Человек-невидимка. Машина времени

Некоторое время Невидимка развлекался тем, что бил все окна в трактире «Кучер и кони», а затем всадил уличный фонарь в окно гостиной миссис Гриббл. Должно быть, это он перерезал телеграфный провод, шедший в Аддердин, сразу за домом Хиггинса на Аддердинской дороге. После этого его необычные свойства позволили ему вовсе исчезнуть из поля человеческих чувств: в Айпинге его больше не слышали, не видели и не ощущали. Он исчез совершенно.

И всё же прошло почти два часа, прежде чем хоть кто-нибудь осмелился снова выйти на опустевшую улицу Айпинга.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

МИСТЕР МАРВЕЛ ЗАГОВАРИВАЕТ ОБ ОТСТАВКЕ

Сгущались сумерки. Жители Айпинга только начинали робко выглядывать из домов и смотреть на то, что осталось от их праздничного дня. А по дороге в Брамблхерст, за буковой рощей, с трудом шагал невысокий коренастый человек в потрёпанном шёлковом цилиндре. Он нёс три книги, стянутые чем-то вроде узорчатой резинки, и узел, завёрнутый в синюю скатерть. На его красном лице читались тревога и усталость; он спешил, но двигался рывками. Рядом с ним звучал чужой голос, и время от времени человек вздрагивал от прикосновения невидимых рук.

— Если ты ещё раз от меня улизнёшь, — сказал Голос, — если только попробуешь…

— Господи! — воскликнул мистер Марвел. — У меня и так всё плечо в синяках.

— Клянусь честью, — сказал Голос, — я тебя убью.

— Я не пытался улизнуть, — проговорил Марвел, едва не плача. — Клянусь, не пытался. Я просто не знал, где этот злосчастный поворот! Откуда мне было знать, где он? Меня и без того уже изрядно помяли…

— Если не будешь слушаться, помнут ещё сильнее, — сказал Голос, и мистер Марвел разом умолк. Он надул щёки; в глазах его стояло отчаяние.

— Мало того что эти бестолковые деревенщины раскрыли мой маленький секрет, так ещё и ты вздумал удрать с моими книгами. Кое-кому из них повезло, что они вовремя пустились наутёк! И вот я… Никто ведь не знал, что я невидим! Что мне теперь делать?

— А мне что делать? — вполголоса спросил Марвел.

— Об этом уже все знают. Напишут в газетах! Все станут меня искать, все будут настороже… — Голос разразился яростной бранью и смолк.

Отчаяние на лице мистера Марвела стало ещё заметнее, а шаг его замедлился.

— Иди! — сказал Голос.

Между румяными пятнами на лице мистера Марвела проступила серость.

— Не урони книги, болван, — резко сказал Голос, нагоняя его.

— Дело в том, — сказал Голос, — что мне придётся тобой воспользоваться… Помощник ты никудышный, но другого у меня нет.

— Я совсем никудышный помощник, — сказал Марвел.

— Это верно, — отозвался Голос.

— Хуже меня вам помощника не найти, — сказал Марвел.

— Я не силён, — добавил он после тягостного молчания.

— Совсем не силён, — повторил он.

— Да?

— И сердце у меня слабое. С тем дельцем я, конечно, справился, но, помилуйте, чуть с ног не свалился.

— Ну?

— Не хватит у меня ни духу, ни сил на то, что вам нужно.

— Я тебя подстегну.

— Лучше бы не надо. Я ведь не хочу испортить ваши планы. Но могу — просто от страха и потому, что совсем измучился.

— Не советую, — с тихим нажимом произнёс Голос.

— Лучше бы мне умереть, — сказал Марвел.

— Несправедливо это, — продолжил он. — Сами должны признать… По-моему, я имею полное право…

— Шагай! — сказал Голос.

Мистер Марвел прибавил шагу, и некоторое время они снова шли молча.

— Чертовски тяжело, — сказал мистер Марвел.

Это не подействовало. Он зашёл с другой стороны.

— А мне с этого что? — снова заговорил он тоном человека, с которым обошлись нестерпимо несправедливо.

— Да замолчи ты! — внезапно с поразительной силой рявкнул Голос. — Я уж о тебе позабочусь. Делай, что велено. Сделаешь как надо. Дурак ты, конечно, но сгодишься…

— Говорю вам, сэр, я для этого не гожусь. При всём уважении, но это так…

— Если не замолчишь, я опять выверну тебе запястье, — сказал Невидимка. — Мне надо подумать.

Вскоре сквозь деревья показались два продолговатых прямоугольника жёлтого света, а в сумраке проступила квадратная церковная башня. — Пока будем идти через деревню, я не уберу руку с твоего плеча, — сказал Голос. — Иди прямо и не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость. Себе же хуже сделаешь.