Лиза

— Нет. У него сорвало колпак, как только в отделе появилась ты. Ну, прикинь, как обидно, когда во многих вещах не просто смертный обскакивает, а женщина. Да и в коллективе нашем непростом ты прижилась как-то стремительно, и все воспринимают как свою, а для некоторых стала любимицей. Еще чинишь ошибки, которые стоят конторе миллионы, архитектуру помогаешь исправить и вообще… В голове Павлика алгоритм был таков: Витя нанимает хоть кого-нибудь, кто разбирается в теме, этот кто-то добазаривается с заказчиком и описывает систему со всеми выкладками настолько точно и хорошо, что запихивай в нейросетку и она тебе код напишет, затем двигает задачки в трекере, иногда спрашивая «ну че там?» и не лезет никуда дальше.

— Ага, а все вышло не так совершенно, — кивнула Маша и с каким-то ехидством добавила: — Он жаловался спустя месяц твоей работы, мол, какого хера эта смертная в код лезет? Ее ебать не должно, что там.

— Именно так. Ты точно хочешь, чтобы я продолжал? — уточнил Ярослав, внимательно посмотрев Лизе в глаза, а та кивнула: — Павел ведь метит и метил в головной, потому что это вершина карьеры и признание как незаменимого идеального специалиста, ты и сама слышала, с каким придыханием говорят о всех, кто оттуда к нам на огонек залетал что-то починить. То есть работать под началом десять-икс-инженера, топ-перформера, который код способен обычной шариковой ручкой писать, и если его переложить в привычную среду, то оно заработает с первого раза — это одно, а когда носом в ошибки как котенка тыкает смертная, да еще и вводит в обиход позорное код-ревью, хочет закрыть доступ на прод — совершенно другое. И ничего лучше он не придумал, как решить, будто бы ты метишь в головной и хочешь его подсидеть. Отбор туда жесткий — пять новеньких в год со всех филиалов.

— Чего блять? — глаза Лизы округлились: — Какой нахер головной? Совсем долбанулся?

— Да. — кивнул Ярослав и хмыкнул: — Цирк с сетевухой, смертная, которая продавливает порядки в отделе под себя и за каким-то хером еще не разваливается, как предшественники, уж очень сильно придавили. А, знаешь, кому он это высказал?

Лиза покачала головой немного заторможенно, а Маша, глаза которой округлились, вдруг изумленно спросила:

— Вите?!

— Абсолютно в дырочку, как любит говорить Денис, — размашисто и довольно кивнул Ярослав: — Да и в каких красках! Мол, нанял смертную стремную бабу на абсолютно бесполезную должность, где всего-то нужно двигать задачи в трекере, а ее выебоны не просто сходят с рук, да еще и поощряются.

— Ох, блять! — Сергей закрыл лицо ладонями: — Дай угадаю, ляпнул ровно после того, как разбор полетов был окончен, да? Вместо того, чтобы завалить ебло и не отсвечивать, пиздюк, конечно же, ринулся в бой.

— Именно так. Стены от рыка перестали натурально дрожать, а мы могли быть свободны. На нас даже штукатурка осыпалась, а стенки террариума с Цирцеей немного потрескались.

— Ебана… — снова стон Сережи: — Нет, Витя этот финт просто так не простит. Это его предшественник бы уже давно отсыпал пиздов в физическом эквиваленте и забыл, а вот Витя…

Сергей резко замолчал, словно бы сказал лишнего, но Лиза была так поглощена новостями, что не обратила внимание, а затем, немного помолчав, произнесла:

— Ну и херня.

— Согласен, только вы дальше слушайте. И ладно бы просто выразил недовольство, так посмел сморозить что-то вроде хреново вы, Виктор Сергеевич, нанимаете подчинённых, не разбирается в людях и вообще взяли на работу, потому что Лизка — женщина. Разбавить красивым цветочком, сделать украшением коллектива — это все ясно, но услада для глаз что-то много на себя берет. Ну, выразился немного иначе, но, если уж совсем не обижать, скажу завуалировано.

— Ему пизда. — только и смогла проговорить Маша, она явно слегка нервничала, в задумчивости накручивая прядку темных волос на палец: — Никто и никогда под сомнения не ставит Витины кадровые решения, даже головной, а тут какой-то мелкий чертенок решил указывать аж…

Маша запнулась и продолжать мысль не стала, но в этот раз Лиза на заминку внимание обратила и в копилку догадок полетело, что теперь уж точно Витя кто-то важный в их иерархии. Кто именно — разбираться не горела желанием, да и вся ситуация с Пашей выбивала из колеи.

— Блять. — только и смогла проговорить Лизка тихим и упавшим голосом: — Ну и херня на постном масле, простите, пожалуйста. Ебала я эти карьерные перспективы, у меня даже в мыслях не было. Почему было просто со мной об этом не поговорить? Я, наоборот, хотела помочь, потому что он совершает типичные ошибки младших разработчиков, а это абсолютно нормальный и естественный процесс. Я к вам пришла за тихой жизнью, мне эти горизонтальные или вертикальные точки развития или как это на эйчарском называется, нахер не нужны.

— К нам? За тихой жизнью? — на этот раз изумился Сергей, а Лиза кивнула и слегка скривилась:

— Паша еще не знает, что такое работа программистом. Это здесь он может хоть десять раз за день ронять прод, писать херовый код и его за это просто пожурят… ну, может, Денис нарычит, но это ерунда. Когда у тебя от восьми задач в трекере на неделю и все они средней сложности, а у заказчика сносит башню от гениальных идей, то в конце дня мозг уже каша. Выходные — это просто отчаянная попытка реабилитироваться и отдохнуть как можно сильнее, чтобы хотя бы до среды продержаться в нормальном состоянии. Иногда выходных просто нет, потому что сроки по проекту горят и надо работать. Не знаю, умеете ли вы, бесы, выгорать, но если так, то у Паши еще впереди это.

— У нас такого не бывает, — покачал головой Сергей: — Это ты, солнышко наше задумчивое, можешь выгореть и нам нужно как-то быть к этому готовыми, а Павлика можно и в хвост, и гриву гонять, ничего с ним не будет. А что, правда, тяжко?

— Ага. — Лиза кивнула и продолжила мрачно: — Ну не всегда, конечно, но средняя температура по больнице такова: постоянные правки и хаос на проекте очень выматывают, а когда от тебя ждут нереальной активности, то вдвойне тяжело. Программисты друг от друга отличаются тем, что одни — это просто исполнители, а другие — способны задать миллион вопросов «зачем» и «почему» и предложить решение. Но объединяет всегда одно: ты при любых раскладах мудак, а если попал в заказную разработку, где нужно было успеть не вчера, а позавчера, то это инфернальный… Жесть, короче. Паша еще не в курсе, что такое, когда отдал все задачи тестировщику, а этот чудак на букву «М» ставит встречу в календарь на полтора часа, потому что ему показалось, что зеленый цвет кнопки какой-то неправильный. Хорошо, когда находит какой-нибудь жирный косяк, но когда повестка вашей встречи «айфон 15 про макс отображает цвет не так как из дизайн-макета», то запасайтесь пустырником, друзья, потому что сейчас в прямом эфире бедолага-программист будет гонять туда-сюда яркость кнопки, потому что у него «топ за свои деньги сяоми», а у тестера последняя версия айфона и, как ни крути, а цветопередача разная. И никого не волнует, что пресловутый цвет был скопирован из дизайн-макета.

— Ты так грустно об этом рассказываешь, что аж погладить по голове захотелось и напомнить, что их теперь здесь больше нет, тебя никто не обидит, — засмеялся Ярослав: — Значит, в прошлой конторе сгорела в угли, тебя сократили и ты пришла к нам за тихой жизнью? Ну дела, Лизка, к нам с таким запросом еще ни один смертный не приходил.

— Почему? — не поняла она: — Весьма популярно, мне кажется. Это как хотеть купить домик в глухой деревне и открыть пасеку.

— Было бы все так просто, — усмехнулась Маша: — Лизка, сфера полна амбициозных и быстрых, а еще тех, кто очень хочет заработать ровно столько, сколько написано в заголовках новостей. Сколько у нас было таких, кто с порога просил миллионы…

— Но даже тут терпимо, — после недолгой паузы продолжила Лиза. Она отвлеклась на сообщения в корпоративном мессенджере и едва подавила желание закатить глаза на почти полуторачасовую встречу с маркетингом, которую наперебой пытались поставить то Майка, то Есеня. Тема была обозначена коротким словом «конверсия». — Хуже, если это детище генерального, тогда цирк и кони приобретают космический масштаб. Ведь ожидается, что все сотрудники, задействованные на проекте, будут днями и ночами не спать, а все придумывать как бы улучшить бестолковый в эпоху маркетплейсов е-коммерс. В моем случае, это было приложение по продаже автозапчастей. Если энтузиазма недостаточно и ты, как и все смертные, не овладел искусством телепатии, чтобы прознать обо всех идеях, посветивших голову генерального, пока он с утра на толчке листал рилсы от таких же СЕО, то на ежедневном созвоне ждет пятнадцатиминутный бубнеж на эту тему. И только посмей хоть что-то против сказать, тазик говна уже заготовлен. Тимлид после в личных сообщениях попросит «не принимать близко к сердцу. Просто он немного эмоциональный»

Лиза так забавно передразнила гипотетического руководителя команды, что в ответ раздалось дружное хихиканье, и атмосфера мгновенно потеплела, отчего даже лицо Ярослава серого стало привычным и было предложено перекурить. Лиза хоть и бросала, но на перекуры исправно ходила, а потому взяла утренний кофе, который еще не успела выпить, накинула просохшую ветровку и проследовала за ребятами, где уже продолжила:

— Я, конечно, подозревала, что насчет выгорания Паша наврал, но решать четыре самых обычных задачи целых две недели — это сильно. Не то, чтобы я обесценивала, но сделать запрос на удаление товара из корзины по его идентификатору — не великого ума дело.

— Забавно, как у людей в лексиконе появилось это «я не обесцениваю, но…», — хмыкнул Сергей, хитро сощурившись и затянувшись. — Идут столетия, а ничего не меняется. Все также критику присыпаете сахаром и рассыпаетесь в тысяче извинений и «это только мое субъективное мнение».

— Теория бутерброда с говном, — пожала печами Лиза и продолжила с ехидством: — Да и сейчас век уникальных и проработанных у психолога снежинок, которым обратную связь нужно подавать исключительно начиная с похвалы, а иначе это травля. Снежинка требует непременно нежного и комфортного отношения, потому что после двух сессий с модным психологом обнаружила фиговый листок — чувства. Ее чувства задевать нельзя, ведь тогда будет нанесена ужасающая травма — еще один способ прикрыть хреновый характер — а вот на других глубочайше насрать.

— Какая вы токсичная, Елизавета Андреевна, — хитро ухмыльнулся Сергей: — И все же подавляете гнев?

— Все сразу. — невозмутимо ответила Лиза: — Ну и в нашей сфере считается верхом непрофессионализма, чтобы кто-то из коллег мог увидеть или услышать, как ты злишься. Ерничать, ехидничать, да даже пассивную агрессию проявлять — это сколько угодно, но чистый ничем не замутнённый гнев — ни-ни.

— То есть чисто теоретически ты бы с удовольствием обложила Павлика херами и от души наорала? — улыбнулся Ярослав, и Лиза кивнула, а затем, немного подумав, добавила:

— Он часть команды, хочу я того или нет. Мы с ним, в общем-то, в чувствах друг к другу солидарны. А вот вы? Вы подавляете? Что-то ни разу не слышала, чтобы кто-то из вас наорал на Пашу.

— Ты еще у нас не работала тогда, это было лет пять назад, — ответила Маша, которая вернулась с капучино в курилку и с явным удовольствием отпила из стаканчика: — Если бы знала, как Сережа каждое утро орал… Вите даже приходилось по углам как детишек разводить, чтобы до рукоприкладства не дошло. Потом стал тимлидом, кучу умных книжек прочел и на Павлика, как вы любите люди говорить, триггериться перестал. Вообще мы не особо-то и сдерживаемся, нам это, по большей части, ни к чему. У людей сплошной хаос и неопределённость, даже завтрашний день — тайна, и чтобы и с ума не сойти, и в крайности не впадать, выдумали институты власти, а сейчас вот стало модно рефлексировать, и что это если не форма контроля?

— Курите? — пробасил из-за спины Денис: — Ну как оно? Вспомнили как каша дома пахнет?

— Ага. — почти синхронно отозвались все трое, прижавшись к стенке. По виду было точно не определить, остыл ли он после выволочки или же стоит опасаться и тихонько скрыться в кабинете, закончив перекур, но он щелкнул зажигалкой, затянулся и произнес с улыбкой:

— С балбесом я проведу инструктаж и обучение, а потому ваш отдел с этого дня поредеет.

— Ты уже все восстановил? — осторожно уточнила Маша, на что Денис хмыкнул:

— Попотеть пришлось, но, конечно же, восстановил. А вы вот чего за пиздюком не смотрите?

— Да кто ж разберет, чего он снова удумал. — пожал плечами Сергей: — Я ему уже не нянька, а если так, то прибил бы давно. Ты ж помнишь, как я однажды его башкой пробил стенку переговорки? Ну вот то-то же. А ты куда?

Последний вопрос был адресован Лизе, которой пришло уведомление о начале встречи с маркетингом через пятнадцать минут и следовало хоть немного, но подготовиться. По крайней мере включить ноутбук и открыть текстовый файл, чтобы записывать пожелания. Кратко объяснив суть, Лиза хотела было скрыться в коридорчике, но Маша вдруг цепко ухватилась и с важным видом заявила, что на этой встрече обязана присутствовать. Лиза точно помнила, что в списке приглашенных ее точно не было.

— Ты не знаешь, чего Майка с Есеней могут гипотетически хотеть? — вдруг спросила Лиза, подготавливая чистый документ и параллельно отвечая на вопросы в корпоративном чате по задаче с процентом в контрактах.

— Не забивай голову, — отмахнулась беззаботно Маша, уложив ноги на пуфик рядом со своим столом и растянувшись в компьютерном кресле: — Их соперничеству скоро второй десяток стукнет.

— А почему? Они тоже в головной хотят?

— Не-а, вот как раз-таки маркетинг — это уникальный отдел, сотрудники которого не хотят в головной, а все их существование сосредоточено вокруг одного: угодить Алене Михайловне и попасть в список любимчиков. Ты ж знаешь, откуда у нас Ярская?

Лиза покачала головой, а Маша, хлопнув себя по лбу, проговорила:

— Все время забываю, что ты у нас не от основания филиала работаешь. Короче, Ярская руководитель маркетологов не только тут, но и в головном. Вот уже лет тридцать или больше… С девяностого года короче. Так что разницы в работе вообще никакой. Ее еще самый первый директор филиала этого за баснословные, даже по нашим меркам, бонусы и деньги сюда привел. Так что ни Майке, ни Есене никакого резону нет переводиться, даже хуже сделают.

— Будут дальше от непосредственного руководителя? — догадалась Лиза, а Маша широко кивнула и добавила:

— Ага, и меньше возможностей выделиться. Любимчики Ярской, даже работая здесь, способны получать такие же бонусы как те, кто на хорошем счету в головном. Вот девки и грызутся. Бонусы ведь на усмотрение руководителя. —Маша немного помолчала и, видимо, уловив замешательство Лизы, добавила: — А еще у Ярской нет замов, но есть возможность им стать. Идем, уже ждут.

Лиза подхватила ноутбук и проследовала за Машей в переговорку. К тому моменту, когда все собрались, на большом плазменном экране была запущена презентация, по обе стороны стола друг напротив друга восседали Есеня и Майка, а между ними как медиатор Алена Михайловна, которая явно делала внушение обеим, которое Лизка уловила сквозь приоткрытую стеклянную дверь, но тут же возникла тишина, стоило ей преступить порог. Маша поздоровалась с обеими, хоть Есеня и недовольно поджала губы и даже слегка отвернулась. Чем ей и Маша не угодила, Лиза понять не могла, но решила сосредоточиться на графике на плазме, который был скачан на основе дашбордов. Цифры показались странными, но мысль, что встреча по поводу каких-то ошибок, Лиза от себя отогнала.

— Ну раз все в сборе, начнем. Условие простое, донести пожелания до Лизы и не повыдергивать друг другу волосы, это ясно? — Алена Михайловна смерила обеих суровым взглядом, на что обе синхронно кивнули: — Не орать, не ругаться матом, не вырывать листки бумаги или ноутбук из рук. Выслушать отдел разработки до конца. Я начну.

Она перевела взгляд на Лизу:

— У нас есть новое предложение по улучшению конверсии. Так, вот, Лиза, насколько долго будет ввести рекомендательную систему для кросс-продаж?

Первую минуту Лиза молчала, задумчиво покусывая губы изнутри, а затем медленно произнесла:

— Смотря насколько продвинутую. Как минимум, нам нужно подготовить код для новой логики. Рекомендации никто не закладывал, архитектура, конечно, расширяема, но не до бесконечности… А какой вообще алгоритм этих кросс-продаж? Что-то определителя, что вместе с чайником купят, ну не знаю, удлинитель или фильтры для воды? У вас же есть способ как это понять?

— Ответ на первый вопрос: да, верно, и на второй, конечно же есть. — кивнула Алена Михайловна и добавила: — А что ты имеешь ввиду под продвинутой системой?

— На маркетплейсах, если захочу купить тот же чайник, то мне в разделе «покупают вместе» предложат зубную нить, аромадиффузор, гель для стирки и еще всякую дребедень, которая не сильно вяжется с изначальным товаром — это первый и простой путь. Вроде, на языке маркетинга это называют средний чек, — принялась задумчиво разъяснять Лиза, в голове крутилась техническая реализация задачи и как быстро они смогут это запустить с поредевшим отделом: — Если брать продвинутую систему, то в ней чаще всего используют нейросети, и тогда рекомендация становится тоньше и гибче. К чайнику уже не предложат купить стиральный порошок, а, например, набор каких-нибудь чашек, таблетки от накипи, листовой чай. Второе сделать сложнее, потому что нейросети нужно научиться понимать пользователя и его пожелания, и реализация будет дольше по времени. Да и в целом подход станет персонализированным.

— Ярослав балуется с нейросетями, — заметила Маша. — И он давно хотел такую задачу, у него, кажется, даже есть обученная модель. Мы еще полгода назад обсуждали подобное.

— То есть гипотетически мы можем уложиться за четыре недели? — уточнила Лиза, перед глазами которой стояла доска из трекера с задачами по каждому в отделе.

— Практически можем. Только скажи, и он перестанет мучить сервис осточертевшего избранного, и с большим энтузиазмом примется за фичу.

— Я говорила, моя идея лучше, — холодно и безапелляционно произнесла Есеня, глядя куда-то сквозь Майку: — Бездумная конверсия большой пользы не принесет.

— А вы чего хотите-то в конечном счете? — спросила Лиза, отвлекшись от рисования на листочке реализации для Маши: — Ярославу может понадобится время дообучить модель, потом будет пилотный выпуск, на котором мы соберём галлюцинации и будем их отрабатывать. То есть четыре недели — это прикрутить сетку, а дообучение на реальном пользователе может длиться год. Если вам нужно увеличить средний чек побыстрее, то первый путь самый эффективный.

— Задавать маркетингу вопрос про деньги — путь в никуда, — лукаво улыбнулась Алена Михайловна: — Конечно же нам нужна конверсия и желательно в десять раз, а не в каких-то два. Но сделать просто рекомендации проще и быстрее?

— Да, примерно две-две с половиной недели, — кивнула Лиза и не успела продолжить, как Есеня закатила глаза и перебила ее:

— Если мы продолжим говорить эвфемизмами, то зачем тому, кто покупает духовой шкаф за сотни тысяч рублей предлагать дешевую шоколадку? Это же бредятина! На основе этих рекомендаций в будущем можно построить специальное предложение индивидуально для пользователя.

— Мой вариант быстрее и заметнее, — отмахнулась Майка, тоже не глядя на Есеню и скорее обращаясь к Алене Михайловне: — Продажников проще тыкнуть носом в конверсии, в реальные деньги уже через пару месяцев, а не приносить им какую-то теорию, которую еще и защитить надо. И эти галлюцинации, как ты назвала, кто их обрабатывать будет?

— Да вы же и будете. Вообще-то пилотный выпуск сетки улучшать будут именно на вас. Персонализация может стать следующим шагом. Не обязательно одно от другого отделять. — философски заметила Маша: — Технически, и первый, и второй вариант требуют детальной работы. Если вы думаете, что сегодня мы поговорили, а завтра у вас навороченная система рекомендаций, спецпредложений и мешок денег у каждой на столе, то разочарую.

— Нам нужно к декабрю показать результат, — поджав губы, заметила Майка, на что Маша парировала:

— Четыре месяца назад вы руками через убогий лагающий интерфейс заносили по несколько часов новые товары в приложение и надеялись, что по пути ничего не рухнет и не придется повторять то же самое. Сейчас жмете три кнопки или загружаете сформированный файл, и вуаля. Еще вы сами не могли менять цену, настраивать процент, акции и скидки, а потому не вылезали из нашего кабинета, а теперь эта процедура занимает всего минуту.

— И благодаря кому не могли? — усмехнулась Майка, на что Маша снова добродушно ответила:

— Скорее благодаря кому вы это можете. Не грузи ей голову, она обыкновенный технарь, миска рис, кото-муж.

Лиза едва подавила желание, чтобы не хихикнуть, но под насупленными взглядами обеих сдержалась.

— Как проще и быстрее? — теперь вопрос был обращен к Лизе: — Сначала просто система рекомендаций, потом эта ваша нейросеть?

Лиза лишь кивнула, снова прикидывая, сколько задач и на ком раскидано по трекеру и произнесла:

— Только с полпинка за это никто не возьмется. Сейчас от вас требуется формула для вычислений рекомендательной системы, отдел разработки заканчивает возиться с техническим долгом. Со среды следующей недели смогут приступить к работе над вашей фичей. Не раньше.

— Технический долг? Это так важно? — удивленно спросила Алена Михайловна: — Что это вообще у вас такое?

— Да. Важно. Слышали в выходные упал сервис? Ну вот для того и нужен.

— А, может, в четверг этот? — неуверенный голос Майки, которая хоть и была до жути довольна собой и победно ухмылялась, но на это Лиза ответила твердым отказом и просьбой не ломать работу.

— Тебя прям не сломить в отношении нагрузки, — хмыкнула Маша, когда они возвращались к себе в отдел, на что Лиза лишь пожала плечами:

— Я не люблю, когда влезают в отлаженный механизм. И есть такое выражение: если каждому давать, то не выдержит кровать. И собрание это странное было, что мешало просто мне в личку написать? А еще цифры на графике будто бы неправильные…

— Конечно, неправильные, — ухмыльнулась Маша и потащила за собой на кухню, где сегодня было итальянское меню, попутно пробурчав, что стоило бы поторопиться, пока самое вкусное не разобрали. Лиза обвела скучающим взглядом жестяные контейнеры и сходила за собственным обедом: печеной куриной грудкой, овощами и гречневой кашей, а стоило устроиться за столиком, и жадно вгрызться в мясо, как Маша закатила глаза и спросила:

— Чего ты с собой еду-то носишь? У нас и это ваше пепе-шное есть…

— Дисциплина. — с набитым ртом проговорила Лиза: — Я привыкла готовить себе обеды. Так что там насчет цифр?

— То, что они неправильные я сегодня с утра заметила. Угадай, кто делал расчеты? Ага, ну вот то-то же. Попрошу Ярослава или Сергея посмотреть. Насчет лички: они бы никогда не договорились, а тут последнее слово за руководителем отдела, потому никто и не срался. Мы иногда переживаем, что если эти двое мозг до синапсов проковыряют, то ты от нас точно сбежишь. Куда ты так торопишься? И отложи телефон, пока ешь. Ты знала, что Витя нам запрещал не только есть за рабочим столом под страхом немыслимых кар, но и во время еды переписываться со смежниками.

Маша только запустила вилку в пасту, а Лиза уже проглотила обед и поглядывала в сторону Ники. Хотелось выпить кофейку и приступить к техническому заданию для рекомендаций: в корпоративном чате уже лежали формулы от маркетинга. Едва подавила в себе желанием похихикать, заметив, что между сообщениями Майки и Есени всего секунда разницы.

— Привычка. Что?

— Куда ты так торопишься? — еще раз переспросила Маша, но стоило Лизе сделать шаг, как она буквально влетела в Сергея, который вырос как из-под земли.

— Если дело касается маркетинга, то их стоит помариновать. — хитро заметил он, усаживаясь между ними и придвигая Лизку к стенке: — А то еще привыкнут, что отдел разработки по первому зову сразу хотелки реализовывают… Как же вы люди даже в мелочах спешите жить.

— Ну, извините, у меня тысячи лет в запасе нет, — нахмурилась Лиза: — И я забуду детали встречи уже через полчаса.

— Тысяча лет для беса — детский возраст, — авторитетно заметил Ярослав из-за спины, отчего Лиза аж подпрыгнула от неожиданности, и устроился с подносом, протянув ей американо.