Высота преступления

Давид Мартинес наклонился вперёд, брови сдвинуты.

– На их условиях?

– Их условия – это единственные условия, – резко отрезал Франсуа. – Такого клиента терять нельзя. Они контролируют половину поставок в регионе. Если у них появился новый партнёр, значит, кто-то уже сделал шаг, который мы не успели.

Он слегка сжал губы, в его глазах мелькнуло что-то опасное.

– Так что выжмите из инвесторов всё, что можно. А потом мы заключаем сделку на их условиях. Потому что альтернативы нет.

Убедившись, что все поняли, Франсуа сделал едва заметный жест рукой; собрание закончено. Юристы молча покинули кабинет, оставив его наедине с Давидом. Вскоре открылась потайная дверь и в кабинет вошёл Анри, которого все знали как де Жана; такой же идеально сшитый костюм, такие же часы, такие же холодные глаза. Они были похожи, но не одинаковы.

– Ты всё слышал – Анри кивнул – Сегодня в полдень тебя ждут на встрече с инвесторами. Ресторан Марино. Все основные инструкции получишь у Давида.

Анри кивнул, поправил галстук и вышел из кабинета, оставив Франсуа и Давида наедине.

– Что насчёт хакера?– спросил Давид, когда дверь закрылась.

Франсуа медленно подошёл к столу и сел, откинувшись на спинку кресла.

– Нам нужно знать, что рассказал Харис ФБР. – его голос прозвучал тихо, но уверенно показывая кто тут босс.

– Я уже связался с нашими людьми в бюро. Пока тихо. Но если он действительно раскололся…

– «Если» нас не устраивает. Но если мы не узнаем, что у них есть, то играем вслепую. А я не люблю слепые игры.

*** ***

Ресторан располагался на верхнем этаже одного из небоскрёбов в центре Сан-Диего. Панорамные окна открывали вид на город, а хрустальные люстры создавали атмосферу роскоши. Анри Лакур вошёл в зал, сопровождаемый двумя охранниками, и все взгляды тут же устремились в его сторону. Официанты замерли, гости за столами приглушили разговоры. Он нёс себя так, будто город принадлежал ему. За ним, сохраняя почтительную дистанцию, следовали двое охранников; крепкие мужчины в тёмно-серых тактических костюмах с нашитыми на предплечьях эмблемами ЧВК «Железный Щит»: стилизованный кулак в кольчуге, сжимающий меч. Надпись «Iron Shield» и фамилия владельца —Ковальски— были вышиты серебристой нитью под символом. Охранники молча заняли столик неподалёку, не сводя глаз с Лакура и входа. Один из них – с короткой сединой у висков – положил на стол ладонь, и Анри мельком заметил шрам в форме звезды между пальцами. Второй, помоложе, с холодными голубыми глазами, расстегнул пиджак, дав понять, что под ним кобура.

– Месье де Жан! – встретил его менеджер, почти кланяясь.

Анри кивнул, бросая взгляд на собравшихся. За столиком у окна сидели трое: два крупных инвестора и женщина в чёрном платье.

– Простите за опоздание, – сказал он, усаживаясь.

Голос, интонации, даже манера поправлять запонки, всё было идеально. Разговор завязался о новых проектах, о недвижимости, о политике. Анри умело вёл беседу, кивая в нужных местах, вставляя точные фразы, которые ждали от де Жана. А тем временем охранники «Железного Щита» заказали кофе и продолжили наблюдать. Их присутствие, как и эмблема Виктора Ковальски, говорило само за себя: Лакур был под надёжной защитой.

В дальнем углу ресторана, за столиком с видом на вход, сидел рыжий. Он был одет в простую белую рубашку с расстегнутым воротом и тёмные джинсы, выглядел как обычный посетитель, решивший выпить кофе с видом на город. Но его зелёные глаза, холодные и расчётливые, не скользили по пейзажу за окном, они были прикованы к Анри Лакуру. Его пальцы лениво постукивали по столу, но в этом ритме была чёткость, он считал секунды между взглядами охраны, запоминал, куда они смотрят, как часто проверяют телефон. Он опустил взгляд, сделал ещё один глоток кофе, но боковым зрением наблюдал за Анри Лакуром будучи уверенный, что следит за де Жаном.

Тем временем в дали от основного зала, за столиком возле самого бара Джейн покрутила в пальцах вилку, ковыряясь в остатках салата с креветками и авокадо.

– Обязательно было тащиться сюда? – спросила она, подняв взгляд на Джефа.

– Нужно кое-что обсудить – сказал Робсон, когда официант поставил на стол его заказ: острые крылышки в медовом соусе – В участке какое-то время мне лучше не появляться. А здесь, неплохая кухня, к тому же атмосфера располагает к беседе. Да и вообще Джейн, когда в последний раз ты выходила в люди?

– Ну спасибо за заботу. Я не особо люблю многолюдные места.

Джеф отодвинул тарелку с крылышками и наклонился через стол, понизив голос:

– В общем к делу: Эшли Моррис – последняя жертва, была в том баре.

– Опять ты за своё?

– Да ты послушай – глаза Робсона горели огнём азарта, впрочем, Джейн уже привыкла к его маниакальной увлечённости расследованиями. Он всегда заходил слишком далеко – это было его проклятием и силой. – Я тут выяснил, что бар Сад Грёз в Тихуане принадлежит Карлосу Мендосе. Имя сразу показалось мне знакомым. Я порылся на днях в старых записях и точно… Мендоса, местный бизнесмен, год назад привлекался в качестве подозреваемого в наркоторговле. Для суда улик не хватило.

Джеф отломил кусочек куриного крылышка, но так и не поднес его ко рту. Вместо этого он наклонился ближе, его голос стал тише, но от этого слова звучали ещё весомее.

– Но самое интересное, что все жертвы. Эшли Моррис, Дженна Лоуренс, Майкл Тернер, София Варгас… Все они работали в «Вентура Кэпитал».

Джейн замерла с вилкой в воздухе.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Проверил личные дела. Все числились в разных отделах, но фирма одна. И знаешь, что ещё? – Джеф наконец откусил от крылышка, положил косточку в тарелку и вытер руки салфеткой. – «Сад грёз» официально принадлежит Карлосу Мендосе, но финансирование идёт через подставную компанию, а та, в свою очередь, завязана на «Вентуру».

Джейн медленно положила вилку, её лицо стало серьёзным.

– И что это нам даёт?

– То, что не могут четыре наркомана, умершие, с небольшой разницей во времени, от передоза чисто случайно оказаться сотрудниками одной фирмы.

Джейн медленно положила вилку, её лицо стало каменным.

– Ты понимаешь на что сейчас намекаешь? – её голос звучал тихо, но в нём явно читалось напряжение.

Джеф откинулся на спинку стула, его пальцы сжали салфетку, превратив её в смятый комок.

– Я не намекаю. Я говорю прямо: «Вентура Кэпитал» связана с наркотрафиком. И эти смерти неслучайность.

Джеф отпил глоток воды, поставил стакан на стол и пристально посмотрел на Джейн.

– Мне нужен доступ к финансовым отчетам «Вентуры». Всё: налоги, транзакции, счета сотрудников, переводы в офшоры. Особенно связи с мексиканскими компаниями.

Джейн нахмурилась, отодвинув тарелку.

– Ты с ума сошел? Это же частная фирма. Даже если у них грязные схемы, просто так к их документам не подобраться. Нужен ордер, а для ордера, веские основания.

– Основания есть. Четыре трупа.

– Четыре передоза, – поправила его Джейн. – И ни одного прямого доказательства, что их смерти связаны с «Вентурой». Льюис тебя прибьет, если ты полезешь туда без железных улик.

– Поэтому я прошу тебя, – Джеф понизил голос почти до шепота. – Ты можешь запросить проверку. Формально рутинный аудит.

Джейн задумалась. Она знала, что напарник не отступится. Если она не поможет ему, он найдёт другой способ подобраться к фирме, принадлежащей крупному бизнесмену города. И если он найдет связь, то полезет в самое пекло. И ей придется тащить его обратно.

Глава 5

За пять дней до инцидента.

Алекс Малоун сидел в номере гостиницы «Оушен Парк», разложив перед собой карту Сан-Диего с пометками. На столе лежали фотографии Франсуа де Жана, схема бара La Belle Mort, расписание его передвижений и даже список охраны. Всё было продумано до мелочей. Рядом с кроватью стоял чёрный кожаный чемодан. Внутри лежала разобранная винтовка L96A1, патроны 338 Lapua Magnum, оптический прицел с ночным видением. И ещё кое-что важное: пара чёрных латексных перчаток, аккуратно уложенных в герметичный пакет. Перчатки были особенными. Алекс провёл пальцем по их поверхности, вспоминая, как добыл их. Несколько дней назад. Люсия Моралес передала ему конверт. Внутри был ключ от ячейки в банке и записка: «Перчатки Риццы. Не спрашивай, как». Он не спросил. Марко Риццы, правая рука Эспозито, был человеком, который не оставлял следов. Но даже у таких людей бывают слабости. Люсия знала, где он живёт, знала его привычки. И, видимо, сумела достать то, что нужно. Теперь ДНК Марко было на этих перчатках. Зачем? Сигара не просто хотел убрать де Жана. Он хотел, чтобы убийство связали с Риццы.

– Война между нами и французом неизбежна, —говорила Люсия.– Но если мексиканцы решат, что это мы его убрали, сделка сорвётся. А если это сделает предатель…

—То Сигара в двойном плюсе – закончил за неё Алекс. – Он единоличный хозяин города, и доверие с мексиканскими партнёрами не страдает.

Перчатки с ДНК Риццы, идеальный способ подставить его.

Франсуа де Жан умрёт. Марко Риццы станет главным подозреваемым. А Сигара останется в тени, готовый забрать всё, что принадлежало его конкуренту.

Алекс взглянул на часы. До пятницы оставалось пять дней. Пять дней до выстрела. Вроде план был практически идеален. Он выполнит заказ, получит деньги и снова заляжет на дно, до следующего заказа. И война всех этих гангстеров его мало интересовала. Он – наёмник. Он – профессионал, привыкший доводить дело до конца.

План был идеален. Но что-то грызло его изнутри. Не страх; с ним он давно разобрался. Не сомнения; их он оставлял для новичков. Скорее… раздражение. Как будто в этом безупречном плане была крошечная трещина, которую он пока не видел.

Алекс откинулся на спинку дивана, закрыл глаза и прокрутил всё ещё раз. Франсуа де Жан. Бар La Belle Mort. Охрана. Маршрут. Риццы. Перчатки. ДНК. Всё сходится. Но почему тогда Люсия так настаивала на этих перчатках? Да, подстава очевидна, но… слишком очевидна. Мексиканцы не дураки. Они начнут копать. А если кто-то вспомнит, что Риццы никогда не работал в перчатках? Или что у него алиби? Плевать. Он делает работу, забирает деньги и уходит в сторону.

Обнаружив на месте преступления следы одного из самых известных бандитов, никому и в голову не придёт искать другие следы.

Алекс взглянул на схему гостиницы напротив бара. Одна камера у входа. Ничего сложного. Бейсболка, опущенная голова и лицо скрыто. Да и телосложение у него с Марко было примерно одинаковым. Если кто-то и заметит силуэт на записи, решат, что это Риццы. Тревога внутри усиливалась. Алекс мотнул головой пытаясь сбросить тревожные мысли. Что ж, он будет следовать плану и в конце недели самый влиятельный человек Сан-Диего умрёт.

*** ***

На террасе виллы в Коронадо, утопающей в буйной зелени и с видом на сверкающую гладь воды, царила атмосфера спокойствия. Де Жан сидел в кресле-качалке, за небольшим кофейным столиком и помешивал сахар в экспрессо.

Вилла, построенная в колониальном стиле, казалась оазисом умиротворения. Белые стены, увитые бугенвиллеей и жасмином, отражали лучи солнца. Высокие арочные окна, обрамленные резными деревянными ставнями, открывали панорамный вид на океан и залив Сан-Диего. Терраса, вымощенная терракотовой плиткой, была усеяна экзотическими растениями в больших глиняных горшках. Легкий морской бриз доносил аромат соли и цветущих орхидей. С террасы открывался вид на отель "Дель Коронадо", на песчаные пляжи, где бродили прохожие, и на силуэты яхт, покачивающихся на волнах. Вдалеке, на горизонте, виднелся контур острова Лос-Палос, словно страж, охраняющий покой Коронадо.

Франсуа де Жан сделал глоток, ещё теплого кофе, когда на террасе появился Мартинез.

– Всё в порядке? – спросил де Жан, не повернув головы.

– Да сэр.

Мартинез подошёл ближе, держа в руках портфель чёрного цвета.

– Выручка в этом месяце составила 7.8 миллиона долларов. – Давид достал из портфеля красную папку и положил на столик возле чашки с экспрессо – Распределение следующее: "Бессонная ночь" принесла 450 тысяч, в основном за счет азартных игр. Портовая зона – 3.2 миллиона, как и ожидалось, основной доход от товара. "El Fantasma" – 180 тысяч, спрос на "новые" автомобили стабильно высок.

Если бы кто-то сейчас услышал доклад Давида, то скорее всего многое было бы непонято, но де Жан понимал. Его империя приносит плоды: "Бессонная ночь" – заведение в районе Баррио-Логана, служащее прикрытием для отмывания денег, азартных игр и тайных сделок; Портовая зона у набережной Эмбаркадеро, через неё проходит основной поток контрабанды, включая наркотики и оружие; автосервис "El Fantasma" в Чула-Висте, здесь перебирают и перекрашивают угнанные машины для нужд организации.

Де Жан слегка приподнял бровь.

– Стабильно – это хорошо. – он даже не притронулся к папке – Нужно искать новые точки сбыта. Но сейчас не этот вопрос меня интересует.

Давид знал, о чём спрашивает босс.

– Да сэр. Нам удалось установить, что хакера будут переправлять в Европу. Ориентировочно в конце недели. Где он в данный момент не известно.

– Значит он заговорил – де Жан сделал еще глоток кофе.

– Или вот-вот заговорит. Но это еще не самое важное…

Франсуа поднял глаза на собеседника.

– Мы нашли Рикко…

Имя прозвучало как раскат грома посреди ясного неба.

– Всё интересней и интересней – тень улыбки появилась на лице де Жана, но в ней не было чувств, лишь ледяной холод – И где же он?

– На днях его видели в Насьонал-сити.

– Это же…

Мартинез перебил босса:

– Территория Сигары. Похоже Рикко теперь работает на Эспозито. Что будем делать?

– Для начала, узнай, где держат мексиканского айтишника. Времени немного. Нужно разобраться с ним до сделки. Позвони Виктору, пусть даст ещё людей.

– А Рикко?

– С ним мы разберёмся позже.

Де Жан откинулся в кресле, наблюдая, как Мартинез, не задавая лишних вопросов, достал телефон. Он знал, что Давид исполнительный и преданный человек, но в его глазах всегда читалась осторожность. Это было разумно. В их деле доверять можно было немногим.

"Рикко…" – имя эхом отозвалось в голове Франсуа. Рикко был его человеком, тем, кто знал все секреты и тайные тропы империи. Его предательство, если это действительно было предательство, было ударом под дых. Но де Жан не привык к сантиментам. Он привык к решению проблем. Де Жан снова взял чашку с кофе, но вкус напитка уже не приносил удовольствия. Он смотрел на сверкающую гладь воды, и в его глазах отражалась лишь одна мысль: Рикко заплатит за свое предательство.

Он знал, что это будет кровавая разборка. Сигара был опасным противником, жестоким и безжалостным. Но Франсуа де Жан не боялся опасности. Он был рожден для нее. Он был тенью, скрывающейся в тени, и он всегда получал то, что хотел.

Вдалеке, на горизонте, контур острова Лос-Палос казался еще более зловещим, словно предвещая бурю. Бурю, которая вот-вот должна была обрушиться на Коронадо. И Франсуа де Жан был готов к ней. Он всегда был готов.

Глава 6

За четыре дня до инцидента

Солнце Сан-Диего палило нещадно. Асфальт Норт-Парк плавился под полуденным зноем, искажая отражения витрин и заставляя воздух дрожать маревом. Улица, обычно оживленная, казалась выдохшейся, словно все спрятались в тени от беспощадных лучей. Запах чеснока, томатного соуса и свежесваренного кофе, обычно густой и манящий, сегодня казался приглушенным жарой. Лишь редкие туристы, обливаясь потом, бродили между магазинчиками с итальянскими деликатесами и сувенирами.

Именно в этот знойный полдень у обочины, напротив ресторана "Омерта", припарковался, старый, но ухоженный, темно-синий Форд Мустанг 1967 года. Водитель, мужчина средних лет, с рыжими волосами и веснушчатым лицом, заглушил двигатель, но выходить не стал. Он поправил воротник рубашки, стараясь скрыть нервозность. Взгляд скользнул по темным окнам ресторана, по припаркованным неподалеку автомобилям, по лицам редких прохожих. Форд Мустанг, прижавшись к обочине, казался чужаком в этом мире старых традиций и негласных договоренностей. Здесь всё вокруг имело значение. Даже название ресторана, «Омерта», несло послание. Водитель Форда, знал, что это значит. У итальянских мафиози «Омерта» – это кодекс чести, своеобразный свод правил, нарушение которых всегда каралось смертью.

Ресторан этот принадлежал Эудженио Эспозито, и мужчина знал это. Как он вышел на Эспозито? По большей части случайно… После появления в этом городу мужчина, представлявшийся всем Лука, вышел на Франсуа де Жана. Это было не сложно. В городе все знали де Жана. Конечно, только одну сторону француза. Его знали как крупного бизнесмена, владеющего сетью кафе, портовой зоной, автомастерскими и игровыми заведениями. Но Лука знал больше. Собственно говоря, из-за де Жана он и появился в этом городе. Расспросив людей и заплатив немало денег, Лука выяснил, что Франсуа де Жан, по прозвищу Тень, владеет юго-западом Сан-Диего и делит город с другим влиятельным бизнесменом – тем самым Эспозито. А дальше дело техники. Вскоре Лука узнал, что Эспозито держит сеть ресторанов и кафе в Литл-Италии и Норт-Парке; легальный бизнес, который, по слухам, прикрывал рэкет и отмывание денег. Но это было лишь верхушкой айсберга. Эспозито контролировал грузовой терминал в Насьональ-Сити, конкурируя с де Жаном в каналах контрабанды, включая поставки из Мексики. Еще Лука узнал о сети автодилеров в Карлсбаде, где под видом легальных продавались краденые автомобили. А затем всплыло казино "La Fortuna" в Мишн-Вэлли – центр азартных игр и отмывания преступных доходов, где Эспозито имел значительную долю. И, наконец, самые тревожные слухи касались ферм в Восточном округе, где, поговаривали, выращивали и перерабатывали наркотики – метамфетамин и героин.

Вскоре Лука узнал, что Эспозито любит посещать свои рестораны. А затем Лука узнал о «Омерте». Учитывая название, которое не каждый мог понять, Лука выбрал именно это заведение, приехал сюда и стал ждать. Вскоре появился сам Эспозито. Его сопровождали несколько мужчин, спортивного вида, в костюмах. Лука сидел неподвижно и наблюдал словно хотел запечатлеть в памяти всё до мельчайших деталей. Он отметил, как Эспозито окинул взглядом улицу, словно проверяя, нет ли здесь посторонних. Как его телохранители, казалось, сканировали пространство, выискивая потенциальную угрозу. Как Эспозито, прежде чем войти в ресторан, слегка поправил свой дорогой костюм, демонстрируя уверенность и власть. Лука заметил, что у одного из телохранителей, стоявшего ближе всех к Эспозито, под пиджаком виднелся контур кобуры. Он запомнил лица, походку, манеру говорить. Все это могло пригодиться.

Посидев ещё некоторое время, он уже собирался завести двигатель как дверь ресторана открылась и вышел Рикко. Старый знакомый. Очень старый. Они не виделись… слишком давно. В памяти всплыли обрывки воспоминаний, туманные и неприятные. Рикко, всегда скользкий и двуличный, в свое время подставил его, оставив в сложной ситуации.

Лука немедленно завёл Мустанг, стараясь не привлекать внимания. Рикко, не оглядываясь, направился к улице, где его ждал старый Шевроле Импала с затемнёнными окнами. Лука держался на расстоянии, соблюдая безопасную дистанцию, но не теряя Рикко из виду. Тот ехал неспешно, словно не торопясь никуда, петляя по узким улочкам Норт-Парка.

Через пятнадцать минут Рикко свернул на тихую, утопающую в зелени улицу Via del Sole. Здесь стояли небольшие, аккуратные домики в итальянском стиле, с черепичными крышами и увитыми плющом стенами. Лука припарковался на углу, за припаркованным фургоном доставки пиццы, стараясь остаться незамеченным. Рикко остановился у дома номер 17. Это был двухэтажный коттедж, выкрашенный в кремовый цвет. Вокруг дома рос небольшой сад, за которым, судя по всему, хорошо ухаживали. Лука заметил, как Рикко, вытащив из кармана связку ключей и пошёл к коттеджу.

Дом выглядел скромно, но ухоженно. Через окна виднелись силуэты мебели, занавески с цветочным рисунком и фотографии в рамках. В воздухе витал запах домашней выпечки и старого дерева.

Лука, не теряя не секунды выскочил из Мустанга и быстрым шагом, не срываясь на бег направился вслед за Рикко, который уже открывал входную дверь. Он быстро подошел к крыльцу и, прежде чем Рикко успел оглянуться, толкнул его внутрь, завалившись следом. В прихожей было мрачно. Стены украшали старинные картины, на полу лежал персидский ковер, а в углу стоял большой, резной шкаф. Рикко, ошеломленный неожиданным нападением, споткнулся и чуть не упал.

– Что за черт?! – прорычал он, поворачиваясь к Луке с яростью в глазах.

– Давно не виделись, Рикко, – спокойно ответил Лука, закрывая за ними дверь. – Пора расплачиваться за старые грехи.

Рикко замер, уставившись на Луку, словно увидел привидение. Его лицо исказилось от изумления, а губы беззвучно шептали:

– Не может быть… Ты… Ты же… мертв!

– Тебе бы этого хотелось – усмехнулся Лука – Но, как видишь, я вернулся. И не для того, чтобы вспоминать старые добрые времена.

Рикко, оправившись от первого шока, бросился на Луку, замахнувшись кулаком. Лука легко уклонился, оттолкнув Рикко в сторону. Тот, потеряв равновесие, врезался плечом в резной шкаф, едва не опрокинув его.

– Зачем ты здесь? – прохрипел Рикко потирая ушибленное плечо. Глаза его бегали по квартире словно искали способ защититься от незваного гостя.

– Мне нужен твой босс – Лука приблизился ближе. – И что ты делал в ресторане Эспозито.

– Сигара теперь мой босс – дрожащими руками Рикко вытащил сигарету.

Лука прищурился, в его взгляде читалось недоверие.

– Ты работал на де Жана. Что случилось?

Рикко затянулся, выпуская дым в потолок. Он долго молчал, избегая взгляда Луки.

– Де Жан… он стал слишком осторожным. Слишком… предсказуемым. Эспозито предложил больше. И… гарантии.

– Гарантии? – Лука усмехнулся. – Эспозито не дает гарантий, Рикко. Он дает приказы.

Рикко нервно сглотнул.

– Я знаю. Но… я должен был выжить. Эспозито щедро платит.

– Значит всё дело в деньгах? – Лука сплюнул прямо на ковёр.

– А в чём же ещё? Миром правят деньги.

– Меня тоже отравили на верную смерть из-за денег?

– К тому случаю я не имею отношения – Рикко сделал ещё одну затяжку.

– Ты всегда был скользким, – пробормотал Лука. – Ладно. Мне не нужны твои оправдания. Мне нужна информация. Что ты знаешь о де Жане?

Рикко снова замялся.

– Я… я не знаю ничего. Я перестал общаться с ним, когда перешел к Эспозито.

Лука схватил Рикко за воротник рубашки, прижимая его к стене.

– Не ври мне, Рикко.

Рикко, испугавшись, начал тараторить.

– Хорошо, хорошо! Я, правда не знаю ничего о его делах. Я знаю… у де Жана есть подруга. Он изредка наведывался к ней. Она… она его советчица. Ее зовут Изабелла Россо. Она живет в доме на улице Ла-Хойя-Бей, дом номер 28.

Лука отпустил Рикко, отступая на шаг.

– Изабелла Россо. Запомню. А что еще?

Рикко, чувствуя, что его положение становится все более опасным, решил выложить все, что знал.

– Эспозито… он нанял киллера. Для де Жана. Он хочет его устранить. Он считает, что де Жан мешает ему контролировать город. Он уже дал приказ.

Лука замер, его лицо окаменело.

– Кто киллер?

Рикко вздрогнул.

– Я… я не знаю имени. Но я знаю когда и где… Пятница в 15:00. Бар La Belle Mort. – закончил Рикко, задыхаясь от страха.

Лука молча смотрел на Рикко, его глаза сузились. Он медленно выпрямился, поправил воротник рубашки и, не говоря ни слова, направился к двери. Остановившись в дверном проеме, Лука обернулся к Рикко. Его голос был холоден и опасен.

– Слушай внимательно, Рикко. Если хоть кому-то ты расскажешь, что я здесь был, если хоть словом обмолвишься, что я задавал тебе вопросы… – Лука сделал паузу, его взгляд прожигал Рикко насквозь. – …то я вернусь. И поверь мне, в следующий раз я не буду таким любезным.

Глава 7

Пятница.

Лука проснулся рано, ещё до рассвета. Город только начинал просыпаться, но у него не было времени на созерцание. Гостиница «Дом у моря» больше походила на отель-приют для «незаметных» гостей. Дешёвые обои с выцветшими пальмами отслаивались по углам, а из-под двери тянуло сыростью и запахом старого ковра. Узкая кровать скрипела при каждом движении, а тонкие шторы пропускали тусклый свет уличных фонарей, смешивая его с первыми лучами солнца. Лука потянулся, чувствуя, как ноют мышцы. Он провёл рукой по лицу, сгоняя остатки сна, и сел на край кровати. В комнате было душно, несмотря на работающий вентилятор, который гудел, как раздражённая оса. На тумбочке лежал недопитый стакан виски; вчерашняя попытка заглушить мысли перед важным днём. Он встал, босые ноги коснулись холодного линолеума. Подошёл к окну, раздвинул шторы. За стеклом Сан-Диего медленно оживал: где-то вдали проехала машина, на тротуаре мелькнула фигура раннего прохожего. Воздух был ещё свежим, но скоро зной снова накроет город.