Путешественники. Миры бывают разные

Оторвавшись от мужчины, я задумчиво посмотрела за его плечо. Взгляд проскользил по синей стене, прошёлся по спелым лимонам, плавно перетёк к окну. Окно, конечно же! Потеснив Кира в проходе, я побежала через всю комнату к створкам, по пути бросив тарелку на столик. Толкнув раму, высунулась наружу по пояс, пытаясь рассмотреть окна двух соседних помещений. Окно слева было приоткрыто. В соседнее помещение можно попасть, надо всего лишь пролезть снаружи. Здание было украшено полосками лепнины, по ней вполне можно пройти. Наверное…

— Хм. В мире так много людей, а мне, конечно, досталась неадекватная. Я надеялся, что мне повезло и ты будешь тихой и спокойной. Всё-таки бухгалтер, любитель книг. Но нет. Ты же понимаешь, что сейчас сорвёшься, скорее всего. С каких пор смерть книжного героя важнее твоей жизни? — Кир скептически наблюдал за тем, как я, стоя на подоконнике, пытаюсь ногой нащупать выступ.

— Помог бы лучше, чем ворчать! — зло буркнула я.

— Полезть с тобой и убиться? Дожил до двадцати восьми — хватит?

— Тебе двадцать восемь? — я даже временно попытки прекратила от неожиданности. — Я думала, максимум двадцать три.

— Ты не отвлекайся! — махнул рукой мужчина.

Я наконец нащупала ногой более-менее подходящий выступ, замерла на секунду, а потом полностью перенесла вес на ногу, каким-то чудом не сорвавшись при этом. Глаза закрылись сами, как только слезла с подоконника. Наверное, когда не видишь, не так страшно.

— Ты так и будешь с закрытыми глазами стоять? — напряжённо спросил Кир.

Только сейчас я поняла, что меня держат за руку. Распахнув глаза, увидела рядом лицо Рыжего.

— Я думала, что ты помогать не будешь?

— С чего ты так решила? Ты не отвлекайся, дальше выступ ищи. Пока страхую. Если из-за тебя упаду, потом обязательно припомню.

Удобный прямоугольный выступ нащупала почти сразу под окном закрытой комнаты. Тихонько перенесла вес на вторую ногу. Сейчас было не так страшно, Кир уверенно держал меня за руку. К тому моменту, как я нашла выступ, мужчина уже сам наполовину вылез из окна. Одна рука мёртвой хваткой держала меня, вторая так же сильно вцепилась в раму.

Толкнув створку, я полезла внутрь. Кир отпустил сразу, как только я поставила колено на подоконник. И полез за мной, двигался он очень грациозно, практически перетекая по стене. Не прошло и минуты, как мужчина уже находился рядом со мной в комнате.

Мы были в спальне. Серые стены, дубовый пол, небольшой коврик около кровати, на окнах не было уже ставшего привычным для меня тюля-паутинки, растений тоже не было. Скучное и какое-то безжизненное помещение. Около кровати, заправленной чёрным покрывалом, стояла обычная деревянная тумбочка. В выдвижном ящике лежали пара простых заколок для волос и ободок. Напротив кровати стоял крепкий шкаф в цвет тумбочки. Открыв дверцу, я нашла форму Мадины. Однотипные платья висели ровно, как по линейке. Но больше всего меня удивила форма повара, которая висела сразу за платьями.

Садиться на кровать не хотелось, поэтому я подошла к столику и плюхнулась на один из двух пуфиков.

— Они семейная пара, — начала рассуждать я вслух.

— Как я не догадалась? Ведь в замок посреди пустыни, скорее всего, возьмут на службу семью. Ты знал? — перевела взгляд на Кира.

— Да, этот момент неизменен. Они всегда пара.

— Кем был ты? — вдруг спросила я.

— Прости?

— Когда проходил обучение здесь. Кем был ты? — продолжала допытываться я.

Кир скривился, будто вспомнил что-то неприятное. На секунду показалось, что он не ответит, но, выждав пару мгновений, Кир заговорил.

— Основную историю ты понимаешь. Меняются детали. Но изначально история крутится вокруг владельца этого дворца и его гарема.

— Ты был мальчиком в гареме? — развеселилась я.

— Да, был, — криво улыбнулся Кир. — Я был частью гарема одной правительницы.

— В шароварах ходил? — продолжала смеяться я. — Так вот откуда ты знаешь, что драгоценности настоящие и очень дорогие.

— Да, я себе тогда квартиру купил. Вижу, ты последовала совету, носишь украшения.

— Насколько это возможно. Там ещё много, но я просто не смогу носить все кольца: у меня столько пальцев нет. Пойду к повару, поговорить надо.

Я решительно встала и пошла к окну.

— Тебе понравилось, что ли? — проводил меня Кир взглядом.

— А как ещё?

— То есть для тебя лазить через окна — это норма! — грустно кивнул мужчина, будто констатируя факт.

Заподозрив, что эта тирада не просто так, я прошла к двери и повернула ручку. Дверь открылась сразу.

— Но как? — удивлённо произнесла я.

— Смысла нет больше от тебя держать комнату закрытой. Да и книга, видно, подумала, что ты сумасшедшая и будешь постоянно через окно заходить.

— Ну и как бы я по-другому зашла? — в возмущении повернулась я к Киру.

— Не знаю, может быть, попросила бы ключ, или украла его, или взломала бы дверь. Я вообще не уверен, что кто-то до тебя додумался лезть через окно без страховки на высоте второго этажа.

— Значит, я такая уникальная. Раз мне приходят в голову нестандартные решения.

Про то, что можно ключ поискать, я не задумалась ни разу. Но есть же ещё одна закрытая комната, можно себя реабилитировать.

— А охрана спит? — вспомнила я.

— Нет.

— Закрытая комната. Это Боронтига?

— Да.

— Спасибо, что помогаешь мне.

— Мне интересно, — пожал плечами Кир. — Любопытно, как ты себя поведёшь в любой ситуации. И я уже понял, что ты не из трусливых. Адекватности, правда, меньше, чем я рассчитывал.

Терять время мне не хотелось, поэтому я побежала в комнату Кира, схватила блинчик — на ходу поем. Времени нет. Уже день. Пока поговорю с поваром, ужин будет. А там я должна присутствовать, чтобы в обморок голодный не упасть. Кир как раз заходил в свою комнату, когда я пролетела мимо и кинулась по ступенькам вниз, на кухню. С кухни доносился запах мяса, желудок обиженно заурчал.

Открыв дверь, сразу нашла глазами повара. Он резал помидоры на светлой деревянной дощечке. Подходить с вопросами к человеку с ножом — не самое дальновидное решение, но и не самое глупое за день. Мужчина так же, как и в прошлый раз, не обращал на меня внимания. Стеклянная дверь в сад была приоткрыта, чем уже воспользовался большой красный попугай, нагло взлетев на стол.

— Здравствуйте, — мило улыбнулась я.

Повар замер, но ничего не ответил. Он сосредоточенно смотрел на попугая, который уже вытягивал из миски банан, совершенно не стесняясь нас.

— Красивая птица! — снова попробовала начать беседу я.

— Простите, госпожа. Пожалейте Ивона: если он ответит, его казнят! — с мольбой в голосе ко мне обращалась Мадина, которую я даже не заметила из-за постоянного бульканья и шкворчания на кухне.

— Почему ему нельзя говорить? — удивлённо спросила я, глядя на крупного мужчину, который будто пытался стать как можно незаметнее.

— Вы же супруга нашего господина. Как другой мужчина может на вас смотреть? Нельзя так.

Но Кир же смотрит. И это Боронтига не смущает никак. А я бы больше беспокоилась из-за внимания Кира. Высокий, обаятельный, яркий, улыбчивый молодой мужчина и угрюмый, немного сутулящийся, крупный повар с небольшой сединой на висках.

— Но ведь Ивон твой муж? — попыталась я достучаться до разума семейной пары.

— Простите, но господину всё равно, — склонив голову, ответила Мадина.

— Но он же не узнает.

Но ответом мне стала тишина. Слуги отказались говорить, опасаясь гнева моего мужа.

— Мадина, ты видела, что-то необычное ночью?

— Нет, госпожа. Я ложусь спать, когда закончу уборку, — ответила служанка.

— А твой муж? — продолжала допытываться я.

— Ивон очень рано просыпается, чтобы приготовить завтрак. Потом готовит весь день до вечера. Ложится спать сразу после ужина.

— То есть, когда ты приходишь, он уже спит?

— Да, госпожа.

Попугай уронил миску. С этим грохотом обстановка поменялась: Мадина бросилась поднимать осколки, Ивон схватил наглую птицу и выпроводил её на улицу, а я успела заметить, как из кармана повара выпала резинка для волос. Быстро наступив на неё ногой, чтобы никто не заметил пропажу, я стояла и изображала всю доброжелательность, которую только могла. Надо как-то забрать резинку. Повар снова замер, и посмотрел он как раз в пол. Мадина там же. Если я сейчас наклонюсь, то манёвр заметят все.

— Ивон, нарежьте сыра и хлеба. Я пойду в сад. Мадина, уберитесь в моей комнате побыстрее.

— Слушаюсь, госпожа, — склонилась девушка, затем побежала наверх.

Повар промолчал, но начал быстро резать сыр, не пожалел, аж четыре разных вида. И три варианта хлеба. Наверное, чтобы быстрее ушла и подольше отсутствовала. Пока повар стоял ко мне спиной, я быстро наклонилась и схватила резинку, зажав её в кулаке. Затем, гордо подхватив тарелку, пошла в сад. Дойдя до небольшой беседки, наконец разжала кулак и посмотрела находку. Повар носил в кармане зелёную резинку для волос с пришитыми к ней в беспорядке хризолитами. Красивая. И принадлежать может лишь Агате. А что делает её резинка в кармане у повара, который не может даже смотреть на прелестниц?

Наедаться смысла не было: ужин скоро. Отщипнула всего по маленькому кусочку на пробу. Пока ковырялась в тарелке, увидела старого знакомого — красного попугая. Птица наблюдала за мной и пристально следила за едой. Я пододвинула тарелку поближе к гостю, намекая на угощение. Попугай тихонько перебрался на стол и замер.

— Не бойся, не трону я тебя. Как такую красоту можно обидеть? — с улыбкой сказала я.

Птица, наклонив голову, выслушала меня, потом, явно решившись, сделала пару шагов и, протянув когтистую лапку, схватила кусочек сыра. Не знаю, можно ли попугаю сыр, но ел угощение мой гость с удовольствием. За первым куском пошёл второй, затем третий. Наевшись до отвала, попугай начал чистить перья. Моё присутствие его уже явно не беспокоило.

— Госпожа, вас ждут в столовой, — обратилась ко мне подбежавшая Мадина.

Что-то новенькое. Первый раз меня служанка зовёт на ужин. Надеюсь, ничего не случилось. Хотя впереди ночь, а это значит — ещё минус один человек. Охрану вряд ли убьют: я вообще не понимаю их функции. Стоят и стоят. Остаются Агата, Вита, Боронтиг, Ивон и Мадина. Пока убивали только прелестниц из гарема, если так и продолжится, то тогда возможных жертв — две. Размышляя, я шла в сторону столовой. Там уже сидели две девушки и Кир. Боронтига не было. Я спокойно прошла до своего места, подтянула к себе тарелку. Змеиные взгляды, бросаемые красавицами, волновали меня меньше, чем задумчивый взгляд Кира. Путешественник впервые был на чём‑то очень сосредоточен. Его взгляд скользил с места во главе стола, где обычно сидел мой супруг, на дверь в сад. Рыжий сегодня ничего не ел. Я же, напротив, не отказывалась от блюд, чем вызывала брезгливую гримасу Виты.

Мой муж так и не пришёл. Впервые с моего здесь появления он проигнорировал нашу компанию. Тут меня озарила ещё одна мысль — я совсем забыла про его драгоценный список. А ведь завтра — моя очередь.

Ночь я собиралась провести без сна — карауля красавиц. Но перед этим надо было навестить Кира и через окно попробовать попасть во вторую закрытую комнату. Решив, что хватит бегать вечно голодной, я схватила тарелку моего книжного супруга — всё равно он не соизволил явиться — и стала складывать в неё закуски и фрукты. Девушки смотрели на это с долей неверия.

— Софи, ты можешь поесть здесь, необязательно набирать всё с собой, — мягко уведомила меня Агата.

— Не наедаюсь, — кратко ответила я.

Не объяснять же, что спать я не планирую.

— Но мы же сейчас идём спать, поешь здесь побольше, — явно не понимала моего обжорства Агата.

— Ночью просыпаюсь голодная, — мило улыбнулась я.

Кир смотрел на меня, приподняв бровь. Но ему я потом всё объясню. Набрав побольше продуктов, я с трудом подняла тяжёлую тарелку и пошла к двери. Далеко уйти не успела: Кир перехватил меня около дверей, отобрал тарелку и решительно направился наверх.

— Караулить будешь?

— Ты не знаешь, где мой муж?

Спросили мы одновременно.

— Не знаю, днём ещё ни разу никто не пропадал, — ответил Кир.

— Ты поэтому такой напряжённый? — уточнила я.

— Да, я боюсь, что книга слишком активно меняется. Раньше такого не было. Я здесь провёл меньше трёх дней во время своей учёбы, и убийства происходили только ночью.

— Думаешь, мой муж мёртв?

— Не знаю. Он все эти дни заходил ко мне, чтобы вместе пойти в столовую. Сегодня не пришёл.

— Но он же сегодня меня позвал. Мадина прибежала в сад за мной, — покачала головой я.

— Это не он. Это я. Решил, что тебе надо нормально питаться. Это важно в любом путешествии, еда даёт силы.

За разговорами мы дошли до моей комнаты. Кир аккуратно поставил мои запасы на столик и повернулся ко мне.

— Так каковы планы на ночь? — поинтересовался мужчина.

— Сейчас идём к тебе. Полезу в другую комнату. Потом буду сидеть и караулить, а то девушек уже почти не осталось. Кто был убийцей в той истории, где ты учился?

— Не могу сказать. Расскажу, когда выберемся отсюда, — покачал головой Рыжий.

— Не хочешь или не можешь? — решила уточнить я, внимательно следя за его реакцией.

— Действительно не могу. Есть некие запреты. Сейчас я уже думаю, что зря мы их придумали. Книга становится опасной. Кажется, энергии она собрала с путешественников слишком много.

Я видела, что Кир напряжён, чувствовала реальную опасность этого мира. Хватит тянуть время. Я решительно прошла к окну и начала вылезать наружу. Темнело. Хорошо, что снаружи не было людей. Сейчас бы невольного наблюдателя ждало интересное зрелище: женщина, одетая в лёгкое голубое платье, сидя на подоконнике, судорожно ногой водит по стене. Пытаясь найти что‑то, ведомое только ей. Рядом стоит высокий яркий молодой мужчина, готовый в любой момент подхватить сумасшедшую.

Наконец я нащупала нормальный выступ и начала продвигаться в сторону окна. Мне повезло снова: окно открылось от лёгкого нажатия. Кир помог забраться и влез за мной следом.

— Напомни научить тебя замки вскрывать. Я, конечно, понимаю, что это твоя страсть — лазить по окнам. Но я предпочитаю двери, — проворчал мужчина.

— Может, мне в жизни не хватает экстрима, — высказалась я.

— Я тебе его обеспечу, не беспокойся. Будешь ещё просить научить хитростям! — хмыкнул Кир.

Комната была большая и очень светлая. На стене справа был выведен замысловатый рисунок салатовой краской. Рядом с окном в беспорядке валялись мягкие подушки, стояли пуфики. На пушистом ковре персикового цвета стояло мягкое белое кресло с ярко‑зелёной подушкой. С кровати свешивалось меховое покрывало.

Я занялась ставшим уже привычным делом — обыском. Тумбочек в комнате не было. А шкаф был плотно набит вещами Боронтига. Около кровати стопкой стояли книги. Мой муж оказался читающим человеком. Никаких особых изысков в комнате не было. Только на полке в шкафу нашлась подставка с перстнями: видно, их Боронтиг любил.

Вообще, если бы не книги, то создавалось впечатление, что здесь никто и не жил. Кир всё это время сидел на пуфике, вытянув ноги. Он не лез в моё расследование, я должна была справиться сама, но я чувствовала его поддержку. Каким-то образом я уже верила ему, знала, что Кир точно не подведёт.

Забравшись на кровать с ногами, я подхватила книгу с верхушки стопки. Толстый томик синего цвета с арабской вязью. Ну вот, захочешь узнать, чем муж живёт, — и не можешь. Но что-то интересное, я всё‑таки увидела. В книге нашлась сложенная аккуратно записка. Мне повезло: я могла прочитать слова, выведенные явно женской рукой, — очень уж почерк был ажурный: «Встретимся сегодня около дальней беседки».

— Что нашла? — заинтересовался Кир.

— Побежали! Ты знаешь, где дальняя беседка? — подскочила я.

— Без понятия. Но явно скоро узнаю, — со вздохом заключил мужчина, вставая.

Дверь снова открылась сама по себе, Кир прав: когда тайна открыта, её уже нет смысла скрывать. Мы бежали по ступеням: меня гнало желание быстрее найти убийцу, Кир просто не хотел оставлять меня одну. Что я хотела найти в беседке? Не знаю. Мне казалось, что там обязательно должен быть намёк. Уж слишком нелогично выглядело такое свидание. Конечно, записка могла быть написана давно, но я уже поняла, что здесь ничего не бывает просто так. Этот мир оставляет подсказки, как крошки, и по ним надо двигаться. Я пока не научилась их искать и понимать, но вот такую подвернувшуюся записку я без внимания не оставлю. Мои планы со слежкой пришлось поменять.

Я сбежала со ступеней. Чуть не упала, когда зацепилась ногой за ковёр. Как всегда, спас Кир, который успел схватить меня за локоть.

— С твоей грацией я бы точно не рисковал лазить через окно, — произнёс рыжий кошмар.

— А я умею лазить лучше, чем хожу, — отмахнулась я.

— Ну да, я видел. Не знал, кого держать — тебя или себя! — хмыкнул Кир.

Под его ворчание мы добрались до столовой. Почему-то я побежала на автомате сюда, хотя можно было и через кухню — заодно повара проверила бы. На улице была ночь. Освещения в саду не было, как что-то искать в такой темноте, я не знала. Передо мной открылось абсолютно чёрное пространство: в нём что-то двигалось, то и дело раздавались шорохи, шуршания. Шумно вдохнув, я смело сделала шаг. Даже успела пройти пару метров, прежде чем влетела в кусты, которые не заметила, поцарапав руки.

— Закончила? — спросил Кир.

Мужчина стоял в проёме и, очевидно, не собирался идти за мной.

— Ты не идёшь? — решила уточнить я.

— Вроде ты сама неплохо справляешься, только сделай пару шагов влево, там дорожка.

— Ты что, видишь? — ошарашенно спросила я.

— Нет, но я изучил территорию, насколько это возможно. Конечно, беседку не найду, но и в кусты около дверей не врежусь.

— Мне нужен свет! — я вернулась обратно. — Тут есть свечи? Или надо факел сделать.

— А фонарик тебя уже не устраивает?

— У тебя есть фонарик? — воскликнула я. — Почему ты сразу не сказал?

— Есть. Только надо прыгнуть в оазис. Он в палатке. Всегда с собой походный рюкзак. Не думал, что он здесь пригодится, но и не брать не рискнул.

Мой второй вопрос он проигнорировал. И, замолчав, протянул мне руку.

— Я здесь останусь. На кухню схожу, может, там уже повара нет, смогу осмотреться, — покачала я головой.

— Алиса, давай руку. Потом вместе сходим. Я тебя здесь одну не оставлю. Я уже не уверен в том, что книга не убьёт путешественника. Она стала ещё агрессивнее.

— Уже ночь, а мы ничего не успеваем! — в отчаянии ответила я.

Пока я говорила, Кир достал часы. Уговаривать меня он больше не стал, просто взял за руку, и мы очутились в оазисе около палатки. Здесь не было так темно: открытое пространство освещали звёзды. Кир нырнул в палатку, достал фонарики себе и мне. Следом из походного рюкзака мужчина вытащил нож. Я протянула руку, думая, что мне он тоже даст.

— Даже не думай, Алиса. Тебе я точно оружие не дам в руки. Только если это будет жизненно необходимо, — покачал головой Кир.

— Ты думаешь, пока такая ситуация не наступила? — решила уточнить я.

— Ты умеешь пользоваться ножом? И я сейчас не про нарезку салата говорю. Ты сможешь себя защитить, убить кого-то? — я не смотрела на Кира, но чувствовала, что он пристально смотрел на меня.

— Нет, — покачала головой.

— Палатку придётся здесь бросить. Рюкзак забираю, — Кир переключился на другую тему.

— Ты думаешь, сегодня всё закончится?

— Скоро узнаем. Ты готова возвращаться?

Кир протянул мне руку. Готова я не была, но не отсиживаться же посреди пустыни. Надо разобраться с ситуацией. Да и я не одна. То, что Кир сможет меня защитить, я знала точно. Поэтому и раздумывать долго не стала. Крепко взяла мужчину за руку. Через секунду мы уже стояли в саду.

— Захватил листик отсюда, чтоб не бегать по дому, — пояснил Кир на мой удивлённый взгляд.

«Когда успел только?» — мелькнуло у меня в голове.

Включив фонарики, мы пошли по дорожке. Я знала, где находится одна беседка, но была ли она нужной? Шорохи в ночной тишине, заставляли меня сильнее сжимать фонарик. Мне казалось, что напавшего врага я просто побью фонарём. Зачем мне нож, если есть подручные средства? От кровожадных мыслей меня отвлёк шум слева, а затем что‑то навалилось на моё плечо. Под тяжестью я рухнула в кусты вместе с нападающим. Накатила паника, моментально сменившаяся боевым настроем. Я перехватила фонарик, готовая отбиваться. И тут услышала смех. Рыжий пройдоха стоял рядом и хохотал. Направила фонарик на Кира, затем посветила вокруг и наконец заметила нападающего. На земле, в метре от меня на спине лежал мой старый знакомый — красный попугай. Птица замерла, раскрыв крылья, с высоко поднятыми лапками, и удивлённо смотрела на меня.

— Я тебя сыром кормлю, а ты на меня нападаешь? — в возмущении спросила я.

— Он не нападал, — продолжал смеяться Кир. — Он, видно, хотел на плечо тебе сесть, но не рассчитал немного. Посмотри на попугая, он сам в шоке.

Пока он говорил, я встала, отряхнулась и со здоровой дозой скептицизма посмотрела на попугая.

— Ты сколько весишь, дружок? Надо же предупреждать. Да ещё и в темноте. Меня чуть инфаркт не хватил.

Попугай тем временем тоже поднялся, встряхнулся и теперь внимательно глядел на меня.

— Он так смотрит… Мне кажется, он меня понимает, — обратилась я к Киру.

— Может, и понимает. Хочешь забрать?

— А можно? Я думала, можно забирать только вещи? — удивлённо спросила я.

— Не только. Но ты не забывай, что тебе придётся как‑то объяснить, что это за животное и откуда оно. Но в этом случае проблем не будет. Наш новый друг похож на ара. А мелкие отличия, в том числе и в расцветке, не столь принципиальны.

— И как я объясню, откуда у меня ара? — задумчиво смотрела я на попугая, который переводил взгляд с меня на Кира.

Умная птица — явно понимала смысл беседы.

— Я сделаю документы, у меня однокурсник возит экзотических животных и птиц. Оформим, будто он тебе такого красавца и привёз.

— Забирайся, — указала я на плечо, принимая решение. — Надеюсь, я тебя прокормлю.

— Прокормишь, я собрал все твои украшения, — кивнул Кир на рюкзак.

— И тут успел! — закатила я глаза.

Попугай взлетел и сел мне на плечо, в этот раз очень аккуратно. Интересно, чем книжные попугаи отличаются от настоящих?

Беседку мы искали недолго — вышли на неё в течение получаса. И мужа моего нашли. В беседке сидел. С ножом в спине.

— Поздравляю, ты вдова! — резюмировал Рыжий, положив руку мне на плечо.

— Спасибо, — сухо ответила я.

Голова Боронтига покоилась на столе. Кинжал снова воткнут аж до рукоятки. Вот так низко и подло, прямо в спину. В этот раз рукоять была из светлого дерева с выжженным рисунком. Пейзаж прорисован до мелочей. Я уже видела кинжал, он был там, в библиотеке. Стоял на одной из полок, а сейчас стал орудием убийства своего же хозяина.

— Их двое, — констатировала я.

— Раньше убийца был один, — ответил Кир.

— Теперь двое. Почерк на записке, я уверена, что это женщина. Зарина так спокойно сидела, мне кажется, убийца был хорошо ей знаком и не вызывал тревоги. Удар в шею могла нанести женщина, но я сомневаюсь, что она могла ударить с такой силой в грудь и спину. Да и мой муж явно с кем-то говорил, уверена, что его отвлекали, чтоб он не заметил его приближения.

— Мадина и Ивон? — спросил Кир.

— Ивон — да, Мадина — не уверена.

— Вита?

— Агата, — ответила я.

— Интересное сочетание. Красавица из гарема и повар. Вот это история любви! — хмыкнул Кир.

— Как нам использовать эту информацию? Что надо сделать, чтобы выбраться? — посмотрела я на мужчину.

— Вывести злодеев на чистую воду. Пойдём выводить? — спросил Кир.

— Пойдём! — уверенно кивнула я.

Мне не хотелось оставаться здесь. Злая книга. Ужасный мир. Столько убийств. Сколько раз каждого из них убивали? Может, поэтому мир такой гадкий: так долго копить смерти.

— Кто был убийцей в твоём испытании? — не хотелось идти молча.

— Зарин, — улыбнулся Кир.

— Аналог Зарины? Причина?

— Любовь, конечно. К госпоже своей. И ревность, куда же без неё, — грустно улыбнулся путешественник.

Попугай всё так же сидел на моём плече. От тяжести оно уже начинало ныть. Но прогнать птицу я боялась. Вдруг потом найти не смогу. А забрать его из этого мира очень хотелось. Чувство гадливости уже прочно ассоциировалось у меня с оазисом. На путь обратно мы потратили всего десять минут, сейчас точно знали, куда идти.

Вбежав в столовую, я решительно направилась к двери. Через секунду меня перехватил Кир.

— Куда собралась? Ты помнишь, что оружие у меня? — уточнил мужчина, обходя меня и открывая дверь.

Охрана стояла на месте, у дверей. Кого они охраняют — непонятно только. Поубивали уже всех. Или они здесь только для того, чтобы выйти никто не мог. Ну тогда качественно охраняют, убийца наверняка внутри.