скачать книгу бесплатно
– Погоди-ка. Ее прическа – это демонстрация, да? А чего именно?
Подбородок Орлы стремительно опустился до того места, где предположительно должна быть шея. Новый ракурс – хитрая, осмотрительная и коварная.
– Того, как она типа путалась с Крисом. Она, видите ли, страдает или типа того. А мы все такие: “Аллё, да кому это вообще интересно?”
– А почему ты думаешь, что она встречалась с Крисом?
Еще хитрее. И еще осторожнее.
– Просто мы так думаем.
– Правда? Видели, как они целовались? Может, держались за руки?
– Ой, ну, конечно, нет. Они бы не стали так откровенно всем показывать.
– А почему?
Тень чего-то странного. Страх. Орла оплошала – или подумала, что оплошала.
– Я не знаю. Просто считаю, что если бы им было все равно, что все про них знают, они бы не скрывали, что встречаются. Я только это хотела сказать.
– Но если они держали в тайне свои отношения, значит, никогда не вели себя как пара на людях, так что же заставило вас думать, что они встречаются?
– Чего? – Опять эти пустые вытаращенные глаза.
Господи Иисусе. Головой об стол. Больше не могу. Медленно и ласково:
– Почему ты думаешь, что Крис и Селена встречались?
Пустой взгляд. Пожатие плечами. Орла решила больше не рисковать.
– А почему они держали это в тайне?
Пустой взгляд. Пожатие плечами.
– А ты? – вмешалась Конвей. – У тебя есть парень?
Орла слабоумно хихикнула, поджав нижнюю губу.
– И все же?
Смущенное поерзывание.
– Ну, типа того. Ой, мамадорогая, это так сложно.
– Кто он?
Смешок.
– Я задала тебе вопрос.
– Просто парень из Колма. Его зовут Грэм, Грэм Квинн. Но мы не то чтобы встречаемся – в смысле, божемой, я не обнимаю его и не говорю всем, типа он мой парень! Ну, он, конечно, вроде как парень, но…
– Ясно. – Тон у Конвей такой, что даже тупая Орла поняла и заткнулась. – Спасибо.
– Если выбрать что-то одно, – продолжил я, – чтобы рассказать о Крисе Харпере, что бы ты выбрала?
Опять вытаращилась. У меня постепенно заканчивалось чувство юмора.
– О чем?
– О чем угодно. Что тебе кажется самым важным.
– Ну… он был шикарный парень?
Хихикает.
Я забрал у нее фотографию.
– Спасибо. Ты нам очень помогла.
Подождал секунду. Орла молчала. Конвей молчала. Сидела себе на столе, писала что-то или просто чертиков рисовала, отсюда не видно. Я не собирался оборачиваться, чтобы не выглядело, будто прошу помощи.
Хулихен сдержанно кашлянула, то ли спросить что хотела, то ли просто напоминала о себе. А я о ней и забыл.
Конвей захлопнула блокнот.
– Спасибо, Орла, – повторил я. – Возможно, нам понадобится еще раз поговорить с тобой. И если вдруг припомнишь что-нибудь, что, по-твоему, могло бы нам помочь, все что угодно, вот мой телефон. Звони в любое время. Хорошо?
Орла взяла визитку с таким видом, как будто я предложил ей сесть ко мне в полицейский фургон.
– Спасибо. Еще увидимся, – прервала трогательную сцену Конвей и бросила Хулихен, уже с готовностью вскочившей со своего места: – Следующая Джемма Хардинг.
Я еще разок улыбнулся Орле. Подождал, пока они с Хулихен выйдут за дверь.
– Ну что, господибожемой, а? – усмехнулась Конвей.
– Господибожемой, мамадорогая, какогочерта, твою мать, – отозвался я.
Мы почти посмотрели друг на друга. И почти рассмеялись.
– Не она, – заключила Конвей.
– Не-а.
Я ждал. Не стал спрашивать, уж такого удовольствия ей не доставлю, но мне нужно было знать.
– Все прошло нормально, – сказала она.
С трудом сдержал вздох облегчения, буквально в последний миг. Сунул фотографию обратно в карман для следующей серии.
– Что мне следует знать про Джемму?
– Считает себя секс-бомбой, – скривилась Конвей. – Наклонялась перед Костелло пониже, демонстрируя декольте. Бедолага не знал, куда глаза девать. – И усмехнулась. – Но эта хотя бы не такая дремучая. Совсем нет.
Джемма – это примерно как вытянутая в длину Орла. Высокая, стройная – изо всех сил старается отощать до модной худобы, но телосложение не то. Симпатичная, очень даже симпатичная, но с таким подбородком еще до тридцати лицо у нее станет лошадиным. Старательно выпрямленные светлые волосы, автозагар, выщипанные брови. На Тайное Место даже не покосилась, но Конвей же предупредила, что она совсем не дура.
К стулу она прошла, как по подиуму. Села, положила одну длинную изящную ногу на другую медленным томным движением. Запрокинула голову, выгнув шею.
Даже после того, что сказала Конвей, я не сразу сообразил, с чем имею дело, не сразу разглядел за школьной формой и фактом шестнадцати лет. Джемма рассчитывала вызвать во мне вожделение. Не потому что сама хотела меня, это ей и в голову не приходило. Просто потому что я находился рядом.
И с такими я тоже в школе учился. И в их игры не играю.
Глаза Конвей двумя раскаленными булавками прожигали сквозь ткань пиджака мои лопатки.
Еще раз повторил себе: ничего особенного означает именно ничего, с чем ты не мог бы справиться.
Одарил Джемму медленной ленивой улыбкой. Понимающей улыбкой ценителя.
– Джемма, верно? Я детектив Стивен Моран. Очень приятно познакомиться с тобой.
Прокатило. Тень улыбки в уголках губ.
– У нас к тебе несколько обычных вопросов.
– Без проблем. Всё, что захотите.
Это “всё, что” немножко чересчур. Улыбка обрисовалась отчетливее. Слишком прямолинейно.
Джемма сообщила примерно то же, что и Орла. С тем же дебильным американским акцентом. Нарочито растягивая звуки, лениво, демонстративно скучая в этой школе, для которой она слишком яркая фигура. Покачивая ножкой. Внимательно следя за тем, внимательно ли я слежу за ней. Если вопросы о вчерашнем вечере и породили выброс адреналина, она никак этого не показала.
– Когда ты была здесь вчера, то звонила кому-то, – сказала Конвей.
– Да. Своему парню. – Последнее слово Джемма посмаковала и покосилась на Хулихен – определенно, телефонные звонки во время занятий запрещены, – не шокировали ли ее слова ученицы.
– Как его зовут?
– Фил Макдауэлл. Он из Колма.
Ну разумеется. Конвей села на свое место.
– И ты вышла поговорить с ним, – уточнил я.
– Да, я вышла в коридор. Нам нужно было кое-что обсудить. Личное. – Игривая улыбка, персонально для меня. Будто я посвящен в тайну или могу быть посвящен.
Я улыбнулся в ответ.
– Когда ты выходила, не заглядывала к Тайному Месту?
– Нет.
– Нет? Тебя это совсем не интересует?
– Да глупости это, – пожала она плечами. – Все эти “Ах, меня никто не понимает, а я такая необыкновенная!”. Да можно подумать. Если там появляется что-нибудь крутое, все и так об этом сплетничают. Так что мне незачем туда заглядывать.
– А сама ты когда-нибудь не пробовала поместить там записку, хоть раз?
Она равнодушно дернула плечом.
– Когда только повесили эту доску. Просто для смеха. Я и не помню, про что. Мы все тогда понавыдумывали всякой фигни.
Встревоженный клекот из угла Хулихен. Джемма игриво шлепнула себя по запястью:
– Плохая девочка.
Забавляется, значит.
– А что скажешь насчет этого? – И я протянул ей фотографию.
Перестала покачивать ногой. Брови взлетели до корней волос.
И через секунду, медленно:
– О. Господи.
А вот это искренне. Участившееся дыхание, потемневшие глаза – прорезалось-таки сквозь тщательно выстроенную сексуальность. Это не наша девица, нет. Вычеркиваем вторую.
– Это не ты повесила?
Джемма медленно повела головой из стороны в сторону, не отводя взгляда от фото, внимательно изучая его.
– Точно? Ну просто ради шутки?
– Я не идиотка. У меня отец адвокат. Я прекрасно знаю, что это не смешно.
– Не догадываешься, кто бы мог это сделать?
Мотает головой.
– А если попробовать угадать…
– Не знаю. Честное слово. Я бы очень удивилась, если это Джоанна, или Орла, или Элисон, но не стала бы ручаться. Просто хочу сказать, что если это кто-то из них, то мне об этом ничего не известно.
Итак, две из двух готовы столкнуть подружек в дерьмо, лишь бы их самих не забрызгало. Как мило.
– Но здесь вчера вечером были и другие, – заметила Джемма. – После нас.
– Холли Мэкки и ее подруги.