Запутались мизинцы в этом фиолетовом клубке.

Ну как мою футболку… Где-то год назад, когда Сара оставалась погостить у меня на выходные, мы ходили с ней на шоппинг и купили эту чёрную футболку, размеров на десять больше моего! Да, футболка хранится у меня дома, но носит её исключительно Сара. Так что, можно сказать, что это её вещь, просто я её храню, стираю и глажу. Всего-то. Когда она наконец победила в схватке с футболкой, я подошла, сев рядом на диван.

– Знаешь, – сказала я, протягивая подруге чашку, – я так рада, что у меня есть ты.

Сара улыбнулась своей особенной улыбкой – той, что согревала сердце лучше любого чая. По-хозяйски похлопала меня по коленке и встала с дивана.

– Принесу наши вкусняшки! – ответила Сара и ушла на кухню.

Я кивнула, чувствуя, как тревога постепенно отступает. Может, Сара права? Может, стоит просто наслаждаться моментом и не пытаться разгадать все загадки сразу? Пойду тоже переоденусь, пока Сара занята закуской и выбором фильма для просмотра. Поднявшись в свою комнату, я сняла школьную рубашку и юбку, носки, сложила их на стул и принялась искать свою пижаму. В этот момент я снова ощущаю тяжесть тишины, как будто на плечи положили гири по 50 кг. Хотя, наверное, я умерла бы на месте от такого веса, ладно, тогда хотя бы по 20? Нет, всё-таки 50…

Голос Сары снизу, как будто копьём попадая в тучу надо мной, разрушил её.

– Юдзу! Ты где? В прятки играем что ли? А ну иди сюда! – выкрикивает Сара. – Я разложила закуску на столике и уже выбрала фильм!

Ох, сразу пижамка нашлась! Моя любимая розовая пижамка для сна.

– Тут я, просто переоделась, – как будто виновато произношу я, возвращаясь в гостиную.

Сара уже выключила свет в комнате и теперь её мягко заливают блики от яркого экрана. Я сажусь с ней рядом, откинувшись на спинку дивана.

– Юдзу, ну пожалуйста! – Сара умоляюще посмотрела на меня, её глаза светились предвкушением. – Сегодня ты сделаешь своё фирменное «мяу»?

Я вздохнула, отводя взгляд.

– Это было так давно…, и я уже не могу так убедительно изображать кошечку.

– Но ты была просто великолепна! – Сара подпрыгнула от восторга. – Только ты и я знаем об этом, никто больше не узнает. Ну плиз!

– Нет, Сара, это слишком глупо, – я попыталась отвернуться, но она не сдавалась.

– Ну хоть капельку! – она ткнула меня пальцем в плечо. – Я так давно не слышала твоё мяуканье.

Я не могла сопротивляться её настойчивости поэтому скорее сменила тему.

– Что будем смотреть? – заинтересовано спрашиваю, протягивая руку к кружке с горячим чаем.

– А разве это важно? – игриво произнесла Сара. – Я нашла у тебя в коллекции какое-то аниме про эльфов, магов и драконов!

– Пойдёт! – отвечаю, уже закидывая в рот горсточку попкорна.

Мы начали активно поедать купленную закуску. Слышу вибрацию телефона, похожую на сигнал звонка, но это не у меня. Я взглянула на Сару, она дважды отклонила звонок, нервно фыркнув себе под нос. Я наклоняюсь слегка, чтобы подсмотреть, кто это звонил. Написано «отец» … Сара набирает текст сообщения, быстро водя пальцами по дисплею смартфона, но получатель сообщения – контакт «мама». Спросить? Или не стоит?..

– Сайка… Всё нормально?

– Вполне, я просто написала маме, что останусь у тебя, – спокойным тоном сказала она. – Чтобы меня сегодня не ждали.

– Понятненько… Ммм, попробуй этот вкус попкорна? Солёная карамель! Кайф! – перевожу тему, указывая на одну из трёх пачек закуски, стоящих перед нами на столике.

– Ну-ка… за-ки-ды-вай! – мило говорит Сара по слогам, поворачиваясь ко мне и широко раскрывая рот.

Бросок. Точное попадание.

Мы обе смеёмся, и напряжение полностью исчезает. Я устраиваюсь поудобнее, подтягивая к себе плед, а Сара берёт тарелку с закусками. Она подмигивает и нажимает «плей». В первые минуты мы обе погружаемся в атмосферу сериала – мягкий свет экрана рисует причудливые тени на стенах, а за окном постепенно сгущаются сумерки. Делаю глоток чая, ощущая, как тепло разливается по телу.

Постепенно усталость взяла своё, веки стали тяжелеть, и мысли становились ленивее. Я обнаружила, что успокоилась окончательно, позволив своему сознанию отдохнуть от тревожащих мыслей. Картинки на экране сменяли одна другую, но я почти не воспринимала происходящее, клюя носом воздух.

Сара, как мне кажется, внимательно следила за сюжетом, иногда издавая негромкий смешок или вздох восхищения. Через некоторое время она осторожно убрала подушку, лежащую у неё на животе, освобождая удобное местечко рядом с собой. Я благодарно воспользовалась приглашением, прижавшись ближе.

Положив голову на грудь Сары, прислушиваюсь к ритму её сердца. Рука Сары бережно гладит меня по волосам, создавая ощущение покоя и тепла. Сара молчала, наслаждаясь моментом тишины. Я молчала, наслаждаясь стуком её сердца.

Глава 4. Трещины.

Мягкий свет солнца проникает сквозь жалюзи. Моя комната как будто окрашивается в золотистый цвет, согревая дакимакуру в виде длинного кота, лежащую на моей кровати. Ох и одиноко наверно ему было, пока я гостила этой ночью у Юдзу.

Потягиваюсь лениво, сонная улыбка играет на губах, вспоминая тёплый вечер – просмотр аниме, любимые вкусы попкорна, общий смех и комфорт, который невозможно испытать дома.

Я вернулась к себе домой, чтобы переодеться и собрать учебники на сегодняшние уроки. Юдзу встретит меня уже в школе. Угу, это мой коварный план, я попросила её пойти одной, чтобы она могла пересечься у ворот школы с Миурой, вдруг у них получится еще поболтать. Да и я не хотела бы, чтобы она меня ждала возле дома… И тем более я не хотела бы чтобы она заходила ко мне домой, ведь тут…

Ладно. Переодевшись открываю свой шкафчик и собираю рюкзак. Учебники, ручки, пенал. Проверяю смартфон, прежде чем положить его в карман свитера. Шесть непрочитанных сообщений, три пропущенных звонка. Имя отца на экране. М-да.

– Опять психовал, что не взяла трубку, – мрачно думаю, пряча телефон обратно.

Чуть поправляю прическу, одёргиваю кофту и спускаюсь вниз, собираясь выйти из дома.

Внизу возникает напряжённая тишина. Отец сидит на кухне, докуривая сигарету, боковым зрением отслеживая моё появление.

– Куда собралась? – сухо спрашивает он, отложив окурок в пепельницу.

От неожиданности сердце пропускает удар. Я пожимаю плечами, сохраняя невозмутимый вид:

– В школу. Совершенно очевидно, нет?

Отец подходит ближе, его шаги тяжёлые и раздражённые. Холодные серые глаза оценивающе скользят по моей внешности.

– Почему не отвечала на звонки? – шипит он, хватая меня за плечо. – Сколько раз повторять, что нужно брать трубку?

Сжимаю зубы. Сейчас нельзя показывать слабость. Чувствую запах табака и спирта.

– Потому что отдыхала у подруги, – коротко объясняю, отбрасывая его руку.

Мой мягкий голос прерывается внезапным звуком удара. Резкая вспышка боли обжигает левую щёку, заставляя пошатнуться и потерять равновесие. Колени предательски сгибаются, и я опускаюсь на пол, судорожно втягивая воздух.

Мир превращается в пелену слез, дыхание перехватывает от обиды и унижения. Слезы каплями стекают по подбородку, оставляя мокрые следы на ковре.

– Не смей игнорировать мои звонки! – продолжает отец, повысив голос.

– Ладонью… Спасибо, что не кулаком, как мою мать, – произношу холодно, собирая остатки гордости.

Я выпрямляюсь на коленях, испепеляя отца взглядом. Сплёвываю слюну ему на ботинки, демонстрируя презрение.

Тяжелая мужская нога резко взмахивает, нацеливаясь в область живота. Вместо удара ощущаю резкий хруст пластика – нога попадает в телефон, который лежит в кармане свитера.

– Прочь отсюда, бестолочь! – орёт отец, поправляя рукав рубашки. Мерзкий.

Встаю, закидывая рюкзак на плечо.

– С радостью! – парирую, выходя наружу и хлопнув дверью.

Стоя на улице, успокаиваю дыхание, буквально минуту и начинаю свой путь в сторону школы. На ходу смотрюсь в маленькое зеркальце и тональным кремом прикрываю красноту на своей щеке. На душе неприятно, но не страшно. Главное – никто не видел сцены ссоры. Глубокий вдох, выдох… Ничего страшного не произошло, обычная хрень.

Впереди ждёт школа, друзья, учёба. Наверное, лучше позвонить Юдзу и сказать ей… Ах да. Позвонить. Как же. Достаю смартфон из кармана, дисплей покрыт сетью трещин, а сам корпус не хило так изогнут. Он. Больше. Не. Жилец.

***

Незадолго до конца очередного урока наш преподаватель, Такуми-сэнсэй, был вынужден отойти по каким-то делам и оставил нас посидеть спокойно оставшиеся несколько минут до звонка.

В кабинете сразу стало оживлённее. Одноклассники негромко переговаривались; кто-то вставал и подходил к другим партам, кто-то дописывал задания, а кто-то просто смотрел в окно, дожидаясь заветного звона.

Я легонько ткнула пальцем в щёку Юдзу и весело рассмеялась:

– Ла-а-адно, Ю~, вот честное слово: когда прозвенит звонок на перемену, ты непременно сорвёшься и побежишь вверх по лестнице к кабинету двенадцатого класса, верно?

Каждую перемену так делаешь, а потом преследуешь Горо-сэмпая своими криками «сэмпай!». Ха-ха-ха!

Юдзу инстинктивно отклонилась, но тут же заливисто рассмеялась, осознав, что я попала в точку.

– Э-э-э… Ну, вообще-то я просто обращаюсь за помощью, – слабо попыталась оправдаться она. – Горо такой добрый, всегда приходит на выручку… по учёбе.

Я лишь улыбнулась. Конечно, она пока не готова признаться открыто. Но я-то вижу: её ноги сами несут её к тому классу, едва прозвенит звонок. Наверняка в голове у неё уже встроен навигатор, который то и дело повторяет: «Маршрут построен».

– Ладно-ладно, Юдзу, – согласилась я, делая вид, что принимаю её отговорку всерьёз. – Но ведь это же так мило!

В глазах Юдзу вспыхнул приятный блеск – сердце подруги явно дрогнуло от волнения. Мысль о следующей встрече с Горо-сэмпаем вызывала у неё целую гамму эмоций.

– Сайка… А ты чего так сильно опоздала сегодня? – спросила она, рисуя каракули в тетради.

– Та… Я зашла домой за вещами и случайно заснула прямо на столе, пока собирала рюкзак… Поэтому и щека покраснела – пришлось макияжем корректировать. П-ха! – соврала я, не в силах сказать правду.

– Ясно… – протянула Юдзу, не поднимая взгляда. – Надо бы на такие случаи оставить побольше твоей одежды и школьных принадлежностей у меня дома. Чтобы тебе не приходилось заходить за ними к себе после ночёвки у меня.

Да уж. Было бы славно.

– Что? Нэкогава, Сато у тебя ночевала? Ого-го! – вклинился в наш разговор вечно сующий нос в чужие дела Катаяма, проходивший мимо наших парт.

– Брысь! Подслушивать нехорошо! – шутливо махнула я рукой, словно прогоняя его.

Юдзу забавно улыбнулась и наконец оторвала взгляд от узоров на полях.

– Хэх. Сегодня после школы зайдём к Горо за тетрадями? – спросила она, слегка наклонившись ко мне.

– Я пас. Тебе лучше сходить с ним без меня, – ответила я, подмигивая. – А после можем встретиться возле твоего дома. Может, порисуешь меня немного?

– Но…

Юдзу хотела, что-то ответить, как в этот момент прозвенел сигнал окончания урока. Класс мгновенно наполнился суетой: одноклассники замельтешили, собирая вещи. Юдзу тоже засуетилась – начала нервно упаковывать учебники в сумку и поправлять рубашку.

– Ладно, беги. Я пока схожу к автомату, возьму нам йогурты, – сказала я, наблюдая, как она торопливо застёгивает рюкзак.

Юдзу выбежала из кабинета. Выдыхаю. Потягиваюсь лениво, улыбка играет на губах. Вспоминаю тёплый вчерашний вечер стараясь не думать о сегодняшнем утре.

Я неторопливо направилась к автомату с напитками в конце коридора. После утренней суеты хотелось хоть на пару минут выдохнуть. Автомат приветливо мигнул индикаторами – будто знал, что мне сейчас жизненно необходим прохладный йогурт.

Вставила монету, выбрала два фруктовых – клубничный для себя и персиковый для Юдзу. Пока аппарат гудел, выдавая покупку, я рассеянно разглядывала своё отражение в металлическом корпусе. Щека всё ещё слегка горела после «случайного» сна на столе.

– Ну что, Сато, – раздался за спиной знакомый назойливый голос, – рассказывай, как там ночёвки проходят? Чем вы с Нэкогавой по ночам занимаетесь?

Я даже не обернулась. Катаяма, как всегда, выбрал самый неподходящий момент, чтобы сунуть нос в чужие дела.

– Катаяма, – медленно поворачиваюсь, сжимая в руке два прохладных стаканчика, – тебе не кажется, что это не твоё дело?

Он ухмыльнулся, поигрывая лямкой рюкзака. Его нелепая каштановая стрижка под горшок чуть сдвинулась набок.

– Да ладно тебе, просто интересуюсь! Вдруг вы там тайный клуб организовали или…

Не дослушав, я шагнула вперёд – так, что он оказался между мной и автоматом, прижавшись к нему спиной. Движения вышли резкими, почти инстинктивными. Одной рукой схватила его за воротник рубашки, второй по-прежнему сжимала йогурты, а своим телом надавила на него. В любой другой ситуации это, наверное, выглядело бы даже как-то эротично, но… плевать.

– Слушай, – голос прозвучал тише. – У меня сегодня и так день не задался… Ты точно не хочешь попасть под горячую руку.

Катаяма замер, глаза расширились. На мгновение в его взгляде мелькнуло что‑то вроде испуга, но тут же сменилось привычной бравадой.

– Э‑э, да я просто пошутил… – он неловко пытается отстраниться, но я не отпускаю. – Реально, Сато, без обид!

Я медленно разжимаю пальцы, отступая на шаг. Внутри всё ещё клокотало раздражение, но я заставляю себя выдохнуть.

– Лучше бы ты просто прошёл мимо, Катаяма. Юдзу – моя подруга, и то, что мы делаем вне школы, никого не касается.

Он поправил рубашку, стараясь сохранить лицо.

– Ладно‑ладно, понял. Извини, перегнул. – Он даже выдавил улыбку. – Просто… ну, знаешь, все болтают, а я…

– А ты не слушай всех, – обрываю я, разворачиваясь. – И не суй нос куда не просят.

Катаяма что‑то бормочет в ответ, но я уже не слушаю. Держа в руках два йогурта, направляюсь обратно к классу. Ладони слегка дрожат, но не от страха – от злости. Почему некоторые люди считают, что имеют право лезть в чужую жизнь?

Где‑то позади раздался его удаляющийся голос:

– Эй, Сато! Если что, я не со зла…

Я не реагирую. Сейчас главное – найти Юдзу и снова сделать вид, что ничего не случилось. Она и так слишком волнуется из‑за Горо, чтобы ещё и мои проблемы на себя брать.

Уже почти дошла до класса, когда позади раздался знакомый гул автомата. Обернувшись, вижу Катаяму – он сосредоточенно тыкал кнопки, выбирая что‑то из ассортимента.

Не жду, иду дальше, но через пару шагов он окликнул:

– Сато! Подожди!

Я останавливаюсь, не оборачиваясь. Шаги приблизились, и вот он уже рядом, протягивает два стаканчика – точно таких же, как мои йогурты. Но другие вкусы.

– Это… в качестве извинений. За счёт заведения, так сказать. – Он неловко улыбнулся, на этот раз без привычной бравады. – Правда, прости. Я перегнул. Не хотел тебя злить.

Я молча смотрю на него. Оранжевые глаза смотрели прямо, без тени насмешки. Что‑то в его взгляде – то ли искренность, то ли эта наивная прямота – заставило меня чуть ослабить оборону.

– Ладно. Принимаю. – Взяла один стаканчик, второй подтолкнула обратно. – Но второй оставь себе.

– Да бери, я оба купил… – Он чуть покраснел, но настаивать не стал. – Может, присядем? Поговорим?

Я кивнула, и мы отошли к подоконнику в тихом углу коридора. Он опустился на лавку, а я взгромоздилась на подоконник, по‑пацански закинув одну ногу и прижав её к груди. Солнце пробивалось сквозь стекло, рисуя на полу тёплые полосы.

– Так что там с поездкой в Киото? – спросила я, делая глоток. Йогург оказался неожиданно вкусным. Кусочки манго.

Катаяма оживился.

– А, ты про ту, что на следующей неделе? Я в оргкомитете, помогаю с расписанием. Там будет куча всего: храм Киёмидзу‑дэра, район Гион, ещё мастер‑класс по изготовлению вагаси…

Он рассказывал с таким энтузиазмом, что я невольно улыбнулась. Оказывается, он всерьёз увлекается историей и культурой – знал десятки фактов о каждом месте, которое мы планировали посетить. Даже про малоизвестные чайные домики в узких улочках имел что рассказать.

– Ты будто гид, – замечаю я, чуть наклонив голову. – Откуда столько знаний?

– Да просто люблю это всё, – он жмёт плечами, глядя куда‑то вдаль. – Когда был мелким, бабушка часто водила меня по храмам. Говорила, что каждый камень там – это история. А я запоминал.

В его голосе звучит непривычная мягкость. Я поймала себя на том, что уже не злюсь, а скорее… заинтересовалась. За всей этой назойливостью и дурашливостью скрывается человек, который умеет по‑настоящему увлекаться.

– Слушай, – сказала я, допивая, – а ты мог бы провести для нас мини‑экскурсию? Ну, не для всего класса, а для тех, кто реально хочет послушать.

Он замер, потом расплылся в широкой улыбке:

– Серьёзно? Конечно! Я бы с радостью.

Мы ещё немного поговорили – уже легче, без напряжения. Он расспрашивал про мои увлечения, я рассказывала про Юдзу и рисование (вскользь упомянув, что иногда позирую подруге). Время летело незаметно, и когда из-за угла с лестницы выглянула Юдзу, я даже удивилась – казалось, мы только начали беседу.

– Сайка, ты где застряла? – она махнула рукой. – У нас же… – Она замолчала, заметив Катаяму. – О, привет.

– Привет, – кивнул он, поднимаясь. – Я, наверное, пойду. Ещё раз извини, Сато. И… спасибо за разговор.

– Без проблем, – я подмигиваю. – До встречи в Киото, гид.

Он рассмеялся и направился в класс, а я спрыгиваю с подоконника и подхожу к Юдзу.

– Что это было? – Юдзу нахмурила брови. – Вы… подружились?

– Не то чтобы, – я пожала плечами, с лёгкой улыбкой на губах. – Но, кажется, он не такой уж и невыносимый.

– Кто бы мог подумать…

– Кстати, держи, – протягиваю ей два йогурта в руки. – Оба тебе. Один от меня, а второй за счет заведения, хэ-хэ-хэ.

***

18:30

Прохладный вечер окутал улицу мягким сумраком. Я заглянула домой, пока родителей не было, и схватила наручные часы – без них совсем никак. Телефон сломан, а время узнавать, как‑то надо. Мысль о том, чтобы определять его по солнцу, мелькнула и тут же растаяла: слишком сложно, да и солнце уже клонится к закату.

В сумке аккуратно сложены чистая рубашка и юбка – захватила, как Юдзу и предлагала, чтобы оставить у неё «на всякий случай». Ноги сами несут меня к её дому. Если она заберёт тетради у Горо и сразу отправится домой, то должна появиться совсем скоро.

Подхожу к двери, нажимаю на звонок – тишина. Ладно, подожду. Может, через десять минут она уже будет здесь. Вечер не такой холодный, как могло бы быть. Облокачиваюсь плечом на дверь, снова смотрю на часы.

19:30

Сижу на ступеньках перед дверью, подложив под себя сумку. За этот час небо окончательно почернело. Прячу ладони в рукава свитера, прижимаю их к щекам – холод потихоньку пробирается под одежду.

Мы же договорились… Или я что‑то перепутала? В голове всплывает картина: мы сидим в её спальне, она рисует меня, как обычно, я рассказываю, что‑то смешное, а она смеётся.

А я говорила ей, что мой смартфон сломан? Я не помню… Блин. А что если она сейчас пыталась мне звонить, чтобы предупредить об опоздании? Или писала сообщения, рассказывая, как им там весело…

19:45

Фонари зажглись давно – их тусклый свет дрожит на асфальте. Время тянется, словно тягучая смола. Каждая минута ложится на плечи тяжёлым камнем.

Я не могу уйти. Вернуться домой сейчас – всё равно что сдаться. Там – крики, ссоры, ругань и сломанный телефон на столе. Здесь, у этой двери, есть хотя бы надежда.

Вспоминаю, как мы смеялись над её вечной непунктуальностью.

– Я просто живу в своём темпе, – говорила она, небрежно поправляя прядь волос.

– Ты просто хроническая опоздашка, – ворчала я в ответ, но всегда дожидалась.

Ожидание – это ведь часть дружбы? Часть того, что нас связывает.

Минуты идут, а я застыла здесь, между «всё в порядке» и «что‑то пошло не так».

Пальцы уже не греются в рукавах – они просто немеют от холода. Обнимаю себя за плечи, пытаясь сохранить хоть каплю тепла.

20:00

В голове крутятся вопросы: «Где она? Что случилось?» Отгоняю их. Нельзя поддаваться панике. Юдзу просто задерживается. У Горо. В гостях. Такое бывает. Наверное сначала они долго искали тетради, а потом он предложил ей выпить чай, может чем-то угостил…

20:15

Фонари мерцают, будто собираются погаснуть. Улица опустела – даже случайные прохожие почти исчезли. Я остаюсь одна в этом маленьком островке света. Время больше не тянется – оно давит, сжимает грудь.

И вот тут приходит чувство безысходности. Окутывает, как густой туман, лишает сил, заставляет опустить руки. Сижу. Нет ни рисования в её спальне, ни смеха, ни тёплых разговоров до рассвета.

20:30

Холод пробирает до костей. Закутываюсь в свитер, как в кокон, но это не помогает. Время больше не имеет значения. Где‑то вдалеке слышен лай собаки. Он эхом разносится по улице, будто напоминает: мир не остановился.

Закрываю глаза. В темноте перед ними – образ Юдзу: её улыбка, её голос:

– Прости, я опять опоздала!

Улыбаюсь в ответ, хотя знаю – это всего лишь фантазия. Но… в этот момент холод, тревога, ожидание – всё растворилось бы в одном объятии.

Как же тупо… В целом, классно посидели. Прям допоздна!

– Надо идти, – говорю себе. Но мысль эта не греет. Она только напоминает, что всё пошло не так.

Поднимаюсь, и ноги едва держат. Сумка кажется неподъемной. Оставлю её тут. Каждый шаг отдаётся болью в онемевших мышцах. Я оборачиваюсь на дверь. Дверь молчит. Улица молчит. Только ветер шепчет что‑то в ветвях, и этот шёпот звучит как насмешка.

Глава 5. Сыграем?

Солнце клонилось к закату, окрашивая школьный двор в теплые янтарные тона. Я стояла, нервно сжимая в руках потрепанный учебник. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его стук разносится по всей улице.

– Только бы не опоздал… Только бы не передумал… – мысленно повторяла я, вглядываясь в выход из школы.

И вот они – группа старшеклассников, оживленно переговаривающихся после уроков. Среди них – Горо. Его темные волосы слегка взъерошены, школьная форма идеально выглажена, а в руке – стопка аккуратно перевязанных книг.

Я сделала глубокий вдох, выдохнула и вышла из-за дерева.

– Семпай! – мой голос прозвучал звонче, чем я рассчитывала, но в нем было столько искренней радости, что я не стала жалеть о громкости. – Я тут!

Горо обернулся. На его лице промелькнуло удивление, быстро сменившееся теплой улыбкой.

– Привет, Нэкогава, – он кивнул мне и обернулся к друзьям. – Подождёшь минутку?

Я кивнула, стараясь унять дрожь в пальцах. Играя с краем учебника, я наблюдала, как он что-то объясняет одноклассникам, время от времени кивая в мою сторону. Его жесты были четкими, движения – размеренными. Даже в простой беседе он оставался тем самым Горо – собранным, внимательным, безупречным.

Наконец он попрощался с друзьями и направился ко мне. Каждый его шаг эхом отдавался в моей груди.

– Ну ладно, идём поищем тетради, – сказал он, слегка приподняв брови. – Тут недалеко.

Дорога до его дома заняла всего несколько минут, но для меня они растянулись в вечность. Я то и дело поглядывала на Горо, замечая мелкие детали: как он поправляет лямку рюкзака, как задумчиво смотрит вдаль, как его губы чуть дрогнут в улыбке, когда он ловит мой взгляд.

– Сегодня без подруги?

– Сара… У нее не получилось, поэтому я одна. Это не проблема?

– Нет, всё нормально. Признаюсь, Сато меня даже пугает немного! – весело сказал он.

– Пугает? Аха-ха!

– Ну знаешь, она такая… – он подбирает слова. – Как будто может съесть тебя взглядом, а словом нанести урон в размере 80% от здоровья!

– О, да! Это точно про нее! – отвечаю, улыбаясь.

– Нэкогава, я, к сожалению, не успел вчера найти нужные конспекты… – слегка виновато говорит Горо. – Не хочу заставлять тебя ждать на улице, поэтому предлагаю тебе зайти ко мне, поищем вместе, ладно?

– Я… О… Ну да, давай… – как-то слишком робко ответила я.

Вот мы и пришли. Уютная квартира в небольшом многоэтажном доме. Он пригласил меня внутрь.

– Я живу один. Проходи, поищи, пожалуйста, тетради в этой коробке… – мимолетно произнес он, начиная ковыряться в своей сумке.

Его комната оказалась именно такой, какой я ее представляла: аккуратной, почти стерильной в своей упорядоченности. Пол без единой пылинки, книги на полке выстроены в безупречный ряд, стол – ни следа беспорядка. Я медленно прошлась по комнате, касаясь кончиками пальцев корешков книг. Каждая деталь кричала о его характере: методичном, дисциплинированном, безупречном.

– Только… Семпай, мне бы очень не хотелось потеряться среди всех этих листов… – я обернулась к Горо, стараясь говорить уверенно, но голос предательски дрогнул. – Может быть… может быть, ты поможешь мне?