Он попросил развода, и я отпустила его

Никто из них не придал этому короткому обмену словами особого значения.

Но Грэм всё услышал.

Лимонный тарт.

Он и не знал, что Блэр его любит.

Камилла, сидевшая напротив, тоже заметила эти мелочи. Она не вмешалась. Медленно поводила вилкой по тарелке, затем снова стала слушать инвестора, который заговорил о приёме в честь открытия.

Когда ужин закончился, Блэр вышла с двумя стопками документов. Нолан догнал её и без лишних слов забрал верхнюю.

— Внутри образцы материалов. Не переворачивайте вверх ногами, — предупредила Блэр.

Затем начала рассказывать, что контракт на флагманский магазин окончательно утверждён и первые замеры на объекте пройдут на следующей неделе.

Грэм ещё несколько минут задержался у входа, беседуя с инвестором. Когда разговор наконец завершился, Блэр и Нолан уже были далеко в коридоре.

Она шла рядом с ним, повернув к нему лицо, и двигалась заметно свободнее, чем за столом. Нолан нёс документы и двигался рядом с ней медленнее обычного.

Грэм машинально вынул руку из кармана, словно собираясь окликнуть её.

Но прежде чем он это сделал, вспомнил: все бумаги между ними уже подписаны. Развод завершён.

Из ресторана вышла Камилла и остановилась рядом.

— Машина подана.

Грэм отвёл взгляд и пошёл с ней к другой парковке.

Камилла не спросила, за кем он наблюдал. Уже в машине она опустила глаза к телефону.

Организатор мероприятия опубликовал общее фото с ужина.

Блэр стояла рядом с Ноланом.

Камилла задержала взгляд на две секунды, потом молча пролистнула дальше.

Глава 21. Новые возможности

Как только контракт на оформление флагманского магазина был подписан, студия Эллисон начала расширяться.

Бренд назначил первые замеры на объекте на следующую неделю, и документы посыпались один за другим. Заказчики второго магазина, открытие которого изначально планировали только после завершения первого, неожиданно тоже попросили Блэр заранее выделить для них время.

Два дня она решала, как расширить штат. Нужно было нанять ещё двух дизайнеров, втиснуть в офис два дополнительных стола и переставить стеллажи с образцами материалов. Нераспакованные коробки, казалось, стояли повсюду.

Когда в тот день заглянула Надя, она едва не споткнулась прямо у входа.

Подруга неторопливо оглядела помещение.

— В прошлый раз здесь хотя бы пройти можно было.

Блэр вышла из глубины офиса с рулоном чертежей в руках и отодвинула ногой коробку.

— И сейчас могут.

Надя посмотрела на жалкую полоску свободного пола между коробками.

— Интересно у тебя теперь выглядит «можно пройти».

Блэр рассмеялась.

— Арендую соседнее помещение, и всё наладится.

Надя сразу оживилась.

— Ты расширяешь офис?

— Возможно. Сначала посмотрю, как пойдут дела в ближайшие месяцы.

Впрочем, её сияющее лицо говорило совсем о другом.

Чем больше становилось работы, тем больше сил появлялось у Блэр. Каждое утро начиналось с материалов, смет и строительных графиков. Иногда клиенты по-прежнему доводили её до желания захлопнуть ноутбук и исчезнуть, но на следующий день она вовремя возвращалась к работе.

В среду днём представители бренда вдруг потребовали предусмотреть на втором этаже флагманского магазина зону для VIP-клиентов, не увеличивая бюджет ни на доллар.

Даже под конец видеоконференции заказчик продолжал требовать, чтобы дизайнеры «нашли способ» перераспределить пространство.

Вместо того чтобы сразу соглашаться, Блэр увеличила план этажа на экране.

— Мы можем изменить планировку, — сказала она. — Но новая зона повлияет на освещение, мебель, точки подключения кондиционеров и строительные работы. Дополнительные расходы нужно утвердить одновременно с изменениями. Если общий бюджет остаётся прежним, придётся убрать что-то из уже согласованного проекта.

Представитель бренда предложил сперва подготовить дизайн, а потом решить, на чём сэкономить.

Блэр не стала спорить.

— Если я сейчас пообещаю вам дополнительную зону без увеличения бюджета, расходы никуда не исчезнут. Они всплывут в конце, когда никто уже не захочет ничего убирать. Я предпочитаю сначала показать вам реальную сумму.

Руководитель проекта какое-то время изучал смету, а затем попросил Блэр отправить расчёт дополнительных расходов для внутреннего обсуждения.

Когда звонок завершился, помощница Блэр шумно выдохнула.

— Я уже думала, они заставят нас оплатить всё из собственного кармана.

Блэр закрыла окно конференции.

— Стоит один раз на такое согласиться, и люди поймут, что могут попробовать снова.

Со стороны двери послышался смешок.

Блэр подняла голову и увидела Нолана с последним отчётом о ходе работ в «Норт-Вейле». Сколько он уже стоял там, она понятия не имела.

Он вошёл и положил папку рядом с ней.

— Ты отлично справилась.

— Когда ты пришёл?

— Пару минут назад.

— Стоял у двери и подслушивал?

Нолан посмотрел на широко распахнутую дверь.

— Сложно подслушивать, когда даже спрятаться не за чем.

Блэр засмеялась.

Обсуждение «Норт-Вейла» закончилось почти в семь. Сотрудники постепенно разошлись, и в офисе стало тихо.

Нолан убрал документы, но уходить не спешил.

— У тебя есть планы на вечер?

Блэр как раз выключала компьютер. Её рука на секунду замерла.

К работе этот вопрос отношения не имел.

Она подняла на него глаза.

— Я хочу пригласить тебя на ужин, — сказал Нолан.

Блэр посмотрела на часы.

— Куда?

Он назвал итальянский ресторан неподалёку.

— Если там будет невкусно, буду припоминать тебе этот ужин до конца жизни.

Нолан улыбнулся.

— Вот теперь я начинаю волноваться.

Ресторан находился на тихой улице. Небольшой, но не тесный; столики стояли на достаточном расстоянии друг от друга.

Сев, Блэр по привычке положила рядом телефон и блокнот. Лишь через мгновение сообразила, что открывать ей сегодня нечего.

— Мы правда не будем весь вечер говорить о работе?

— А ты хочешь?

— Ни за что.

Оба рассмеялись.

К середине ужина разговор ушёл далеко от любых проектов. Блэр рассказала о первом конкурсе дизайна, в котором участвовала ещё в колледже. Её макет оказался слишком большим для такси, поэтому они с однокурсницей тащили его шесть кварталов. И после всех мучений всё равно не получили главный приз.

— То есть вы протащили его шесть кварталов зря? — уточнил Нолан.

— Мы победили в номинации «Лучшая презентация».

Он с серьёзным видом кивнул.

— Тогда не совсем зря.

Блэр погрозила ему вилкой.

— Ужасно утешаешь.

Нолан признался, что на своей первой работе однажды неправильно записал замеры на объекте, и всей команде пришлось за ночь переделывать чертежи. Утром начальник вызвал его к себе и полчаса отчитывал без остановки.

Блэр искренне удивилась.

— Ты тоже допускал такие ошибки?

Нолан изобразил оскорблённый вид.

— А я, по-твоему, не человек?

Она две секунды разглядывала его.

— Теперь больше похож.

Они проговорили до тех пор, пока ресторан не начал закрываться.

Когда принесли счёт, Блэр потянулась к нему, но Нолан первым накрыл его ладонью.

— Это я тебя пригласил.

Она посмотрела на него, но спорить не стала.

— Ладно. В следующий раз место выбираю я.

Нолан вскинул глаза.

— Договорились.

Снаружи до приезда машины Блэр оставалось ещё несколько минут. Они ждали у обочины на вечернем воздухе.

Когда машина подъехала, Блэр открыла дверцу и оглянулась.

— Мне понравился сегодняшний вечер.

— Значит, ресторан выдержал испытание?

Она нарочито неохотно кивнула.

— Едва-едва.

Через десять минут загорелся экран телефона.

«Напиши, когда доберёшься домой».

Блэр пару секунд смотрела на сообщение, ответила: «Хорошо» — и положила телефон обратно на колени.

Глава 22. Мы могли бы попробовать

Камилла выбрала ресторан у реки. Ужин начался в восемь; за окнами городские огни отражались в тёмной воде.

В этот раз она пришла без сотрудников. Большую часть вечера они говорили об общих друзьях и годах, проведённых порознь.

Один старый приятель недавно женился и стал отцом. Камилла открыла фотографию малыша и рассмеялась.

— Честно говоря, я думала, он женится последним из всей нашей компании.

Грэм посмотрел на снимок и вспомнил человека, который однажды целую неделю не мог найти ключи от собственной квартиры. Он тоже засмеялся.

Затем разговор перешёл к Лондону, Парижу и давним выступлениям.

Камилла помнила множество подробностей, а Грэм — ровно столько, чтобы поддерживать разговор.

Однако чем дольше они говорили, тем дальше казались эти воспоминания. Они относились к жизни до Блэр, до трёх лет брака, до того, как Грэм привык к присутствию другого человека в доме, к тому, что кто-то тихо ждёт его возвращения.

Прошлое по-прежнему было ему дорого, но уже не тянуло назад так сильно, как он ожидал.

Принесли десерт. Камилла к своему даже не притронулась.

Держа бокал с водой, она сказала:

— Я много думала о нас.

Грэм посмотрел на неё.

— Тогда мы плохо расстались. Потом прошли годы. А теперь мы снова оба здесь. — Камилла повертела бокал в пальцах. — Я не знаю, чем это должно стать. Просто ужином, несколькими свиданиями... Посмотрим, что получится.

Грэм ответил не сразу.

Когда-то, в молодости, он очень долго ждал этих слов. Предложи Камилла такое тогда, он, скорее всего, не колебался бы ни секунды.

Но сейчас перед глазами в первую очередь встали кабинет адвоката, подписанные бумаги о разводе, опустевший шкаф и ужин у матери, во время которого он наконец понял, какое давление Блэр переносила молча.

Камилла подождала и добавила:

— Если ответ «нет», просто скажи. Я переживу.

Грэм поднял глаза.

— Я не могу согласиться.

Улыбка на её лице едва заметно застыла.

— Неподходящий момент?

— Я только что развёлся. Думал, подпишем документы — и всё станет просто. Но не стало. — Он помолчал. — Я не готов снова начинать отношения.

Камилла внимательно смотрела на него.

— Из-за чувства вины?

— Отчасти.

— Перед Блэр?

На этот раз Грэм не стал сразу уходить от темы.

— В том числе.

Ей этого ответа было мало.

Кончики её пальцев лежали на краю бокала.

— И дело ещё и в ней?

Грэм опустил взгляд на стол. Прошла долгая пауза.

— Пока не знаю.

Камилла поняла.

Если бы всё было однозначно, ему не понадобилось бы столько времени на ответ.

Она взглянула на нетронутый десерт и взяла себя в руки.

— По крайней мере, теперь ты признаёшь, что чего-то не знаешь. Уже прогресс.

Больше она не давила. Они слишком давно знали друг друга, чтобы настаивать.

— Мы всё равно можем ужинать вместе, встречаться с друзьями. Необязательно теперь вести себя странно.

У входа в ресторан они попрощались так же непринуждённо, как обычно.

Камилла села в машину и велела водителю ехать домой. Открыв телефон, она увидела на главной странице отраслевую статью о том, что студия Эллисон получила проект флагманского магазина.

В центре своей команды стояла счастливо улыбающаяся Блэр.

Камилла пролистнула ниже. Следом шла публикация с официального мероприятия «Норт-Вейла». Нолан стоял рядом с Блэр, совсем близко.

Камилла задержала взгляд на снимке, потом погасила экран и откинулась на спинку сиденья.

В голове по-прежнему звучали слова Грэма: не всё заканчивается в тот момент, когда подписаны документы.

Камилла закрыла глаза и больше не открывала телефон.

Глава 23. Настоящее свидание

В субботу ещё не было десяти утра. Нолан как раз наливал себе кофе, когда загорелся экран телефона.

Сообщение прислала Блэр.

«Тебе всё ещё интересно сходить на день открытых дверей на старом вокзале, о котором ты рассказывал?»

Нолан читал, а вода продолжала литься в чашку. Пока он спохватился, кофе перелился через край.

Он поставил чайник, вытер столешницу и перечитал сообщение.

После прошлого ужина Блэр сказала, что в следующий раз сама выберет место. Нолан решил, что это могла быть обычная вежливость.

Оказалось, нет.

Они договорились на одиннадцать. Блэр прислала адрес.

Нолан подъехал к её дому точно вовремя. Она уже ждала у подъезда в трикотажном топе и джинсах, с небрежно собранными волосами и маленькой сумкой на плече.

Сев в машину и пристегнувшись, Блэр опустила взгляд на его кроссовки.

— Впервые вижу тебя в выходной в такой повседневной одежде.

Нолан взглянул на неё.

— А я впервые вижу тебя в выходной без ноутбука.

— Сегодня я не работаю.

Он согласился так быстро, что Блэр задержала на нём взгляд.

Дорога прошла легко. Блэр объявила, что, раз место выбрала она, за обед отвечает Нолан. Он сразу принял условия.

К старому вокзалу уже выстроилась очередь. Прежде чем попасть внутрь, они простояли больше десяти минут.

Блэр сразу замедлила шаг, разглядывая стены, плитку и следы более поздних ремонтов. У одного участка бетона она вполголоса посетовала на совершенно неподходящий оттенок.