Маг 16

Вот один, хорошо одетый, мило воркует со смазливой цветочницей и заставляет ее смеяться, изредка бросая в мою сторону внимательные взгляды.

Второй, здоровенный детина в темном костюме, рассматривает витрину в булочной и, кажется, раздумывает, какую булку ситного себе тут купить на завтрак.

Третий медленно бредет за мной следом, как только я останавливаюсь перед большой витриной дорогой лавки, тут же заскакивает в такую же лавку по пути.

Кажется, народ довольно хорошо одет, выглядит вполне прилично по здешним временам. Значит, глушить и грабить меня собрались серьезные рыбы из местной преступности. Сотка рублей в портмоне прикрывает пачку уже разменянных пятерок и десяток вперемешку с простыми бумажными рублями для солидности.

То есть там у меня собрана обычная кукла для заманухи, именно так я собираюсь быстро познакомиться с серьезными людьми Кутаиси. Они мне сейчас реально требуются, с их наработанными выходами на местную полицию.

Глава 5

Поэтому я старательно делаю вид, что не понял ничего про ведущуюся за мной слежку, весело мотаю головой и иду на следующую улицу.

Прохожу по ней, она все-таки слишком светлая от пары имеющихся здесь тусклых фонарей и освещенных окон лавок и едален. Да еще праздного народа еще слишком много ходит.

«Самое время прилично поужинать, а я вот уже накидался, немчура немытая!» — только так могу сказать про себя.

Ну, мне по делу нужно здорово пьяным выглядеть, ведь следят за мной и меру выпитого постоянно пристально оценивают.

Потом я высматриваю темный провал между домами и почти на ходу начинаю расстегивать брючный ремень, устремляясь туда. Тут имеется открытый проход во внутренний двор одного из двухэтажных домов в центре. Делаю вид, что решил отлить, где попало, так мне внезапно приспичило облегчить переполненный мочевой пузырь.

«Ну, я же вдрызг пьяный, так все и должно выглядеть для моих преследователей. Они где-то рядом, идут следом за мной, крадутся вдоль улицы с краев, не появляясь на свету, городские хищники».

Только я тоже не оборачиваюсь и не пытаюсь что-то рассмотреть пристально.

«Пьяному море по колено — как говорится. И еще спугнуть охотников не хочу», — все мои действия поэтому выглядят именно так.

На самом деле, я приметил криминальный шалманчик еще вчера, так же там напился и ушел, сильно пошатываясь. Не соблазнился на местных потрепанных девок, сегодня тоже не обратил на них никакого внимания, смотрел дурацкое представление на крохотной сцене и выпивал с виду неумеренно. На самом деле, половину заказанного алкоголя осторожно в тарелку с мясным пирогом слил.

Девки все время мне выпивать мешают, подлезают, чтобы познакомиться, все они славянки, откуда их тут столько уже набралось? Наверное, специально везут из России или Малороссии сюда, откуда-нибудь из Нечерноземья набирают сироток за сытной жизнью и хорошим климатом?

Они здесь не ахти выглядят, даже в полумраке не кажутся мне достойными внимания, да просто будут мешать во время моей подготовки к стычке. Ни в номер соседней гостинки, на подобное дело плотно рассчитанной, подниматься не стану, ни к себе вести не собираюсь в любом случае. Просто по пьяни шатаюсь везде, где попало, такой непуганый еще глуповатый иностранец…

После вчерашнего вечера сегодня днем обошел соседние улицы, приметил подходящее место и еще пару следующих, где вход во внутренний двор дает много места для разборок в темноте ночи.

Поэтому, заскочив в проход, я на пару секунд мигаю неярким фонариком, определяясь с диспозицией, сразу встаю на заранее присмотренное место. От окон домов меня прикрывают густые кусты и солидные деревья. Еще вытаскиваю из-за камня солидный, приготовленный заранее, дрын в метр длиной, готовлюсь встречать непрошенных гостей.

Если они сюда не заскочат, почуяв неладное или просто замешкавшись, дальше по пути к гостинице есть коротенький, но очень темный вечером переулок. Я могу не входить в него, рискуя здоровьем в темноте, но он немного срезает путь к моей гостинице, а местные бандиты должны про него тоже знать. Если я в него зайду, обязательно следом кинутся.

— Или здесь, или там, — прикидываю я, когда слышу шаги первого мужика, резко забегающего во двор.

«Ясно, решили не оттягивать процесс потрошение жирного кабанчика. Рисковые джентльмены удачи города Кутаиси в деле».

Однако мне нужно, чтобы они собрались все вместе. Поэтому я жду, пока первый бандит поймет, что меня нигде не видно и, что самое главное, даже не слышно звука могучей струи. Тогда он подаст знак остальным, уже они все вместе попробуют найти меня.

Бандит немного подается к выходу и коротко свистит два раза. Обозначает, что требуется подкрепление. Подкрепление из троих по очереди забежавших умельцев тут же прибывает на место, в полной темноте происходит короткое совещание.

Только падающий из подворотни слабый свет едва освещает контуры их лиц, повернутые в разные стороны.

— Он в «Центральной» живет, тут ему не хрен делать! — шипит один из бандитов. — Он в квартиру не прошел, где-то здесь прячется.

Второй отвечает ему на грузинском, третий поправляет его тоже на нем же, тогда двое из них зажигают спички, освещая большей частью себя и немного пространства рядом. Я стою метрах в пяти от них, разглядеть меня они никак не могут. Поэтому немного начинают расходиться и снова чиркают спичками.

Один идет в мою сторону, второй дальше во двор, третий уже отступает от меня, четвертый остается на месте и бдительно караулит проход.

Теперь я делаю рывок, ближний мужик, тот самый, который здоровяк в темном костюме, видит мою тень и шипит что-то своим условленным знаком. Однако я уже рядом, легко сношу его не очень сильным, но объемным ударом дрына по голове.

Мужик валится на землю, спичка вываливается от разжавшихся пальцев и гаснет, остальные несутся ко мне, погасив горящие спички.

Я в темноте отпрыгиваю на несколько шагов назад, под глухую стену без окон, преследователи слышат мои шаги и бегут дальше. Я уже хорошо освоился в темноте двора, бандиты наверняка тоже, поэтому пришло время воспользоваться кое-каким технологическим преимуществом из будущего.

У второго молодца в руке в ответ сверкает нож, когда я несколько раз качаю рычаг заскрипевшего и раскручивающего механизм фонарика. Пусть и неяркий, но вполне достаточный для того, чтобы немного ослепить, свет фонарика попадает ему на лицо. Следует второй удар, он тоже валится на землю с притаившимися здесь камнями на мощеном дворе, с размаха влетая в нее прямо лицом.

Третий молодец появляется в луче света тоже внезапно, бросается из темноты ко мне. Но, на его большое счастье у него в руках не видно ничего такого опасного, поэтому он просто получает затрещину голой рукой без фонарика и улетает куда-то к своим ко мне за спину.

Четвертый запаздывает немного вмешаться в схватку, просто тощий парнишка по виду, поэтому я прихватываю его за рукав и закидываю в глубь двора.

— Стой, пока цел! Кто тут у вас старший? С кем говорить? — прижимаю я его к большому дереву.

Парень, конечно, так сразу не сдается, пытается пронырнуть у меня под рукой и тоже отправляется на землю.

«Хорошо лежат, прямо рядом друг с другом, и уже приходят в себя», — моя работа мне нравится.

Я накидываю на всякий случай купол, мало ли у кого пушка найдется или кто-то сзади внезапно подскочит.

И обращаюсь к поднимающимся с земли бандитам:

— Лады. Я без обид. С вашими старшими перетереть нужно.

Сам в это время накачиваю кистью фонарик и подсвечиваю всех незадачливых грабителей.

— Дело есть серьезное. И разговор денежный с хорошим интересом.

Один из бандитов как-то ругается на меня по-грузински, их тут двое местных, здоровяк и молодой парень из славян.

— Ладно. Завтра встречаемся там же в шесть вечера, — и я киваю головой в сторону кафе-шантана.

Тот же бандит опять ругается на местном, но я не цепляюсь к его словам, главное я им передал. И еще довольно авторитетно себя поставил, заманил в ловушку и навалял легко, совсем не напрягаясь.

Ухожу из двора, но остаюсь наблюдать за темным углом, следом за мной через несколько минут появляются бедолаги, придерживая обоих получивших по голове товарищей.

«А что, если надумал кидаться с ножом — так не обижайся, первого-то здоровяка я умеренно приложил, а вот ты пару недель с тяжелым сотрясением поваляешься. Ладно, стрелку бандитам назначил, посмотрим, кто завтра там нарисуется», — отчитываюсь я перед самим собой по сделанному.

И возвращаюсь в нумеръ, чтобы завалится сладко спать.

На следующее утро гуляю по городу, наблюдения за мной никакого не видно. Раз уж я закосил под серьезно блатноватого мужчину, теперь для начала только разговоры серьезные ожидаются.

Как бы полиции прикормленной не стукнули, чтобы те с пристрастием меня и документ мой проверили. Явно я из образа разночинца-интеллигента и немецкого профессора-выпивохи вышел, показал большие клыки матерого бандита. Все такое еще вполне возможно, если я с бандитами как-то не договорюсь полюбовно.

Хотя бы для начала. Тогда, как не печально признавать, придется мне уходить в подполье и уже сидя на какой-то хазе-малине новый документ выправлять. Гораздо сложнее такое дело организовать будет, так что лучше мне сразу договориться.

Однако встреча происходит. Как только я заявляюсь в кафе-шантан, так сразу тот же мужичок с мордой хорька зовет меня в отдельный кабинет. Или кабинетъ, как тут подобное помещение называется.

Ну, мне много говорить не стоит, сразу мой не иностранный, но и совсем не местный говор срисуют опытные господа шаромыжники. Поэтому я подсаживаюсь к столу с пожилым грузином с акцентом, спросившим меня, что мне надобно.

— Тугамент требуется. На меня похожего и разночинца по званию.

— Дорого будет. Тут только через фараонов путь пойдет. А ты сам кто будешь, мил человек?

— Человек божий, обшит кожей! — отвечаю я с уже похожим произношением.

Но пожилого грузина не проведешь:

— Похоже, ты к нам из столиц заехал? Больно гладко говоришь! — делает он вывод.

— Да какая разница, откуда я взялся, если деньги плачу. Берешься паспортную книжку подогнать?

— Подумать нужно. Сам понимаешь, такой случай не каждый день случается, — отвечает грузин, немного подумав и разглядывая меня.

— Это нам понятно. Желательно бы без родни всякой в городе, чтобы мимо морга прошел покойник, — замечаю я.

— А, совсем чистую историю ищешь? — усмехается старший бандитов.

— Как есть чистую, другая мне без надобности.

— Тогда дорого будет, — замечает он.

— Готов ждать и платить, — отвечаю я.

— Ладно, тут дельце еще одно осталось. Наш один вчера пострадал. Плохо ему, — напоминают мне.

— Сам понимаешь, с ножом прыгал, вот я руку и не сдержал. Но я с полным пониманием, готов внести на лечение вашему человеку. Например, пятьдесят рублей, — и я выкладываю пять червонцев на грязноватый стол.