Маг 16

«Значит, я прибыл в Кутаиси немного позже, чем в тот раз», — становится понятно мне.

Всего-то на пару дней попозже, тогда я появился в городе восемнадцатого мая уже к восьми вечера и хорошо, что смог найти работающую парикмахерскую. Теперь я чисто выбрит и пострижен, скромно и прилично одет, у меня есть паспорт и полное знание здешней жизни.

По приезде в Кутаиси я решаю пойти по-старому, хорошо мне известному пути, беру таксиста на вокзале и прошу отвести меня на тот склон, где квартировал первые дни в городе в тот раз.

— Вдруг там все же мой Брат окажется?

Там я уверенно захожу в дом, где меня встречает знакомая пожилая женщина с грустным взглядом.

— Вы же Софико? — спрашиваю я у нее.

— Да. Что вы хотите?

— Мне сказали по знакомству, что у вас можно пожить какое-то время. Я не буду ходить на работу каждый день, готов платить пять рублей в день за завтрак с ночлегом.

Я уже знаю, что мне не откажут, еще хочу помочь женщине с внуками своими деньгами. Только нужно подобное дело устраивать очень осторожно, Софико женщина невероятно гордая, подачек не примет.

— Почему вы хотите остановиться здесь? И кто вам рассказал про мой дом? — все же любопытствует она.

— Таксист, который привез. Я у него спросил, где можно остановиться на пару дней, он порекомендовал вас. Давайте я зайду, а вы покажете мне комнату. Потом мы вместе выпьем чаю с хорошей колбасой, у меня ее много сегодня случилось.

Мне показывают ту же комнату, что и раньше, я сразу же выдаю хозяйке сорок рублей на неделю вперед и таким образом добиваюсь ее окончательного решения в мою пользу. Тем более раньше ей приходилось делиться деньгами с таксистами и принимать всяких разных, не всегда приличных людей, а тут один постоянный клиент и надолго. Сорок рублей — большие деньги для ее семьи.

В общем, у меня все нормально получается в этот раз. Меня не ищет милиция, хотя один раз я прошел на тоненького, поленившись добраться до вокзала своими ножками. Есть подходящая одежда, солидные деньги на первое время, теперь еще появилась крыша над головой.

Еще у меня есть паспорт гражданина Советского Союза, вполне подходящий для спокойной жизни.

Мне требуется прожить в СССР еще не меньше четырех месяцев, а лучше даже побольше, где-нибудь до конца октября или середины ноября. Чтобы с получающимся при большом переносе временным лагом не оказаться в засыпанных снегом горах, из них будет непросто выбраться в такое время.

Глава 2

На следующий же день я отправляюсь в хорошо знакомую баню, даже пешком туда с большим удовольствием гуляю.

«Знаю ведь все, к кому обратиться и как привлечь внимание. Да еще паспорт мне больше не нужен, нет никакой зависимости от торговой мафии, только показывать свой новый никому тоже нельзя», — заранее понимаю я.

Благо, она находится совсем недалеко, а я больше вообще не опасаюсь гулять по теплому южному городу. Начинаю в нее ходить каждый день, проводя там по три часа, ведь больше мне делать нечего. Так же активно парюсь и потом позволяю себе пару бутылочек местного свежайшего «Жигулевского», которые покупаю с двадцатью копейками сверху от цены у кассира.

Очень оно полностью натуральное, без всяких консервантов, здорово заходит после сильной потери жидкости в организме. Тем более алкоголя всего по три с небольшим процента, пьется прямо с большим удовольствием, как самый настоящий лимонад.

Поэтому бывает так, что по три-четыре бутылки выпиваю, еще парочкой угощаю новых знакомых. Веду себя, как человек с деньгами, пусть меня никто здесь не знает. Банк криминальных накоплений Зураба и своих полторы тысячи приобретенных через интернет рублей позволяют мне гусарить без особых проблем.

Маленький Ипполитик все так же с радостью покупает мне газеты и журналы, получая полтинник, а то и рубль на мороженое. Прессу я читаю с утра, когда он прибегает от газетного киоска.

С Сашей я уже познакомился, но пока не спешу удивлять его своими лечебными способностями. Тем более больше вообще начинать лечение в бане на глазах у многочисленных зрителей я не собираюсь.

Кто его знает, не оттуда ли пошли слухи про меня, которые закончились появлением бригады очень серьезно настроенных бандитов? Даже с настоящим стволом при себе, что говорит о многом в те еще скромные на вооруженное насилие времена. Бандитов, готовых любым путем добиться своего и выполнить приказ своего вора в законе.

Кутаиси — как раз самое место грузинской мафии, аутентичных местных донов Карлеоне и клана Сопрано.

Просто радуюсь жизни, гуляя по майскому городу, купил себе на рынке особо модные здесь джинсы «Монтана» с кучей молний, хорошие солнцезащитные очки и крутую кепку со значком Кока-колы. Рюкзак с Палантиром и деньгами оставляю дома под магическим замком и скрытом под кроватью, с собой ношу только лечебный камень на всякий случай.

Так себя увереннее чувствую, нежели, когда оставляю в шкафчике, который можно любым гвоздем открыть. С другой стороны, шкафчик я тоже закрываю на магический замок, чтобы не переживать за артефакт больше, чем мне такое необходимо.

Сейчас мне особо не о чем просить Сашу, документы для жизни у меня есть, прописан я в городке в тридцати километрах от Кутаиси, поэтому проблем с регистрацией и нахождением по месту жительства у меня тоже нет никаких.

Но это для милиции нет, а вот самому Саше и его родственникам показывать паспорт категорически нельзя. Они быстро пробьют его по номеру и с огромным удивлением узнают, что документ с данными номерами еще даже нигде не выдавался.

Во всем необъятном Советском Союзе! Что довольно странно для местных. Значит, ко мне возникнут большие вопросы.

Пока я просто решаю неделю отдохнуть душей и телом, покупаю себе снова сандалии для жаркого климата. Еще фирменные, полностью кожаные кроссовки приобретаю, неизвестной турецкой фирмы, правда, но это ладно. Времена сейчас такие, что любые не советские кроссы — за счастье, если это не местный самопал, конечно. Ходить в них по улице только жарко пока.

Однако приходит пора решать кое-какие вопросы, тогда я, улучив момент, когда весельчак Саша остался один в парилке, подсаживаюсь к нему поближе. Мы с ним уже несколько раз вместе парились, парень он очень жизнерадостный и разговорчивый. Все точно так, как в прошлой жизни, поэтому говорить с ним легко.

— Старина, хочу телевизор купить одной знакомой. Самый большой цветной, какой в магазинах бывает. Говорят, ты можешь помочь с таким делом?

— Могу, — помолчав, важно отвечает мой будущий приятель. — А кто тебе сказал?

Ага, проверяет меня, не начну ли я петь соловьем о своих источниках.

— Услышал краем уха, — на самом деле слышал такое, мол, местный завсегдатай Саша может любой товар из торговли достать.

И еще знаю доподлинно, что для него любое дело, связанное с местным ОРСом, не составит никакого труда.

— Ну, можно лучший телевизор устроить. Семьдесят пять сверху, — сразу обозначает цену за свою услугу Саша.

Ага, стандартные десять процентов, как за все дефицитные вещи, которые покупаешь со стороны в Грузии.

— Отлично. Я бы еще сразу заказал доставку на адрес, антенну к телику и установку. Хватит на все сотни?

— Хорошо, я спрошу знакомого, он скажет, сколько за все выйдет, — снова лениво отвечает Саша.

Ну, для него точно не проблема, когда его родной дядя руководит твердой рукой Отделом Рабочего Снабжения большого промышленного города в самой живописной и богатой республике СССР.

Теперь пришло время закинуть основной крючок:

— Я заплачу сколько нужно, это не проблема. Да, еще хотел сказать, между нами только. Есть у меня особый талант и особая сила в руках, могу лечить любые тяжелые заболевания. Если тебе кому нужно помочь, я к твоим услугам, — доверительно говорю я Саше и сразу обозначаю свое условие для подобной помощи. — Стоит тоже дорого, но здоровье — всегда бесценно!

— Как ты это делаешь? — недоверчиво спрашивает Саша.

— Выглядит так, как будто глажу больное место рукой и передаю свою энергию. Получается, легкий массаж делаю. Но не очень долго, моя энергия быстро тратится на лечение и уходит в тело больного. Минут десять всего, зато всем становится лучше сразу. Прямо вот на месте в результате лечения можно убедиться, так что у меня все без обмана.

Саша смотрит на меня с удивлением и сильно недоверчиво. Есть у него такой человек на примете, которому очень нужно помочь. Помочь, чтобы вернуть утраченное доверие к себе и своим словам.

Тогда я заинтересовал его тем, что мне позарез требовались хоть какие-то документы, и я, значит, находился в бегах, то есть в сильно стесненных обстоятельствах по жизни. Теперь настолько криминального флера погони надо мной не висит, поэтому я зашел через покупку телевизора для Софико.

— В общем, если нужно кого подлечить — я готов. Лечу с полной гарантией, стоит поэтому дорого, — я выхожу из парилки и сажусь в предбаннике.

Дешевить мне нет никакого смысла. Моя работа и исцеление стоят очень больших денег, поэтому я сразу поднимаю планку повыше.

— Сколько стоит вылечить спину у сильно больного мужчины в годах? — слышу я закономерный вопрос вслед и возвращаюсь на время в парилку.

— Если полностью вылечить, а болезнь сильно запущена — тогда пять сеансов и две тысячи рублей, — солидно отвечаю, называя огромную сумму.

— То есть по четыреста за сеанс? — быстро понимает Саша.

— Если больной сразу же результат почувствует. Деньги вообще потом можно отдать. Я за результат лечения не переживаю. Будет с гарантией все, — уверенно объясняю я.

Да, когда лечишь авансом — смысла сомневаться в твоих словах особого нет, данное обстоятельство всем хорошо понятно.

Саша подходит ко мне после бани и спрашивает, буду ли я завтра здесь.

— Да, завтра с двух часов дня до ужина сможешь найти меня в бане, — успокаиваю его я. — Слушай, у тебя есть в каком-нибудь хорошем ресторане прикормленное место?

Сам-то точно знаю, пусть не именно у Саши, а у дяди Тенгиза, но такое место есть. Тем более сейчас дяде Тенгизу точно не до ресторанов и всякого гостеприимства, а Саша у него пока в черном списке находится.

— Ну, можешь на меня сослаться в… — и Саша называет тот самый дорогой и элитный ресторан в центре города. — Только со входом сам тогда разбирайся. Если бы со мной пришел — тогда другое дело, а так придется самому договориться на входе.

— Пятерки хватит? — сразу же спрашиваю я его.

— Хватит, — сразу понимает меня Саша.

Понимаю, что сегодня он слетает шмелем к дяде и завтра пригласит меня к нему же, скорее всего, именно на ту шикарную дачу. Или куда-то в профсоюзный профилакторий, чтобы не приближать так сразу к себе совсем постороннего человека.

«Ничего, в этот раз мне можно побольше денег заработать на первых больных — именно на еврейской мафии из Они. Сорок тысяч наликом в рублях мне больше не требуется, да и тогда слишком большая сумма набралась, только переживать за нее лишнего приходилось. Вполне десятки хватит кучеряво пожить в позднем СССР, — заранее уверен я. — И к родителям я больше не заеду с визитом, если только издалека на них посмотрю. Попробую вернуть свою жизнь себе полностью!»

Пью пиво, сидя на лавочке перед баней, потом отдаю пустые бутылки и киваю на прощание уже хорошо знакомому кассиру. Потом все же решаю вечером в ресторан местный прогуляться, в тот самый, в котором тогда сидел с Сашей и его компанией. Как-то слишком засиделся я дома с Софико и ее внуками, смотря телевизор по вечерам, пора развлечься немного по-взрослому.

Да и проголодался тоже заметно, посмотрим, как кормят в этом заведении без Саши.

Приходится тому же очень дюжему швейцару-вышибале пятерочку заслать на привычную фразу про «Свободных мест нет»! И обязательно сослаться на того самого Сашу, чей столик всегда забронирован в углу, два действия вместе открывают мне путь в ресторан.

Одет я вполне презентабельно, видно, что не голь перекатная желает в ресторан пройти.

— Смотри, барогозить будешь — сразу вылетишь и больше не войдешь, — такое предупреждение оглашается мне после того, как купюра исчезает в широченной ладони швейцара.

Не, барогозить я явно не собираюсь, близкое и особенно углубленное знакомство с органами правопорядка мне здорово противопоказано.

Ресторан все такой же кучерявый, свободных столов нет совсем, зато за Сашиным никого вообще не видно.

Я непринужденно присаживаюсь за него и чувствую, как остальные клиенты и обслуга меня изучают взглядами, не слишком ли нахально я обознался.

— Этот стол забронирован, — слышу я от первого, быстро подошедшего официанта.

— Ничего, Саша попросил его здесь дождаться, — успокаиваю я официанта и делаю солидный заказ на вино и еду.

Сижу в ресторане часа два, с интересом рассматривая довольную жизнью и преуспевающую публику из самой обеспеченной республики Советского Союза. Мужчины в хороших костюмах, жены в смешных уборах, симпатичные дети и много пожилых родителей с ними.

Ну, еще ужинаю отлично, пару бутылок легкого белого вина выпиваю за вкусной едой. Оставляю на чай к счету на пятнадцать рублей еще пятерку, чтобы начать зарабатывать репутацию щедрого клиента.

Дядя Тенгиз, наверное, очень сильно бы удивился такой новости, что кто-то ему совсем неизвестный ужинает за его личным столом без разрешения. Но только сейчас удивился бы, а вот скоро не станет, впереди у него гораздо больше поводов для удивления найдется.

Доезжаю до своей комнаты на такси и быстро засыпаю, вспомнив, правда, как в саду хозяйки я еще в тот раз закопал несколько украшений и золотых монет. Закопал под кустом через три дня после того, как здесь начал жить. Теперь уже данный день прошел в новом времени, завтра возьму камень поиска, проверю именно знакомый куст.

Утром так и поступаю, только оказываюсь очень сильно удивлен. Ведь был уверен, что нужный день в мае восемьдесят второго уже прошел дня три назад, когда я закопал драгоценное добро.

Но ни камень поиска ничего не показал, ни даже попытка раскопать найденной в сарае лопатой землю под кустом ни к чему не привела. Куст я примерно помню, вот только в земле ничего нет. Проверяю все вокруг тоже, но и там ничего артефакт не обнаруживает.

«Странно все-таки, — задумываюсь я. — Получается, не каждый раз та реальность, где я что-то спрятал, совпадает с теперешней? Или все же дело обстоит не так?»

Ломать голову я особо не хочу, отношу лопату обратно и ямку притаптываю ногой, но теперь думаю определенно, если что-то и остается из спрятанного, то только около самих Храмов. Поэтому, наверно, Брат из Черноземья не существует в моем времени, раз он ничего не ответил, хотя точно должен был появиться. Наверняка бы очень порадовался моему письму и точной инструкции, как попасть в свое время.

«Ладно, буду понимать, что ничего не понимаю в работе Храмов особо, вот и все дела», — говорю я себе.

Саша, как я понял, не смог убедить своего дядю бросить все дела и встретиться с непонятным человеком, поэтому он просит меня сначала продемонстрировать что-то из моего умения на ком-то менее значимом.

Да, еще примерно четыре дня до того жестокого приступа, который скрутит одного из хозяев большого города дядю Тенгиза в очень послушного пациента. Я же в тот раз больше недели прожил в доме Софико, прежде чем встретился с ним в бане.

— Показать на ком-то? — я задумываюсь, однако быстро принимаю решение. — А ты ведь знаешь заместителя директора литопонного завода по хозяйственной части?

— Владлена Викторовича? Знаю. А ты его откуда знаешь? — удивляется Саша.

— Мне ворона на хвосте принесла весть, что ему моя помощь необходима. Его скоро на операцию по удалению грыж кладут. Вот его я могу подлечить за один раз и вылечить полностью раза за четыре, — уверенно вещаю я Саше.

— Не знаю даже. Как я ему предложу приехать сюда? — сомневается будущий приятель. — В районную баню?

— Все равно спину требуется обязательно прогреть в парилке, так лечение идет еще лучше. Поэтому именно в баню его и зови. Скажи, лечение денег стоит, но если он не почувствует никакого облегчения — тогда может ничего не отдавать, — говорю я.

Саша прыгает на свою шестерку и куда-то улетает, я остаюсь в бане париться и занимаюсь таким приятным делом еще пару часов, когда возвращается мой приятель.

— Приедет через час. Ему и правда операцию тяжелую назначили, он еще очень удивился, откуда я все так подробно знаю. Ну, брат, не подведи, ты не знаешь, какой это нужный человек!

Я все знаю, мне все-таки Владлен Викторович не особо нужный, однако для демонстрации чудес и поднятия моей лечебной репутации очень не помешает.

Поэтому легким движением руки издалека закрываю распахнутую дверь предбанника, заставив Сашу растеряно моргать глазами.

«Пора бы и моему новому приятелю показать что-то из моих фокусов», — решаю я.

Дверь была распахнута на нашу сторону, поэтому хорошо видно, что ее никто не закрывал. Пришлось применить ману для притягивания предметов, как одно из умений, которые мне когда-то показал Фатих. Редко я его применяю, да практически никогда в общем-то.

Но Саша подскакивает и бежит смотреть, есть ли кто-то около двери и нет ли каких нитей, за которые я дернул ее. Ничего, конечно, не нашел и с озадаченным видом уселся рядом.

— А можешь еще раз что-то такое показать? А то это, возможно, просто сквозняк, — тут же спрашивает он.

— Могу еще раз. Смотри на окно, — и я показываю на распахнутое окно в раздевалке.

— И что? — не понимает Саша.

— Внимательно смотри, — улыбаюсь я и легким толчком маны захлопываю его.

Саша снова бежит к окну, чтобы убедиться, что и там все без обмана.

— А что еще можешь? — жадно, как ребенок, спрашивает он в ожидании нового чуда.

— Больше не нужно, лучше силу поберечь, — весомо отвечаю ему я.

— Ты лучше организуй нам отдельную комнату, где я приму клиента после разогрева, чтобы минут десять нам никто не мешал. Тебе-то навстречу тут все пойдут, как я понял, — отправляю я его заниматься организацией лечебного процесса.

Есть у Саши конкретный интерес мое умение проверить, чтобы снова оказаться у всемогущего дяди в любимчиках.

Через полчаса появляется и сам Владлен Викторович, импозантный мужчина в фирменном костюме и с заметно брезгливым взглядом на заурядную районную баню. Знает, наверное, что тут всякий приблатненный народ собирается. Сам приехал на служебной «Волге» белого цвета с водителем.

Однако ходит он сам крабиком, видно определенно, активно двигаться ему больно и вообще — жизнь уже не мила. Все выглядит точно, как в тот раз, кстати.

— Добрый день. Сильно вас скрутило. Ничего, сейчас отпустит хорошо. Идите греться в парилку, минут на десять, не меньше, — так я встречаю первого теперь клиента.

Не стану особо уговаривать, все по-деловому разговариваю, как сильно нужный всем товарищ. Саша нашел нам отдельное помещение, уже организовал перенос в него стола, на который можно положить заместителя директора Кутаисского литопонного завода по хозяйственной части.

Через десять минут заместитель директора в простыне на плечах выходит из парилки и с трудом взгромождается на, к счастью, совсем невысокий стол. Саша ему помогает лечь и сетует, что нормального массажного стола во всей бане нет.

Видно, что Владлену Викторовичу очень неловко сейчас, мужчина убежал бы отсюда поскорее, однако болезнь уже прижала его так, что он готов хвататься за любые предложения.

Саша остается и негромко переговаривается с пациентом, я приступаю к лечению, вожу по пояснице рукой с камнем, теперь все процедуры проходят быстро. Зрителей вокруг нет, я больше не хочу показывать крайнюю усталость во время излечения.

Один-два раза так показать не проблема, а постоянно прикидываться изнемогающим товарищем — надоедает. Да еще я не полностью теперь лечу, тем более, а только частично.

Сливаю два процента маны только на поясницу, говорю полежать с полчаса, пока сам выхожу на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. В самой бане тоже становится днем жарковато, конец весны в этом году выдался очень знойный.

Полчаса Владлен не выдерживает, выходит на улицу уже через десять минут и направляется сначала к машине, потом возвращается ко мне.

— Вы знаете, стало сильно легче, слез без боли с ложа и так же смог одеться, — теперь мужчина говорит со мной сильно уважительно. — Давно уже у меня так не получалось, даже раздеться Саша помог, а теперь я все сам сделал.

— Как обещал, так все и будет, — коротко отвечаю я.

— Когда к вам можно будет снова попасть? И примите от меня сувенир — отличный коньяк из Армении, для тех, кто в этом понимает, — протягивает мне подарочный набор.

— Благодарю за подарок. Возьмите бутылочку пива, здесь оно просто отличное, — протягиваю я ему «Жигулевское», забирая коробку с коньяком. — Гораздо лучше любого бельгийского баночного!

Не удержался я от того, чтобы не подколоть заместителя директора по хозяйственной части насчет пива.

— Встретиться можно уже завтра, в это же время, — подумав, отвечаю я. — По деньгам будет четыре сеанса по четыреста рублей. У вас только грыжи сильно критичны, остальное почти в нормальном состоянии.

Прямо, как настоящий доктор с рентгеновскими снимками, провозглашаю диагноз. Впрочем, я его помню до сих пор.

Владлен Викторович тут же выдает мне четыре сотни, хотя я сразу предложил перенести выплату на завтра, когда он полностью убедится в улучшении своего самочувствия.

— Нет-нет! Я уже чувствую себя гораздо лучше, — торопится он заинтересовать меня, и я его полностью понимаю.

Радость здорового тела не спутаешь ни с чем другим, когда можно без проблем одеться, встать с того же неудобного стола, присесть рядом со мной на скамеечку и радоваться жизни.

Когда он уезжает, Сашу я нахожу в бане, он договорился все оставить на завтра в комнатенке, как сейчас есть.

— Правильно сделал, нормальное место для такой простой бани. Держи свою долю, — и я сразу выдаю приятелю сотню.

Пусть порадуется тому, что помог нужному человеку, еще заработает нормально, две трети своей месячной официальной зарплаты. Сколько Саша еще делает неофициально — думаю, очень немало со своей энергией и обаянием.

— Телевизор могут завтра привезти, говори адрес, — вспоминает мои слова Саша.

Черт, точный адрес я и позабыл за прошедшее время, поэтому предлагаю подвезти меня до дома Софико на его модной шестерке.

Саша, конечно, соглашается, ему мое место жительства также знать теперь необходимо. Особенно после произошедшего у него на глазах чуда исцеления и всех остальных фокусов, которые я ему показал.

Вскоре я оказываюсь в доме Софико, Саша уезжает на своей шестерке сразу же, как только запоминает номер дома. Наверняка, понесся к дяде Тенгизу рассказывать про то, как прошло лечение Владлена Викторовича. И что я, похоже, могу очень много такого, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Результатом продуктивного вечера оказывается то обстоятельство, что уже с самого утра Саша появляется под окнами и просит меня срочно поехать с ним.

«Понятно, у дяди Тенгиза началось осложнение», — киваю я головой в знак согласия куда-то там поехать.

Глава 3

В этот раз меня везут не в баню и не куда-то на работу.

Похоже, у дяди серьезное обострение, он взял больничный и отсиживается дома, вызывает массажистов и прочих кудесников. Теперь пришла моя очередь спасать важного человека после очень фантастического рассказа сильно непутевого племянника.

Поэтому вскоре я оказываюсь на его даче в горах, провожу время в шикарной бане вместе с Сашей, а потом уже туда родственники под руки приводят самого дядю.

Ну, я больше никого лечить за один раз не стану, слишком вызывающе выглядит подобное умение, как я сам теперь хорошо понимаю. Вот пять-шесть, а лучше десять сеансов моего массажа, после каждого из которых становится немного лучше пациенту — уже что-то понятное и вполне объяснимое наукой дело.

«Натуральное чудо, в которое всем хочется верить, и не настолько ошеломляюще мгновенное».