Читать книгу Нулевой Протокол (Георгий Стариков) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Нулевой Протокол
Нулевой Протокол
Оценить:

4

Полная версия:

Нулевой Протокол

Элиас Вейн прибыл по её приглашению и молча изучил модель.

— Что произойдёт, если разрушить эмоциональную связь между ними?

— Мы не знаем, — ответила Серафина. — Возможно, система потеряет устойчивость. Возможно, произойдёт выброс энергии. Пока это только гипотеза.

— Значит, нужны сведения о привычках младшей. Маршруты, расписание.

Серафина отодвинулась от экрана.

— Председатель запретил любые действия против ребёнка.

— Разумеется, — мягко ответил Вейн. — Речь исключительно о наблюдении.

Позднее архимаг создал закрытый файл с пометкой о необходимости изучить последствия сильного психологического стресса и запросил расписание девочки. На фотографии сёстры улыбались, держась за руки.

Для Александры Катя была смыслом жизни. Для Элиаса Вейна она становилась переменной в эксперименте.

Глава 5. Межфакультетский круг

Россия, 2187 год

— Официально заявляю: система высшего магического образования создана для издевательства над студентами, — объявила Александра. В одной руке она держала расчёску, в другой — чашку кофе.

Катя посмотрела на неё поверх бутерброда.

— Почему?

— Сегодня воскресенье. День, который человечество придумало для сна. А мне назначили соревнования.

— Можно я пойду с тобой?

Александра замялась. Межфакультетский круг мог затянуться до вечера, а у арены наверняка соберутся толпы. Но Катя уже строила планы и уверяла, что ничуть не устанет.

— И Искру возьмём?

— Только если она не станет кружить над ареной. Судьи ещё обвинят меня в техническом шпионаже.

— А ты шпионишь?

— Нет. Хотя после твоего вопроса я уже не так уверена в собственной репутации.

Катя расхохоталась. Александра сдалась.

Ежегодный Межфакультетский круг официально проверял способности старшекурсников. Неофициально он служил ярмаркой талантов: представители влиятельных магических домов присматривались к будущим выпускникам. Победителям доставались гранты и покровители — а порой и обязательства перед людьми, которых они впервые видели на трибуне. Александру раздражала сама мысль, что талант можно записать в чью-то собственность.

Стадион пестрел знамёнами Огня, Воды, Земли и Воздуха. Между павильонами плавали магические огни, играл оркестр. Катя вертела головой от восторга; Саша прикидывала стоимость праздника и невольно вспоминала скудное меню студенческой столовой. У регистрации их встретила Марина: она призналась, что поставила на победу подруги весь месячный запас шоколадок. В списке участников напротив фамилии Грасмен значились особые ограничения на применение четырёх Начал и дополнительный контроль эфирной активности.

— Персональный надзиратель, — вздохнула Александра.

На трибуне Совета расположились Аврелиан, Люсиана, Каэл и Элиас. Катя спросила, добрые ли это волшебники.

— Некоторые, — ответила Саша. — Остальные ещё не доказали.

⁂

Первое испытание требовало перенести хрупкий стеклянный шар через полосу препятствий. Внутри плескалась чувствительная жидкость: перегрев, чрезмерное давление или сильный толчок означали провал. Студент Воздуха разбил шар, слишком резко ускорившись. Представительница Воды прошла часть маршрута, заключив его в защитную оболочку.

Выйдя на площадку, Александра первым делом спросила, обязательно ли преодолевать препятствия: в условиях значилось только «переместить шар из точки А в точку Б». Раздражённый судья уточнил, что все контрольные зоны обязательны. Саша заметила, что техническое задание составлено небрежно, после чего подняла шар на каменной платформе, подхватила её потоком воздуха и окружила водой. На самом трудном участке платформа резко накренилась, но жидкость внутри шара почти не колыхнулась.

Система объявила результат: сорок семь секунд, никаких повреждений, расход Эфира на тридцать восемь процентов ниже расчётного. Судьи обменялись взглядами. Александра спросила, можно ли теперь убрать шар в коробку.

Во втором испытании требовалось удерживать защиту под ударами возрастающей силы. Виктор Ренн выдержал шесть атак; седьмая разнесла его огненный щит. Результат считался достойным. Александра пошла другим путём. Вместо того чтобы принимать удары в лоб, она после каждого меняла геометрию защиты: водой и воздухом распределяла давление, отводила тепло, а движение одной стихии использовала для подпитки другой.

Седьмой удар. Восьмой. Девятый. Десятый. Защита не дрогнула. Арбитры остановили испытание: Александра достигла предельной нагрузки, израсходовав меньше четверти ожидаемого объёма Эфира. Каэл вслух отметил, что она воспринимает магию как инженерную систему. Аврелиан велел сохранить результаты целиком.

Катя встретила сестру победным воплем. Марина поздравила подругу, но тут же заметила: теперь Совет точно не оставит Сашу без внимания. От этой мысли радости у Александры поубавилось.

⁂

Во время перерыва к Александре подошёл сотрудник технического отдела: её приглашал Николай Воронин. Инженер показал экспериментальную спасательную платформу — тяжёлого четырёхопорного робота с манипуляторами и резервными источниками питания. Машину проектировали для работы под завалами, однако магические импульсы нарушали работу её системы равновесия. Саша предложила разделить линии питания и предусмотреть управление, не зависящее от единственного канала связи.

Николай поинтересовался, давно ли она увлекается робототехникой. Александра рассказала о родителях-спасателях и Огненном дожде. О том, как в шестнадцать лет мечтала построить машину, способную проникнуть туда, откуда человек уже не вернётся. Инженер выслушал её серьёзно, без снисходительной улыбки, и пригласил в лабораторию.

К финалу турнира осталось восемь участников. В решающем поединке Александра вновь встретилась с Виктором Ренном. На этот раз он не спешил нападать: вокруг него вращались огненные сферы, готовые и перехватить удар, и обрушиться на противника. Саша признала, что Ренн научился обращаться со своей силой, и пообещала отнестись к нему всерьёз.

Виктор держал дистанцию, бил с разных сторон и постепенно лишал её пространства для манёвра. Александра подняла четыре каменных столба, протянула между ними воздушные потоки и пустила по кругу воду. Получившаяся система обращала тепло огненных сфер в движение. Чем яростнее атаковал Ренн, тем сложнее ему становилось удерживать собственные заклинания. Огонь начал меркнуть. Порыв воздуха сбил Виктора с ног, а вода сомкнулась вокруг него и застыла ледяным кольцом, сковав руки.

— Сдаёшься? — спросила Саша.

Виктор посмотрел на неё сквозь прозрачный лёд. Помедлив, кивнул. Трибуны взорвались аплодисментами. Александра сняла заклинание и призналась, что могла закончить раньше, но слишком увлеклась разбором его тактики.

— Для тебя это был эксперимент, — с горечью сказал Ренн.

Саша осеклась. Потом извинилась и протянула руку. Виктор принял её, но предупредил, что в следующий раз победит.

— А я-то уже поверила, что ты изменился к лучшему, — вздохнула Александра.

⁂

На награждении Александре вручили медаль и предложили исследовательский грант. В списке направлений значились эфирная проводимость, древние ритуалы, боевая магия и межстихийные исследования. Инженерии не было.

— Почему? — спросила Саша.

Арбитр пояснил, что турнир всё-таки магический. Тогда Александра обратилась напрямую к Аврелиану: она хотела потратить грант на машины, способные работать в зонах магических и техногенных катастроф.

Председатель Совета спросил, почему она выбрала именно это направление. Александра ответила, что знает цену и магии, и огню, и обрушившимся стенам. Аврелиан пообещал рассмотреть индивидуальную программу. Она поблагодарила его, но от внимания Совета ей по-прежнему было не по себе.

Вечером, отпраздновав победу с Катей, Александра получила условия финансирования. Совет требовал полного доступа к разработкам, права менять их назначение и изымать оборудование «по соображениям безопасности». Саша перечитала этот пункт дважды. Спасательный робот в чужих руках мог стать оружием. Она отправила встречное письмо с поправками и запретом на военное применение: если условия не удастся изменить, она хотя бы узнает, готов ли Совет к честному разговору.

Тем временем в кабинете Аврелиана Элиас докладывал о студентке, которая сочетала редкий магический дар с инженерным мышлением и не желала подчиняться иерархии. Председатель запросил сведения о её семье. На экране появилась запись: родители погибли во время Огненного дождя. Аврелиан побледнел. Девять лет назад именно он санкционировал ритуал стабилизации Эфира, несмотря на предупреждения о рисках. Когда контур вышел из-под контроля, Аврелиан приказал усилить его, надеясь предотвратить разрыв. Это решение лишь усугубило катастрофу. Совет скрыл свою причастность, представив случившееся аномальным метеоритным потоком. Теперь перед Аврелианом было лицо девушки, чью семью уничтожили последствия его приказов.

Аврелиан закрыл файл. Элиас незаметно сохранил копию. Вернувшись к себе, он открыл проект «Разрыв привязанности» и обновил распоряжение: подготовить варианты воздействия, продолжить наблюдение. Приоритет — высокий.

Глава 6. Два мира

Россия, 2187 год

В понедельник Александра получила приглашение на заседание исследовательской комиссии. Она посмотрела на официальный бланк и объявила, что её вызывают на ковёр, стоимость которого наверняка превышает её годовую стипендию.


— Ты опять что-нибудь сломала? — спросила Катя.


— Почему сразу сломала?


— В прошлый раз ты тоже так говорила.


— В прошлый раз оборудование было недостаточно прочным.


— Рекомендую избегать конфликтов, — вмешалась Искра.


Александра повернулась к бабочке.


— Катя, ты научила её читать мне нотации?


Девочка невинно пожала плечами.

Перед заседанием Марина пыталась убедить подругу хотя бы на этот раз проявить дипломатичность. Александра выслушала её с серьёзным видом, но обещать ничего не стала. Зато заверила, что намерена задавать исключительно разумные вопросы. Марина знала: именно этого и следовало опасаться.

Комиссия собралась в зале с овальным столом и проекционными экранами. Люсиана сидела рядом с Каэлом; дальше расположились преподаватели. Аврелиан участвовал по защищённой связи. Элиас стоял у окна, будто происходящее его почти не касалось. Комиссия собиралась обсудить грант Александры и возможность использовать технику в областях с высокой эфирной активностью.

На экран вывели схему заклинания, принёсшего Александре победу. Бегло просмотрев расчёты, она подняла руку: комиссия оценивала потери каждой стихии по отдельности, не учитывая взаимную компенсацию потоков. После короткого спора поправку приняли. Затем преподаватели вернулись к вопросу, который, похоже, волновал их куда сильнее ошибки в формуле: зачем магу четырёх Начал робототехника?

— А кто определяет, какая польза больше? — спросила Саша. — Если я построю машину, способную извлечь человека из-под здания, это менее важно, чем разработать новое боевое заклинание?

Аврелиан спросил, почему спасательные технологии так важны для неё. Александра на мгновение замолчала. Потом рассказала о 2178 годе, когда Огненный дождь отнял у неё родителей: отца, инженера и исследователя, и мать, работавшую спасательницей. Прошлого было не изменить. Зато в будущем она хотела отправлять под обломки машины, а не спасателей. Каэл первым назвал эту цель достойной.

Однако Совет по-прежнему требовал контроля над результатами исследований. Александра положила перед комиссией собственный вариант соглашения: разработчик сохраняет право определять назначение машин; наступательное применение требует отдельного согласия; безопасность проверяет независимая сторона. Элиас прочёл поправки и с безупречной вежливостью назвал их наивными. Любое изобретение, напомнил он, можно обратить во зло.

— Между невозможностью полностью исключить злоупотребления и добровольной передачей всех прав существует большая разница, — ответила Александра.

— Вы уверены в своих суждениях даже перед Советом? — поинтересовался архимаг.

— А ваши должности влияют на законы логики?

В наступившей тишине Александра различила негромкое гудение проектора. Каэл не удержался от смешка; даже Аврелиан едва заметно улыбнулся. Элиас признал: нет, должности на логику не влияют. Полное финансирование комиссия отложила, но открыла Александре ограниченный доступ к техническим лабораториям. Уже в коридоре Люсиана задержала её и предупредила: Вейн не любит людей, чьи поступки не способен предсказать.

⁂

В лаборатории Николая Воронина Александра впервые увидела «Атланта» не на чертеже, а в полный рост. Восемьсот сорок килограммов металла; четыре опоры, два манипулятора, грузоподъёмность до трёх тонн. Основной аккумулятор дополнял резервный топливный элемент. На испытаниях робот уверенно разбирал завалы. Но после удара мага Огня по корпусу машина потеряла управление: эфирное воздействие изменило свойства материалов и исказило показания датчиков. От обычного перегрева последствия отличались слишком сильно.

— Нужна избыточность, — сказала Саша, просматривая запись ещё раз. — Разнести резервные линии. Защитить сенсоры. Предусмотреть другой способ движения, если один привод выйдет из строя. И не завязывать всё на единственный канал связи.


Николай подсчитал прибавку к массе и стоимости обслуживания.


— Дорого выйдет.


— Дешевле, чем потерять машину вместе с человеком, которого она вытаскивает.


Несколько часов они спорили над схемами, пересчитывали нагрузки и искали компромиссы. Наконец Николай спросил, зачем ей вообще механика, если она умеет создавать вещи магией. Александра ответила, что магия доступна не всем, а спасательная машина должна работать независимо от дара своего оператора.

К вечеру Саша убедилась в двух вещах. Эфир мог вывести из строя даже хорошо защищённую технику. Но часть уязвимостей возникала не из-за самой магии, а из-за инженерных решений, которые никто не проверял на подобные нагрузки. Она предложила адаптивное управление: если один узел повреждён, система перераспределяет усилия между остальными. Николай заинтересовался. Пока идея существовала лишь на бумаге, однако Александра уже представляла машины, способные работать там, где обычное оборудование выходило из строя за минуты.

За Катей она пришла почти вовремя. Девочка сразу заметила масло на пальцах сестры.


— Ты чинила машину?


— Скорее учила её не бояться магии.


— Большую?


— Размером с автомобиль.


— А летать умеет?


— Пока нет.


Катя задумалась.


— Значит, нужны крылья. Большие.


Александра рассмеялась: инженерам явно не хватало такого консультанта.

⁂

Ночью Александра открыла сразу два архива: магические трактаты об Эфире и инженерные исследования высокоэнергетических установок. Первые описывали Эфир как фундаментальную силу мироздания. Вторые осторожно фиксировали измеримые последствия его воздействия. Языки этих работ почти не совпадали. Но Александре казалось, что за разными словами скрывается одна и та же задача.

Она выписала четыре наблюдения. Эфир меняет свойства вещества. Технические приборы регистрируют последствия этих изменений. Некоторые материалы устойчивее к магическому воздействию, чем другие. И самое странное: рядом с мощными технологическими комплексами плотность доступного Эфира снижалась.

На последнем пункте Александра задержалась. Она подняла графики за несколько десятилетий и наложила их на карты промышленного развития. В индустриальных районах уровень Эфира падал; там, где росла энергетическая инфраструктура, снижение часто шло быстрее. Причинную связь ещё никто не доказал, и Саша заставила себя не путать совпадение с объяснением. Но закономерность повторялась слишком часто, чтобы от неё отмахнуться. Прогнозы выглядели мрачно: через несколько десятилетий сложная магия могла стать недоступной во многих регионах, а для эльфов и других существ, зависевших от Эфира, последствия грозили оказаться куда страшнее.

— Вот почему вы так нервничаете, — прошептала Александра.

Страх Совета теперь казался ей понятнее. Не оправданнее — лишь понятнее. Если технологии действительно влияли на Эфир, нужно было установить механизм и научиться возмещать потери. Требовать от человечества отказаться от развития только потому, что исследовать проблему трудно, Александра не собиралась.

В другом конце Академии Аврелиан смотрел на те же графики. Он помнил времена, когда магические рощи цвели без усилий хранителей, а великие заклинания не требовали столь мучительной подготовки. Теперь в некоторых регионах эфирная плотность упала почти на треть. Эльфийские поселения слабели; древние ритуалы один за другим переставали действовать. Когда-то именно этот страх заставил его санкционировать стабилизацию Эфира. При первых признаках опасности он не остановил опыт, а приказал усилить контур. Ритуал вышел из-под контроля и обернулся Огненным дождём. С тех пор любое новое решение напоминало Аврелиану о цене прежнего.

— Прости меня, дитя, — тихо произнёс он перед фотографией студентки.

⁂

Элиас читал отчёты о привычках Александры и Кати с той же внимательностью, с какой другие изучали схемы защитных контуров. Девушка всё чаще обращалась к закрытым данным об эфирной плотности. Вне школы младшая сестра почти не отходила от неё. Отдельной строкой агент упомянул механическую бабочку. Элиас приказал выяснить её назначение и проверить резервные каналы связи. Затем запросил сведения о состоянии Александры после смерти родителей: бессонница, страх разлуки, чрезмерная ответственность за Катю. Из разрозненных наблюдений складывалась карта её уязвимостей.

Перед сном Александра заглянула к Кате. Девочка приоткрыла глаза и сонно попросила сестру не сидеть опять до утра за терминалом.


— Сегодня не буду, — пообещала Саша.


Искра на тумбочке доложила, что заряда хватит до утра. Александра велела бабочке присматривать за хозяйкой, поправила одеяло и погасила свет. Здесь, в темноте детской, все её расчёты сводились к одной простой цели: Катя должна вырасти счастливой. С остальным можно будет разобраться потом.

Глава 7. Совет семи

Россия, 2187 год

Приглашение на закрытое заседание Совета семи пришло утром. Вежливые обороты занимали почти весь экран. Суть умещалась в два слова: явка обязательна.


— Передай Совету, что я умерла, — попросила Александра домашнюю систему.


— Не могу подтвердить факт смерти, — отозвался бесстрастный голос.


— Тогда напиши, что я морально не готова.


— Данная причина отсутствует в перечне уважительных.


Саша отодвинула чашку. Даже собственная техника отказывалась поддерживать её в трудную минуту.

Катя поставила перед ней тарелку с завтраком и заглянула в уведомление.


— Тебя пригласили все семь архимагов? Саша, это же честь!


— Честь обычно не сопровождается пометкой «обязательно к исполнению».


— Может, они хотят тебя похвалить?


Александра посмотрела на сестру. Та спрашивала совершенно серьёзно.


— Тогда я обязательно скажу им, что ты в них верила.


— А ты?


— А я пока верю только в завтрак. И то с осторожностью.


Катя рассмеялась. На несколько мгновений тревога отступила.

Перед главным корпусом Марина придержала Александру за рукав и поправила воротник парадной формы. На ткани поблёскивали четыре эмблемы стихий.


— Только не начинай спорить с порога, — попросила она.


— Я никогда не спорю с порога. Сначала здороваюсь.


— Александра.


— Хорошо. Буду вежлива, пока они не начнут первыми.


Марина вздохнула. Более надёжного обещания от подруги всё равно было не добиться.

В главном корпусе почти не осталось привычной техники. По стенам тянулись каменные барельефы; в нишах горели эфирные светильники. Здание поражало красотой, однако Александра замечала не только украшения: два защитных контура у северной арки срабатывали с задержкой, а один из символов был нанесён поверх старой печати.


— Кто обслуживает защиту? — спросила она у охранника.


— Обратитесь к специалистам после заседания.


— Я как раз пытаюсь выяснить, где их найти.

За тяжёлыми дверями открылся зал под высоким куполом. Семь кресел окружали овальный стол из чёрного камня. Одно место пустовало.


Люсиана Арден встретила Александру тёплой улыбкой. Каэл Рейвенхарт, широкоплечий архимаг Земли, заметил, как девушка рассматривает защитные символы.


— Нравится наша работа?


— Работа впечатляющая, — ответила Саша. — Только северный контур стоит проверить.


Каэл расхохотался; смех прокатился под куполом. Адриан Фалькенрейн наблюдал за гостьей с куда меньшим весельем.

Аврелиан уже собирался открыть заседание, когда двери вновь распахнулись. Вошёл Элиас Вейн. Он не извинился за опоздание и не счёл нужным объясняться — просто занял свободное кресло. Александра встретилась с ним взглядом. Ни удивления, ни приветствия: лишь спокойный, изучающий интерес.


— Теперь мы в полном составе, — произнёс Аврелиан.


Заседание началось.

⁂

На главном экране появились графики эфирной плотности. За последние десятилетия падение ускорилось, особенно вблизи крупных технологических комплексов. Эйрин рассказал, как угасают древние эльфийские рощи и почему молодые представители его народа рождаются слабее предков. Адриан подтвердил: нарушения наблюдаются и у других эфирозависимых видов.

— Насколько точно доказана причинная связь? — спросила Александра.

Серафина сослалась на многолетние наблюдения. Саша возразила: даже устойчивая корреляция не объясняет механизм явления. Что, если технологии не уничтожают Эфир, а меняют его распределение? Что, если причина — естественный цикл или космический фактор, который никто не учитывал? Аврелиан признал возражения обоснованными. Элиас напомнил, что времени на проверку гипотез всё меньше: если тенденция сохранится, магическое общество утратит значительную часть своей силы.

Александра не отрицала угрозы. Но и выбирать между вымиранием магических народов и остановкой человеческого прогресса не собиралась — по крайней мере, пока никто не доказал, что третьего пути нет. Каэл неожиданно поддержал её. Аврелиан поручил подготовить программу совместных исследований магии и высокоэнергетических технологий.

Особенно заинтересовали Сашу данные о вампирах и оборотнях: их физиология, в отличие от эльфийской, не зависела напрямую от окружающей эфирной плотности. Она предложила исследовать механизмы приспособления, но Серафина сразу сослалась на секретность работ. Александра спросила, кому именно повредит публикация результатов. Ответа не последовало. Председатель ограничился упоминанием специального допуска.

В перерыве Александра вышла в каменный сад и разговорилась с Эйрином у серебристой лунной ивы. Когда-то, рассказал эльф, такие деревья росли в каждом крупном поселении его народа. Теперь целые рощи погибали. Он не винил людей за желание облегчить жизнь с помощью машин. Его пугало другое: перемены происходили быстрее, чем древние расы успевали к ним приспособиться.

— Вы тоже боитесь? — спросила Саша.

— Каждый день, — ответил девятисотлетний маг.

— Значит, будем искать решение, — сказала она.


Эйрин посмотрел на неё с усталой улыбкой.


— Вы говорите так, будто это просто.


— Нет, — ответила Александра. — Просто я не вижу пользы в том, чтобы заранее признать поражение.

⁂

После перерыва каждый архимаг изложил собственный взгляд на кризис. Аврелиан говорил о сохранении цивилизации, Эйрин — о судьбе своего народа, Каэл — о безопасности поселений. Адриан настаивал на защите здоровья, Люсиана — на доступе к образованию. Серафину прежде всего занимали биологические механизмы. Элиас почти не выступал, зато его короткие вопросы незаметно меняли направление дискуссии. Александре он напоминал инженера, который сначала ищет слабое место системы, а уже потом решает, как им воспользоваться.

Совет согласился расширить Александре доступ к исследовательским материалам. Элиас предложил провести углублённую диагностику её эфирного потенциала; Серафина поддержала инициативу. Адриан немедленно потребовал, чтобы обследование проводилось только с добровольного согласия. Саша уточнила, не предполагается ли вмешательство в организм. Получив заверение, согласилась — хотя заметила, как внимательно Элиас следит за её ответом.

На выходе Александра спросила Люсиану, доверяет ли та остальным членам Совета. Наставница помедлила. Некоторым — да, ответила она; мотивы других лишь старается понять.

bannerbanner