Живи!

«Он не делал мне подарков, чтобы не мелочиться. Раз предлагает к отцу в Прагу на каникулы, значит, имеет серьёзные намерения. А серьёзные намерения – это кольцо!»

Но с новогодними праздниками не случилось. Игорь заявил, что у них на службе усиление. Что это такое Марфа не понимала. И, главное, почему эти усиления происходят в выходные или праздничные дни?

– Я без семьи, ты же знаешь. Поэтому меня и напрягают в праздники.

– Как жаль! Может, тебе уже пора и о семье подумать?

– Это так сложно в настоящее время! Семью содержать надо достойно. А у нас, сама понимаешь, зарплата не очень. Квартплата, питание. Кроме того, у меня на иждивении мать и бабка. Да что я рассказываю? Ты же всё знаешь сама. Сначала надо с жильём определиться. А потом уж и семья.

– Может, мне заехать к тебе на работу в новогоднюю ночь, чтобы не скучал? И что-нибудь из еды захватить.

– Нет. Заезжать не надо. Это лишнее. Начальство будет с проверками являться. Проверять. Вдруг что-то подумают? Неприятностей потом не оберёшься! А с едой ты хорошо придумала. Только приготовь пораньше. Числа тридцатого. Я заеду, заберу.

– Что приготовить? – Глупо спросила Марфа.

– Сама знаешь, что мужчинам надо. Мясо пожарь. Салаты нарежь.

После этого разговора у женщины появилось некоторое сомнение, не слишком ли любовник раскомандовался? И пришло ей в голову с кем-нибудь обсудить ситуацию. С кем? Подвернулась Петрова. А что? Женщина взрослая, с большим жизненным опытом.

– Ой, Анька! Совсем он тебе на шею сел и ножки свесил.

– И что делать? Ума не приложу!

– Ты его проверь.

– Как?

– Если знаешь где он работает, без предупреждения приезжай к нему. Если не боишься, конечно.

– Боюсь? Что вы имеете в виду?

– Ну так по-разному бывает. Придёшь не вовремя.

Марфа поёжилась. Она поняла, что значит не вовремя. Возможно, на работе у него отношения с другой женщиной и он никак не определится? Рисковать ей не захотелось.

– Или вот ещё как можно. Не звони ему. Выдержи паузу.

– Так и поступлю, пожалуй. А как с подарком быть?

– Ты что? Уже потратилась?

– Нет. Но присмотрела ему свитер. С норвежским рисунком. Тёплый. Как раз для зимы.

– Марфа, ну ты даёшь! У него что совсем одежды нет? Ты его с ног до головы одеваешь? А он тебе даже предложения не сделал! Так дела не делаются. Вы взрослые люди. И тут нужна полная ясность. Вы определились, где будете праздники встречать?

– Можно сказать и определились, – взгрустнула Марфа. – Игорь говорит, что у него усиление. А я в таком случае поеду в деревню. Не знаю, только удобно ли будет Игорю подарок заранее, до праздника вручить?

– Насчёт подарка, скажу сразу. Не вздумай ему свитер покупать. Не балуй мужика, не надо.

– Скажите тоже. Носки ему что ли преподнести?

– У нас полно представительских сувениров. Клиентам раздаём. И к новому году есть. С картинкой, – Петрова полезла в ящик стола и долго в нём рылась. – Смотри сюда. Ежедневник, записная книжка и ручка. В подарочной упаковке. Очень солидно выглядит. Мне в «Аметисте» за него расписались и обратно возвратили, говорят у них такого и своего хватает. Подари своему. Во! Вроде как и тестирование сделаешь! Если нос будет воротить, значит, мужик никуда не годный, бросишь.

– Куда?

– Не куда, а кого. Своего дармоеда.

Марфа подумала и согласилась. Сама она звонить Игорю не стала, а он объявился тридцатого числа, ранним утром. Просто позвонил по телефону и поинтересовался приготовлена ли еда.

– Да, да. Извини, я сейчас занята, выхожу на работу, тороплюсь. Вернулась от входной двери. Заезжай к офису, я тебе передам, и подарок, скромный, но со вкусом, за одно. Приезжай к десяти и постарайся не опоздать.

Марфа не торопясь поехала на работу. По дороге она успела заскочить в супермаркет и купить нарезку дешевеньких сыра и ветчины.

«Петрова права. Нечего мужиков баловать. Если устраивают у себя на работе гулянку, пусть сами и продукты покупают, и салатики строгают».

Она сложила в подарочный пакет и сувенирный набор, и покупки. Любовник объявился ровно в десять.

– Я очень тороплюсь, – быстро пробормотал он, вылезая из потрёпанного отечественного авто.

На удивлённый взгляд Анны пояснил:

– Коллега решил подвести. Мы на задании. – он говорил отрывисто, явно тяготясь общением с Анной. – Я позвоню в полночь тридцать первого, поздравлю тебя. Мне пора. Дела не ждут.

Небрежно бросив пакет на заднее сидение, он стремительно сел рядом с водителем, мужиком средних лет, толстощёким и каким-то неумытым. Машина умчалась.

«Даже не посмотрел, что в пакете. Ему так безразлично? Опять он забыл меня поздравить. Или не забыл, а считает, что это не обязательно? Странно. Я считала, что служба приучает людей быть аккуратными и подтянутыми. А этот «коллега» больше походит на лицо безработное и опустившееся. И наплевать. Пойду работать».

В первой половине дня директор собрал трудовой коллектив и порадовал объявлением, что тридцать первое декабря он делает выходным. В связи с этим просит коллектив сегодня поднажать. Коллектив пришел в полный восторг.

Марфа тоже обрадовалась, ей теперь не надо отпрашиваться. Она позвонила матери и сообщила, что выезжает ночным поездом, утром будет на месте и попросила её встретить. Пользуясь случаем, что всё руководство тихо испарилось, коллектив решил незамедлительно приступить к празднованию Нового года, в связи с чем выключили компьютеры, телефоны, заперли двери и пошли в ближайшее кафе. Именно по этой причине Домашеский не смог дозвониться Марфе и высказать ей свои претензии, которые возникли после просмотра подарочного пакета.

Помня советы Петровой, женщина решила первой не звонить. И любовник напомнил о себе в первых числах февраля.

– Был в длительной командировке. Такой расклад получился. Очень по тебе скучал.

– Можно было позвонить.

– Не мог. Ты же знаешь такова моя работа.

«Не верю» появилась мысль у Анны, но она почему-то её прогнала.

– В пятницу заедешь?

– Заеду.

«Раз объявился, значит всё-таки отношения серьёзное. Будет делать предложение».

Почему такая мысль возникла у Марфы, она не могла объяснить.

И опять она бросилась покупать деликатесы. Вспомнив, что скоро мужской праздник, вновь связалась с приходящей торговкой. Последняя неслыханно обрадовалась:

– А я думаю, куда же пропала моя самая дорогая покупательница? Что на этот раз брать будешь?

– Помнишь свитер с норвежским узором? Что-нибудь подобное.

– Сделаем!

А Петрова неодобрительно качала головой.

Любовник появился в заношенной рубашке и потрепанном пиджаке.

– Как ты странно одет. Эта рубаха только на хозяйственные тряпки годится. А почему ты не надел пуловер, который я тебе подарила? Он был бы вполне по погоде.

– Увы. Приказал долго жить! Был на задании. Брали одного маньяка. Он ножом полоснул. В меня, к счастью не попал, но свитерок испортил полностью, – с вызовом заявил Игорь. – А ты думала, что на всю оставшуюся жизнь твоего пуловера хватит?

– Полагала, что он проносится хотя бы года три. Вещь фирменная. Отличного качества. Да и цена высокая. Как же не повезло! А куда ты его дел? Можно найти хорошее ателье, там реставрируют. Получается как новый. Так где пуловер? – Не могла понять Марфа.

– Я думал, что ты ко мне относишься с любовью. А ты уже и деньги считать начала. Разве подарки на деньги переводят? Я был о тебе лучшего мнения. А ты оказывается корыстная!

Дверной звонок не дал возможности ответить.

– Я не хочу, чтобы меня видели твои соседи! – Игорь юркнул в комнату, прикрыв за собой дверь, прижался к ней ухом.

– Марфа, дай мне соли. У меня закончилась, а я суп варю. Хватилась, соли-то и нет, – проскрипел противный старческий голос.

– Идёмте на кухню.

– А я смотрю к тебе молодой человек пришел. Давненько не был, а сегодня, глядь, идёт. У вас-то с ним серьёзно?

– Вот соль, возьмите.

– Спасибо, миленькая. Я смотрю ходит и ходит. А толку нет.

Дверь хлопнула. Игорь высунулся из комнаты.

– Кто это приходил?

– Соседка. За солью. Тебя видела. Решила узнать кто ты и что ты.

– Вот старая грымза! Всё-то ей интересно!

Их отношения потекли в прежнем русле. В мужской праздник женщина подарила очередной свитер. А ближе к женскому дню Игорь вновь заявил об усилении на службе и исчез с горизонта до апреля. Появился. Был прощен. И, как время показало, зря!

Только теперь она поняла, что мужчина просто использовал её, и щеголял купленным на её деньги бельём, свитером, пуловером, перчатками из натуральной кожи, галстуками перед другими особами.

«Почему-то я этих покупок на нём и не видела. И не обращала на этот факт внимания. Почему? Я всё-таки составляю абсолютно верные прогнозы для конкретных бизнесменов, учитываю все тонкости. А тут под своим собственным носом ничего не заметила. Как так?»

Память услужливо напоминала, что любовник ни разу ничего не купил сам.

– Почему же? – возражала женщина сама себе. – Он как-то купил пакет с молотым кофе.

– И как кофе? Понравился? – Язвил внутренний голос.

– Не пробовала. Даже вскрыть не успели, потому что ему на работу кофе потребовался и он пакет забрал. А ещё он как-то зимой купил пакетик с приправами к мясу. Вроде ему такая приправа нравилась. Я с ней мясо приготовляла.

– Угу. Приправа. Стоимостью 25 рублей. Отличная покупка! – Продолжал внутренний голос в том же духе.

Из среднестатистической приятной женщины в один момент она превратилась в невзрачное существо возраста ближе к старческому.

Поплакать бы. Но даже маленькой слезы она не смогла выдавить. Боль от случившегося ещё не проявлялась, но она спряталась где-то в глубине сердца и коварно там посиживала.

«Что-то я совсем опустилась», – и решила сделать макияж. Сделала. Посмотрела в зеркало. Страшно. Просто маска, мёртвая маска. «За что мне это? Почему я наступаю на те же грабли?»

И махнула рукой. К черту зеркало! К черту седые пряди! К черту эту мешковатую одежду, которую, кажется, сшили из старой мешковины! Сегодня она решила дать бой этой унылой картине.

–Я объявляю войну своему отражению и, уж поверьте, выиграю эту битву!

А о двойной жизни любовника Марфа не подозревала.

А если бы знала?