скачать книгу бесплатно
– Точно. Эти.
– Эти. А что они за люди?
Джемма настороженно взглянула на меня, протянула фото обратно.
– Понятия не имею. Мы с ними практически не общаемся.
– А почему?
Пожимает плечами.
Улыбаюсь многозначительно.
– Дай-ка угадаю. Ваша компания наверняка довольно популярна у парней. А Холли и остальные вам мешали, да?
– Просто они другого типа люди.
Плотно скрещенные на груди руки. Джемма не купилась.
Тут что-то было. Орла, может, и впрямь искренне верила в эту муть про дурацкий прикид Селены для танцев, а может, и нет, но у Джеммы, похоже, точная и взвешенная позиция. Между двумя компаниями определенно что-то происходит.
Если Конвей намерена надавить, пускай займется этим сама. Не мое амплуа. Я Мистер Симпатяга, со мной можно поболтать. Если я продолбаю эту роль, у Конвей не останется причин со мной работать.
Конвей не издала ни звука.
– Что ж, понятно, – сказал я. – Давай поговорим о Крисе Харпере. У тебя есть какие-нибудь соображения насчет этой истории?
Пожимает плечами.
– Псих какой-нибудь. Садовник, которого вы арестовали, как его там. Или вообще кто-то случайно мимо проходил. Откуда мне знать?
Руки все еще сложены. Я наклонился вперед, изобразил улыбку, типа мы одни в баре поздно вечером:
– Джемма. Ну просто поболтай со мной. Давай так: выбери что-то одно о Крисе Харпере и расскажи мне. Одну важную деталь.
Джемма задумалась. Вытянула свои длинные стройные ноги, провела ладонью по бедру – так, мы вернулись на исходные позиции. Я внимательно наблюдал, чтобы она поняла, что старается не напрасно. Жуть как хотелось отодвинуть стул подальше. Я готов был расцеловать Конвей только за то, что она находится в этой же комнате. Джемма дьявольски опасна и прекрасно это понимает.
– Крис – это последний человек, про которого можно было бы подумать, что его когда-нибудь убьют, – произнесла она.
– Даже так? Почему же?
– Потому что его все любили. Вся наша школа от него балдела. Некоторые, конечно, говорили, что нет, но только потому, что хотели выделиться, или потому, что у них в любом случае не было шансов ему понравиться. И все парни в Колме хотели тусить с ним в компании. Потому я и думаю, что это сделал кто-то со стороны, случайный прохожий. Никто не стал бы намеренно вредить Крису.
– А тебе Крис нравился?
Пожимает плечами.
– Я же сказала – он всем нравился. Ничего в этом не было особенного. Мне многие парни нравятся. – Легкая улыбочка, с намеком.
– Ты с ним встречалась? В смысле, у вас был роман? – поддерживаю тон.
– Нет, – резко и сразу.
– Но почему? Если он тебе нравился… – Подчеркнутое тебе. Стоит тебе пожелать, и любой парень твой.
– Да так просто. У нас с Крисом никогда ничего не было. Точка.
Джемма вновь закрылась. И тут тоже нечисто.
Конвей не стала давить, я тоже. Вот моя визитка, если вспомнишь о чем-нибудь… и все такое. Пока Конвей отряжала Хулихен за следующей, Элисон Малдун, я успел улыбнуться на прощание Джемме, разве что не подмигнул, когда она выходила и обернулась убедиться, что я провожаю ее взглядом.
Выдохнул, провел рукой по лицу, чтобы избавиться от сальной улыбочки.
– Не она, – констатировал я.
– А что это за фигня с одной важной деталью про Криса? – поинтересовалась Конвей.
У нее был целый год, чтобы все узнать про него. А у меня несколько часов. Хоть что-нибудь выяснить – уже хорошо.
Конечно, зачем мне знать про Криса. Не мое дело – не мое тело. Я здесь исключительно для того, чтобы хлопать ресницами, вовремя улыбаться и разговорить девчонок.
– А что это за фигня с бойфрендами?
Конвей спрыгнула со стола, придвинулась почти вплотную к моему лицу:
– Ты что, меня допрашиваешь?
– Я просто спросил.
– Здесь спрашиваю я. Не наоборот. Если пойдешь в сортир, я, если пожелаю, могу спросить, помыл ли ты руки. Усвоил?
Да, про “почти рассмеялись вместе” можно забыть.
– Мне нужно знать, как они относились к Крису, – пояснил я. – Нет смысла рассказывать, какой он был милый и как несправедлива жизнь, если я беседую с человеком, который ненавидел его до чертиков.
Конвей еще некоторое время злобно таращилась на меня. Я не терял самообладания, помня, что осталось еще шесть девиц и что без меня Конвей недалеко уйдет. Молился, чтобы Конвей думала о том же.
Она опять взгромоздилась на стол.
– Элисон, – буркнула она. – Элисон впадает в ступор от всего, чтоб ее. Включая меня. Буду держать рот на замке, если ты не облажаешься. Гляди не облажайся.
Элисон выглядела, как Джемма, севшая после стирки. Мелкая, щуплая, плечики узенькие. Пальчики нервно теребят юбочку. Старательно выпрямленные светлые волосы, автозагар, выщипанные брови. На Тайное Место не обернулась.
И вот она-то точно узнала Конвей. Едва Элисон появилась в дверях, Конвей, впустившая ее, попыталась скрыться из поля зрения, но Элисон буквально шарахнулась от нее.
– Элисон, – поспешно начал я ласковым голосом, отвлекая девочку. – Я Стивен Моран. Спасибо, что пришла. – Улыбка. На этот раз ободряющая. – Садись, пожалуйста.
Никаких тебе ответных улыбок. Элисон пристроилась краешком задницы на краешке стула и уставилась на меня. Мелкие черты лица, зубы торчат, мышь белая. Хотелось вытянуть пальцы и пощелкать языком, подманивая.
Но вместо этого я вежливо проговорил:
– Всего пару вопросов, это займет несколько минут. Не могла бы ты рассказать о вчерашнем вечере? Начиная с первого учебного периода?
– Мы были здесь. Но ничего не сделали. Если что-то произошло, что-то украли или сломали, это не я. Клянусь.
И голосок тоже тоненький и мерзкий, переходящий в нытье. Конвей была права, Элисон боится всего – боится, что проштрафится, что все, что она говорит, делает и думает, – неправильно. Хочет, чтобы ее убедили в том, что она молодец. Я видел это и в школе, и миллион раз у свидетелей, гладил по головке и произносил все нужные слова.
И здесь тоже:
– Да, конечно, я знаю. Ничего не пропало, не сломалось. Никто ничего дурного не совершил. – Улыбка. – Мы просто проверяем некоторые факты. Тебе всего лишь нужно в подробностях вспомнить вчерашний вечер. И все. Давай попробуем, хорошо?
Кивнула:
– Да.
– Ну вот и прекрасно. Это будет вроде теста, где ты знаешь все верные ответы и никак не можешь ошибиться. Так пойдет?
Едва заметная улыбка. Крошечный шажок к расслаблению.
А мне нужно, чтобы Элисон расслабилась и успокоилась, прежде чем я выложу перед ней фото. Именно этого я и добивался вопросами к Джемме и Орле: успокоить и отвлечь, а потом резко вытолкнуть из этого состояния.
Элисон выдала мне ту же самую историю, но из нее приходилось выуживать ее по кусочкам и клочкам, как играть в бирюльки: вытащил не ту, обрушил хрупкую конструкцию – ты проиграл. Рассказывая, она опять вся подобралась и зажалась. И не поймешь, серьезная для того причина, не очень серьезная или вообще нет никакой причины.
Она подтвердила версию Орлы о том, кто и когда выходил из мастерской – Джемма, Орла, она, Джоанна, – причем гораздо более уверенно, чем Орла.
– Ты очень наблюдательная, – похвалил я. – Это как раз то, что нам нужно. Я прямо мечтал, что найдется кто-то вроде тебя, представляешь?
Еще одна улыбка. Еще шаг навстречу.
– Ну а теперь давай ты меня осчастливишь окончательно. Расскажи, что, выходя в коридор, ты поглядела, как там ваше Тайное Место.
– Ну да. Когда я выходила в… На обратном пути посмотрела. – Короткий взгляд на Хулихен. – Только на секундочку. А потом сразу вернулась заниматься проектом.
– О, чудесно. На это я и надеялся. Заметила там новые записки?
– Ага. Одна такая с собакой, ну прямо мимими. И еще кто-то написал про… – Нервная ухмылка, прячет лицо. – Ну вы поняли.
Я ждал. Элисон ерзала.
– Ну, это… как бы женщина… верхняя часть. Одетая, конечно! Не… – Неестественный смешок. – И написано: “Я коплю деньги, чтобы, когда исполнится восемнадцать, купить себе такую же!”
Наблюдательная, да. Качество, часто сопутствующее пугливости. Жертвы хищников опасаются каждого куста и потому всё подмечают.
– И все? Больше ничего нового?
– И все, – покачала головой Элисон.
Если она говорила правду, это возвращало нас к исходной мысли: Орла и Джемма ни при чем.
– Отлично, – сказал я. – Просто замечательно. Скажи, а сама ты когда-нибудь помещала там записки?
Глаза забегали.
– Это совершенно нормально, если ты пользовалась доской объявлений. Она ведь именно для такого и предназначена. Было бы странно, если бы доска пустовала.
Вновь слабая улыбка.
– Ну… да… Всего пару раз. Просто… когда меня что-то тревожило и я не могла об этом поговорить, я… Но это было давным-давно. Приходилось действовать очень осторожно, и потом я каждый раз так боялась, что кто-нибудь догадается, что это я, и разозлится, что я повесила записку, вместо того чтобы рассказать ей. И поэтому я перестала. И все свои записки сняла.
Кто-нибудь. Девица из ее компании, которой боится Элисон.
Она расслабилась практически максимально, как смогла. То есть не особенно.
– А это тоже одна из твоих записок? – осторожно спросил я.
Фотография. Элисон ахнула. Прижала свободную ладонь ко рту. Пронзительное верещание сквозь пальцы.
Страх, но не могу понять какой. Страх, что ее застукали, что где-то неподалеку бродит убийца, что кто-нибудь знает, кто это, а может, просто рефлекторная реакция на любое потрясение – поди разбери. Впадает в ступор от всего, чтоб ее, сказала Конвей. Элисон вся потускнела и стала какой-то непрозрачной и размытой, как ветровое стекло под дождем.
– Это ты повесила записку?
– Нет! Нет-нет-нет… не я. Честно!..
– Элисон, – мерно, убаюкивающе говорил я. Наклонился, чтобы забрать у нее фотографию, да так и остался. – Элисон, взгляни на меня. Если это сделала ты, в этом нет ничего страшного. Хорошо? Кто бы это ни сделал, он, то есть она поступила правильно, и мы ей очень признательны. Нам просто нужно с ней поговорить.
– Это не я. Не я. Я этого не делала. Пожалуйста…
И все, больше я ничего не добился. Дальнейшее давление ничем не помогло бы, разве что похерило мой следующий шанс, равно как и этот.
Конвей выступила из своего угла, все еще стараясь не попадаться на глаза. Прощупывала ситуацию.
– Элисон, – сказал я. – Я тебе верю. Мне просто нужно было спросить. Такой порядок. Вот и все. О’кей?
Наконец мне удалось поймать ее взгляд.
– Итак, это не ты. А как думаешь, кто бы мог это сделать? Кто-нибудь из девочек говорил о своих подозрениях насчет того, что случилось с Крисом?
Мотает головой.
– А это может быть кто-то из твоих подруг?
– Вряд ли. Не знаю. Нет. Спросите лучше у них.
Элисон соскальзывала обратно в панику.
– Ну вот и отлично. Это все, что я хотел знать. Ты большая молодчина. А скажи-ка нам вот что: ты ведь знакома с Холли Мэкки и ее подружками, верно?
– Да.