Игорь Костюченко.

Враг генерала Демидова. Роман



скачать книгу бесплатно

Майор Зыбайло недолго наслаждался оперным искусством. Вскоре на голос знаменитого московского баса наслоились помехи. Эфир заполонили дребезжание и треск. Сквозь хаос радиоэфира прорывался отдаленный свист. Он все усиливался, пока наконец не превратился в отчетливо различимые точки и тире азбуки Морзе.

Майор удивленно глянул на старшую радистку Усатову. Радистка – на майора.

Усатова щелкнула тумблером – теперь морзянка слышалась без всяких помех, чисто.

– Позывной неизвестен. Контакт по резервному каналу номер 26, – рапортовала радистка.

Майор от неожиданности вскочил со своего стула и сморщился от боли. Дотлевшая папироса обожгла его пальцы.

– Принимай!

– Слушаюсь!

Карандаш заскользил по бланку принимаемых шифрограмм.

– Странно. Этот канал был закрыт еще в сорок первом, – пробормотал майор, тупо наблюдая за тем, как на бланке шифрограммы появляются ровные столбики цифр.

– Прием завершен. Прикажете отвечать? – радист Усатова приготовилась переключить рацию на передачу.

– Я тебе отвечу… – сердито прорычал Зыбайло, схватил листок с аккуратными столбиками цифр, еще раз просмотрел их, отчеркнул красным карандашом первую строчку – код позывного. Затем бросился к массивному сейфу.

Открыв стальной шкаф, майор Зыбайло извлек из него толстый фолиант. Лихорадочно листая гроссбух, он отыскал страницу, на которой было выведено писарским почерком – «1943 год». Под датой в отдельной графе был тот же код, что и в начале только что полученной шифрограммы. Эту графу кто-то перечеркнул жирной красной чертой.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, – задумчиво присвистнул Зыбайло и с несвойственной его солидной комплекции лихостью порысил к выходу из комнаты, посматривая на листок шифрограммы.


– Что с вами, товарищ майор? – шифровальщик младший лейтенант Коваленко приподнялся над своим столом с недопитым стаканом чая в руке.

Майор Зыбайло, задыхаясь от быстрого бега, выложил перед Коваленко бланк шифрограммы.

– Шифровальная таблица… на этот позывной… сохранилась?

Коваленко поставил стакан на тумбочку и поскреб пятерней затылок.

– Сейчас посмотрим.

– Вот-вот, посмотри, да повнимательнее… А просмотришь – считай, под монастырь попал… И ты. И я с тобой… заодно…

Лейтенант долго выдвигал один за другим ящики картотеки, перебирал карточки…

– За сорок третий смотри… Вот чуяло мое сердце – будет сегодня что-то неладное… – нервно посоветовал Зыбайло.

Наконец Коваленко отыскал нужные бумаги.

– Есть, товарищ майор! За сорок третий. Все здесь…

Майор с облегчением вздыхает и утирает платком мокрый от пота лоб, постучал корявым указательным пальцем по столешнице…

– Дешифровать… сейчас же…

– Слушаюсь, – пожал плечами лейтенант и присел к пишущей машинке

Майор придвинул к себе пузатый чайник и дрожащей рукой налил себе стакан чаю…

– Сахару нет? – поинтересовался Зыбайло у Коваленко.

– Кончился, – отрывисто буркнул майору лейтенант и еще сильнее застучал по клавишам « Ундервуда»

Зыбайло иронично усмехнулся – он знал, что Коваленко, как всегда, кривит душой.

Рафинад шифровальщик держал в тумбочке. Только вот делиться не любил, даже с начальством, скаредничал.

Зыбайло не успел выпить и полстакана чая, как шифровальщик встал из-за машинки и протянул майору раскрытую папку с машинописным текстом.

– Ваше задание выполнено, – по-уставному доложил Коваленко, переходом на уставной тон взаимоотношений намекая майору Зыбайло, что их деловые отношения закончены и теперь больше ничто не задерживает майора в шифровальной.

Но Зыбайло не торопился уходить. Он демонстративно отхлебнул из стакана горьковатого морковного чая, взглянул на машинописные строки.

– БСА3ЛД7ФЕ4КД8, – прочитал майор и удивленно дернул бровью, – абракадабра какая-то. Ты что мне подсунул?

– Расшифровку… Там только это закодировано было.

– И ничего больше?

– Так точно, ничего.

– Не понимаю… Может, таблицу перепутал?

– Никак нет! Три раза проверял!

Зыбайло отставил стакан с недопитым чаем. Подозрительно посмотрел на вытянувшегося перед ним в струну Коваленко.

– Ты с чем чай пьешь, лейтенант? – укоризненно спросил Зыбайло.

– Ни с чем, – с горечью прикусил губу шифровальщик.

– А ну, дыхни, – поманил пальцем Коваленко майор Зыбайло.

Шифровальщик нерешительно замялся. Но Зыбайло призывно поманил его рукой к себе.

– Давай, давай, не стесняйся… Я к тебе, Коваленко, давно присматриваюсь. Выведу сейчас на чистую воду. Не миновать тебе гауптвахты.

Шифровальщик осторожно наклонился к майорскому плечу. Политично дыхнул – Зыбайло понял: все в порядке, никакого алкоголя. Трезв, как стекло.

Майор тяжело поднялся, захлопнул папку.

– Ладно, извини, Коваленко. Это я так… знаешь… в нашем деле лишняя бдительность не помешает. Ты же чекист, понимать должен.

Зыбайло шагнул к дверям, но внезапно остановился, обернулся к шифровальщику.

– А насчет этого, – он щелкнул корявым пальцем по папке, – заварил ты кашу, братец, своей расшифровкой. Придется депешу теперь самому генералу предъявлять.

Глава четвертая
Москва. 1944 год, август.

Время от времени Елисеев брал остро отточенный карандаш и пальцы его, сухие и сильные, подчеркивая цифры на бланке шифрограммы, слегка дрожали – единственный знак утомления. Направо от генеральской руки слабо дымилась в хрустальной пепельнице простая черешневая трубка.

Полковник Смоляков с жадностью посмотрел на нее и подумал, что и ему не худо было бы закурить. Но Елисеев, поглощенный изучением материалов, которые ему только что принесли из шифровального отдела, курить не предлагал, а самовольничать полковник не привык.

– Вызвали? – генерал со значением посмотрел на полковника.

– Так точно, товарищ генерал. Агапов – наш лучший специалист.

– Опыт работы?

– Тегеранская операция.

– Ах, да. Вспомнил, как же.

– Группа Агапова предотвратила подготовленную немцами атаку британского посольства. И сорвала покушение на лидеров держав-союзниц по антигитлеровской коалиции. Майору Агапову была объявлена личная благодарность товарища Сталина.

– Хороший специалист, говоришь… Но ведь ершист… Упрям, на своем стоит…

– Зато именно он вышел на след самого Майера.

– Это тот самый, который еще и Майер?

– Так точно, товарищ генерал. Майер пользуется и этим псевдонимом.

– Любопытно, как его зовут на самом деле?

– Макс пытался выяснить подлинную биографию Майера, но не успел.

– Жаль.

Бесшумно отворилась высокая дверь и в кабинет вошел адъютант генерала, подвижный, весь, как на шарнирах, лейтенант Шилов. За ним – смугловатый, немолодой, но подтянутый офицер.

Шилов молодцевато прищелкнул каблуками и шагнул в сторону, замер возле двери.

Смуглый офицер по-строевому четко, но без суеты (было заметно, что он от души презирал привычку страха перед высоким начальством) прижал обе руки к бокам и рапортовал.

– Товарищ генерал-полковник, майор Агапов по вашему приказанию прибыл.

Генерал озабоченно вздохнул и подтолкнул к краю стола папку с документами из шифровального отдела.

– Проходите, товарищ Агапов. Вот, ознакомьтесь.

Агапов шагнул к столу.

– Присаживайтесь, курите, Антон Иванович, – предложил генерал Елисеев.

– Не курю, товарищ генерал, – сказал Агапов и придвинул к себе документы.

– Два часа назад шифровка пришла… От Макса, – сказал полковник. И Агапов тут же вскинул голову, широко раскрыв глубокие темные глаза.

– Макс? Не может быть. Вы… наверное, шутите, товарищ полковник… Макс погиб в сорок третьем, в Тегеране. Я был на месте его гибели… и видел кровь на скалах… в предместье…

– Что ж… Выходит, Макс с того света отозвался… – иронично и горько усмехнулся полковник Смоляков.

– Этот ваш Макс… Точно не мог остаться в живых? – спросил генерал.

– Никак нет, товарищ генерал, – решительно сказал Смоляков, мгновенно позабыв о прежней иронии.

– Наш агент, который знал его лично, был раскрыт и погиб при невыясненных обстоятельствах. После этого контакты с нами Макс прекратил. Естественно, мы решили: провал, – обстоятельно уточнил майор Агапов.

– И вы не допускаете мысли, что Макс мог быть двойным агентом? – генерал строго посмотрел на полковника Смолякова.

Полковник промолчал. Агапов ответил.

– В Тегеране мы уничтожили одну из самых опытных команд диверсантов Абвера, благодаря информации Макса…

– Знаю! – раздраженно оборвал майора Елисеев и выхватил трубку из пепельницы. Но Агапов продолжал речь, не обращая никакого внимания на генерала, явно начинавшего терять контроль над собой.

– … И только благодаря информации Макса мы едва не захватили Майера, крупнейшего специалиста по покушениям гитлеровского рейха. Помешал случай…

Генерал Елисеев покачал головой, задумался.

– Случай… Хорошо, допустим Максу удалось выжить… – генерал ткнул черенком трубки в шифровку. – Но что могут значить все эти буквы и цифры? Что скажете, Антон Иванович?

– Пока ничего определенного, товарищ генерал. Но если Максу удалось выйти на связь – дело серьезное… Разрешите хорошенько подумать?

– Думай, майор, думай.

Агапов наклонился к папке.

Генерал постучал о пепельницу погасшей трубкой, стиснул мощную челюсть и покосился на полковника. Сказал веско, как о решенном.

– Полагаю, Абвер снова затеял игру. И смысл ее, конечная цель нам пока неясны.

Полковник выпрямился и побледнел.

Прошелестела в тишине бумага – Агапов перевернул страницу. Взглянул на полковника, озаряясь внезапной догадкой. Спросил генерала.

– Товарищ генерал… вы… в шахматы… играете?

– Что? – дернул квадратным подбородком генерал Елисеев. Смоляков укоризненно глянул на Агапова.

– В шахматы, товарищ генерал, – твердо уточнил Агапов. – Доска с фигурами в вашем кабинете найдется?

Елисеев кивнул замершему у дверей адъютанту на стенной шкаф в углу кабинета.

– Шилов, посмотри там… внизу…

Лейтенант Шилов немедленно вытащил из одного из ящиков шкафа шахматную доску, торжественно смахнул с нее пыль, шагнул на середину кабинета и превратился в изваяние. Генерал кивком приказал вручить доску Агапову, что адъютант и сделал.

Агапов горстями высыпал фигуры на стол, сверяясь с шифровкой, стал расставлять по черно-белым клеткам пешки, слонов, королей… Пояснял.

– Б, очевидно, белые. С – слон. Слон А3. Л – ладья. Ладья Д7. Ферзь…

Расставив нужные фигуры, Агапов взмахнул рукой.

– Пожалуйста, шахматный этюд…

– Или фрагмент незавершенной партии, – подхватил полковник.

Генерал Елисеев, полковник Смоляков и майор Агапов молча переглянулись.

– Макс предлагает партию в шахматы? Так, Агапов? – вздохнул генерал.

– Не исключено… Нужен специалист…

Елисеев окликнул адъютанта.

– Слышал, Шилов? Доставить шахматиста. Срочно.

– Слушаюсь, товарищ генерал.

Лейтенант Шилов прищелкнул каблуками, с удовольствием провернулся через плечо и стремительно исчез.

Шилов вернулся ровно через час – красный, как рак. Но не один.

Он суетливо протолкнул в генеральский кабинет пожилого еврея – в длинном пальто, из-под которого торчали ботинки без шнурков и грязные завязки от кальсон… Человека, видно, подняли прямо с постели, толком не дав даже надеть брюк. Еврей прижимал к груди собранный заранее баул.

Привычно вытянувшись перед Елисеевым, Шилов доложил, задыхаясь…

– Товарищ генерал… Вот… Гроссмейстер…

– Шилов, вы что… не объяснили товарищу, зачем его сюда везете? – удивился генерал.

– Не успел, товарищ генерал.

Генерал степенно поднялся из-за стола, гостеприимно махнул рукой шахматисту, указав на три полупустых чайных стакана, приютившихся на его необъятном столе возле шахматной доски.

– Вы проходите, товарищ гроссмейстер, не стесняйтесь… Пожалуйста. Чаю хотите?

Шахматист нервно дернул лохматой головой, будто от удара хлыстом. Поспешно кивнул, залопотал, спотыкаясь на каждом слоге.

– Благодарю за-а-а хлопоты……

– Шилов, чаю – гроссмейстеру. И с коньяком! – приказал Елисеев.

Шилов немедленно принял приказ к действию, удалился.

Генерал подошел к гроссмейстеру, все еще никак не решавшемуся сделать хотя бы шаг по сияющему паркету генеральского обиталища, взял его за рукав ветхого пальто и лично проводил к столу. Указал на доску с фигурами.

– Я так понимаю, что в шахматах вы специалист…

Шахматист всполошился, будто ему предъявили обвинение в каком-то сверхъестественном злодействе. Затряс нечесаными патлами.

– Господи, да какой я специалист… не Алехин, не Ботвинник. Они специалисты, а я… кто… мелочь…

– Не волнуйтесь вы так, гражданин… – попытался успокоить шахматиста Агапов. – Нам просто нужна ваша консультация…

Шахматист замер, внимательно, пару секунд смотрел в спокойные, темные, бездонно глубокие зрачки Агапова. И вдруг опустился на ловко подставленный ему полковником Смоляковым стул. Прижал к груди баул. Вздохнул с облегчением, будто с него сняли непосильно тяжелый заплечный мешок.

Агапов поинтересовался.

– Посмотрите, товарищ шахматист, позиция вам знакома? Я сам шахматист, неплохо знаю творчество Алехина и Капабланки… Люблю этюды, но…

Заслышав про этюды, гроссмейстер потер заскорузлый щетинный подбородок, и стал

поспешно рыться в своем бауле, выложил на генеральский стол пару теплого белья, носки собачьей шерсти, шахматные часы, бутылку с молоком. Наконец, он извлек из баула очки в роговой оправе, одна дужка которых была небрежно прикручена медной проволочкой. Нацепив очки на нос, шахматист присмотрелся к расположению фигур на черно-белых клетках.

Шилов принес стакан горячего чая в серебряном подстаканнике, придвинул к локтю шахматиста.

Шахматист жадно и шумно хлебал чай – зубы стучали о край стакана, но от созерцания партии не отрывался. Генерал, полковник и майор терпеливо ждали.

Наконец шахматист посмотрел на Агапова – его взор горел победным ликованием.

– Говорите, пожалуйста, – попросил Агапов.

– Редкая позиция. В этюдниках почти не встречается. Позиция Шмуйля Гиршкевича…

– Простите, кого?

– Точнее сказать, загадка Шмуйля, – гроссмейстер протянул стакан Шилову, – Спасибо большое. Волшебный чай.

Немытая щепоть гроссмейстера стремительно перенесла черного слона.

– Но в общем и целом… все просто – черные начинают с хода слоном на Е7, и дают белым мат в четыре хода. По-моему, это гениально! А?!

– И все? – спросил генерал

– Все! – торжествующе вскрикнул шахматист.

Генерал озадаченно посмотрел на Агапова.

– Ну, и какой в этом смысл? – спросил Агапова полковник Смоляков.

Агапов не ответил, но обратился к гроссмейстеру.

– А вот… что за человек был этот Шмуйль… как вы сказали? Фамилия?

– Гиршкевич.

– Спасибо. Что вы можете про него вспомнить, кроме его великолепного этюда…

– До войны Шмуйль жил в Вильно… Я играл с ним… по переписке… А сейчас, извините, не знаю… Говорят, погиб в местном гетто…

– Кто говорит? – насторожился полковник Смоляков.

– Люди, – равнодушно пожал плечами гроссмейстер.

Агапов взял с доски белого короля.

– Черные начинают и выигрывают… в четыре хода…

Повернулся к полковнику Смолякову.

– А что у нас нынче в Вильно?..

– Освободили. Ставка Демидова там и…

Агапов улыбнулся.

– Теперь ясно. Это предупреждение.

– О чем? – спросил генерал.

– О том, что на командарма Демидова готовится покушение.

Агапов положил белого короля на доску.

Полковник Смоляков развел руками.

– Ну, знаете, Агапов… это уже слишком… Такие серьезные выводы… на пустом месте.

Агапов лукаво прищурился.

– У вас есть лучшая версия, полковник?

– Это не мое дело… Простите… – заговорил гроссмейстер, без особого успеха запихивая обратно в баул все те вещи, которые он недавно так старательно выкладывал на генеральский стол. – Но… Знаете… Шахматы очень похожи на войну… Да-да… Пешки – солдаты… Короли – полководцы… Шахматы действительно могут рассказать многое…

– Язык символов? – подсказал Агапов.

– Именно! Вот эта позиция… Я бы назвал ее покушением на белого короля.

– Объясните толком, – приказал генерал Елисеев.

Шахматист, волнуясь, передвигал фигуры на доске.

– Позиция белых очень сильна… На первый взгляд, черные проиграли. Но вот ход черных… Потом еще… И еще… Король белых в ловушке… Смотрите! Остальные белые фигуры в целости… все на доске… Но, они не могут помочь своему королю… бессильны… Целая армия…

– Пешки – солдаты, короли – полководцы. Майерщина какая-то… Ерунда… ладно, пора отправлять товарища гроссмейстера домой, – скривился полковник Смоляков. Но у Агапова нашлась к гроссмейстеру еще парочка вопросов.

– Послушайте, а почему вы сказали «загадка» Шмуйля… Именно «загадка». Не этюд…

– Считается, что у задачи Шмуйля есть решение… – горько усмехнулся гроссмейстер. – Теоретически, сделав правильный ход… белые имеют шанс свести партию вничью… и даже добиться победы. Правда, многие шахматисты, в том числе и ваш покорный слуга, долго искали, но так его и не нашли…

Генерал оборвал гроссмейстера, сказал:

– Довольно, устроили тут шахматный клуб… Вы свободны, товарищ гроссмейстер… Спасибо, вы нам очень помогли… Шилов, проводи специалиста.

Шахматист поспешно подхватил баул, попытался что-то сказать напоследок – не успел. Его поспешно вывел из кабинета неумолимый Шилов. Лейтенант быстро вернулся, замер у дверей, ожидая новых приказаний генерала.

Генерал Елисеев подошел к огромной, во всю стену, карте театра военных действий, закрытую черной шторой.

– Войска армии генерала Демидова рвутся к границам Пруссии, – Елисеев отодвинул штору, – Немцы остановить его продвижения не могут.

Елисеев посмотрел на Агапова и добавил с особенным нажимом.

– Удачное покушение на Демидова может дать врагу шанс на перегруппировку сил.

Агапов встал, вытянулся, одернув гимнастерку – он понял, что вот-вот получит новое задание. И угадал. Генерал решительно приказал тоном, не допускающим какого-либо обсуждения.

– Собирайся, Агапов, поедешь в штаб фронта к Демидову. Разберешься на месте в этом деле…

Генерал Елисеев внимательно посмотрел на Агапова, оценивал. Помедлил. И наконец кивнул на стоявшего у дверей Шилова.

– Вот… Лейтенанта Шилова в помощь даю… Парень способный… Исполнительный…

Шилов, польщенный высокой оценкой генерала, мастерски щелкнул каблуками.

– К заданию приступить немедленно, – сказал генерал и протянул руку майору Агапову. Тот с чувством пожал ее.

– Успеха, товарищи. Надеюсь, вам удастся разгадать загадку этого… Шмуйля…

Полковник Смоляков поднял трубку телефона, выслушал кого-то на другом конце провода и сообщил Агапову.

– Ваш вылет через час. Самолет подготовлен.

Агапов и Шилов покинули генеральский кабинет.

Генерал задумался. Он долго всматривался в карту, на которой у голубого пятна Балтики сплетались в узел пучки красных, синих стрел, линий…

Глава пятая
Вильно. 1944 год, август

Город лежал перед ним в низине – такой далекий и такой близкий. С гребня холма, на который он вышел перед рассветом, хорошо были видны островерхие башни костела, шпиль ратуши, паутина кривых средневековых улочек возле рыночной площади, строгие прямоугольники кварталов предместья. В прозрачной дымке раннего, по-осеннему ядреного, утра открывшаяся перед ним панорама казалась фрагментом старинной гравюры, которую он рассматривал перед тем, как выехать на аэродром. В библиотеке особняка на Гассенштрассе, листая толстый фолиант Вайсенфельдского манускрипта, он решил, что все будет вот именно так, когда он вернется в этот город: обязательно выйдет к гряде холмов возле Южного предместья, придет туда перед рассветом, чтобы спокойно постоять у столетнего ясеня. И тогда он увидит, как вспыхнет над далекими шпилями розовая полоска зари, а потом – взойдет солнце. Он мечтал об этом рассвете все эти мучительно долгие годы. И наконец увидел его. Он жадно дышал пряным ароматом омытого росой осеннего леса, и был не в силах надышаться всласть.

Смахнув с гранитного валуна желтые листья, он присел на камень, снял и расправил на коленях шинель. Критически осмотрел – шинель показалась слишком новой. Он вывернул из-под камня ком влажного перегноя и протер им полы, рукава шинели. Прислушался.

Вдалеке ревел автомобильный мотор. По шоссе к городу шла машина.

«Движок никудышный», – подумал он.

Быстро надев шинель, он стянул ее в поясе брезентовым солдатским ремнем, и направился к шоссе, ловко выбирая путь между кривыми осинами, двигаясь бесшумно, плавно, свободным гимнастическим шагом спортсмена-многоборца.


– Все, приехали! Стоп-машина, вашу мать! – сказал, как отрезал, Звягинцев. Он остервенело хлопнул крышкой капота. И выругался от души, не стесняясь.

Инин вздрогнул, посмотрел на своего водителя. Двадцатипятилетний москвич Коля Звягинцев, штатный водитель редакции главпуровской газеты «Красная звезда», стоял перед ним, растопырив руки, измазанные солидолом. Промасленный ватник, сбитая набок пилотка, алюминиевая ложка за голенищем сапога. «Хорош! Чистое пугало. С таким бойцом никакие фашистские диверсанты не страшны», – подумал Инин и улыбнулся.

– Смешно? Да? – обиженно протянул Звягинцев, – А ведь я еще в Орше говорил… Карбюратор заменить надо. Говорил?

– Ну, говорил, – смущенно подтвердил Инин.

– А вы что? Поехали, поехали, скорее… Что? На войну не успели бы? Да? Никакого понятия… Это ж карбюратор! А не какие-то там подшипники, товарищ Инин!

– Ну, виноват, не горячитесь, Коля. Обойдется!

– Да что обойдется? Я ж на этой машине из-под Могилева в сорок первом… а вы… Как мне теперь… без карбюратора? Никакого понятия! А еще военкор…

Звягинцев швырнул пилотку на капот и вплотную подскочил к Инину, гневно заглядывая ему в лицо. Инин не выдержал и снял круглые, в простой оправе, но с очень толстыми стеклами, очки.

– Интеллигенция, – прошипел с ненавистью Звягинцев.

– Извините, пожалуйста, Коля. Очевидно, я был неправ тогда… в Орше… – только и смог выдавить Инин.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное