Прости нам наше спасение

— Всё-таки пришла.

Сейра пропустила упрёк.

В аптечной Лианна поставила коробку на стол и начала убирать лекарства на полки. Поначалу она ничего не говорила о том, где Сейра была всё это время.

— Здесь тоже заметили? — спросила Сейра.

— Трудно не заметить, когда посреди дня темнеет палата.

Лианна рассказала, что первым закричал старик у окна. Решил, что Око гаснет, разбудил соседей, а через минуту уже половина лечебницы требовала объяснений. Получить их было не у кого.

Сейра наблюдала, как Лианна раскладывает бинты.

— Ты тоже испугалась?

В руке Лианны задержался бинт.

— Да.

Она положила его на место и взяла следующий.

Сейра иногда забывала, что для Лианны Око никогда не было источником боли. Она могла часами сидеть у открытого окна, читать под золотым светом и не думать о нём вовсе. Как не думают о стенах дома, пока те не начинают рушиться.

Наверное, поэтому их испугало разное.

Когда Око дрогнуло, Сейра не почувствовала страха. Она смотрела на него и ждала, что случится дальше.

Теперь это беспокоило её сильнее самого сбоя.

Лианна всё-таки спросила о подземельях. Сейра рассказала о проверке и старых записях, где упоминались люди, слышавшие голоса задолго до нынешних случаев. Остальное оставила при себе. О золотом сиянии в стеклянной трубе она не сказала ни слова. О том, что голос назвал её по имени, — тоже.

Лианна слушала, продолжая разбирать лекарства. Она не перебивала и не пыталась заполнить паузы вопросами. Когда рассказ закончился, в аптечной остался только тихий стук стекла о дерево.

Сейра могла уйти на этом.

Вместо этого она спросила:

— Если бы с тобой заговорил голос, которого больше никто не слышит, ты бы ответила?

Пузырёк в руке Лианны остановился у самой полки.

Несколько секунд она стояла неподвижно. Потом поставила его на место и закрыла дверцу шкафа.

— Он заговорил с тобой.

Не вопрос.

Сейра опустила взгляд на свои перчатки.

Этого хватило.

Лианна вернулась к столу, но больше ничего не перекладывала. Села напротив и ждала. Раньше такое молчание всегда было удобным для Сейры. Теперь хотелось, чтобы подруга спросила что-нибудь ещё.

Она не спросила.

— Мне запретили отвечать, — сказала Сейра.

Лианна медленно подняла глаза.

— Почему?

Сейра вспомнила Корвена, закрытую папку и его спокойное: слышать его и позволить ему услышать тебя — разные вещи

— Они не знают, что произойдёт.

На лице Лианны что-то изменилось. Не страх. Скорее раздражение, которое она пока удерживала.

Она спросила, что именно сказал голос.

Сейра молчала.

Вот тогда Лианна поняла.

Она отодвинулась от стола и встала.

Сейра тоже поднялась.

— Я не хочу втягивать тебя.

Лианна замерла возле двери. Её голос оставался тихим

— Ты уже втянула.

Она взялась за ручку, но не открыла.

— Ты пришла ко мне спросить, что делать. Значит, моего мнения тебе хотелось. А знать, на что именно я даю совет, мне уже нельзя.

Сейра не нашла ответа.

Лианна наконец открыла дверь.

— В следующий раз сначала реши, кто я для тебя. Человек, которому ты доверяешь, или удобное место, куда можно принести половину правды.

Она ушла.

Сейра осталась в аптечной одна.

***

На улице разговоры об Оке стали громче. Теперь даже присутствие церковной ищейки не сразу заставляло людей замолчать. Сейра шла к дому, пока возле хлебной лавки не услышала упоминание о трёх ударах.

Она остановилась.

Мужчина, рассказывавший о них, работал возле складов у внешней стены. Перед тем как Око потускнело, под мостовой трижды что-то ударило. После второго толчка закачались подвешенные у стены крюки. Третий почувствовали ещё двое рабочих.

Сейра расспросила его о времени и месте. Ответы совпали с тем, что произошло в колокольне.

Удары не были частью её дара.

Эта мысль сопровождала Сейру до самого церковного дома.

Ивар ждал у входа. Шлем лежал рядом на каменной ограде, а сам он наблюдал за улицей с терпением человека, которому давно нечем себя занять. Увидев Сейру, он встал и сообщил, что Эдран приказал привести её сразу после возвращения.

По выражению Ивара было понятно, что ждал он уже давно.

Сейра посмотрела на дверь своего дома. Ей хотелось войти, снять очки, закрыть шторы и хотя бы несколько часов не слышать ни голосов, ни вопросов. Вместо этого пришлось снова идти к Башне.

Эдран находился в северной галерее собора. На столе перед ним лежала большая карта Эрена. Красные отметки тянулись цепочкой через несколько кварталов, особенно густо возле внешней стены, но несколько находились и ближе к центру.

Сейра наклонилась над картой. Красным были отмечены места, откуда сообщили о подземных толчках.

— Везде было три?

Эдран поднял голову.

— Откуда ты знаешь?

Сейра задержалась с ответом. Упоминать колокольню не хотелось, но теперь молчание выглядело бы подозрительнее самой правды.

Она сказала, что находилась в Отсвете, когда почувствовала удары. Три, с одинаковыми паузами. После последнего свет Ока на мгновение ослаб.

Эдран выслушал её и снова посмотрел на карту.

Он сообщил, что внешние ворота Отсвета уже закрывают. До отдельного распоряжения их не откроют даже для караванов, а на стену отправят дополнительные дозоры.

Сейра посмотрела на красные отметки возле окраины.

Закрытые ворота сами по себе её не беспокоили.

Дополнительные люди на стене — гораздо больше.

За стеной находился Тейн.

Он должен был успеть уйти достаточно далеко. Люди у водостока знали, что делать. Его возвращение в город всё равно не входило в план.

Проблема была не в нём.

После сегодняшнего происшествия церковь наверняка осмотрит укрепления Отсвета. Старые водостоки, замурованные проходы, трещины у основания стены — всё, мимо чего дозор годами проходил без особого внимания. Если обнаружат пролом возле старой колокольни, пользоваться этим путём больше не получится.

За окном раздался тревожный колокол. Его ритм отличался от часового, и уже через несколько мгновений ему ответили колокола соседних башен. Звон двигался через Эрен к внешним кварталам. Люди на улицах останавливались и поднимали головы, служители закрывали храмовые двери, стража направлялась к стенам.

Город запирался.

До сегодняшнего дня Сейра могла искать помеченных и выбирать, что с ними делать. Теперь времени становилось меньше.

Она выпрямилась над картой.

В этот момент камень под ногами снова дрогнул.

Один тяжёлый удар прокатился откуда-то из глубины и стих прежде, чем кто-нибудь успел заговорить.

Сейра посмотрела на Эдрана.

На этот раз он тоже его почувствовал.

Глава 6 Покаяние

После первого колокола внешние ворота Отсвета не открылись. Обычно к этому времени возле стены уже начиналось движение: стражники проверяли возвращавшиеся караваны, досматривали повозки, сверяли имена в дорожных книгах. Сегодня тяжёлые створки оставались сомкнутыми. С внешней стороны ждали три каравана, а внутри собрались родственники тех, кто не успел вернуться до закрытия. Стража повторяла одно и то же: распоряжение временное, опасности нет, ворота откроют после проверки укреплений.

Проверка началась ещё до первого колокола. По внешней стене ходили дополнительные дозоры, у основания работали храмовые служители. Возле старой колокольни Сейра заметила несколько серых плащей и человека, спускавшегося к водостоку.

Она отвела взгляд.

Ивар ждал рядом, держа шлем под мышкой. За несколько дней он успел понять, что не каждую паузу Сейры требуется заполнять разговором, а сегодня закрытые ворота и без того давали достаточно причин для молчания. Их отправляли в мастерскую часовщика по имени Оррен Дей.

До вчерашнего дня церковь Орреном не интересовалась. После сбоя о его странном поведении сообщили церкви, он несколько раз забирался на крыши старых домов и подолгу сидел возле давно бесполезных солнечных часов. После Угасания такие сохранились лишь в нескольких местах Эрена. Сорок девять лет их тени лежали неподвижно, и большинство жителей давно воспринимало старые каменные плиты как часть украшения зданий.

Оррен наносил на них новые отметки.

После сбоя Ока он запер мастерскую и исчез.

По дороге к мастерской Сейра то и дело слышала разговоры о закрытых воротах. У лавок обсуждали дополнительные дозоры, спорили о вчерашних толчках. Чем дальше они шли, тем увереннее становились слухи: кто-то говорил о нападении из Пустоши, кто-то — о повреждении укреплений. Возле рынка Сейра услышала, что церковь якобы знала о случившемся заранее. Откуда взялся этот слух, никто объяснить не мог.

Дом Оррена стоял в конце узкой улицы между двумя мастерскими. Над дверью висели старые часы разных размеров, но только одни продолжали идти. С остальных были сняты стрелки. Ивар сорвал церковную печать, и они вошли внутрь. Запах масла и металла здесь въелся даже в дерево. На длинных столах лежали раскрытые механизмы, пружины, шестерёнки и инструменты, а со стен смотрели десятки неподвижных циферблатов.

Сейра прислушалась. Обычно часовые мастерские раздражали её множеством мелких звуков, но здесь стояла непривычная тишина. Маятник ближайших часов был закреплён проволокой. У следующих Оррен вынул пружину, ещё одни аккуратно разобрал. Он не разбивал механизмы в припадке и не портил собственную работу. Просто останавливал часы один за другим.

На столе возле окна лежал рабочий журнал. Первые страницы занимали имена заказчиков, стоимость ремонта и пометки о деталях. Позже между обычными записями появились числа. Сначала редко, потом каждый день. Рядом Оррен отмечал время по храмовым колоколам и короткие значения, смысл которых Сейра не поняла. Последнюю страницу он заполнил накануне сбоя. Там трижды повторялось одно и то же число.

Ниже Оррен написал: «Теперь совпало».

Сейра вернулась на страницу назад, потом ещё на одну. Ничего, что объясняло бы эту запись, она не нашла.

На втором этаже находилась жилая комната. Окно оставалось распахнутым, а возле подоконника осыпалась штукатурка. От него к соседней крыше была переброшена узкая балка. На дереве темнели свежие следы. Сейра проверила её ногой и перебралась на другую сторону. Ивар забрал рабочий журнал и последовал за ней.

Солнечные часы стояли у края крыши, обращённого к Башне.

На камне виднелись царапины, рядом с ними — даты и время. Большинство линий совпадало, собираясь в одном месте. Несколько последних отклонялись в сторону. Разница была небольшой, однако для часовщика, который неделями возвращался сюда и измерял одно и то же, её оказалось достаточно.

Ивар присел возле плиты и проследил взглядом по свежим линиям. Тень от металлической стрелки граничила с самой последней из них.

Сейра посмотрела на даты рядом с отметками. Первая появилась несколько недель назад. Следующая лежала чуть в стороне, ещё одна — дальше. Оррен возвращался сюда снова и снова.

Она подняла голову к Оку.

Оно висело над Эреном неподвижно.

***

На улице уже собрались соседи. Больше всего рассказала женщина из мастерской напротив. В последние недели Оррен плохо спал, закрывал лавку раньше обычного и часами сидел на крыше. Несколько раз она слышала, как он работает во время часов покоя. Вчера, незадолго до толчков, часовщик выбежал на улицу и велел соседям отойти от домов. Никто не послушался.

Сейра расспросила женщину о последних словах часовщика. Та сказала, что Оррен повторял одно слово: «опоздал». Куда именно он опоздал, объяснять не стал.

С собой Оррен взял только карманные часы и старый плащ. Женщина видела, как он поднялся наверх, но куда направился потом, не знала.

Другой сосед оказался полезнее. Уже после толчков он заметил Оррена в конце улицы — без шляпы, с часами в руке. Тот шёл в сторону старых бань и несколько раз останавливался, словно чего-то ждал.

Бани находились в паре улиц от мастерской. Здание давно закрыли после обрушения крыши, а уцелевшие помещения использовали под склад. Уже на подходе Сейра различила знакомый звон.

Она замедлила шаг.

Звук был слабым, но свежим. За последние дни Сейра научилась особенно осторожно относиться к свежим следам.

Ивар заметил, что она остановилась.

— Там?

Сейра посмотрела на заколоченные окна старых бань и кивнула.

Этого ему хватило.

Сейра двигалась вдоль пустых купален, где когда-то стояла вода. Теперь на дне лежали доски, мусор и куски осыпавшейся штукатурки. Оррен сидел в самой дальней чаше, прижимая к груди карманные часы. Ладонь была порезана о разбитое стекло, засохшая кровь покрывала пальцы, но сам мужчина словно этого не замечал. Его глаза оставались обычными.

Сейра спустилась по каменным ступеням, оставив Ивара наверху. Оррен поднял голову только тогда, когда она подошла ближе. Он выглядел так, словно не спал несколько суток: лицо осунулось, под глазами легли тёмные круги. Увидев серебряный знак, мужчина не испугался.

— Вы опоздали, — сказал он.

То же слово, только теперь обращённое к ней.

Сейра остановилась в нескольких шагах от него. Звон здесь слышался отчётливее, чем у входа.

— Куда мы опоздали?

Оррен посмотрел на часы у себя в руках.

— Увидеть начало.

Он замолчал. Сейра не торопила его.

Стекло на часах было разбито, но механизм продолжал тихо тикать. Оррен смотрел на циферблат, будто всё ещё ждал от него какого-то ответа.

Сейра тоже посмотрела на часы.

Они показывали неправильное время. До следующего колокола оставалось больше получаса. Часы Оррена показывали, что он уже прозвучал.

Оррен заметил её взгляд и закрыл часы.

— Оно движется.

Сейра не спросила, что именно. Она уже видела записи на крыше.

Ивар спустился к ним. При виде формы Оррен напрягся и прижал часы к груди, но не попытался бежать. Сил для этого у него всё равно не осталось. Когда Ивар подошёл ближе, мужчина посмотрел сначала на него, затем на Сейру.

— Он не слышит.

За спиной Сейры стихли шаги Ивара.

— Что именно я не слышу?

Оррен впервые посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Сейру.

— Спроси у неё.

Сейра не шевельнулась.

Она поднялась. Дольше оставаться здесь было нельзя: о находке нужно сообщить. Ивар ненадолго вышел и отправил дежурного стражника за храмовыми служителями. Она не пыталась вслушаться глубже. После всего, что случилось за весь день, ей хватало собственного имени, прозвучавшего из-под города.

***

Оррен не сопротивлялся. Перед выходом он лишь задержался у двери и посмотрел на тени домов, словно проверяя их положение. Потом протянул руки служителю, и на запястьях сомкнулась цепь.

Обратно Сейра и Ивар некоторое время шли молча. У следующего перекрёстка Ивар всё же заговорил:

— Возле бань вы остановились раньше, чем мы вошли.

Сейра посмотрела на него.

— Да.

— Вы уже знали, что он там?

— Знала, что след свежий.

Ивар немного помолчал.

— А если бы его там не было?

— Тогда искали бы дальше.

Он задумался.

— Значит, вы слышите не место. Человека.

Сейра не стала его поправлять.

Это было не совсем так.

Но объяснять разницу между человеком и оставленным им следом она не собиралась.

Ивар не стал развивать тему, но по его выражению Сейра поняла, что интересовало его не это. Ивар впервые видел, как она использует дар во время настоящего поиска, и теперь пытался определить его границы.

У церковного дома Ивар протянул Сейре рабочий журнал Оррена. Всё это время он нёс его под мышкой, не открывая. Сейра уже собиралась убрать книгу под плащ, когда между страницами показался край сложенного листа.

На нём снова были расчёты. Большую часть Сейра не понимала, но даты узнала сразу: несколько совпадали с отметками на солнечных часах. Последняя дата была сегодняшней. Ниже Оррен провёл черту и написал: «Следующее изменение — через семь дней».

Она прочитала строку ещё раз, сложила лист и вернула его между страницами.

Ивар ждал.

По правилам журнал следовало передать вместе с остальными вещами Оррена. Сейра закрыла его и убрала во внутренний карман плаща.

— Вы собираетесь его оставить?

— На время.

Сейра поправила застёжку плаща и направилась к двери.

Ивар остался на месте.

Она успела подняться на несколько ступеней, когда он окликнул её.

— Ищейка Вель.

Сейра обернулась.

Ивар держал шлем в одной руке. Выражение лица оставалось спокойным.

— Отчёт я ещё не сдавал.

Некоторое время они смотрели друг на друга.

— Я знаю, — сказала Сейра.

Ивар ничего не добавил. Сейра вошла в церковный дом и закрыла за собой дверь.

Отчёты о дневных поисках принимали до девятого колокола.

До него оставалось три часа.

Глава 7 Обет

Закрыв дверь, Сейра впервые за день осталась без чужого присутствия рядом. Она сняла затемнённые очки, задёрнула шторы и только тогда достала журнал Оррена. Положила его на стол и провела ладонью. Она положила его на стол и провела ладонью по потрескавшемуся переплёту. Ивар видел, как книга исчезла под её плащом, а до девятого колокола ему предстояло сдать собственный отчёт.

Она ничего ему не объяснила и не просила об этом молчать. После закрытия ворот церковь вряд ли позволит ей в ближайшее время снова работать одной, а значит, сегодняшний поиск был не последним, который им предстояло провести вместе.

Сейре нужно было понять, насколько буквально Ивар относится к своим обязанностям. Если любое отступление от правил сразу оказывалось в его отчёте, лучше узнать об этом сейчас, на примере вещи, исчезновение которой она могла без труда объяснить необходимостью изучить записи. Если же он сначала пытался понять причину чужого поступка, это тоже стоило знать.

До девятого колокола оставалось несколько часов. Тогда отчёты за день должны были лечь на стол Эдрана.

Сейра открыла журнал.

В тишине комнаты записи часовщика выглядели понятнее, чем в мастерской: среди имён заказчиков и стоимости ремонта постепенно появлялись даты, числа и пометки о положении тени. Сначала Оррен делал их раз в несколько дней, позже начал записывать результаты ежедневно.

Первые результаты Оррен несколько раз перечёркивал и записывал заново. Позже перестал, словно убедился, что ошибка не в нём. Старые обозначения сторон света Сейра ещё могла разобрать по школьным книгам, но остальная часть вычислений оставалась непонятной. Смещение Оррен заметил за несколько недель до того, как свет Ока впервые дрогнул.

Сейра снова развернула лист, найденный между страницами журнала. Под расчётами Оррен оставил знакомую строку: «Следующее изменение — через семь дней». На обороте записи продолжались, и среди цифр несколько раз встречалась одна и та же буква — «В». Сначала Сейра не придала ей значения.

Потом нашла рядом с одной из дат короткую запись: «В. снова не пришёл». Вероятно, речь шла о человеке, имевшем какое-то отношение к наблюдениям Оррена. Сейра вернулась к началу журнала и принялась искать полное имя среди старых заказов.

В дверь постучали. Сейра вложила лист обратно в журнал и пошла открывать.

На пороге стояла Лианна.

После их разговора в лечебнице Сейра не ожидала увидеть её так скоро. Они молча смотрели друг на друга, пока Лианна не подняла брови.

— Я могу войти?

Сейра посторонилась. Лианна сняла плащ и привычно повесила его возле двери. В этой комнате она бывала достаточно часто, чтобы не ждать приглашения сесть, однако сегодня вместо обычного места возле окна выбрала стул напротив Сейры.

Лианна некоторое время молчала, подбирая слова. От прежней резкости ничего не осталось, но и делать вид, что разговора в лечебнице не было, она явно не собиралась. Сейра вернулась за стол и ждала.

— Я не прошу рассказывать мне всё, Сейра. Но если ты приходишь за советом, не оставляй мне только ту часть, на которую удобно отвечать.

Сейра провела пальцем по краю журнала.

— Иногда большего я сказать не могу.

— Тогда иногда тебе придётся решать самой.

Сейра подняла на неё взгляд и кивнула. На этом Лианна остановила разговор. Не потребовала обещания и не стала возвращаться к голосу под городом, а потом спросила, остался ли в доме чай.

Чай нашёлся, хлеб — нет. Лианна обнаружила это раньше хозяйки комнаты и выразительно посмотрела на пустую полку. Сейра сказала, что собиралась поесть позже, но убедительности собственных слов не почувствовала. В итоге они ограничились чаем и несколькими сухими яблоками, которые Лианна нашла в кармане своего плаща.

Разговор постепенно стал проще. Лианна рассказала, что в лечебнице по-прежнему обсуждают вчерашний сбой Ока, а один из стариков отказывается отходить от окна и проверяет свет каждые несколько минут. Другие больные попросили родственников забрать их домой. После закрытия ворот даже к самым обычным распоряжениям церкви стали относиться настороженнее.

Сейра слушала, время от времени поглядывая на журнал. Восьмой колокол ещё не ударил, поэтому ждать оставалось недолго. Лианна заметила очередной взгляд.

— Ты куда-то собираешься?

— Нет.

— Тогда чего ждёшь?

Сейра поколебалась. Рассказывать здесь можно было без нарушения их новой договорённости: либо полностью, либо никак.

Она объяснила, что журнал принадлежал Оррену и по правилам должен был находиться среди изъятых вещей. Ивар видел, как Сейра забрала его, а теперь должен был составить собственный отчёт. Просить его скрыть находку Сейра намеренно не стала.

Лианна довольно быстро поняла смысл.

— Ты его проверяешь.

Сейра отпила чай.

— Смотрю, как он поступит.

— Он знает?

— Нет.

Лианна медленно покачала головой.

— Иногда мне жаль людей, которые с тобой знакомятся.

На этот раз в её голосе не было раздражения. Сейра поставила чашку на стол и вернулась к журналу. Лианна ещё некоторое время сидела напротив, потом поднялась и забрала плащ.

У двери она остановилась.

— И что будет, если он расскажет?

— Ничего.

Лианна обернулась.

Сейра объяснила, что журнал не являлся настоящим секретом. Она могла сказать, что забрала записи для изучения перед составлением отчёта. В худшем случае получит очередное замечание от Эдрана и будет обязана вернуть книгу.

— А если не расскажет?

Сейра посмотрела на журнал.

— Тогда буду знать, что он умеет иногда промолчать.

После её визита ожидание ненадолго стало легче. Сейра вернулась к букве «В», но вскоре обнаружила, что прислушивается к шагам в коридоре чаще, чем читает. Восьмой колокол прозвучал, когда она в третий раз просматривала один и тот же список заказчиков.

До девятого оставался час.

Сейра заставила себя сосредоточиться на журнале. Несколько подходящих имён она выписала отдельно, но ни одно не повторялось рядом с измерениями Оррена. Буква «В» появлялась всё чаще только в последних записях, когда сам часовщик уже перестал подробно описывать происходящее.

Когда над городом раздался девятый колокол, Сейра отложила журнал. Ему ответили колокола соседних башен, и вскоре звон заполнил квартал. Она дождалась последнего отголоска. За дверью оставалось тихо.

Шаги появились немного позже. Они остановились возле её комнаты, затем раздался стук. Сейра ожидала увидеть Ивара, но на пороге стоял молодой храмовый служитель. Он протянул записку с печатью западного крыла.

Эдран требовал явиться к нему после первого колокола. Причина не была указана. Ни Оррен, ни журнал в нескольких строках не упоминались.

— Кто принёс?

— Стражник Кейн. Незадолго до девятого.

Сейра поблагодарила служителя и закрыла дверь.

Это ничего не доказывало. Эдран мог вызвать её из-за Оррена, толчков, закрытых ворот или любого из событий последних двух дней.Ивар мог рассказать о журнале и всё равно лично принести записку служителю. Сейра положила её рядом с книгой и решила не строить выводы там, где пока не было фактов.

Она снова вернулась к букве «В». Полное имя нашлось ближе к началу журнала: Верен Таль, ремонт настенных часов и замена пружины. Через две недели тот же человек принёс ещё одни часы, потом третьи. Возле последнего заказа впервые появилась запись, не имевшая отношения к ремонту.

После этого полное имя исчезало. Оставалась только буква, стоявшая рядом с датами наблюдений и расчётами Оррена. Сейра переписала имя на отдельный лист.

Некоторое время она перебирала в памяти отчёты и списки помеченных. Ответ пришёл, когда Сейра уже закрывала журнал. Несколько дней назад Лианна рассказывала о караване, из которого привезли женщину, видевшую белый свет в Пустоши. Часть людей из него пропала во время снежной бури.

Если Верен Таль был среди них, имя должно было сохраниться в книге поступлений. Сейра посмотрела на часы. После девятого колокола архив лечебницы закрывали, а идти туда сейчас означало снова появиться перед Лианной спустя меньше часа после её ухода. Разумнее было дождаться первого колокола.