Новейшая история Города Солнца. Рассказы

И вот, спустя девять дней, наш герой чудом вдруг услышал звук передёрнутого затвора. «Я здесь, я человек!» — закричал осипшим голосом Стас. Охотники никак не ожидали увидеть такую «дичь». «Хорошо хоть голос подал, а то бы ненароком подстрелили бы, как куропатку», — сказал один из двоих мужчин, опустив ружьё и удивлённо разглядывая нашего героя. Радость была безгранична. Поужинав и переночевав в охотничьей избушке с охотниками, Стас с утра вышел на грунтовую дорогу, где его подобрала машина районного прокурора, оказавшаяся в этих охотничьих угодьях. Вернувшись в родной город, Станислав с удовольствием рассказывал друзьям о своих приключениях в тайге. Его история больше напоминала лекции в школе выживания.

Вот так, оказывается бывает, пойдёшь отнести рулон полиэтилена на соседний участок за двести метров и зайдёшь в тайгу на неделю блуждать по девственному лесу. Что называется, экстрим поневоле.

*старатели-золотоискатели.

*вьюком-пакованная поклажа, перевозимая на спине животного.

*лабаз-помещение для хранения зерна, муки и других продуктов.

*вьючные сёдла-устройство, которое предназначено для крепления на спине лошади позволяющее перевозить грузы.

Мой Герой

Памяти Анатолия Пшенай.

«Толенька, друг мой дорогой. Будь благославен!..У тебя получилось оставить светлый след, о котором с почтением будут помнить долго!.. Мира и благости душе твоей!»

из письма Учителя Виссариона

Есть люди, которые всего несколько раз встречались на твоём жизненном пути. Вы недолго общались, как-то по делам или просто так, на отвлечённые темы: о звёздах на небосклоне или о грибах в осеннем лесу. Но их внутренний мир, их внутренние качества оставляют неизгладимый след в нашей жизни. Эти люди как маленькие солнышки, они входят в твою судьбу однажды тихонечко, когда с ними знакомишься, и никуда не исчезают из твоего сердца, несмотря на то что вы можете не видеться годами. И даже покинув этот мир, они продолжают согревать только лишь от одного воспоминания об их улыбке, об их обаянии, об их доброте, вдохновляя своим примером жизненного пути.

«Какую бы сильную боль ни претерпевал Толенька, на его устах всегда была приветливая и доброжелательная улыбка… Есть такое изречение в Библии, слово ЧЕЛОВЕКОЛЮБЧЕ, вот Толенька он стал таким, и я благодарю Бога, что мне позволено было быть рядом с таким удивительным человеком, мужем, другом, отцом и дедушкой. Таким он стал благодаря тому, что однажды, бросив всё, шагнул за Истиной… Мудрый и заботливый, он для меня был опора и защита… Он мой Герой!»

Наташа Пшенай

Часть первая

С трапа самолёта рейса Лондон — Минск сходил мужчина. Строгая респектабельность с нотками житейской мудрости, под стать внешности Ричарда Гира, и запах дорогого парфюма не оставляли равнодушным пристальное внимание молоденьких бортпроводниц. Майское солнце переливалось на костюме с отливом от Hugo Boss, идеально сидевшем на подтянутой фигуре, и бликами отражалось на вычищенных до блеска туфлях от Zilli. Характерный прищур смеющихся глаз и лукавая полуулыбка тонких губ выдавала счастливое состояние этого обаятельного брюнета. Контракт подписан. Всё идёт по плану. По идеальному плану его жизни: работа, семья, карьера, авторитет, уважение, почёт. Он смог организовать слаженную работу, сродни швейцарским часам, своего предприятия, с количеством работников почти восемнадцать тысяч человек. От его деятельности на должности начальника ремонтно-строительного объединения БЖД республики Беларусь зависело состояние всех железных дорог родной страны. Имея большие полномочия и должность по рангу генерала в гражданской структуре, он входил в кабинет своего министра без приглашения, и никто ему слова не мог сказать. За 25 лет работы не имел ни одного выговора. Он незаменим. Он идеальный начальник, идеальный муж, идеальный отец. Врождённый талант дипломата, личное обаяние и уверенность в собственных силах помогли ему успешно провести переговоры с американскими партнёрами и заключить выгодный договор.

С длительной командировки из Америки, уставший, но довольный, после дальней дороги транзитным рейсом из Нью-Йорка, он возвращался домой, где его ждала любящая жена и сын. Предвкушая встречу с родными, по которым очень соскучился, он ехал на служебной машине домой из аэропорта. Ключи от квартиры не брал с собой. Дверь была заперта, а между дверью и дверной коробкой находилась записка: «Приходи в дом железнодорожника, я на проповеди» -написала жена Наташа. Несколько удивлённый, выполняя просьбу жены, пошёл на проповедь.

Он не мог даже предположить, что сейчас произойдёт событие, которое в корне изменит его судьбу и изменит его самого.

Дом железнодорожников находился совсем рядом. Зал был переполнен, из-за спин стоящих в проходе людей он разглядел на сцене человека в красном хитоне. Увиденное и услышанное в этом зале стало отправной точкой кардинального изменения его жизненного пути. Казалось бы, у него было всё. Но не было главного, самого основного ответа на вопрос, в чём смысл человеческой жизни, для чего всё это, что такое человек, для чего я живу. Он не задавал вопросы тогда, стоя в проёме дверей зала, но Человек в красном хитоне на сцене давал исчерпывающие ответы на них.

Матрица жизнеустройства человеческого общества иллюзорной маской мнимого благополучия не смогла до основания затмить пробивающиеся наружу искорки восприятия мира духовной основой. В судьбоносных точках на жизненном пути мы способны уловить этот чистый зов сердца и, бережно храня этот огонь внутри, пройти следующий отрезок жизненного пути, идя за путеводной звездой, не сбиваясь с курса, восходя на вершины духовного становления в любви и служении людям.

Он сразу понял, Кто перед ним стоял на сцене ДК.

Часть вторая

Семья начала готовиться к переезду из страны, когда-то воспетой ВИА «Песняры» хитом «Беловежская пуща», с живописными равнинами, густыми лесами, зелёными полями, непроходимыми болотами, с мягким европейским климатом в суровые условия Сибири, в предгорья Восточных Саян. В страну с бескрайними просторами нетронутой тайги, заснеженных сопок, голубых озёр и горных рек. В страну, где зарождался Город Солнца не философско-мифический, а вполне реальный, осязаемый. Туда, где формировались новые общественные отношения между людьми, основанные на любви, заботе и бескорыстной помощи друг другу.

Итальянский мыслитель позднего Возрождения Томмазо Кампанелла свой идеал «Города Солнца» основывал на принципах непогрешимости человеческой природы. Во всей истории человечества были только единичные случаи прорыва в непогрешимость. Остальная же масса только прилагала крохотные старания к изменению себя в праведном устремлении, да и то порой сами жизненные обстоятельства подталкивали к неосознанным усилиям в нужном направлении.

Друзья и родственники сначала не понимали, как можно отказаться от такого уровня жизни, от комфорта, от власти, от денег, от успешной карьеры, где впереди виднелась должность министра, но он понимал, чем он жертвует, и понимал, что он обретает.

По мере того как проявляется истинная суть человека, как раскрывается его душа, все усилия в современном обществе по взращиванию значимости под довлеющим эгрегором соревновательно-состязательского процесса жизнеутверждения ложных ценностей начинают видеться несерьёзными, лишёнными всякого смысла. Главным становятся собственные усилия по достижению гармонии с окружающим миром, гармонии взаимоотношений между людьми, гармонии с самим собой. Начинает проявляться всё истинное в человеке, то, для чего всё-таки был создан человек, его предначертание как уникального творения во вселенной, начинает проявляться его суть как творца любви и красоты.

Трудолюбия ему было не занимать. С первыми лучами солнца подростком выходил он на покосы в родной деревне, взмахом косы пугая лягушек и змей среди кочек в болотной местности. Сено приходилось выносить на сухую землю, порой с полкилометра идя с носилками. После школы был техникум, который окончил с отличием. Затем работа.

Талант организатора и невероятная работоспособность помогли быстро подняться по служебной лестнице. И тихонечко со сменой должностей в структурах власти начало меняться и отношение к человеку как к расходному материалу для достижения цели. Человек в его глазах стал превращаться в винтик огромного механизма его предприятия. Это происходило незаметно, как опасный вирус проникал в мозг, под давлением менталитета статусности в среде успеха.

Но где-то в глубине души жила неудовлетворённость, он интуитивно искал ответы на основные вопросы бытия. Но то, что предлагало современное информационное поле эзотерики, философии и вековые традиции разных религий, не устраивало его ищущий, пытливый ум. Они не давали ответы о сути человеческого естества. Какие-то понимания остались на уровне средневековья, какие-то выглядели слишком непонятными, а какие-то необоснованными и недоговорёнными. И только после услышанного в зале ДК картина мира сложилась в логическую цепочку. Он не только разумом, но и сердцем почувствовал истинность сказанного со сцены.

Тогда ещё там в ДК по окончанию проповеди он задал вопрос тому, кого впоследствии назовёт своим Учителем: «Скажи, что мне делать дальше?»

«Учись не лицемерить», — был ответ.

Несколько смущённый он отошёл в сторону. «Наверное, ошибается. Я же сама открытость. Я не вру».

Впоследствии он начал понимать, из чего состоит, из чего состоит его чувственный мир. Порой мы на автомате невольно соврём, когда нас спрашивают, врём мгновенно и думаем, что это правда, а потом отойдя в сторону, десять минут проходит, а оказывается, это вовсе и не правда, а наша ложь…

Сколько там слоёв правд. Правда для жены. Правда на работе для сотрудников, правда для отчётов. И это считалось нормой, вроде, как и нигде нету лжи. Он же всё время был отличником. Всё время был хорошим в глазах начальства, в глазах подчинённых, в глазах жены.

Началась самое главное — титаническая работа над собой — говорить всегда правду. Изо дня в день, из года в год — работа над изменением своего чувственного мира.

Методы эффективного управленца, которыми он пользовался на своей должности в Беларуси, подгоняя своих подчинённых, сидевших в офисах и работников, бегавших с ломиками по шпалам крепким словцом, здесь были не только не уместны, но и абсолютно неприемлемы. Он искал новые пути, учась бережно относиться к людям. Здесь он был равным среди равных. И лишь организаторские способности выделяли его среди остальных.

Часть третья

Кабина новенького трактора «Беларусь» искрилась на зимнем солнце, уже склонившемся к закату, отражая бирюзовыми бликами тёмно-зелёную хвою кедров и пихт, растущих в этой непроходимой тайге. Лесная дорога, по которой ехал трактор с прицепом, была единственной связующей нитью между последней деревней на трассе от райцентра и строящимся городом Солнца. Перевязанные на прицепе трактора доски подскакивали и громыхали на маленьких кочках. На поворотах по подтаявшему снегу прицеп соскальзывал с колеи. Со своими 81 лошадиными силами трактор еле-еле взбирался с гружённым прицепом на небольшие подъёмы, пробуксовывая огромными протекторами. Володя, водитель трактора, только недавно начал осваивать эту технику, подарок друзей Анатолия с Беларуси. Этот транспорт был в то время чуть ли не единственным, который доставлял грузы в город Солнца. Дорога для автомобильного транспорта в то время была только зимой, часть пути приходилось на зимник по болоту. Летом в обход болота вела в строящийся город только пеше-конная тропа, и возможность доставить какой-либо груз была только вьюком, на лошади. Стоял февраль месяц, на улице мороза не было. Впереди трактора ехал уазик с пассажирами.

В салоне было оживлённо. Кто-то ехал к себе домой, кто-то в гости помочь в строительстве дома своим друзьям, кто-то помогать на общих стройках. В тёплой компании мужчин не смолкали разговоры, сопровождающиеся весёлыми шутками и смехом. Анатолий, беседуя с друзьями, периодически посматривал в окно уазика на ехавший позади трактор.

«Анекдот тут вспомнил советского времени» обратился он к друзьям. Зная чувство юмора Толи и умение великолепного рассказчика, с явным аканьем и не смягчающимся «р» перед мягкими гласными, выдавая его белорусский акцент, все стихли, предвкушая услышать смешную историю.

«Работает дворником в советской школе Петрович. На физиономию — ну вылитый Карл Маркс. Тут подходит к нему директор школы и говорит:

— Слушай, Петрович, ну как-то неудобно получается, ты б хоть бороду сбрил бы.

Дворник ему и отвечает:

— Сергей Николаевич, бороду-то я сбрею, а умище-то, умище куда девать?»

Салон заполнился дружным смехом.

А вот ещё один. Подхватил тему бородач с интеллигентной наружностью.

«Ну всё, теперь Саню не остановить», — сказал коренастый юноша, самый молодой в этой компании, указывая на бородача-любителя рассказывать анекдоты.

Саня, не обратив внимания на реплику, продолжал:

«Как-то один мужик откупорил бутылку, а оттуда джин вылетает и говорит:

— Мужик, ты меня освободил, проси у меня чего хочешь, я любое твоё желание исполню.

— Прям так и любое? — переспросил мужик.

— Ну да, — подтвердил джин.

— Слушай, ну вот всё у меня есть. Я богатый. У меня огромный коттедж, парк автомобилей, каждый сезон на Мальдивы. А вот, слушай, уж больно не люблю я в самолётах летать, плохо себя чувствую. Построй мне дорогу-автобан до Мальдив от самого дома.

— Слушай, мужик, — джин ему отвечает, — прикинь сколько цемента, сваи в океан и прочее. Может, что-нибудь всё-таки другое закажешь?

— А.… — мужик почесал затылок, — научи меня понимать женщин?

— Мужик, ну сколько тебе там на автобане полос делать…»

Салон уазика заполнился смехом. Продолжая хохотать, Толя повернул голову к окну, в которое он следил за трактором. Вдруг он резко замолчал, улыбка на его лице сменилась на волнующе-грозную гримасу. Трактора в окне не было видно. «Стой!» — крикнул он водителю и тут же оказался возле двери. Чуть ли не на ходу выпрыгнув из уазика, побежал в обратном направлении, все устремились за ним.

Трактор стоял за поворотом. Точнее, слово «стоял» не совсем подходило к его наклоненному положению относительно земли. До полного падения его сдерживала молодая поросль деревьев, на которую он опирался, прицеп сзади был перевёрнут, груда досок вывалилась в сугроб. Водитель растерянно стоял возле трактора.

Поднималась пурга, липкий снег хлестал по разгорячённым лицам мужчин, выскочившим из тёплого уазика. Все понимали, какой предстоит труд по исправлению этой аварии в глухой тайге, где мокрый снег скоро налипнет на доски и трактор, а ночью всё это замёрзнет и превратится в лёд, и помощь придёт только завтра в виде 66-го газона из деревни за 30 км и дюжины человек из «города». А сейчас уже темнело, и с одним уазиком вшестером при нарастающей пурге что-то выправить было невозможно.

Водитель трактора невнятно пытался что-то объяснить, Толя прервал его резким взмахом руки и «рыкнул» на него так, что у всех пробежался холодок по коже, ехавший священник схватился за сердце, водитель уазика — за голову. Все стояли молча, как заколдованные, боясь вставить слово в искромётный монолог Анатолия. В нём проснулся грозный чиновник, отчитывающий своего подчинённого за нерадивость.

«Собрались здесь «Весёлые ребята»! Ни фига не соображают…«Всё-таки кое-как старался использовать нормативную лексику в этой ситуации Толя.

Друзья тогда ему ничего не сказали, принимая его таким, какой он есть, и понимая, что сразу человек не способен измениться.