Запутались мизинцы в этом фиолетовом клубке.

Игорь Образцов

Запутались мизинцы в этом фиолетовом клубке.

Глава 1. Первое апреля.

За окном сияет оранжевый закат.

Я сижу на краю кровати в своей комнате, погрузившись в собственные мысли. Не мысли – поток ощущений.

День казался таким долгим. Теперь я учусь в старшей школе, там, куда мечтала попасть долгие годы. Сегодня, наконец, свершилось. Этот закат такой яркий. Но и ему, как и сегодняшнему дню, приходит конец. Скоро стемнеет. Тьфу, опять я грызу карандаш, старшекласснице такое уже не по статусу! Да и на вкус ластики уже не такие прикольные, как в начальной школе.

– Нэкогава Юдзу! Прием, вызывает Земля!

Звонко позвала меня Сато Сара. Её голос отразился от стен моей комнаты, заставив задрожать плакат над столом, прокатился эхом вниз на первый этаж, пробежал по гостиной вдоль экрана телевизора, прошелестел на кухне, взлетел по лестнице на второй, вернулся обратно ко мне и резко затормозил перед моим лицом, словно огромная фура со скрипом нажала на тормоза, возвращая меня в реальность.

Сара, или Сайка, как я её называю с детства – моя подруга. Я очень рада, что мы поступили с ней в один класс, так наша школьная жизнь будет приятнее и интереснее. Всё-таки девичья дружба – это невидимая нить поддержки и добра, связывающая две души.

– Да, прости, Сара. Засмотрелась на…

– На закат? Нет уж, смотри на меня! Ты меня рисуешь, а не солнце.

Голос Сары превысил допустимый уровень децибел, больше похожий на раздражённый визг тюленя. Но я улыбнулась, вспомнив, как часто мы занимались этим вместе. Сара была первой, кто заметил мою страсть к рисованию, она поддерживала меня и вдохновляла.

– Рисую, рисую. Можешь повернуть голову чуть-чуть в сторону окна? Ага, вот так…

Я целюсь в неё карандашом, словно собираюсь метнуть прямо ей в лоб.

Мой взгляд становится сосредоточенным, брови опускаются. На бумаге, под нажимом твёрдо-мягкого грифеля, постепенно появляются черты девушки. Глаза, хитрые, слегка острые, с лёгким прищуром. Наверное, она родилась с таким взглядом. Хотя наверняка я знать не могу, но звучит правдоподобно. Овал лица, полуанфас. Косая чёлка отбрасывает тень на румяные щёки. Несколько прядей скрывают пирсинг в ухе. Каре собрано в высокий, растрепанный хвост, завязанный резинкой. Строгая белоснежная рубашка с поднятым воротником и расстёгнутыми двумя верхними пуговицами. Это закат такой яркий… Только я собралась сделать набросок губ на бумаге, как её мягкая и лёгкая улыбка приобрела коварный вид, уголки губ, с одной стороны, натянулись почти до самого уха. Жутковато.

– М-ха-ха! Юдзу! Знаешь, что я нашла… – хитрит Сара. – Я проголодалась, потом дорисуешь!

Её рука тянется к пончику, торчащему из моей школьной сумки. В мгновение ока половина пончика исчезает. Он пал смертью храбрых. Я никогда его не забуду… И всё-таки девичья дружба жестока.

– Угощайся, Сара. Но я тебя дорисую сегодня. Хотя бы лицо. Посиди ещё немного, твоя попа не отвалится. – говорю я, пытаясь не обращать внимания на крошки шоколада под её носом.

– Океюшки… Могу сидеть хоть до утра. Дома делать нечего, – пробормотала она с набитым ртом. В её голосе – небрежность. Но я замечаю, как она быстро отводит взгляд. Опять.

Мне нравится, как у меня получается. На столе лежали мои старые наброски. Сколько раз я уже рисовала Сару! Её образ менялся с каждым годом, а вместе с ним совершенствовалось и моё мастерство. Надо будет попробовать нарисовать ещё кого-нибудь.

– Твоя мама всё ещё в командировке? – поинтересовалась Сара.

– Да, и вернётся ещё не скоро. А когда вернётся, то потом почти сразу же снова уедет… Я даже завидую тебе, что ты дома не одна.

– А я завидую тебе. Что ты одна дома…

– Нечему тут завидовать, – возразила я.

– А, забей… – бросила Сара и принялась добивать остатки пончика.

Всякий раз, когда разговор грозил затронуть домашнюю обстановку девушки, она умело меняла тему или же вовсе замыкалась в себе. Именно такая реакция произошла и теперь. Я не настаиваю, вновь сосредоточившись на передаче её красоты на своём полотне.

Я достала из пенала ярко-красный карандаш и подняла его так, чтобы видеть его на фоне заката. Отлично. Закат уже стал таким горячим и алым. Я, увлечённо прикусывая кончик языка, выглядывающего наружу, окрашиваю волосы на рисунке. Прямо сейчас, в этот самый миг, карандаш, закат и её волосы – одного цвета.

– Сара, ты не видела зелёный карандаш? – задумчиво интересуюсь, оглядывая стол. Затем поднимаю взгляд, а Сара уже пытается карандашом раскрасить себе ноготь на руке. Она в свою очередь медленно поднимает взгляд на меня…

– Э-э-эхехе! Этот? Ты всегда после красного берёшь зелёный, Юдзу. Может, попробуем изменить привычку?

Она размахивает карандашом в руке. Смеётся.

– Эй! А ну-ка дай сюда!

Я потянулась за карандашом, но Сара ловко увернулась. И ещё раз. И снова она увильнула.

Приходится схватить её за запястье и отнять карандаш силой. Я всегда после волос окрашиваю её выразительные глаза. Если бы они у неё были красными или розовыми – я бы сейчас точно пририсовала луч лазера из её глаз, а если бы они были голубыми – то луч ледяного лазера. А если бы они были карие, как у меня, то…

– День выдался такой насыщенный и эмоциональный, я вряд ли смогу сегодня уснуть. Наш новый учитель очень строгий. Но одноклассники вроде милые, правда? Хотелось бы познакомиться с ними получше! Можно завтра, например, собраться большой компанией после уроков. Ба-а-алин, я точно не усну… – Выпалила Сара.

– Если не получится уснуть, можешь написать мне, поболтаем, обычно тебе это помогает.

– Пожалуй, я так и сделаю. Ну что, как успехи? Покажи! – заинтересовано спросила Сара и подошла, став у меня за спиной.

– Это пока лишь набросок…

– Красота! – восторженно произнесла она, поглаживая меня по спине. – Даже лучше, чем я на самом деле.

Я покраснела от удовольствия, осознавая, насколько значимо мнение подруги. Для меня важно было услышать похвалу именно от неё, потому что Сара всегда понимала меня лучше всех остальных.

Я порисовала ещё пару минут и отложила бумагу на стол рядом с остальными рисунками.

Сара встаёт со стула, вытягивая руки вверх, затем в стороны, кажется, у неё хрустят суставы. Хотя я могу ошибаться.

– Ю~, отнеси меня домой!

Нет, у неё хрустнуло что-то в голове. Так и было.

Почему-то несмотря на её периодическую наглость, я просто сложила голову на ладони и добродушно пялилась на неё. А если точнее, то на неё, то на свой набросок, пытаясь убедиться, что портрет получается похожим. От этих раздумий меня отвлекла тихая вибрация смартфона у меня под ногой. Проморгавшись, я проверила дисплей – это мама звонит, наверное, она уже пришла с работы. Сара, заметив, что я собираюсь ответить на звонок, тихо покидает комнату на цыпочках. Это тактическое отступление?

– Мамочка! Привет!

– Привет, Юдзу. Я только вернулась с работы… Поздравляю с первым днём! Как всё прошло?

Немного усталым, но заинтересованным голосом спросила мама.

– Да? Отдохни и обязательно поужинай! У меня всё хорошо, мы сходили на общее собрание, познакомились с одноклассниками. Мне очень нравится. И, мам… скучаю, когда мы увидимся?

– Дочь, не скоро. Ты же понимаешь, после того как твоего отца не стало, весь бизнес остался на мне и… Я постараюсь приехать в следующем месяце, хорошо? Деньги переведу тебе завтра. Будь умницей! И пиши мне почаще. – Привычным спокойным тоном ответила она в завершение разговора.

– Пока, мам.

Гудки. Эх. Спустя несколько секунд промедления, убрав телефон от лица, я медленно опустилась на кровать. В памяти снова и снова прокручивались события сегодняшнего дня. Мне вдруг вспомнилось утреннее происшествие.

Я не рассказывала об этом Саре – она бы тут же полетела ругаться с обидчиком, и это испортило бы ей настроение на весь день. Маме тоже не стала говорить.

Это была перемена. Шумные коридоры школы наполнены голосами учеников. Я торопилась на урок, держа в руках сумку. Внезапно кто-то грубо толкнул меня в плечо.

– Эй, смотри куда прёшь, мелочь! – рявкнул старшеклассник, проходя мимо.

Сумка упала на пол. Я растерянно опустилась на колени, чтобы поднять её, и услышала голос:

– Эй, ты что себе позволяешь?

Миура – парень из выпускного класса, который говорил речь на собрании учеников. Он стоял перед тем самым старшеклассником, его взгляд был холодным и решительным.

– Чего? – задира попытался принять угрожающую позу.

– Извинись перед ней. Немедленно.

В коридоре воцарилась тишина. Все вокруг замерли, наблюдая за происходящим.

– Да ты… – начал задира, но Миура его прервал:

– Я не собираюсь повторять дважды.

После короткой паузы старшеклассник, бросив на меня презрительный взгляд, буркнул:

– Извини.

Когда я подняла глаза, Миура уже уходил, но на мгновение обернулся, словно проверяя, всё ли в порядке.

Сейчас я понимаю, что этот случай меня глубоко впечатлил. Он не просто популярный старшеклассник – он человек принципов, который не боится защищать тех, кто слабее. Я до сих пор слышу его спокойный голос, в котором не было ни капли страха.

Всё ещё витая в этих воспоминаниях я спустилась на первый этаж. Сара уже накинула свой пушистый бежевый свитер, обула обувь и ждёт меня в прихожей, протягивая мне мой пиджак с невинной улыбкой. Кажется, мне не оставили выбора.

Через несколько минут мы уже движемся по вечерней улице. Хотя какой вечерней? Уже практически ночной. Ага, она всё-таки уговорила меня проводить её. Мы идём, держась за руки, наверное, потому что мне так спокойнее, темно всё-таки. Навстречу нам проходила тётушка Каори, мамина знакомая, видимо спешит домой из магазина.

– Ох, девочки, вы всё еще ходите, держась за руки? Либо у вас скоро свадьба, либо вы еще не повзрослели? – пошутила она шепеляво, проходя мимо нас.

Сара смущенно отпустила мою руку, а я почувствовала какое-то странное покалывание внутри и машинально поправила плетеный браслет на запястье.

– Пха! Ну и шуточки у вас, тётушка! Не переживайте, вас мы пригласим в первую очередь! – язвительно ответила Сара.

Мы живём очень близко друг к другу. На одной улице. Дома одинаковые, и отделены несколькими такими же домиками и небольшой детской площадкой с горкой, качелями и песочницей.

Кажется, именно в этом песке я откопала Сару двенадцать лет назад. Мама рассказывала, что нашла меня в капусте. А я нашла Сару в песочнице. В обоих случаях ребёнок остался навсегда с тем, кто его нашёл. Забавно.

Огни фонарей движутся над нами, яркие настолько, что не видно звёздное ли сегодня небо. Проходя мимо площадки, я тихо посмеялась.

– Давай завтра после школы посидим тут, хорошо? – спросила Сара, наклоняя голову, чтобы посмотреть мне в глаза. Она что, читает мысли?

– Агась! – черт, я автоматически согласилась. О чём она вообще спрашивала?

– Эй, ты сегодня какая-то задумчивая. Перевариваешь много информации? – вопрос Сары застал меня врасплох. Да, что‑то изменилось. Раньше я болтала без умолку, а теперь слова будто застревают.

– Вообще, да. То есть… Я хотела тебя спросить. Помнишь того старшеклассника, который выступал перед учениками? Миура, кажется. Он же в третьем классе старшей школы?

– Наверное. Видела его с какой‑то блондинкой. Она точно в выпускном, – ответила Сара.

Мы уже подошли к её дому. Сара крутит в руках ключи и брелок в виде пушистого ушастого существа с торчащими зубками, которого я подарила ей год назад. Шаги замедляются, становятся мельче.

– Ясно.

– Понравился?

– Ага.

– Хочешь завтра устрою так, чтобы вы с ним пообедали вместе? Пу-ха-ха!

Сердце начало стучать в ключицу.

Грохот. Треск. Хлопок. Нет, это не в моей голове. Звук битой посуды. Кажется, эти звуки доносились со стороны дома Сары. На первом этаже, там, где кухня, в окнах горел свет, мельтешил силуэт. Как будто не придав этим звукам значения, Сара приобняла меня за плечо и поцеловала в щеку по традиции.

– Спасибо, что проводила, пупс. До завтра! – сказала она, выдавив из себя улыбку.

– Сайка…

– Всё хорошо, иди домой. И… напиши мне перед сном? – Челка Сары отбрасывала тень так, что её глаз не было видно. Она развернулась и направилась к себе домой.

Я ещё какое-то время постояла перед её домом, наблюдая, как она медленно вставляет ключ в дверной замок, ждёт несколько секунд, поворачивает ключ и уходит внутрь. Грохот. Треск. Хлопок.

Глава 2. Привет, семпай!

Голубое. Нет, серо-голубое. Или серебряно-серое? Ха, Юдзу всегда так чётко определяет какого цвета небо в тот или иной момент, вот что значит взгляд талантливого художника. Как по мне – оно серое. Но…

Как же лень вставать. Только утро, а я уже устала. Ничего. Она наверняка сейчас приводит в порядок свой куст на голове, превращая его в шелковистую вуаль и… Ух, ё! Да я поэт! И, наверняка она уже скоро будет стоять возле моего дома, нахмурив брови из-за того, что пришлось ждать, пока я соберусь. Всё, встаю.

Лениво спустила ноги на пол, нащупала тапочки и кое‑как заставила себя встать. Однако, подойдя к ростовому зеркалу на дверце шкафа я тут же улыбнулась.

– Доброе утро, детка~! – сказала я, глядя на свое отражение. И пусть помятая, пусть у меня тоже куст на голове. Зато какие си…

«I saw in you what life was missing

You lit a flame that consumed my hate»

Завыла песня на будильнике. Нихера себе, я оказывается проснулась раньше, чем должна была! Стоп, или я уже откладывала его, просто забыла об этом?

Я выглянула в окно, Юдзу возле дома не было, значит я проснулась вовремя. Хотя почему я первым делом проверила окно? Я же могла просто посмотреть на часы. Угу, 7:30. Выдохнув с облегчением я пошла собираться в школу.

Вот, казалось бы, родителей уже дома нет, они уехали на работу, а я всё равно не хочу тут находится.

Я быстро умылась, собрала часть волос в высокий хвост, натянула луз-сокс, белые мешковатые носки, юбку, рубашку, и вуаля, новоиспеченная старшеклассница готова. Быстро позавтракав пустым, как моя голова, онигири, я набросила на плечи бежевый свитер, взяла сумку и потащила свой зад на улицу.

– Сайка! Утречко! – воскликнула Юдзу, кареглазая милашка с фиолетовыми шелковистыми волосами до середины спины и серебряной заколкой, убирающей чёлку на один бок. А небо то всё-таки серебряное сегодня.

– Утречко, Ю~! – ответила я, и мы направились к школе.

– Ты в итоге вчера заснула после нашей переписки или…?

– Конечно. Я же тебе отправила селфи, типа я сплю.

– Это было совсем не обязательно. – Юдзу покачала головой, но в глазах мелькнула улыбка.

– Пу-ха-ха! Ещё как обязательно, ты же сама потребовала доказательства того, что я заснула!

– Только твое доказательство оказалось опровержением!

Юдзу делает вид, что не переживала за меня вчера, после того как слышала шум из моего дома. Я знаю, что она волнуется, и благодарна ей за то, что она не лезет с расспросами. Мы вместе так долго, что знаем друг друга как облупленных. Я вижу, о чём она думает, когда начинает грызть карандаш или прикусывать высунутый кончик языка. А она знает, что я сама расскажу ей всё, до мельчайшей подробности, но только тогда, когда сама буду готова, в ином случае из меня не вытянуть ни слова.

Частные домики разбавляются трёх-четырехэтажными многоквартирными домами, мелькают палатки, открывающиеся магазинчики и ларьки. Чем ближе мы подходим к школе, тем больше становится школьников среди потока людей. Чем ближе мы подходим к школе, тем меньше я думаю о том, что происходит за её пределами. И вот, возле ворот школы я заметила его – Горо Миуру, парня из третьего класса старшей школы, которого уже успела приметить Юдзу накануне. Он стоял в кругу друзей, высокий, спокойный и уверенный в себе, совсем не похожий на парней нашего возраста.

– Ю~! Смотри… – толкнув её локтем, прошептала я.

Юдзу замерла, едва заметно кивнув головой. Было ясно, что она тоже обратила внимание на него. Я уже начала потирать ладони, предвкушая развитие ситуации, как она сама уже рванула с места и направилась к нему.

– Семпай! – уверенно выкрикнула Юдзу, подойдя к их компании. Точнее конкретно к Горо, будто не замечая никого вокруг. А я осталась стоять неподалеку, пораженная её инициативностью.

– Привет, семпай! – повторила она, обращаясь к Горо. Ему пришлось немного опустить глаза, чтобы увидеть мою невысокую подругу. «Семпай» она произносит как-то по-особенному, протягивая последний слог мягко и бархатно.

– Так непривычно слышать это слово в свой адрес… – ответил он с мягкой улыбкой, осторожно рассматривая Юдзу.

– Это вежливое обращение к старшему ученику, семпаю, – пояснила Юдзу, сохраняя дружелюбный тон. На фоне смуглой загорелой кожи её широкая улыбка казалась особенно белоснежной и ослепительной.

– Спасибо, это очень приятно, – прозвучал ответ Горо, было видно, что он польщен вниманием и неожиданным интересом.

– Меня зовут Нэкогава Юдзу, а это моя подруга Сайка, то есть Сара. Сато Сара. – она сделала паузу, чтобы перевести дух, затем продолжила с улыбкой. – Мы ученицы первого класса старшей школы, и я подумала, будет здорово и полезно познакомиться со старшими учениками!

– Я Горо Миура, приятно познакомиться! – Наклонил голову он.

– Приятно познакомиться! – Повторила я коварно.

Мы пожелали друг другу удачной учебы и разошлись по своим направлениям. Поднимаясь по лестнице школы к своему кабинету, Юдзу взяла меня за руку. И даже сквозь ладонь чувствовалось, что её сердце вот-вот выскочит из груди. Она же у меня впечатлительная. Теперь пол дня будет на взводе, если я её не отвлеку.

Я обратила внимание на информационную доску с объявлениями, висящую на стене между кабинетов. Помимо обычной информации с расписанием и прочим, там было сообщение о предстоящей школьной поездке и плакат, рассказывающий о конкурсе рисунков, картин, написанных учениками. Вот оно. Я потянула Юдзу за руку, указывая пальцем на это объявление.

– Ю~, поучаствуешь? – Прошептала я провокационно, приблизившись к её уху.

– Сайка! – Буркнула она, а щёчки то покраснели. Юдзу принялась читать условия конкурса.

***

Наконец-то! Почти час дня. Долгожданный звонок на большую перемену, время обеда. Вчера я обещала Юдзу, что подстрою ей встречу с Горо. Хотя как обещала, просто обмолвилась. Но попытаться всё же стоит. Взяв свои сумки и выскочив из кабинета, мы пошли по коридорам школы, высматривая удобную возможность для дальнейшего контакта с Горо. Поблуждав по этажам, мы так его и не нашли. Казалось, что попытки тщетны. Компания ребят из его окружения сидела в столовой, но его с ними не было.

Тогда мы решили вернуться в свой кабинет, чтобы перекусить. Юдзу, конечно, немного приуныла. Наверняка она сейчас в своей головушке рефлексирует, догадываюсь, чем заняты её мысли. Мы вошли в кабинет и подошли к парте Юдзу. Она села на своё место и начала доставать свой бенто. Я встала сбоку от неё, между её партой и подоконником, облокотившись на последний.

– Ю~, пока мы блуждали по школе, я совсем забыла купить себе хотя бы булочку… – сказала я на выдохе, прислонившись затылком к прохладному стеклу окна. Мой живот в этот момент тоже попытался что-то сказать, но получилось лишь невнятное ворчание.

– Прости, Сара, это из-за меня, поэтому… я поделюсь с тобой своим обедом! – тут же ответила Юдзу, уже разделяя пополам свой обед. Она даже переложила на мою половину побольше овощей. Прелесть.

– Ты ж моё солнышко! Спасибо! – ответила я, продолжая стоять у окна. Я перебирала пальцами край рукава своей рубашки, мысленно возвращаясь к утренним событиям. Перед глазами возник образ Горо: его широкие плечи, но худощавое телосложение, подчёркнутое белой рубашкой и чёрными брюками, уверенная осанка, аккуратная и ухоженная короткая стрижка. То, как он разглядывал Юдзу…

– Знаешь, – вздохнула Юдзу, – Горо выглядит таким… C этими высокими скулами, тёмными ресницами, подчёркивающими глубину взгляда… Лёгким изгибом уголков губ, придающим ему загадочность… То, как он мне улыбнулся…

Эй! Это ещё что такое? Ментальная связь? Почему мы одновременно подумали о нём? А потом говорят, что у девчонок только парни на уме! Нет, у меня-то Горо в мыслях всплыл из-за Юдзу. А вот у неё, похоже, гормоны всерьёз разыгрались. Я отвернулась к окну, встав спиной к Юдзу. Хотелось ответить ей что-то язвительное, но…

Видимо, Юдзу слишком активно отправляла сигнал в космос, и Горо материализовался на скамейке во дворе школы, сидя и читая книгу под тенью дерева. Хотя нет, он там и сидел. Сигнал просто заставил меня обернуться и посмотреть в окно.

– Кстати о Горо. Оказывается, наш популярный у всех девчонок школы парень любит побыть в одиночестве и почитать. Вон он сидит, глянь! – сказала я, указывая пальцем в окно.

Юдзу тут же подскочила, чтобы выглянуть в окно, обронив мою часть обеда! Вот так, легко нашла, легко потеряла…

– Ой! Ой-ой! Прости, пожалуйста, Сайка! Возьми мою половинку, ладно? А я, пожалуй, сбегаю на улицу!

Пока она спешила вниз, я прибрала с пола упавший обед, взяла в руки оставшуюся часть и прижалась плечом к окну, чтобы наблюдать за ними. Скамейка, на которой сидел Горо, располагалась неподалёку, поэтому я приоткрыла окно, чтобы слышать их разговор. Ух, я как будто в кинотеатре, закуска и зрелище готовы.

Глядя в окно и жуя рис с овощами, я вижу, как Юдзу выбегает во двор. Чёрт, как же вкусно. Сначала она движется быстро, почти бегом, но потом по мере приближения к Горо, сидящему на скамейке, её шаг замедляется. Как будто она хищник, который боится спугнуть свою жертву. Ого, какой сочный кусочек мяса. Она практически на носочках подходит к нему, пряча руки за спиной, слегка наклоняется, ветер играет с ее блестящими локонами. Мм, интересно, что за соус Юдзу добавила к рису…

– Миура-семпай! – произнесла она звонко, отчего он даже слегка подскочил. Наверно, подкрадываться так тихо было не лучшим решением.

– Эм… Нэкогава, да? Ты что-то хотела? – спросил Горо, тактично закрыв книгу.

– Нет, ничего. То есть, да, что-то. Чёрт! Это… Чего один сидишь, не обедаешь, семпай?

У неё явно талант. Нет, не в этом, в готовке талант. Овощи объедение.

– Я уже перекусил сэндвич и вот вышел подышать свежим воздухом. – ответил он, пытаясь скрыть улыбку, вызванную необычным произношением слова «семпай» в исполнении Юдзу.

– Часто тут один сидишь?

– Нет, обычно не один.

– Можно я…?

– Угу. Садись.

– Что читаешь? – спросила Юдзу, скромно поглядывая на обложку книги и поправляя край юбки.

– Про педагогию. Я подрабатываю репетитором, так что мне это полезно. – повертев книгу в руке, ответил он.

– Ого, репетитором? Здорово!

Ну всё, Юдзу, давай уже, включай всё своё обаяние, я же знаю, как ты умеешь! Юдзу начала вертеть на руке тонкий плетёный браслет. Я подарила его ей пару лет назад. Это сделанная вручную фенечка. Он идеально подходил ей по размеру. Ну, конечно, я же сплела его специально для неё, в оттенках фиолетового цвета, в знак поддержки, когда она впервые подкрасила свои волосы. На нём из букв собирались слова «всегда с тобой». Ох и умела же я в сентиментальность! Но, признаюсь, приятно, что она его до сих пор носит.

Юдзу мягко выдыхает. Поворачивается к Горо. Легким движением поправляет прядь волос за ухо. Вот оно, вот оно! Буду думать, что это браслетик придал ей уверенности!

– Слушай, семпай… – намеренно делает паузу после этого слова, уже поняв, что Горо по-особенному реагирует, когда слышит его из её уст. – Может быть, ты мог бы помочь мне… мне и Саре с подготовкой к тестам? Совсем чуть-чуть… Хотелось бы начать учебу в старшей школе с хороших оценок, а не так средненько, как мы учились раньше. Вот.

Молодец, Юдзу! Можешь же, когда хочешь, обед – пальчики оближешь, надеюсь, ты не против, что я и сок твой выпью. Ну и с помощью в учебе ты классно придумала. Хорошо хоть не на прямую сказала ему, что мы тупенькие, стыдно то, как было бы.

– Почему бы и нет. Мне тоже нужна практика в репетиторстве, вот на вас и потренируюсь! Завтра после уроков в библиотеке? – спокойно ответил Горо, после пары секунд раздумий.

– Да? Ты согласен? Круто… То есть, спасибо, семпай!

После её слов на улице подул сильный ветер, разгоняя листву по двору школы. Из-за сквозняка в кабинете окно чуть не захлопнулось, ударив меня по плечу. Ветер стал шуметь, поэтому я дальше не слышала, о чём они говорили. Эх.

– Ю~! Возвращайся в класс, ты без пиджака ушла, простудишься! – крикнула я так, чтобы она наверняка услышала.