14 стрел Купидона

Медленно ступая по оживленным улицам, Лав смотрела под ноги, не желая поднимать глаза на пестрые витрины, украшенные валентинками и алыми сердцами. Добравшись до парка, она направилась к павильону своей любимой кофейни в городе, в которую начала захаживать несколько месяцев назад.

Когда очередь разбежалась, она заказала ванильный раф.

Молодой человек на вид лет двадцати семи, с каштановыми аккуратно уложенными волосами и спокойными умиротворяющими глазами вдруг взглянул на нее и нахмурился.

– С вас ничего, – мягко произнес он, всматриваясь в ее заплаканное лицо.

Сейчас меньше всего Лав хотелось жалости к себе. Поспешно вытерев со щек слезы, она быстро пробормотала:

– Нет, не надо. Я оплачу.

– Этот кофе продается сегодня только тем, у кого праздник, – с легкой и подбадривающей улыбкой сказал он.

В его голосе не было снисхождения, а лишь понимание.

– И раз уж я не могу вам его продать – я вам его подарю.

Лав знала, что он привирает и таким образом просто пытается уговорить ее согласиться. Она выдохнула, белое облачко пара растворилось в холодном воздухе.

– Хорошо, спасибо, – сдалась девушка.

Во время ожидания заказа она отрешенно оглядывалась по сторонам. В февральский полдень улицы были до отказа заполнены людьми. День святого Валентина пришелся на выходной, и подростки сновали небольшими группками по обочинам, обмениваясь открытками и весело хихикая. Многочисленные парочки прогуливались до ближайших ресторанов и кофеен, одинокие мужчины наводняли помещения магазинов с ювелирными украшениями и кондитерские, вынося оттуда пестрые коробки со сладостями. Девушки с искрящимися глазами выбегали из такси, спеша на свидания. Сегодня Лав могла бы быть одной из них, но судьба распорядилась иначе. Совсем рядом стоял молодой паренек с нежными белыми розами, вероятно, школьник. Лав мгновенно узнала букет, а потом и самого парня – утром она собрала композицию для него в своей лавке. Губы девушки невольно растянулись в слабой улыбке.

Лав очнулась, когда ее почти невесомо похлопали по плечу. Она обернулась, ей протянули стаканчик с кофе и небольшую стеклянную банку, украшенную сердечками, наполовину заполненную маленькими свертками бумаги.

– Вытянете одно. Для настроения, – улыбнулся симпатичный бариста.

Отказывать было неудобно, и Лав подцепила пальцами одну из записок-предсказаний и не глядя сунула ее в карман пальто. Читать она не стала.

Лав устроилась на свободной лавочке недалеко от павильона. Аромат напитка бодрил ее, тепло стаканчика согревало руки. Глаза снова остановились на школьнике, ожидающем свою спутницу под старинным чугунным фонарем. Непроизвольно Лав начала наблюдать за ним. Ей захотелось посмотреть на счастливицу, которой достанется этот чудесный букет. Несколькими часами ранее она вложила в него свою душу, когда, как ей казалось, она еще верила в любовь.

– Он уже давно здесь, – донесся голос баристы.

Лав обернулась. Молодой мужчина чуть высунулся из окошка и оперся локтями на раму, скрестив руки. Крупные снежинки, раздуваемые легким ветерком, приземлялись на его каштановые волосы, напоминающие цвет кофейных зерен, и на темно-синий кашемировый свитер. Мужчина тоже наблюдал за ожидающим вторую половинку школьником.

Лав столкнулась робким взглядом с коричными глазами бариста и промолчала.

Минула четверть часа, стаканчик с напитком опустел, а с небес медленно посыпались крупные хлопья снега. Паренек все еще пребывал в ожидании. Скользя по его лицу, Лав заметила невысказанную тревогу и зарождающуюся печаль. В его глазах все еще таилась, но будто уже угасала надежда. Он то и дело беспомощно смотрел на телефон, а затем в толпу, пытаясь отыскать там знакомый силуэт, но терпел неудачу.

Прождав еще минут пять, он тяжело выдохнул и направился к павильону с кофе. Забрав напиток, присел на свободный край лавочки рядом с Лав и положил собранный ею букет между ними.

Лав поглядела на розы и поймала себя на мысли, что ей очень захотелось, чтобы владелица этих цветов скорее получила их, ее собственные старания оказались не напрасны, и все закончилось хорошо, а любовь – победила. Чувство ответственности за паренька, возникшее по обыкновенной случайности, побудило ее заговорить с ним.

Выждав несколько мгновений, Лав не удержалась и вдруг повернулась к школьнику.

– Долго ждешь? – участливо поинтересовалась она.

– Да, – он горько усмехнулся. – Пару часов. Кажется, она не придет, а я уж думал, что я ей… Ну, знаете… Нравлюсь.

– Давно вы вместе?

– Это должно было стать нашим первым свиданием.

Ей стало грустно от того, что еще одно сердце сегодня разбито.

Внезапно он подхватил букет и нацелился поместить его в урну рядом с лавочкой. Видимо, неосторожные слова Лав стали для него последней каплей. Не стоило встревать. Но уже было поздно. И теперь она желала попытаться спасти хотя бы букет, свое маленькое красивое творение.

– Не надо, пожалуйста, – вдруг вырвалось у Лав. – Подари лучше другой девушке. Ей будет приятно, и розы не пострадают.

– Вам? – оживился он.

– О, нет, спасибо. У меня… не праздничное настроение.

Устремив взгляд на прохожих, она надеялась отыскать в толпе какую-нибудь одинокую школьницу.

– Можно ей, – предложила Лав, заметив прелестную юную девчушку с белоснежными волосами, кутавшуюся в мягкий голубой шарф.

Парнишка с легким безразличием пожал плечами и согласился.

Он подошел к девушке, вежливо окликнул ее и вручил праздничный букет. Во взоре девушки мелькнуло секундное удивление, а затем ее губы сложились в милую улыбку. Она приняла подарок, смущенно поблагодарила его, а затем последовало неловкое прощание. Пара коротких шажков по брусчатке – и она вдруг снова обернулась и позвала парня, который уже успел отойти на несколько метров. Девушка предложила ему обменяться контактами, и растерянный парень задумался лишь на секунду, а затем кивнул. Между ними завязался непринужденный разговор.

– Из вас бы вышел неплохой купидон, – подметил бариста, наблюдавший за маленькой романтичной сценой.

– Эти розы заслужили шанс, – застенчиво, но с внутренним ощущением победы отозвалась она.

Его лицо озарила широкая искренняя улыбка, а в коричных глазах вспыхнули теплые золотистые искры.

К павильону подошел парень, скучающе перебиравший телефон в руках, а за ним в очередь встала молодая девушка, с едва уловимой тоской разглядывавшая парочки с цветами. В этот день, когда все обменивались подарками, прикосновениями и чувствами, их одиночество было чрезвычайно заметным.

Что-то дрогнуло внутри Лав. Разочарование, обида, жалость к себе – все это смешалось в единое, горячее желание не позволить грусти победить. Должна же когда-то побеждать и любовь. Хотя бы сегодня. Хотя бы на этой площадке перед входом в заснеженный парк.

Сосредоточенно нахмурившись, Лав задумалась об идее, которая спонтанно пришла ей в голову. Странная, необычная, но интересная. И не теряя времени, не давая собственной нерешительности ни малейшего шанса, она поднялась и быстрым шагом направилась обратно в свою цветочную лавку.

Схватив в охапку несколько готовых цветочных композиций, Лав погрузила их в машину и скоро припарковалась у входа в городской парк. Вернувшись к павильону с букетом нежно-розовых альстромерий и эвкалипта, она огляделась и заметила неподалеку того самого парня, который совсем недавно стоял в очереди за кофе.

Лав сделала глубокий вдох и, набравшись смелости, подошла к нему.

– Простите за неуместный вопрос, – сказала она слегка смущенно. – Но… у вас есть пара?

– Что? – вопросил парень, оторвавшись от телефона.

– В этот День святого Валентина вы одиноки, не так ли?

Он кивнул, с подозрительностью уставившись на Лав.

– Вы же не против найти сегодня свою любовь? – пробормотала она, и румянец залил ее щеки.

– Что вы имеете в виду? – замешкался он.

– Любовь, – повторила Лав. – В моем цветочном магазине оказалось слишком много букетов. Подарите вот этот любой девушке, которая вам приглянется.

Пользуясь абсолютно растерянным видом парня, Лав сунула ему бежевую упаковку в руки, пока тот не успел опомниться.

– Это… какая-то развлекательная акция? – запнувшись, поинтересовался он.

– Вроде того, – рассмеялась Лав, чувствуя облегчение. – Это бесплатно, от вас требуется только энтузиазм.

– Ну… ладно, – податливо согласился парень. – Почему бы и нет?

Стоя на усыпанной снегом брусчатке, они стали вместе присматриваться к проходящим мимо незнакомкам, пока парень внезапно и решительно не шагнул в толпу. Он что-то сказал девушке в красном берете, та встрепенулась, но затем улыбнулась. Ее звонкий смех прокатился по улице, когда он передал ей цветы. Переминаясь с ноги на ногу, они продолжали беседовать.

В этот момент из павильона неожиданно вышел бариста. Он нес два стаканчика с дымящимся кофе и стеклянной банкой в охапке и направлялся прямо к новоиспеченной паре.

– Купидон просил передать вам за счет заведения, – произнес он, вручая ребятам напитки. Встряхнув банку с любовными предсказаниями, он откупорил крышку. Они вытащили по записке, прочли их вслух и рассмеялись.

Стоя в стороне, Лав впервые за день почувствовала нечто, похожее на радость. Внутри разлилось тепло, и в порыве удержать его, Лав двинулась к машине, чтобы достать из багажника новый букет.

Через пару минут, замерев с корзинкой гипсофил в руках на уже привычном посту соединительницы сердец, Лав высматривала нового претендента для своей маленькой шалости.

– Вижу, вы вернулись. И, кажется, надолго, – раздался голос баристы у нее за спиной. – Интересная у вас миссия.

Оглянувшись, она слегка запрокинула голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он был высок, ветер чуть растрепал его аккуратную прическу, добавив немного очаровательной небрежности в его образ. И Лав невольно отметила, насколько хорошо сидит на его атлетичной фигуре темно-синий кашемировый свитер.

Он протянул ей горячий стаканчик. Аромат халвичного латте затопил пространство вокруг.

– Не слишком ли вы щедры сегодня? – спросила Лав.

– Бросьте, вы заслужили. Тем более я уж точно не щедрее вас.

– Спасибо, – вымолвила Лав и потянулась за стаканчиком, застенчиво закусив губу.

Тепло коснулось ее замерзших пальцев, а пар от напитка густо окутал пряди ее кудрявых карамельных волос.

– У меня свой цветочный магазин, и я решила, что один день в году могу позволить себе не продавать любовь, а просто подарить ее, – пояснила она.

– Понимаю. У меня своя кофейня и, кажется, сегодня вы вдохновили меня на нечто подобное. Возьмете в свою команду? Кстати, я Макс.

Лав метнула взгляд к лаконичной вывеске на павильоне. Такие маленькие вагончики разбросаны по всему городу, а само заведение расположено возле ее дома. И в последнее время она постоянно наведывалась туда.

– Это ваша кофейня? – удивилась Лав. – Я ее обожаю! Прекрасное место. Но… Почему вы здесь сегодня? Сотрудники сбежали на свидания?

– Именно так. Почти все мои бариста – студенты, – согласился он. – Умоляли дать выходной в День всех влюбленных. А мне вроде как и делать нечего сегодня.

– Тогда берите пальто и будем избавлять людей от одиночества.

Макс рассмеялся низким приятным смехом и направился к павильону.

Тем временем пара, переминавшаяся с ноги на ногу совсем недавно, уже скрылась из виду, и оставалось лишь надеяться, что их история, начавшаяся сегодня, обязательно продолжится.

Когда Макс присоединился к Лав, дело пошло веселее. Их команда образовалась неожиданно, но вовремя. Он помогал ей высматривать в толпе кандидатов, бредущих по праздничному городу. Им удалось свести учащегося театрального вуза и будущую художницу, медсестру с добрыми глазами и серьезного архитектора, двух ребят из шумной дружеской компании, хоккеиста и начинающую писательницу. Лав вручала парням букеты, напутствуя искать судьбу в толпе, а когда встреча происходила, Макс угощал их кофе и предлагал вытащить записки-предсказания из волшебной банки. Одни знакомились со смущением и румянцем на щеках, другие – в шутку и со смехом, но абсолютно все уходили вместе.

Лав и Макс попутно общались об их маленьких бизнесах, о забавных случаях с клиентами и покупателями, о любимых фильмах и книгах, и о том, как внезапно, странно, но прекрасно иногда может перевернуться жизнь. Они продолжали создавать пары до тех пор, пока у Лав не закончились букеты.

На улице начинало вечереть. Зажглись фонари и стали подсвечивать танцующие снежинки теплым светом.

– Кажется, мы сегодня сделали все, что смогли, чтобы любовь победила, – с удовлетворением произнесла Лав, провожая взглядом последнюю парочку, ускользающую вдаль под февральским небом.

– Да, – согласился Макс. – День выдался продуктивным.

Лав тоже собралась уходить. В душе разливалась странная смесь счастья и тоски. Она решила, что сегодня больше не вернется в цветочную лавку, ей не хотелось будоражить воспоминания о злополучном сообщении, расстроившем ее и выбившем из колеи.

– Ты так и не сказала, как тебя зовут, – произнес Макс.

– Лав, – ответила она. – Ну, точнее, это мое прозвище. Так меня называют друзья.

– То есть Любовь? – улыбнулся он.

– Да.

Только вот сейчас собственное имя слишком резало слух.

– Что ж, приятно было познакомиться, Макс, – протянула она и кивнула ему на прощание, а затем повернулась в сторону припаркованной машины.

– Постой, – окликнул ее молодой человек чуть обеспокоенным голосом.

Лав оглянулась.

– Ты целый день на холоде и, кажется, не обедала. Согласишься поужинать со мной? – предложил он.

Его лицо было так красиво в подрагивающем свечении фонарей, а сам он – милым и приятным. Но свежая рана от разочарования все еще болела. Мысли о том, что было бы, если бы она повстречала Макса в любой другой день кроме этого, на миг захватили ее и нарисовали призрачные и далекие картины их дальнейшего общения, и возможно – даже совместного будущего. Но все это не могло заставить ее передумать. Размышления о новом свидании и новой надежде показались ей непосильной ношей.

«Нет, – пронеслось у нее в голове. – Сегодня не моя история любви».

– Спасибо, но… – тихо пробормотала Лав, пряча виноватые глаза. – Я сегодня не готова. Прости.

Она развернулась и ушла, не оглядываясь.

Несколько следующих дней Лав трудилась в цветочном магазине, погрузившись в рутину. Работа успокаивала ее, не оставляя времени и места в голове для лишних размышлений. Иногда она вскользь вспоминала те забавные часы, проведенные у входа в парк, когда они с Максом играли в купидонов, и на лице проступала невольная улыбка, но быстро таяла.

В середине недели, лавку посетил мужчина, показавшийся ей уж больно знакомым. Им оказался тот самый архитектор, который в праздник по воле самой судьбы познакомился с медсестрой.

– О, это же вы! – воскликнул он, узнав ее с порога. – Вы не поверите, у нас с Алисой сегодня будет уже третье свидание!

– Правда? – обрадовалась Лав.

– И знаете, мы будто говорим с ней на одном языке. Никак не можем остановиться, и бесконечно болтаем по телефону. Кажется, я влюбился, как мальчишка. Спасибо вам!

– Когда будет свадьба, подарю вам букет невесты, – рассмеялась Лав.

– Надеюсь, до этого дойдет. Она и правда замечательная.

Лав собрала композицию из пушистых белоснежных хризантем, напоминающую сладкий пломбир. Счастье разливалось в ее груди, когда она глядела вслед выходящему на улицу архитектору.

Перед закрытием магазинчика она стала наводить порядок на полках и вдруг заметила на полу розовый помятый клочок бумаги. Ей сразу вспомнилась волшебная банка Макса и послание, которое она оттуда вытащила. Лав совершенно забыла про него. Вероятно, оно в тот же самый день выпало из кармана пальто, когда она бросила его на стул и принялась собирать букеты купидона.

Недолго повертев в пальцах свое предсказание, она все же решила его прочесть. С сомнением и нерешительностью она медленно развернула переложенный листок. Однако, он оказался совершенно пустым. Ни единого слова, ни единой буквы на обеих сторонах. Эту записку как будто забыли заполнить, и почему-то она досталась именно ей.

«Вот и все, – горько подумала Лав. – Подтверждение тому, что для меня никакой любви нет».

Бросив розовый листок на рабочий стол, она принялась поспешно собираться домой.

Минуло пару дней, и ближе к концу недели посреди насыщенного полудня в магазинчик заглянул курьер. Он доставил стаканчик кофе из хорошо известного ей заведения и коробочку с десертом, перевязанную голубым бантом. К неожиданному подарку была приложена записка:

«Возможно, у тебя нет времени посетить любимую кофейню, но не оставаться же тебе без любимого кофе».

Смущенная и растерянная, Лав поблагодарила курьера. Макс был прав, она не появлялась там после Дня святого Валентина, сама не зная почему. Ей было до сих пор неловко, что она отказала ему в ужине, и, вероятно, она немного даже жалела об этом, в чем боялась себе признаться. Однако в глубине души понимала, что поступить иначе не могла. И сколько бы она ни пыталась не думать о знакомстве с Максом тем веселым праздничным днем, казалось, все вокруг постоянно напоминало о произошедшем.

В воскресенье вечером, когда она уже собиралась закрывать магазинчик, в гости нагрянул и сам Макс. Лав удивилась тому, насколько сильно разволновалась с его приходом. В груди разлился трепет, когда он неожиданно показался на пороге. Его коричные глаза блестели радостью от встречи, а в кофейных волосах путались мягкие снежинки.

– Надеюсь, я успел до закрытия? – спросил он. – Мне нужен красивый букет.

– Конечно, – пролепетала Лав.

Но пальцы ее чуть дрогнули, когда она коснулась оберточной бумаги. Она сама не поняла, отчего занервничала. И в следующий миг попыталась задать напрашивающийся вопрос как можно более тактично, чтобы у него не сложилось впечатления, будто ею движет что-то большее, чем профессиональный интерес.

– Для кого-то особенного?

– Да.

– Какие цветы она любит?

– Я, если честно, не знаю. Это… моей сестре. У нее день рождения, – произнес тихо он. – Можешь сделать такой, который понравился бы тебе?

– Конечно.

Она составила букет с элегантными, но в то же время нежными ранункулюсами.

– Кстати, спасибо за кофе, – поблагодарила она.

Забирая у нее цветы, он произнес:

– Всеми силами пытаюсь вернуть постоянного клиента.

Она посмеялась.

– Я зайду, Макс. Обязательно, – вежливо сказала она. – Надеюсь, цветы понравятся.

– Буду рад тебя видеть.

Мягкая улыбка, прощальный взгляд – и он направился к выходу. Колокольчик коротко прозвенел, а в помещение хлынул поток морозного зимнего воздуха. Лав выдохнула и опустила глаза – они невольно упали на стол, на розовый клочок бумаги, который должен был стать ее романтическим предсказанием.

Пустой лист. Или же…

Чистый?

Что если это и есть то самое предсказание?

«Начни с чистого листа, Лав».

Всю дорогу домой она не переставала думать о Максе. Он был так очарователен, тактичен и ненавязчив, что она сомневалась в своей возможности отказаться от его предложения вновь. И утром, в свой выходной, оставив магазинчик на помощницу, она направилась в его кофейню.

Устроившись за уединенным столиком у окна и сделав заказ, Лав осмотрелась по уютному помещению, но не увидела знакомого лица. Тогда по привычке она достала из сумочки книгу и распахнула ее на первой странице, принявшись неспешно читать.

А затем услышала из-за спины голос:

– Твой заказ готов. Кофе и тирамису, как и всегда.

Обернувшись, она столкнулась взглядом с Максом. Он держал поднос с дымящейся чашкой и пирожным.

И она вдруг вспомнила, что он прислал ей в цветочную лавку то же самое.

– И откуда ты… Откуда ты знаешь, что это мой любимый десерт?

Макс непринужденно пожал плечами.

– Ты всегда заказываешь его.

– Не понимаю… – удивленно нахмурилась Лав.

– Ты начала заходить к нам пару месяцев назад. Я… прости, я невольно наблюдал за тобой. Твой образ притягивал внимание: мечтательный взгляд, карамельные пышные волосы, обложки книг, которые ты приносишь с собой почитать. Ну и иногда непроизвольно выходит подмечать, что любят клиенты.

– То есть ты увидел меня у входа в парк не впервые? – изумилась Лав.

– Нет. Наверное, нужно было сказать сразу. Но мне показалось, что это было бы лишним… – он замолк.

Их встреча у павильона вдруг показалась для Лав невероятным и интригующим совпадением. Как это возможно, что они очутились в тот день в одном месте и по воле случая познакомились?

– Приятно тебе провести время с новой книгой, – произнес он, указав взглядом на обложку.

Поставив перед ней на столе блюдце с напитком и десерт, он кивнул и стал удаляться неспешной походкой.

В кармане вязаного воздушного кардигана Лав сжала пальцами маленький клочок бумаги, принесенный с собой. Молчаливое предсказание, в котором не было послания для нее, но в то же время содержавшее самое ценное из всех возможных напутствий.

«Не начать ли мне с чистого листа прямо сейчас?» – подумала она.

– Макс, – окликнула Лав. – Хочешь составить мне компанию?

Обернувшись, он просиял улыбкой.

– Нет ничего, что я хотел бы больше, – с воодушевлением признался он.

Второй шанс

Саша Арсланова

Секретаря на месте не оказалось, поэтому я, осмотрев огромную приемную, сразу направилась к двери и замерла на пороге, разглядывая представление, срежиссированное, видимо, специально для меня. Сомневаюсь, что здесь было в порядке вещей оставлять дверь в кабинет открытой, особенно если в это время директор, он же мой будущий муж, самозабвенно целовался там с длинноногой красоткой, которая эти самые ноги живописно сложила ему на колени.

Муж, конечно, планировался фиктивный, но такого отношения в свою сторону я совершенно точно не заслуживала. И даже поначалу обиделась, раздумывая, не стоит ли вылить на них воду из вазы с цветами, стоящими на секретарском столе. Но подавила в себе это настойчивое желание. Все-таки знакомиться ближе я с мистером Пирсом не планировала. Ему и так в жизни не повезло, зачем еще ужаса в виде меня добавлять?

Дед Джеймса Пирса, когда-то влюбленный в мою бабку, написал завещание, по которому все имущество переходило внуку только при условии женитьбы этого красавчика-холостяка на мне. В браке мы должны были состоять не менее года, после чего в случае развода многомиллионное состояние делилось бы пополам. Я не хотела ни чужого состояния, ни этого брака. Я делала одолжение, на которое меня долго уламывал адвокат мистера Пирса, и в данный момент мне хотелось просто развернуться и уйти. Но жалко было времени, что я потратила на дорогу. Кроме того, оставался еще вопрос с содержанием бабули. Хороший дом престарелых стоил намного больше, чем я могла себе позволить на зарплату преподавателя. Почему-то только в этот момент, увидев целующуюся парочку, я поняла, что ввязываюсь в какую-то стремную историю!

Я кашлянула и громко постучала. Мужчина нехотя оторвался от губ красотки, шлепнул ее по бедру, поднимая с себя, и проводил похотливым взглядом, пока она неторопливо покидала кабинет. И только после этого Джеймс Пирс соблаговолил кивнуть на кресло, стоящее напротив его стола.

– Вы, надо полагать, моя будущая жена, – скучающе произнес он.

Я машинально тронула прилизанный пучок и поправила круглые очки с толстыми, чуть затемненными стеклами. Черный балахон отлично скрывал фигуру, поэтому я оставалась спокойной.

– С чего вы взяли? – совершенно серьезно спросила я и, глядя на вытянувшееся лицо Пирса, не стала дальше его мучить: – Эмилия Рид. И да, я – это она.

Я протянула руку, Джеймс наклонился через стол и пожал ее.

– Садитесь. Я, наверное, перепутал время. – Он взял телефон. – Сейчас я позову Эдварда, моего адвоката, он будет здесь через несколько минут, принесет необходимые бумаги.

– Бедненький, – под нос буркнула я.

– Что? – Пирс прижал телефон к плечу и недоуменно на меня посмотрел.

– Ну, вы сказали, время перепутали, не успели закончить очень влажное дело, – напомнила я и указала пальцем себе за спину, на дверь в приемную, где дожидалась моего будущего мужа его пассия. – То есть важное. Важное я имела в виду.

Мужик, кстати, оказался довольно устойчив к насмешкам. Он вскинул брови, несколько мгновений внимательно меня разглядывал, а потом все-таки набрал номер адвоката и даже отрывисто сообщил, что мы его ждем. Я глубоко вздохнула. Нет, определенно зря ехала. За окном офиса шел снег, как бы метель не началась, а мне еще на вокзал…

– Кофе? – Этот напыщенный индюк с размазанной на подбородке красной помадой, кажется, даже не собирался извиняться за сцену с красоткой. Что ж, сам напросился.