Не к ночи рассказанное... 2. Эпидемия

Когда я вышла из дома, мои ноги подкосились, и я упала на колени, сокрушённая своей ужасной миссией по спасению человечества. Утонув в грязи, смешанной с кровью, я поняла, что больше не смогу выдержать эту тяжесть. Я больше так не могу... Это не та миссия, для которой мы предназначались. Я не в силах больше делать зачистку. Я больше не вынесу кончины человечества.

— Элла...

За спиной послышался знакомый голос — властный, бархатный, такой родной и близкий, что сердце сжалось от неожиданной радости. Этот голос, словно сладкий бальзам, исцелил душу, вырвав из плена апатии и грусти, согрев сердце и наполнив его надеждой и счастьем.

Резко вскочив на ноги, я поспешила обернуться:

— Кирилл!

Время остановилось. Слова, которые он хотел сказать, несли особую глубину и искренность, которой не хватало в последние месяцы. Его любящие глаза, как луч солнца, освещающие мрак, растапливающие холод одиночества, смотрели на меня и дарили ощущение защищенности и спокойствия.

— Элла, обещай мне, что ты не сдашься, что бы ни случилось? Пообещай!!!

— Кирилл, стой... — рванула я к нему. — Подожди...

И тут же проснулась, громко хватая ртом воздух и оглядываясь по сторонам, будто очутилась в чужом месте. А тем родным было место рядом с Кириллом, пусть и полным мутировавших людей...

Тот последний кусочек сна был столь прекрасным, что, проснувшись, я на мгновение почувствовала себя в блаженном забытье. Однако тут же действительность рассеяла последние остатки прекрасного и вернула меня к реальности, страшной и неизвестной.

— Элла, — сонно простонал Люцифер, лежа на полу. — Ты чего так орёшь? Честно говоря, я перепугался.

Наклонившись к полу, я усмехнулась:

— Не думала, что смогу переплюнуть хозяина страха.

Еле поднявшись с пола, помятый и взъерошенный после сна Люцифер потёр лицо и хмуро уставился на меня:

— Элла, тебе снился Кирилл?

— Снился...

— Ну и как он там? — оживился Люцифер, предвкушая подробный рассказ.

— Лучше спроси, как будущее, которое мне только что приснилось, — еле слышно ответила я, чувствуя, как от меня начинает разить страхом.

Мышцы вокруг моих глаз вдруг напряглись, приоткрытый рот сделал короткий, рваный вдох.

— Так, Элла, ничего не хочу слушать, — взбрыкнул Люцифер, замахав руками. — Этого ещё не случилось и не произошло!

Он поспешил на кухню, а я встала с дивана и последовала за ним, увидев, как он извлекает из холодильника недопитую бутылку шампанского и осушает её одним глотком.

— И тебе советую не волноваться в твоём положении! — сказал он, отдышавшись и осторожно косясь на меня.

— Ребята... — вошла на кухню встревоженная Нина. — Необходимо срочно подготовиться!

Макар, подросток шестнадцати лет, в сопровождении младшей сестры, десятилетней бойкой девчушки, вышел во двор, чтобы поиграть в снегу, которого, казалось, выпало достаточно в частном секторе впервые за все зимнее время.

Одетые в старые потрепанные лыжные брюки и куртки, доставшиеся от соседей, чьи дети уже давно выросли, ребята без варежек, которых у них не было, отправились к калитке. Она была старая, облезшая и открывалась с трудом, но дети преодолели это препятствие и вышли за ограду. В этот вечерний час кроме них никого не было в поселке, остальные семьи проводили время со своей семьей за праздничным столом, а их родители отдыхали дома в комнате среди пустых бутылок и окурков сигарет.

Но не успели ребята сделать и шаг, как недалеко от них раздался протяжный звук скрипа вперемешку с тяжелым громким хрипом, пронесшимся прямо над головами детей, как будто что-то огромное и страшное склонилось над ними. Брат с сестрой замерли, не в силах даже моргнуть.

Тьма, выползшая из-за вершин больших кленов, нависших над частным сектором, мгновенно окутала поселок, словно саваном, проглотив луну и погрузив в густой, непроницаемый мрак все домики с покрытыми снегом крышами, деревянные заборы и дворовые постройки. Даже серебристые звезды, будто испугавшись неизведанного зла, погасли, исчезнув с черного полотна неба, оставив мир в абсолютной, леденящей пустоте.

Неуклюже переваливаясь с ноги на ногу, что-то высокое и сутулое приближалось к детям, волоча за собой мешок, оставляющий на снегу кровавый след.

— Бегом домой, дети! — закрыла я их спиной.

У калитки уже стояла Нина и протягивала им руки. Она провела детишек в ограду и поскорее увела подальше от нечисти.

Огромная тень напротив меня начала неестественно дрожать и разрастаться, словно живое существо. Медленно вытягивая из себя кривую, узловатую руку с длинными острыми когтями, затем вторую, тень постепенно приняла форму и, свернувшись в комок, развернулась ко мне.

Передо мной предстал сгорбленный старик в красной рваной шубе и мятой шапке, с лица которого стекала густая, тёмно-бардовая кровь, оставляя отвратительные следы на синеватой, морщинистой коже. Его взгляд, наполненный безумием и злобой, впился в меня.

— Вот те на! — ахнула я. — Я же ему шею свернула буквально вчера!

Оголив кровавые гнилые зубы, нечисть зашипела и тут же растворилась в воздухе.

— Ничего не поняла! — сказала я, оглядываясь по сторонам.

— Ну что там? Всё нормально? — вернулась ко мне Нина.

— Где мой беженец? — появился рядом Люцифер.

— Сбежал... — ответила я, виновато отведя взгляд.

— Как сбежал? — возмутился Люцифер, взмахнув руками.

— Элла, как ты могла его упустить? — упрекнула меня Нина.

— Эй! — возмутилась я. — Вы чего на меня наехали? Мне нельзя нервничать, забыли? Это вчерашний демон, он меня узнал, поэтому и удрал.

— Нет, Элла, это не Зло, это Дикость, — объяснил Люцифер.

— У них там что, новогодний карнавал? — возмутилась я. — Что они у тебя в костюмах дедов Морозов?

— Карнавал здесь, поэтому они и маскируются, — ответил он.

Громкие, угрожающие удары раздались в дверь дома, несущие страшное напряжение. Отчего в самой дальней комнате, без света, под кроватью, в ужасе спрятались два брата. Пес, который раньше храбро бросался в бой с громким лаем, стоило кому-то чужому подойти к ограде, теперь, поджав хвост, прибежал к ребятам, тихонько поскуливая и дрожа всем телом. Удары повторились вновь, заставив детей зажмуриться и прикрыть головы ручками.

Дверь была старой, хлипкой — отец давно собирался поменять её, но не успел. Незнакомец, стуча, действовал методично и настойчиво, словно считывал страх за стеной и получал от этого удовольствие. Детям казалось, что ещё несколько ударов — и преграда рухнет, уступив агрессору путь внутрь. Сердца ребятишек бешено колотились, слёзы текли по лицам, страх превращался в панику.

— Здравствуй, дедушка Мороз, борода из ваты... — медленно поднималась я по ступенькам крыльца, направляясь к демону, застывшему в странной позе.

Тот, заметив меня, моментально растворился в воздухе, оставив лишь лёгкое ощущение холода.

— Элла! — прикрикнула Нина, следуя за мной. — Опять всё то же самое! Люцифер просил задержать его, а не испугать!

— Ну почему он не хочет со мной сражаться и вечно сбегает? — обиделась я. — Первый раз такое вижу.

— Ну что там у вас? — важно поинтересовался Люцифер, возникнув из воздуха.

— Что, что... — возмутилась я. — Сам ищи своего дезертира! Он постоянно даёт деру.

— Я не служба розыска, Элла, я работодатель, — возмущённо заявил он.

— Может, прекратите? — раздражённо вмешалась Нина, прислушиваясь к подозрительному шуму за дверью.

— Абьюзерша! — обиделся на меня адский правитель, сложив руки на груди.

— Ой, кто бы говорил... — не уступала я. — Еще не известно, как на нашей с Ниной психике отразится жизнь с Люцифером.

Выждав время, старший братик осторожно выбрался из-под кровати, оставив младшего в укрытии вместе с собакой, которая прижала уши к морде и категорически отказалась вылезать. Миновав зал, он тихонько прокрался в кухню и, увидев в коридоре темную фигуру, вздрогнул, готовый непроизвольно закричать.

— Дети, не бойтесь, мы из полиции, — мягко подала голос Нина. — Мы ловим преступника! Можете доверять нам.

— У нас в доме пропал свет, — тихо и хрипло сказал малыш.

— Это вор специально оборвал провода, ничего страшного, — успокаивающе объяснила Нина. — Моя коллега скоро исправит поломку. А где твои родители?

— Мама ушла в магазин... — прошептал он, сжав губы.

Внутри печной трубы рядом с мальчиком раздался странный шум, словно кто-то начал быстро спускаться по дымоходу. Ребенок испуганно отскочил в сторону, а Нина, мгновенно оценив ситуацию, ловко закинула в печь дрова и подожгла их, отчего из трубы раздался оглушительный рев и хлопок, заполнивший кухню дымом.

Неожиданно включившаяся лампа ослепила мальчика, но, когда зрение адаптировалось к свету, он увидел, что стоит в кухне один. Дверь на улицу была закрыта, а печь весело потрескивала, отбрасывая отблески пламени на стены.

— С кем ты разговаривал? — выглядывал из комнаты младший братик, держа на руках маленькую подрагивающую собачку.

Дорога петляла по пригоркам и меж холмов. Бесконечные поля в обрамлении густых лесов расстилались по сторонам. Солнце грело слабо. Земля готовилась провожать лето.

Когда я вышла из автомобиля, здесь царила зловещая тишина. Следом за мной выскочил Вампал, тревожно принюхиваясь к воздуху.

Дорогу преграждали разбитые автомобили, заляпанные запекшейся кровью, избитые и искорёженные. Вокруг валялись вещи, сумки, сиденья, фрагменты кресел и одежды, словно выброшенные после кровавой бойни. Поверх всего этого хаоса не сохранилось даже клочка асфальтового полотна — лишь воронки, ямы и земля, перемешанная с мусором и обломками.

О