюбования она наконец-то успокоилась и пошла выбирать обувь. Этот процесс на удивление оказался практически молниеносным. С туфлями девушка определилась всего лишь с седьмой попытки. Взяв в руки заранее подготовленную люксовую сумку, она схватила ключи от машины и вышла из квартиры. Кухонный мультиаппарат сдержал свое обещание и подал сигнал о готовности блюда, выставив на поднос фиолетово-желтое едва съедобное нечто со вкусом кофе, лосося, цветов и картошки.

Цокая каблуками и виляя бедрами, девушка побрела к лифту. Сделав недовольный вид, что ей приходится его ждать, она наконец-то в него зашла. Нажала на кнопку подземного паркинга и поехала вниз. Подземным паркинг назывался исключительно по документам. С другой стороны горы он торчал наружу на уровне крыши соседней двадцатиэтажки. Ева в первый месяц здесь никак не могла к этому привыкнуть: выходишь из дома на улицу, проходишь мимо кофейни, поворачиваешь за угол и обнаруживаешь под ногами еще полгорода. Внизу ездят машины, над головой тоже ездят машины, а нужный тебе магазин, до которого на карте сорок метров, находится на восемь этажей выше. Теперь же ее скорее раздражали приезжие, которые останавливались посреди прохода и начинали разбираться, где у этого чертова здания первый этаж.

Под условной для этого города землей ее ждал роскошный спортивный кабриолет сиреневого цвета. Ева предпочитала водить самостоятельно, нарушать правила, собирать штрафы за превышение скорости и получала от этого удовольствие. Кстати говоря, ее навыки вождения совершенно не сочетались с «девчачьим» и слегка распущенным образом. Она уверенно проходила повороты боком, обожала «шашковать» между потоком беспилотных автомобилей, да и вообще любила машины и все, что с ними связано. Дорога ее успокаивала и приводила мысли в порядок.

Девушка доцокала до кабриолета, нажала на кнопку, чтобы открыть крышу, аккуратно села и нежно закрыла дверь. Затем она сняла туфли и швырнула их на заднее сиденье. Выставив на навигационной панели ресторан, где сейчас проходила встреча с ее участием, она запустила бензиновый восьмицилиндровый V-образный 650-сильный движок с компрессором и тронулась с места. Спустя несколько секунд по всей парковке раздался визг шин и рев бензинового монстра. Кабриолет вылетел из-под земли, встал в полосу и помчался в ресторан морской кухни.

Москва расползалась вширь, подминая под себя все, до чего могла дотянуться. Чунцин полез вверх. Сначала вдоль склонов, потом над крышами, потом между уже построенными башнями, где еще оставались просветы. Места ему досталось примерно с Австрию, но и на этой территории теперь толкались около двухсот миллионов человек. После Потопа сюда ехали семьями, предприятиями, целыми городами, от которых сохранились только названия. Между застроенными долинами еще встречались темные хребты, водохранилища и упрямые клочки зелени. Однако новые районы уже почти добрались до административных границ.

Ева по своему обыкновению развалилась на водительском сиденье и врубила музыку чуть ли не на полную громкость, пугая пешеходов. Дорога была легкой и непринужденной, в принципе, как и вся жизнь девушки. На длинном изгибе эстакады открылась Янцзы. Разросшаяся река лежала между горами широкой мутной полосой, по которой медленно ползли грузовые суда. От воды город отгородился домами. Просто взял и выстроил вдоль берега сплошную жилую стену с таким основанием, что на нем можно было поставить еще один Чунцин. С речной стороны нижние этажи уходили под воду, а с городской к ним подъезжали такси и фургоны доставки. За толстыми стеклами горел теплый квартирный свет. Иногда мимо чьей-нибудь кухни проплывал мусор, иногда рыба, а иногда ничего не было видно неделями, кроме желто-коричневого шлака. Застройщики же продавали это как непосредственную близость к природе.

Путь от расположенной в самом центре города квартиры блогера до фешенебельного ресторана составил всего 20 минут. Подъехав к месту назначения, она слегка презрительно осмотрела прилегающую к территории охраняемую парковку, а затем снисходительно решила занять свободное место.

Припарковавшись, Ева вальяжно достала с заднего сиденья туфли, обулась, заглушила двигатель, закрыла крышу и вылезла из кабриолета. На входе в ресторан «Хайсяньчэнши» ее уже ожидало одно знакомое лицо. Слегка закатив глаза, она двинулась в его сторону.

Привет, Шэнь, давно стоишь тут? – поздоровалась Ева.

Здравствуй, Ева. Нет, пять минут назад подъехал, – ответил худощавый мужчина среднего роста с волосами бело-синего цвета, одетый в модную черную одежду.

Че, меня дожидаешься? – ухмыльнулась девушка.

Тебя? Пф… Ты, как всегда, слишком большого мнения о себе, девочка, – ответил Шэнь и сделал затяжку электронной сигаретой. – Паром дышу стою, внутри курить неприлично.

Хах, ну стой, а я и там покурю, – съязвила Ева и виляющей походкой направилась в заведение.

Интерьер заведения был выполнен в стиле неомодерна с кричащими вставками роскоши, золота и мрамора. Помещение освещали приглушенные цветные источники света, спрятанные за элементами декора. Зал был построен в форме многоуровневой окружности, в центре которой располагался огроменный цилиндрический аквариум с подиумом наверху. Прямо как амфитеатр. Всего было три этажа, выполненных в виде воронки так, чтобы у столиков на первом и втором уровнях открывался прекрасный вид на роскошную крышу ресторана, изготовленную из черно-синего фотоэлектрического стекла. Третий же этаж представлял из себя закрытую зону для VIP-гостей, откуда был прекрасный вид как на аквариум с подиумом, так и на крышу с интерьером.

Еву ждали именно на третьем этаже. Сегодня здесь проходила неформальная встреча ведущих лайв-блогеров ЗКИ с курирующим их чиновником имперской канцелярии. Конечно же, ни о какой свободе слова в современной развитой стране не могло идти и речи, хотя о ценности прав человека трубили из каждого устройства, способного издавать звуки, демонстрировать текст или же посылать сигналы в мозг напрямую.

Чековская-Юсинь поднялась по лестнице на третий этаж и, собирая взгляды мужской половины посетителей заведения, непринужденно осмотрелась. В VIP-зоне находились огороженные друг от друга звукоизоляционными стенками камеры, вход в которые был закрыт тонированным стеклом. «Вторая против часовой», – вспомнила Ева и легким шагом двинулась в нужном ей направлении. Как только она приблизилась к нужному помещению, стеклянная стена раздвинулась как дверь, и блогер вошла внутрь.

Комната была отделана непонятными мягкими черно-коричневыми материалами, по углам потолка висело несколько источников приглушенного света, там же находились и устройства для трехмерной проекции изображения. Посередине комнаты стоял круглый вращающийся стол, вокруг которого располагались темного цвета диваны. Тонированные стекла изнутри были абсолютно прозрачными, кроме того, на них стояли электронные шумовые ловушки, которые могли как полностью поглощать звук из зала, так и усиливать его во время живых выступлений. Ровно по центру сидел, залипая в телефон, седой мужчина в строгом классическом китайском костюме. По правую сторону от него, закинув ногу на ногу, с папкой в руках располагалась девушка с тугим хвостом на голове, одетая в таком же стиле. Слева сидел молодой человек и что-то вводил в интерфейс переносного компьютера. На диванах у левой и правой стенок как попало развалилась разноцветная толпа блогеров. Ева осмотрела присутствующих, помахала всем рукой и плюхнулась на диван у левой стенки рядом со своей также эмигрировавшей из России «подружкой» Алиной Бель.