Высота преступления

Аэробус А330 продолжал свой путь сквозь ночное небо, а Алекс отставил пустой бокал, размышляя о деталях. Гильза, перчатки. Должно быть их уже обнаружили. Тем лучше. Возможно, они даже установили имя. ДНК и прочая хрень. Полиция знает свою работу. Да и люди де Жана, наверняка его ищут. Убийство босса наделало шуму. Многие планы уж точно полетят ко всем чертям со смертью Франсуа – Тени – де Жана, центральной фигуры во многих, если не во всех, криминальных схемах Калифорнии. Единственное, что заставило его, Алекса, понервничать так это билет на самолёт. Сам бы он никогда не стал бы использовать одно и то же имя в двух разных заданиях, пусть даже и с таким небольшим промежутком времени. Но билет был забронирован людьми Сигары. Обдумывать детали было некогда, а если бы Малоун – Харт – предпринял бы попытку сменить имя, либо вообще отказался от работы – что само по себе странно для наёмника – это вызвало бы подозрения и ставило бы весь план под угрозу. К моменту, когда они сопоставят факты, он уже будет далеко. А если и догадаются раньше – что с того? Никто не станет останавливать рейс из-за одного пассажира без багажа. Да и ФБР не станет поднимать шум, пока не убедится наверняка. Алекс провёл рукой по подголовнику, ощущая прохладу кожи. Всё шло по плану. Почти.

Единственное, что его слегка раздражало – собственная сентиментальность. Эти воспоминания, этот виски, этот внезапный приступ ностальгии… Слабость. Он давно научился отключать эмоции, как ненужную программу. Но иногда – редко, очень редко – что-то давало сбой.

Как Антонио.

Он резко выдохнул, стирая образ рыжего ухмыляющегося лица из сознания. Сосредоточься! Где-то в этом самолёте сидел его новый «клиент». Алекс медленно закрыл глаза, прикидывая варианты.

Глава 16

Эудженио Эспозито, прозванный Сигарой, за любовь к дорогим сигарам, считал себя мастером расчётов. Являясь одним из самых влиятельных боссов Сан-Диего, он держал под контролем доки, нефтяные склады и половину торговых путей ведущих в Мексику. Его власть была незыблема, а репутация – безупречной. Когда он отдавал приказ, люди умирали. Точка. Именно поэтому, когда сегодня днём его люди сообщили, что Франсуа де Жан, его главный конкурент, убит, Эудженио лишь усмехнулся, обронив:

– Значит теперь, весь город мой.

Он приказал подать шампанское, впервые за долгие годы позволив себе расслабиться. Франсуа де Жан, этот изворотливый француз, слишком долго вставлял ему палки в колёса, контролируя вторую половину порта и отжимая грузы, которые по праву должны были принадлежать Короне – его организации. Последние два года они вели холодную войну, но после сегодняшнего дня всё должно было измениться.

Завтра должна была состояться ключевая сделка. Мексиканский картель ждал подтверждения, а де Жан был последним камнем преткновения. После смерти де Жана, Эспозито надеялся на то, что больше проблем не возникнет. Поэтому сейчас, узнав о том, что этот лягушатник жив Сигара был в ярости.

Эспозито сидел в своём кабинете, на верхнем этаже старинного особняка в итальянском стиле, спрятанного в холмах Сан-Диего. Высокие потолки, украшенные лепниной, массивные дубовые панели на стенах, тяжёлые бархатные шторы, пропускавшие лишь узкие полоски закатного света. На полу персидские ковры. За спиной Эудженио висела картина – копия Караваджо «Давид с головой Голиафа». Он любил этот сюжет. Возле стены, по левую сторону от Эспозито стоял диван, на котором, закинув ногу на ногу сидел Марко Риццы – доверенное лицо, и правая рука Сигары.

Рикко стоял, сжимая в потных ладонях кепку. Его глаза бегали по комнате избегая взгляда босса.

– Значит он жив – наконец произнёс Эудженио, медленно выпуская дым сигары – И скорее всего он знает, что я за ним охочусь. Если нет, то узнает в ближайшее время. Ну и как такое могло произойти?

– Я не знаю – сказал Рикко, дрожащим голосом – У нас была информация, что сегодня он приедет в бар, снайпер… этот Дениел Харт стрелял в него… я ждал в паре кварталов.

– То есть ты не видел момент выстрела – это был не вопрос.

Эудженио говорил, спокойно, не срываясь на крик, но это и пугало больше всего. Лишь едва заметный огонь в глазах, да легкое покраснение щёк, указывал на ярость, которая овладела этим 57-ми летним стариком. Его слова с примесью итальянского акцента никогда не могли сказать предрасположен ли Сигара для дружеской беседы или готовиться «вышибить мозги» собеседнику.

– Но Харт сказал, что убил де Жана. Вы думаете… – Рико отчаянно пытался подобрать слова.

– Это тебе надо думать – Эспозито затянулся и выпустил дым в сторону Рикко – А может ты с ним заодно? Как думаешь Марко?

Марко Риццы медленно поднял глаза, его лицо оставалось невозмутимым, но пальцы слегка сжали подлокотник дивана.

– Если бы Рикко был с ними заодно, босс, он бы не пришёл сюда с пустыми руками, – проговорил он спокойно, но в его голосе сквозила лёгкая угроза. – Но это не отменяет того, что он облажался.

Эудженио кивнул, его взгляд скользнул по Рикко, будто взвешивая его на весах судьбы.

– Ты прав, Марко. Но ошибки дорого стоят в нашем деле. – Он потушил сигару в хрустальной пепельнице, затем медленно поднялся из-за стола. – Рикко, ты знаешь, что значит провал.

Рикко сглотнул, его пальцы вцепились в кепку так, что костяшки побелели.

– Харт в самолёте?

– Да босс – Рикко почувствовал, что есть надежда перевести гнев Сигары на исполнителя и стал думать быстрее – Он взялся за дело, которое вы ему поручили и сейчас уже, наверное, в воздухе.

Рикко понял, что пропал. Харт на пути в Лондон, а это значит, что до него трудно дотянуться в то время, как он, Рикко, рядом.

– Босс я… – последняя попытка – Я исправлю это. Де Жан не доживёт до утра, а Харт, можно сказать уже покойник.

– Убирайся вон – неожиданно взревел Эспозито, и указал на дверь.

Рикко не нужно было повторять дважды. Он накинул кепку и вышел. Марко встал с дивана и подошёл к столу.

– Что теперь? Нам не добраться до Харта в воздухе. Лондон вообще не наша территория.

– Пусть это тебя не заботит – Эудженио тоже поднялся и скрестив за спиной руки подошёл к окну – В который раз восхищаюсь как красиво в Сан-Диего, особенно вечером.

Марко Риццы стоял возле стола и не знал, как реагировать на такую резкую смену темы.

– Мы сделаем вот, что – Сигара повернулся – С Хартом, я разберусь. До Лондона он не долетит. А ты сделай так, чтобы этот сукин сын Жан не пришёл завтра на сделку.

– Я всё понял босс.

Марко направился к двери, взялся за ручку и услышал слова:

– И сделай так, чтобы я больше не слышал о Рикко.

Риццы вышел в коридор оставив Эспозито наблюдать вечерний Сан-Диего.

Глава 17

По пути домой она размышляла. О Джефри, о странном убийстве в аэропорту и о, ещё более, странном убийстве парня в припаркованной машине. Поскольку не было документов, пока не ясно, его ли эта машина. Да и странным было не само убийство, которых за годы службы ей довелось повидать, а, скорее, способ. Свернуть шею не так-то просто. Какой из этого вывод? То, что убийца мужчина. В убийцу женщину не верилось совсем. К тому же он подготовлен; военный либо сотрудник спецслужб – бывший или действующий. Забрал документы – а она была уверенна, что водитель не забыл их, а именно убийца забрал – это значило, что полиция не сразу должна была установить личность. Если он так не хотел, чтобы узнали кем был убитый то почему не отогнал или вообще не избавился от машины и тела. Пока вопросов было больше, чем ответов.

После беглого осмотра убитого. Джейн сделала несколько снимков на телефон, и отправила Даниелю попросив установить личность и хозяина машины. Эксперт был недоволен подкинутой работой, тем более срочностью, но после мольбы Джейн всё-таки согласился. Шериф сказал, что уже отправил данный в департамент шерифа округа, однако Картер знала, насколько это могло затянуться и не собиралась ждать так долго. К тому же люди шерифа не имели доступа к системе распознавания лиц, без которой в данном случае было бы трудно обойтись.

Джейн свернула в подземную парковку сорокаэтажного дома на улице «Аш», и остановилась напротив лифта. Выйдя из машины, она подошла к лифту и нажала кнопку вызова. Поднявшись на тринадцатый этаж, она ключом открыла квартиру в конце коридора и зашла внутрь.

– Ну вот я и дома – прошептала Джейн, переступая порог.

Квартира встретила её мягким полумраком – шторы были задернуты. Воздух пахнул кофе и бумагой – её привычная смесь.

Гостиная представляла собой уютный, но строгий хаос. Большой кожаный диван, купленный когда-то со скидкой, стоял напротив телевизора, который, впрочем, почти не включался. На журнальном столе лежала стопка папок с делами, несколько пустых кружек и ноутбук в режиме сна. Слева от входа была кухня. Чистая, но не стерильная. В раковине лежала одна тарелка, а на столешнице стояла кофемашина – её главная спасительница в бессонные ночи. Дверца холодильника была украшена магнитами из разных городов и квитанцией за еду, приклеенной на скотч.

Джейн сняла наплечную кобуру, повесила её на вешалку и прошла дальше. Справа был узкий коридор, ведущий к спальне и кабинету. Кабинет был её святая святых. Книжные полки, забитые юридическими справочниками и криминалистическими учебниками, стол с двумя мониторами и доской, утыканной фотографиями, заметками и красными нитями. Здесь она вела свои личные расследования, те, которые не доверяла другим.

Спальня – минималистичная. Двуспальная кровать, тумбочка с лампой и книгой, полупустой шкаф. Никаких декоративных излишеств.

Она вздохнула, подошла к окну и раздвинула шторы. Город мерцал внизу, живой и безучастный. Чувство, что за этим стеклом кто-то наблюдает, на мгновение сжало ей горло.

– Хватит паранойи, – пробормотала она и направилась в ванную…

Приняв душ, она накинула летний халат и сделала себе кофе. Помешивая ложечкой в стакане, она уже не в первый раз за последние несколько часов посмотрела на экран телефона. Никаких сообщений. Она уселась на диван, поставила стакан на столик и включила телевизор. Её совсем не интересовало то, что показывали на большом жидкокристаллическом экране, она скорее просто хотела добавить немного оживления в эту обстановку. Джейн сделала глоток и приятное тепло растеклось по телу разбавляя всю дневную усталость, и она почувствовала, как напряжение спадает. Джейн в очередной раз подумала о том, что было бы неплохо завести домашнего питомца. В детстве у неё был котёнок, рыжий комочек с белыми лапками, но после переезда в другой город родители отдали его соседям. Тогда она плакала целую неделю. Сейчас, в этой пустой квартире, иногда так не хватало живого присутствия – того, кто встретит у порога, кому можно пожаловаться на тяжёлый день…

Телефон зазвонил и Джейн открыла глаза. Она не заметила как уснула, сидя на диване с включенным телевизором. Кофе на столике рядом совсем остыл. Она посмотрела на часы, стоявшие слева от телевизора на небольшой тумбе. 22:30. Она проспала около часа.

– Слушаю – Джейн поднесла сотовый к уху.

– Картер, спишь, что ли? – Даниель. Должно быть её сонный голос выдал её.

– Немного вздремнула, в ожидании твоего звонка.

– Вот она, значит, как работает. Всю работу скинула на коллегу, а сама спать – в голосе Даниеля не чувствовалось обиды или злого упрёка.

– Ладно Дан, не дуйся. Ты же знаешь – я без тебя не куда. Раз звонишь, значит нарыл что-то. Говори, я вся – внимание!

– Короче по твоему парню с аэропорта: это пассажир рейса на Лондон – Джейн слышала, как Даниель стучит по клавишам – Билет он взял, на имя Дениел Харт – бизнесмен, занимается продажей какой-то робототехники или что-то в этом роде. Летит в Лондон по работе. Никакого криминала.

Чёрт!

– Теперь, что касается второго трупа. У нас в базе его нет. – Джейн почувствовала, как в висках застучало.

– Значит он не имел неприятности с законом – пробубнила она едва слышно, скорее себе, чем Даниелю – Может турист? Или нелегал?

– Слишком ухоженный для нелегала, – ответил Даниель. – Но я запросил данные в Управлении кадров муниципальных служб. Нам повезло – они работают круглосуточно. Там хранятся сведения обо всех госслужащих, подрядчиках и даже временных работниках города – от дворников до инженеров. Если он хоть как-то был связан с Сан-Диего официально, мы его найдём.

Джейн прикусила губу. УКМС – хороший ход. База там обширная, но доступ к ней ограничен. Даниель, судя по всему, использовал свои старые связи в IT-отделе.

– Сколько ждать? – спросила она, уже представляя, как копается в новых данных.

– Час, максимум два. Но есть нюанс…

В его голосе появилась тревожная нотка.

– Нюанс?

– Запрос автоматически ушёл в лог. Если кто-то начнёт копать, всплывёт моё имя. И твоё, раз уж я указал, что действую по твоей просьбе.

Джейн закрыла глаза, потом открыла их.

– Ладно – сказала она – Посмотрим, может оно того стоило. Спасибо Дан, с меня причитается.

Она положила трубку и потянулась к остывшему кофе. Горький вкус совпал с её настроением. Два трупа, ноль ответов. И теперь ещё риск нарваться на неприятности из-за запроса. За окном вечерний Сан-Диего мерцал огнями, будто подмигивая ей. Где-то там бродил убийца, который мог сломать шею взрослому мужчине. Военный? Агент? А может, кто-то ещё страшнее… Телевизор бубнил что-то о погоде, но Джейн его не слушала. Она достала телефон и открыв фото мужчины со сломанной шеей, положила его на стол. Глотнула еще кофе и посмотрела на фото.

– Кто же ты такой? – спросила она пустоту.

Глава 18

«Мерседес» резко рванул с места, скрывшись за поворотом, прежде чем кто-то из прохожих успел понять, что только что видел. В салоне незнакомец сидел между Мартинезом и брюнетом, его лицо оставалось бесстрастным, будто его не похитили, а просто подвезли. Окна машины были затемнены, но он не пытался вглядываться в улицы, будто знал маршрут заранее.

Через двадцать минут автомобиль свернул в промзону на окраине Сан-Диего, где среди заброшенных складов стоял неприметный ангар с выцветшей вывеской «Fisher & Sons – Marine Supplies». Ворота открылись автоматически, и «Мерседес» въехал внутрь. Ангар оказался совсем не заброшенным: под высокими потолками мерцали люминесцентные лампы, освещая несколько столов с электроникой, стойку с оружием и группу людей в чёрном, которые даже не подняли головы при их появлении. У дальней стены, за бронированным стеклом, виднелась дверь, вероятно, ведущая в кабинет или комнату допросов. Машина остановилась. Дверь открылась и Мартинез буквально выволок незнакомца. Тот даже не пытался сопротивляться.

– Заходи, – коротко бросил Мартинез, толкая незнакомца в помещение.

Это была небольшая комната с бетонными стенами столом и двумя стульями.

– Сиди здесь. Без глупостей – и сказал, обращаясь к людям в чёрном – Присмотрите за ним – затем вышел.

Давид подошёл к машине.

– В одном можно быть уверенным – сказал де Жан, опустив окно, когда Мартинез подошёл ближе – Это Сигара. Он заказчик. Старый ублюдок захотел избавиться от меня накануне сделки.

– Откуда информация? – спросил Давид, уже не в первый раз за сегодняшний день испытавший удивление – Кто звонил?

– Они обнаружили ДНК. Анализ указал на Риццы. Знаешь такого

– Марко Риццы? – спросил Давид, уже зная ответ.

– Да. Приближённый Эспозито.

– Что будем делать с этим? – Мартинез кивнул на дверь комнаты.

– Мне нужны ответы. Думаю, он сможет пролить свет на некоторые вопросы. Но сейчас есть дела поважнее. Ты устроил мне встречу?

Давид знал о чём спрашивает его босс.

– Да. Я пригласил всех в твою резиденцию к полуночи, как ты и просил.

– Тогда оставь здесь людей, пусть покажут парню наше гостеприимство, а мы поехали…

Давид кивнул и жестом подозвал двоих людей в чёрном, коротко объяснив, что от них требуется. Один из них – коренастый мужчина с шрамом через бровь – мотнул головой в знак согласия и направился к комнате, где сидел пленник.

Мартинез и де Жан сели в «Мерседес», который тут же рванул к выходу из ангара. Ворота снова открылись автоматически, и машина скрылась в ночи, оставив за собой лишь лёгкий шум мотора.

В комнате царила тишина, нарушаемая только мерным жужжанием ламп. Незнакомец сидел неподвижно, его пальцы слегка постукивали по металлической поверхности стола. Он не выглядел напуганным – скорее задумчивым, будто решал сложную задачу.

– Как тебя зовут? – резко спросил человек со шрамом, скрестив руки на груди.

Пленник медленно поднял глаза. В его взгляде не было ни вызова, ни страха, лишь холодная расчётливость.

– Это неважно, – ответил он спокойно. – Важно то, что вы не понимаете, во что ввязались.

– О, мы как раз очень хорошо понимаем, – усмехнулся второй охранник, потягиваясь. – Ты здесь, потому что кому-то очень нужно поговорить. И поверь, у нас есть способы сделать тебя разговорчивым.

Незнакомец улыбнулся, едва заметно, словно знал что-то, чего не знали они.

– Нет – вдруг сказал незнакомец и его слова прозвучали холодно – Я здесь потому, что хочу.

Тишину разрезал резкий щелчок предохранителя. Охранник со шрамом направил пистолет в лицо незнакомца, но тот даже не дрогнул.

– Последний раз спрашиваю, – прошипел коренастый. – Кто ты?

Ответом стал взгляд, от которого по спине пробежал холод.

– Ты ошибся, – тихо произнёс незнакомец.

И всё завертелось.

Он рванулся вперёд так быстро, что охранник даже не успел нажать на курок. Левой рукой пленник перехватил запястье с пистолетом, резко дёрнул вниз послышался хруст кости, затем крик. Правая ладонь со всей силы ударила в кадык, глухой хлопок и человек со шрамом рухнул, захлёбываясь кровью.

Второй охранник опомнился первым, выхватив «Глок» из кобуры. Но незнакомец уже был рядом. Удар коленом в солнечное сплетение, выдох со стоном, тело согнулось пополам. Затем молниеносный захват за шею и резкий поворот; ещё один хруст. Тело безвольно осело на пол.

На шум из-за бронированного стекла выбежали ещё трое. Первый успел дать очередь из автомата, но незнакомец, будто предвидя выстрелы, уже катился в сторону, пули впивались в бетонную стену. Он схватил со стола металлический прут – обломок какой-то конструкции – и метнул его, как копьё. Остриё пробило горло стрелка, тот захрипел, падая.

Двое оставшихся направили автоматы в сторону, где только что был не известный, но его там уже не было. Появившись за спиной одного из охранников, он направил руки, державшие автомат, на второго и выстрелил. Затем сжал горло и держал пока тело не обмякло.

Тишина.

Только тяжёлое дыхание и запах крови.

Незнакомец стоял среди тел, его одежда была в пыли, но без следов борьбы. Он наклонился, поднял «Глок» у первого охранника, проверил магазин: почти полный. Затем шагнул к выходу, но вдруг остановился.

Из-за бронированного стекла на него смотрела камера наблюдения.

Он поднял оружие, прицелился и выстрел. Экран разлетелся на осколки.

Теперь точно тишина.

Он вышел из комнаты, оставив за собой только мёртвых и один вопрос:

Кто же на самом деле кого поймал?

Он пошёл по ангару озираясь по сторонам и высматривая нет ли здесь ещё охраны. Де Жан уехал. Жаль. В очередной раз ему удалось уйти. «Надо было их прикончить ещё в машине» – подумал незнакомец, проходя столы с оружием. Потом он вышел на улицу.

Незнакомец медленно поднялся по узкой металлической лестнице, ведущей в пристройку ангара. Его шаги были бесшумны, словно он и не касался ступеней. Глок в его руке лежал уверенно, но он не торопился им воспользоваться – пока не было необходимости.

Пристройка оказалась небольшой комнатой с низким потолком, заставленной стеллажами со старыми документами и ящиками с электроникой. В углу стоял единственный компьютер, подключённый к монитору с разбитым экраном на который, по видимому, поступало изображение с той самой камеры, в которую он только что выстрелил.

Но его интересовало не это.

Он подошёл к дальнему стеллажу, отодвинул коробку с проводами и нащупал за ней небольшой лючок, почти незаметный в полумраке. Металлическая пластина поддалась с лёгким скрипом, открывая скрытый отсек.

Внутри лежал жёсткий диск в защищённом корпусе.

Незнакомец ухмыльнулся.

Вот зачем он здесь.

Де Жан и его люди думали, что хранят все данные в облаке или на своих зашифрованных серверах, но у них была привычка; дублировать самое важное на физические носители. На случай, если что-то пойдёт не так.

А сейчас всё пошло не так.

Незнакомец засунул диск в карман куртки и поспешил покинуть ангар.

Глава 19

23:30. 180 минут до инцидента

Салон самолёта погрузился в полумрак. Большинство пассажиров уже спали, укрывшись тонкими авиационными пледами, лишь кое-где мерцали экраны с фильмами или светились айпады в руках у тех, кто не мог уснуть. Эмили прижала лоб к холодному стеклу иллюминатора, за которым расстилалась бесконечная чернота ночного неба, усеянная звёздами.

– Мама говорила, что, если загадать желание на падающую звезду, оно обязательно сбудется – прошептала она, но тут же нахмурилась.

Мамы не было рядом. Впервые в жизни она летела одна. Вернее, не совсем одна. Эмили вытянулась в кресле и видела, как в конце салона тётя Сью разговаривает с другими бортпроводниками. Эмили потянулась к рюкзаку, лежавшему у её ног, и достала плюшевого медвежонка – подарок от мамы перед отъездом из дома. Медведь был старым, с вытертой шерстью и одним глазом, пришитым заново, но для Эмили он был самым важным сокровищем.

– Ты не боишься? – спросила она шёпотом, прижимая игрушку к груди.

Самолёт слегка качнуло, и Эмили инстинктивно вцепилась в подлокотники. В этот момент из динамиков раздался голос пилота:

«Дамы и господа, это ваш командир. Мы проходим зону небольшой турбулентности. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах с пристёгнутыми ремнями.»

Эмили сглотнула. Она уже летала раньше, но тогда рядом была мама, которая держала её за руку и говорила, что всё в порядке.

– Всё в порядке, – повторила она про себя, но голос дрогнул.

Рядом раздался лёгкий стон. Эмили обернулась и увидела мужчину через проход, того самого, что пил виски, он склонился над своим креслом, сжимая голову руками. Его дыхание было прерывистым, а пальцы впились в волосы так, что костяшки побелели.

– Вам плохо? – невольно вырвалось у Эмили.

Мужчина поднял голову. Его глаза были стеклянными, а лицо покрылось испариной.

– Всё… в порядке, – пробормотал он, но тут же сжал зубы, когда самолёт снова дрогнул.

Эмили не знала, что делать. Мама всегда говорила, что, если кому-то плохо, надо позвать взрослых. Она потянулась к кнопке вызова стюардессы, но мужчина посмотрел на неё, отрицательно помотав головой и пересел на свободное место рядом с Эмили.

– Не надо, – прошептал он. – Просто… поговори со мной. О чём-нибудь.

Эмили замерла. Его пальцы а на лбу выступил пот.

– Меня зовут Эмили, – сказала она, потому что больше ничего не пришло в голову.

– Марк, – ответил мужчина.

– Вы боитесь летать? – спросила Эмили.

Марк усмехнулся, но в глазах не было веселья.

– Да. Как ребёнок – сказал Марк, скрыв истинную причину своего состояния

– Я тоже немного боюсь, – призналась Эмили. – Но мама говорит, что самолёты – самые безопасные…

Голос её оборвался. Она снова вспомнила, что мамы нет рядом.

Марк заметил это. Он медленно выдохнул и откинулся в кресле, будто собираясь с силами.

– Ты летишь одна?

– Нет, со… с тётей.

Она кивнула в сторону Сьюзен, стоявшую в конце салона в проходе.

Марк посмотрел на женщину, потом снова на Эмили.

– А мама?

– Она… осталась дома.

– Понятно.

Наступила тишина. Самолёт снова качнуло, но уже слабее.

– Знаешь, что мне помогает? – вдруг сказал Марк. – Я представляю, что это не турбулентность, а просто дорога. Ты же не боишься, когда машина едет по кочкам?

Эмили задумалась.

– Нет…

– Вот и здесь то же самое.

Она улыбнулась.

– Вы врач?

Марк нахмурился.

– Почему ты так решила?

– Вы говорите, как доктор в нашей поликлинике. Он тоже всегда всё объясняет.

Марк рассмеялся, и в этот момент его лицо наконец расслабилось.

– Раньше был.

– А сейчас?

– Сейчас… – он замолчал, будто не знал, что ответить. – Сейчас я просто лечу в Лондон.

Эмили хотела спросить ещё что-то, но в этот момент из динамиков снова раздался голос пилота:

«Дамы и господа, мы вышли из зоны турбулентности. Вы можете отстегнуть ремни, но рекомендуем оставаться на местах.»

Марк закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Видишь? Всё прошло.

Эмили кивнула.